Мой маленький пони: Приключения Серезии

      Луна со всей силы захлопнула за собой дверь своей комнаты, будто выплескивая в неё всё, что накопилось внутри. Деревянная рама задрожала, а глухой стук прокатился по коридору, отражаясь от стен. Луна не стала зажигать свет, а просто бросилась на кровать, утопая в груде подушек и сжимая их так крепко, словно те могли защитить от боли. Её рыдания всё равно прорывались сквозь ткань, проникая в каждый угол комнаты.       — Почему ты всегда так со мной обращаешься… — её голос был хриплым, почти неслышным. Подушка под копытами промокла от слёз, но Луна лишь прижимала её к себе сильнее.       Она пыталась успокоиться, но в голове вновь и вновь всплывало лицо Селестии — уставшее, жёсткое, наполненное разочарованием. А вместе с ним и те самые слова, резавшие слух: «Ты должна повзрослеть и перестать тратить время на всякие глупости!»       — Это… это вовсе не глупости… — прошептала Луна, голос её дрожал. — Я просто хотела увидеть твою улыбку…       Она медленно села, мокрая грива прилипла к щеке. Попыталась встряхнуть головой — но мысли не уходили. Она вспомнила каждый раз, когда приносила рисунки, угощения, поделки — и в ответ лишь кивок, отстранённый взгляд или очередное наставление.       — Я больше не маленькая… — прошептала она, обняв себя. — Почему ты не веришь, что я могу что-то сделать? Почему никогда не хочешь меня выслушать?       Она резко поднялась, сорвала со стены совместное фото с Тией и с яростью швырнула в угол. Затем пнула ящик — содержимое рассыпалось по полу. Подушки, книги, фигурки — всё летело в стороны. Спустя несколько минут комната превратилась в хаос, но Луна лишь стояла, глядя в окно, на далёкую башню замка, построенного ею вместе с сестрой. В лунном свете он казался чужим.       Тихий стук в дверь вернул её в реальность. Ровный, несмелый. Она нахмурилась, но не ответила, просто забралась под одеяло, делая вид, что уже спит.       — Это я, Хуэйлун, — тихо раздалось снаружи. — Можно войти?       Луна отперла дверь магией, прозвучал щелчок замка, дверь медленно открылась, свет из коридора лёг длинной тенью на пол. Хуэйлун вошла, остановилась на пороге, осматривая беспорядок: разбросанные бумаги, перевёрнутые игрушки, сбитый ковёр. Она молча закрыла дверь.       Подойдя к кровати, она слегка склонилась:       — Можно я присяду?       Луна выглянула из-под подушки и кивнула, её глаза были покрасневшими. Хуэйлун села на край кровати, медленно, будто боясь спугнуть. Из широкого рукава она извлекла платок и протянула его.       — Спасибо… — прошептала Луна, крепко сжимая платок.       — Когда-то и меня сестра ругала, — с лёгкой улыбкой начала Хуэйлун. — Только она была не такой молчаливой, как Селестия. Ругалась без умолку.       Луна моргнула, удивлённая откровенностью, а в её взгляде появилась заинтересованность.       — Я тогда так разозлилась, что спрятала все её книги и вылила любимые чернила в воду, — Хуэйлун вздохнула. — И тогда она отругала меня ещё сильнее.       Луна тихо всхлипнула, но слушала внимательно.       — Ты просто хочешь её порадовать, верно? — голос Хуэйлун стал едва слышным. — Ты готовила торт, подбирала слова, продумывала подарок… А она даже не взглянула. Сказала, что ты глупая.       Луна опустила глаза, не возразила.       — Но она не со зла, — мягко продолжила Хуэйлун. — Когда на плечах власть, радость становится роскошью.       Слеза скатилась по щеке Луны, оставив тёмное пятно на платке. Хуэйлун нежно убрала прядь с её лица:       — Тебе не нужно быть, как она. Будь собой.       — Собой?.. — Луна слабо подняла взгляд.       Хуэйлун кивнула:       — Ты достойна уважения. Ты добрая, искренняя и просто хотела видеть её счастливой. Это не ошибка, — она взяла копыто Луны в своё и слегка похлопала по нему: — Дай ей немного времени. Я уверена — однажды она поймёт.       Луна больше не плакала. Она села, вытерла глаза:       — Спасибо тебе, сестрица Хуэйлун… Правда, спасибо.       Хуэйлун улыбнулась, обняла её. Луна вздрогнула, но потом прижалась крепче. Лишь когда Луна полностью успокоилась, Хуэйлун встала и начала убирать беспорядок, устроенный ночной принцессой. Пока она старалась восстановить порядок, всё это время они разговаривали, и Луна улыбалась. Перед уходом Хуэйлун аккуратно укрыла её одеялом:       — Отдохни, принцесса Луна. Завтра всё будет лучше. Я принесу тебе немного сладостей из Серезии, хорошо?       — Спокойной ночи, сестрица Хуэйлун… — Луна кивнула, наблюдая, как она закрывает дверь.       Осталась только тьма и ровное дыхание. Она сделала глубокий вдох, закрыла глаза. В голове был план: поговорить с Тией, спросить у Старсвирла, чем она может помочь. Вдруг, если взять часть обязанностей, сестра сможет отдохнуть… и улыбнётся.       Сон накрыл её, как облако. Но в момент погружения пронзился крик. Она распахнула глаза, вскочила, распахнула дверь — и замерла.       Селестия в гневе стояла перед Хуэйлун. В лице не было величия — только ярость. Заметив Луну, она повысила голос:       — Это тебя не касается! Вернись в комнату!       — Я просто хотела помочь… — не отступала Хуэйлун.       — Замолчи! — взорвалась Селестия, злобно глядя на неё.       — Что ты творишь?! Почему ты так на неё кричишь?! — Луна заслонила Хуэйлун собой.       Гнев в глазах Селестии сменился холодом:       — С этого момента, Хуэйлун, тебе запрещено приближаться к Луне! — а затем повернулась к сестре: — И тебя это тоже касается! Больше ни слова с ней!       Всё померкло. Луна смотрела на сестру — губы дрожали.       — Я… ненавижу тебя…       — Что?.. — Селестия нахмурилась.       — Я ненавижу тебя! — голос Луны сорвался. — Ненавижу! НЕНАВИЖУ!!!       Глаза налились слезами, кровью. Она смотрела на сестру — уже не богиню, а словно на чужую.       — Я больше не хочу тебя видеть!