В школьном саду

      — Слушай, — уже после уроков, переобуваясь, тот повернулся головой к Тигнари. — Ты видел, что написали в чате класса? Какая-то экскурсия в соседний город на три дня. Ты поедешь?       — А, да, я же и написал… Хех. — Ведь за это время Тигнари стал серьёзным кандидатом в студсовет — затыкал собой любую дырку. А мог бы и другие… — Меня учитель-организатор попросила с её телефона написать кому-то, а там уже по личкам сообщение побежало. Да, я знаю про это, просто забыл уже… Вообще, я раздумывал над этим немного, но подумал, что мне, скорее всего, будет скучно там… А ты хочешь поехать что ли?       — Конечно. Мы поедем в другой город, а там будут другие магазины с картами, как раз мой отец будет под рукой, может и… — мечтания вслух закончились, так как смысл Тигнари уловил. — Да и в принципе выгодно по цене выходит.       Фенек задумался. В принципе, мать всегда была главной агентшей туризма для сына, постоянно в детстве таскала по раскопкам, а как настал подростковый период, смогла утащить только в лес или на поляну. Но в другие города Тигнари не сильно тянуло.       Но если там будет Сайно…       — Ну, я могу тоже поехать. Мама против не будет, это уж точно… — он уже представлял, как она поймала материнским суперчутьём сигнал, что Тигнари секунду подумал о путешествии, и сразу побежала собирать его вещи и доставать походные чемоданы из подсобки.       Отлично! Если Тигнари едет, значит поездка будет хорошей. По крайней мере, он не будет чувствовать себя белой вороной среди одноклассников.       — Может наденем что-то похожее из одежды? Ну, знаешь, как это делают девочки с этими парными браслетиками… А хотя забудь. — Поняв, что бдительность была слишком ослаблена и наружу вылезала «эта» сторона некрутого неэпичного парня, Сайно быстро попрощался и пошпехал в сторону, противоположную той, куда нужно было идти фенеку. И забыть забыл, что остановка в другой стороне.       — Сай! Ты куда? — позвал лис друга, видя, что он явно делает что-то странное.

***

      Осень постепенно оголяла деревья, которые стали похожи на что-то жуткое и полусгнившее. Смотреть в окно, пока делаешь уроки, стало тоскливо, хотя раньше это было чем-то вроде досуга. Платиновый блондин и не думал, что появление друга в его жизни может так её улучшить, что вещи, которые раньше казались удовлетворительными, теперь приносили серые чувства, казались пустотой и скукой.       Поднялась даже его самооценка! (немного) Хотя тут тяжело не подняться, когда около тебя такой поддерживающий валука шуна. В общем, все стало капелюшку лучше, хотя он не перестал по привычке забивать на свое здоровье болт. Как результат: после выходных в понедельник на лице и руках Сайно красовались залепленные пластырями раны. Несколько мужиков выследили сердобольного драчуна и отомстили ему за то, что вмешался в карманную кражу пару дней назад.       Тигнари был в тотальном шоке, когда увидел обилие белого поверх смуглой кожи. Он подлетел сразу же через весь кабинет, пугая одноклассников своей резкостью.       — Кто тебя так?! Что ты… — прокудахтал лис, вскоре отходя и оглядывая ещё и израненные руки. — Сайно… Что случилось?       У смуглого паренька глаза широко раскрылись, он напугался не меньше одноклассников.       — Ты чего, Тигнари? Это просто ссадины всякие и порезы. До летального исхода не дойдет.       — Откуда они у тебя? — он выпихнул друга из класса, чтобы одноклассники не слушали их выяснения в роде «Дорогой, где ты был?».       —… Бегал. И… Ну… — Его прижали к стенке, как собаку, и сейчас отчитают за то, что нассал в тапки. Вот блин.       Ещё чуть-чуть и Тигнари правда прижмёт Сайно к стенке, ограничивая отходы руками, как кабе-дон инадзумский.       — Сай, скажи прямо, кто тебя отпиздил? Ты понимаешь, что если тебя так отделали сегодня, то завтра могут вообще убить?       — Тебя это так волн… — И в голове вспомнился недавний разговор на диванах. Конечно волнует, придурок! Тебе же прямо это сказали, а ты, как дурак… — То есть, извини, просто эти олухи пытались девушку из-за рубежа ограбить, я хотел ей помочь.       По взгляду Тигнари было видно, что он стоит на пороге убийства. Чьего — вопрос хороший.       — Они сразу тебе что ли пизды дали? Ты обратился в полицию? Сказал отцу?       — Я пытался обращаться раньше, но они практически ничего не делают. Самому разобраться легче… — Альбинос уже стал неловко отводить взгляд от такого давления. Вот вроде Тигнари не орал, не истерил, а страшно было… Жуть. И взгляд принуждал закончить рассказ. — Сначала я их, а потом они меня.       У Тигнари был тильт, от которого он не мог и слова вымолвить, так что молча сверлил Сайно взглядом и стоял без дела.       Потом вздохнул, пытаясь себя успокоить.       — Давай ты будешь осторожнее. Не будешь сразу решать вопрос силой. Ну, или хотя бы начнёшь ходить в какую-нибудь секцию боевых искусств, чтобы уметь ловко давать отпор.       — Извини, извини. Я понимаю. — Конечно, это было как бы плохо, и вся эта ситуация не комильфо, но…       Этот лис не соврал. Он реально очень переживает, и как бы нездорово это не звучало, Сайно был рад, что получил эти тумаки от больших дядек.       — Ты злишься на меня?       — Раздумываю над тем, чтобы окончить твои страдания, — улыбаясь ядовито, заявил лис, а потом отступил, отстал от него. — Надеюсь, ты меня правда понял. Помогать другим надо не в ущерб себе. Ты на Кавеха хоть смотрел? Он ведь ради некоторых не спит до трёх ночи, а потом ходит полудохлый в школе и спит на уроках сумерского. А его потом двойками кроют за это. А ты ещё дальше пошёл. Прихлопнут когда-нибудь, и сказочке конец. А помянет ли кто кроме близких добрым словом?       — Если будешь убивать, я бы предпочел удушье или смерть через колотые раны. — Неуместные шутки, Сайно как всегда в своем репертуаре. Он молча выслушал все заботливые ругания, вернулся в класс и сел за обыденное место. Рука, локтем упертая в парту ковыряла пластырь, а ученик тем временем думал: «интересно, если Тигнари увидит меня с открытыми ранами, будет ли он их обрабатывать?»       Конечно же, будет. Но лучше до такого не доводить.       Тигнари с неявной тревогой отсидел уроки с Сайно, а потом, собственно, по домам… Думая о поездке.       Матушка, конечно же, инициативу оценила и подписала документы, позволяющие учительскому составу отвезти школоту в иной город, и дала деньги, собственно, на оплату данной поездки.       Сбор участников, сбор средств, трата средств на транспорт, бронирование гостиницы, прочие мелочи: все было наконец-то завершено, и классный руководитель на собрании напомнил о предстоящей поездке через пару дней. Сайно усердно к этому готовился.       Он собрал рюкзак, надел свои самые топовые шмотки и взял почти все карманные на всякий случай. В день X почему-то особенно долго стоял перед зеркалом, пытаясь уложить свою пушисто-сенную гриву до приемлемого. Спустя пару попыток он сдался, собирая все в конский хвост.       Семья готова была ехать: наполненный энтузиазмом мужик с сумкой наперевес повёл стадо школьников к автобусной остановке, чтобы доехать до автовокзала. Сайно сразу нашёл в толпе детей своего амиго, подходя быстрым шагом в своих солнечных очках, и всё равно, что конец осени, и солнца нет.       — Тебе идёт с хвостиком. — Подметил лис, когда они вновь встретились. На лице его была какая-то миролюбивая улыбка, настроение было получше, ибо привык уже к пластырям на чужом лице. — Я слышал, мы едем с другими классами нашей параллели. Четыре автобуса на четыре класса… Как думаешь, насколько вероятно, что Кавех и Хайтам поедут тоже?       — А ты не видел сториз Кавеха? На первой он такой радостный, пишет что-то вроде «сегодня еду на экскурсию в другой город», а на второй с недовольной мордой и пишет, что Хайтам тоже едет.       Наконец, заказные автобусы подъехали. Каждый класс зашёл в свой автобус. Тигнари с Сайно застряли в большой толкучке у входа. И Тигнари огладило смущающее чувство. Сзади.       — Мне кажется, или меня кто-то тронул за жопу в толпе… — шепнул он Сайно, который круглыми глазами оглядел пространство, а потом злобно заглянул Нари за плечо, но был вынужден расслабиться.       Наконец, они заняли сидения рядом и с облегчением плюхнулись. Фенек сразу раскрыл окошко, вдыхая свежий воздух без запаха людей.       — Какие у тебя планы на поездку? — спросил Сайно.       — Да никаких, мне не то, чтобы сильно интересно шататься по чужому городу. Вот на природу смотреть — другое дело. Но дай бог удастся на парки взглянуть.       Фенек оттряхнул хвостик, складывая уже по привычке его на колени друга, и стал поправлять мех на ушах. Длинные уши забавно сминались под ладонью своего владыки. Он даже лизнул бок указательно пальца, чтобы пригладить пух, что выглядело как умывание.       Сайно уже порядком привык к животным повадкам его друга, но был несколько поражен, что фенека не заботит, как это может выглядеть со стороны.       — Мы можем занять номер в гостинице, с которого виден какой-никакой природный пейзаж. Или просто сбежать ночью в лес, все равно я буду дремать днем на экскурсиях.       Что одно, что другое — ну, романтика! Тигнари хочет оба варианта.       — А давай всё сразу, — лис высунул язык, обернувшись.       — Ого, не думал, что ты согласишься на второе… Я же в шутку сказал. — Но идея была забавной, особенно учитывая то, что ответственным за них был Сайрус. — Будешь собирать грибы?       — Я б с радостью, да их чистить негде, вставят по первое число, если буду с тазиком их в номере шинковать и очищать.       Фенек, закончив мыться, откинулся на спинку… И склонился к Сайно. Как иначе?       — Их надо чистить? — когда все сели, автобусы поехали.       — Представь себе: в диких грибах бывают черви или прочие насекомые, у некоторых противная несмываемая плёнка, с которой нужно воевать. Это целое искусство — грибы чистить.       Лис вскоре понял, что ненавидит автобусы. От постоянной сильной тряски начинало свербить тело и гудеть в ушах, а скука скоро стала довольно утомительной. Благо, была возможность провести время за болтовнёй с другом и словесными играми…       — Хочешь, расскажу анекдот? — Тигнари сразу понял, что дело — дрянь. — Короче, сидят два гея на задних сиденьях автобуса, один другому говорит, мол, давай потрахаемся, не могу ждать, а другой ему отвечает, что тот с ума сошел, люди кругом, изобьют. Первый гей говорит: «не парься, им вообще все равно, вот смотри,» и орёт на весь автобус, спрашивает, сколько время. Ну, раз такое дело, начали они любовью заниматься. Идёт время, кондукторша подходит к старику, схватившемуся за сердце и спрашивает, не случилось ли чего. Он ей отвечает: «случилось, сердце прихватило…» Кондукторша: «так а чего ж вы помощи не спросили?» Старик: «тут один уже спросил, так его всю дорогу в жопу долбили!»       Тигнари поджал уши.       Два гея в автобусе — это они двое и Каветамы в другом, но никто об этом не знает.       Лис вздохнул тяжко, переварив очередной анекдот про геев. Кажется, у Сайно реально есть какие-то проблемы с этим. Может, латентный, просто не понял ещё или не признался себе, что смотрит на физ-ре не на женские ножки, а на мужские?       Ещё и с парнем спал два раза. С Тигнари.       У него на секунду шерсть вздыбилась от понимая, как же это всё было по-пидорски, но успокоил себя. Обоим вроде было норм. Они лучшие друзья, всё нормально.

***

      В мотеле комнаты были на четверых. Угадайте, кто подзаебался и сразу выпросил у учителей право поселить себя, дружка из другого класса и его дружка с собой? Кавех.       И он всеми силами препятствовал подселению Хайтама к ним, но его больше некуда было деть — остальные набились в свои комнаты кучками, и лишнего места для господина душнилы не осталось.       — За что мне это… — шепнул фенек Сане, поджимая уши напротив этой парочки.       Все это начинало походить на какую-то дешёвую комедию, что забавило Сайно, и раздражало его уши, которым придётся эти три дня слушать «бубубу» от Кавеха и Хайтама. Ну, ничего, зато он не один страдалец.       — Переживем. — Сайно плюхнулся на мягкую кровать, которая теперь на пол недели принадлежала ему. Кровати были двухэтажными, комнаты не походили на пятизвёздочный отель, но это не особо парило киника-Сайно. Главное, что удобно. — Нам полчаса на обустройство дали. Чем займемся?       — Предлагаю сразу на лыжи и у-ё из мотеля. — Предложил фенек сразу, полагая, что пока Кавех будет доставать свои средства для ухода за волосами, посрётся с Хайтамом и они будут вновь выяснять, кто прав, кто виноват, кто бесчувственен, а кто нерационально чувствителен. Такое себе счастье — слушать их. — Быстренько разберём свои вещи и пойдём куда-нибудь.       — Куда, например? Нам нельзя далеко уходить, пизды вставят по самые помидоры. — план осуществляться стал сразу же: вещи были тяп-ляп скинуты по полочкам, Сайно накинул свою черную кожанку и уже стоял у двери, в ожидании.       Тигнари повторил ровно то же. И встал в своём тёмно-синем худи, глядя на Сайно в кожанке и чуть повиливая хвостом.       Потому что этому шакалу шло. Тигнари заявлял, как друг и как парень, которому нравятся парни.       — Давай хотя бы вокруг мотеля прошвырнёмся, посмотрим, чё у них тут растёт или продаётся.       — Я бы не отказался от еды… Хотя запеканка твоей мамы, которую мы ели в автобусе была сытной. — Наверное, Тигнари уже здесь нравится. Вон как хвост виляет, может, тоже поесть хочет? Хотя вряд-ли тут есть что-то вкуснее столичных пряностей. Может, что-нибудь купить ему…       — Можем, пойти, по булочке купить или что-то в этом роде. Пойдём. — И с чуть приподнятым настроением выскользнул мимо, случайно замарав тёмные джинсы Сайно лисьей шерстью. Зелёная волосинка с кончика осталась на ткани. И даже не заметил, что по чужой ляжке проехался хвостом.       — Ты сегодня в хорошем расположении духа. Хотя из автобуса выходил убитый… — Около гостиницы были киоски со всякой всячиной, самостоятельные торговцы, таксисты и прочие прохожие. Конечно, и сладости были, какое же Сумеру без них.       — Да… Вот так вот, — хмыкнул он, улыбнувшись широко. Ему стало странно от то, что его очень порадовал прикид друга. Ну, правда, красивый, красивый, жених. — Что будешь? Я могу заплатить. Матушка снарядила деньгами, как в кругосветное путешествие.       — Забавно, но я хотел сказать тоже самое. Правда, мне отец денег не давал…       — Прибереги деньги на те свои карточные планы, — радостно заявил лис, доставая кошель. — Выбирай, что будешь.       — Теперь я что-то типа содержанки? — Сайно выбрал обычный пирожок с курицей и газировку, чтобы запить. Кто же знал, что Тигнари тоже захочет его угостить?       — Содержанок не потерплю! — фенек расплатился и за свой пирожок с грибами и сок. — Я за равноправие. Ну, или содержание меня!       Он теперь улыбнулся с наглым вызовом. Разумеется, содержанкой он быть не собирался — в жизни важна независимость.       — Боюсь, я пока не настолько богат, чтобы обеспечить целого тебя. — А судя по количеству растений, книг, средств по уходу и прочих мелочей, что Сайно подметил в комнате ушастого, «стоит» этот лис недешево. Хотя, конечно, альбинос был на грани того, чтобы вместо своих карточек купить ему подарок на день рождения подороже.       — Подожду, когда станешь генералом или кто там сам главный в полиции. И буду с тебя требовать за годы дружбы феррари или что нибудь такое. Теслу? — отшутился Тигнари, махнул хвостиком, снова случайно проведя кончиком по ноге Сайно, и пошёл разгуливать под печальными голыми ветками по густым лиственным коврам. Они всегда прикольно шуршали. И пирожок с грибами был хороший — свежий и горячий. — Знаешь, если бы не Кавех с Хайтамом, я бы предложил смотреть МЛЗ ночью. Хотя можно от них экран телефона отвернуть и смотреть в наушниках…       — А чего не остров на Архипелаге? — Конечно, Сайно именно такой человек: проявляет любовь подарками и делами. Будь у него средства, задаривал бы всех, кто ему дорог, приятными вещами, но парень уверен, что целый остров он подарить не сможет. Не в этой жизни. — Ну, если ты сможешь продержаться со мной в друзьях целые годы… Это нужно одаривать как раз машиной типа Тесла.       Один из минусов поездки как раз то, что эти двое хоть и спят в одной комнате, но продолжить мультсериал смотреть не могут. — А как комментировать будем во время просмотра? Азбукой Морзе? — которую он специально выучил, чтобы быть еще круче. Ну, и будущему следователю такое, говорят, полезно.       — Надо начать медитировать, чтобы потом по духовной связи общаться. — Подколол лис, доедая уже свой пирожок. — Кстати, какова вероятность, что Хайтам знает морзе?       — …Сто процентов. Бездна, как же он достал быть таким нёрдом. — Сайно доел свой как раз к тому моменту, как учителя подозвали все три группы собираться к экскурсионным автобусам. — Ну, в любом случае потом будут зимние каникулы. Успеем заспидранить и МЛЗ, и еще какие-нибудь мульты.       — Мне кажется, мы всю зиму друг у друга жить будем. — Хихикнул лис, направляясь в сторону экскурсионных автобусов. — Знаешь, если так подумать, то время летит бешено. Мы будто бы вчера с учебниками таскались, а вот, уже глубокая осень, и мы на экскурсии.       — Ты что, резко захотел попрактиковаться в философии? Хотя у меня такие же ощущения. На уроках время ползет, как улитка, а в целом уже прошло несколько месяцев. — Тяжело, когда нужно совмещать романтические приключения с зимними экзаменами, да, Сайно?       — Да нет, просто маленькое замечание. В старости особо щедр на это дело буду. — Хмыкнул фенек.       Радовало, что на дворе была осень, и духота автобуса не чувствовалась совсем. Пока экскурсовод настраивала динамики, столичная троица выбрала места рядышком, а аль-Хайтаму базированно больше негде было сесть, и вышло так, что позади Сайно и Тигнари сидели Кавех и книжный червь.              В автобусе, ну, как же иначе, Тигнари сложил хвост на колени Сайно, это уже было чем-то крайне естественным, и стал смотреть на деревья, иногда обращая взгляд и на памятники.       — …А ты собираешься доживать до старости? — Сайно, ну как же иначе, стал автоматически гладить пушистое чудо. И оба были довольны.       — А ты — нет? — изогнул бровь с сомнением фенек. — Нет, я, конечно, всё понимаю и всё вижу, но с чего ты решил, что я не встану на пути у твоего желания себя поскорее угробить?       — Нет, я не это имел ввиду, просто, ну, не все хотят быть дряхлыми стариками… — Альбинос заранее прижмурился, чтобы принять лисий подзатыльник.       Вместо подзатыльника Сайно получил сдавливание холки, прямо как мамки своих детёнышей берут. Человеку, разумеется, это сдавливающее чувство безвольности доставляет сдержанный дискомфорт.       — Как миленький на пенсию выйдешь и будешь посяживать. Да в карты со мной играть.       Ай-й-й… Хорошо, хорошо, только отпусти… — белый флаг был поднят с первым позывом боли от когтей Тигнари. А экскурсия тем временем стартовала, пусть динамики даже после долгой настройки работали отвратно, и из-за гула школьников ничего не было слышно, но транспорт зато тронулся. — А про геев шутить на пенсии смогу?       Лис вздохнул.       — Если я найду к тому моменту мужа, ты постыдишься при нём? — вопросом на вопрос, как не стыдно, Нари!       — Конечно нет. Я буду шутить об этом вместе с ним. Не может же твой муж быть таким же… Эм… Ну, не то, чтобы занудой… Ты вовсе не зануда…       — Кто тут говорит про мужей? — Кавех встал и навис над ними из-за спинки автобусного кресла.       Тигнари поджал уши, вновь ощущая румянец стыда на щеках.       Ещё один знаток объявился, который теперь знает, с кем в будущем планирует спать Тигнари.       — Ты что, из «этих»?! — продолжил светоч физмата, в глазах звёзды засияли.       Оконфужен был не только фенек. Сайно решил прикрыть другана, прокашлявшись и повернувшись к Кавеху.       — Это просто наша локальная шутка. Не обращай внимания… Кхм.       За тебя, Сайно, только замуж и выходить.       — Да, просто глупая шутка, связанная с тем, что я на девку похож. Забудь… — буркнул фенек, стараясь всеми силами и средствами показать, как он относится к этой шутке.       Кавех надул губу и сел нормально.       А потом всё же заговорил вновь:       — Серьёзно? Звучит как-то даже оскорбительно…       — Не то слово… — поддакнул лис, потея градом, прямо как тогда, на диване за признанием в гомосексуальности перед Сайно.       — Тебя, как всегда, заботит, кто с кем спит, Кавех. Я чуть не отлетел вперед, когда ты вскочил. — Подметил Сайно, про себя выдыхая, мол, пронесло. Секрет был утаён.       Экскурсия прошла без особых происшествий. Только вот когда их высадили у музея, Тигнари кое-что понял.       Математик был с ними. Ехал в другом автобусе, конечно, но он был со всей группой.       — Смотри, это наш математик… — фенек дёрнул Сайно за рукав его кожанки, показывая на мужика в отдалении. — Я не знал, что он тоже едет.       — А ты не знал? Он же куратор класса Кавеха, физмат ведет. — Толпа постепенно стала оккупировать здание музея, тщетные попытки экскурсовода собрать всех в линейку довели до коридора, взрослые что-то рассказывали, Сайно пялил на экспонаты.       — Как-то не догадался… — поджал уши он. Но взбодрил себя силой, направившись к толпе. На экскурсии он с удовольствием только смотрел на ископаемые, которые добывались в районе возле города. Мамины гены!       Разглядывая аккуратно отполированный нефрит, Тигнари услышал, как к ним подошли, но не придал этому значения, пока не раздался голос.       — Красивые камни. — Поделился замечанием Муртаза с лёгкой улыбкой. — Это же нефриты?       — Да, тут написано, что нефриты. — Фенек неловко улыбнулся, оборачиваясь через плечо на учителя.       — Хочешь стать геологом в будущем? Почему же ты тогда в химбио? — Лис посчитал нужным как-то вежливо ответить, чтобы не злить лишний раз опасного препода, с руки которого успеваемость могла улететь в бездну.       — Нет, нет, просто мама привила интерес к разным окаменелостям и камням. Так-то я хочу быть биологом. Только ещё не уверен, каким именно. Может, в экологи пойду, а может — во врачи…       — Хорошо, надеюсь, из тебя вырастет отличный специалист. — Тигнари вежливо улыбнулся на это пожелание, обращая взор обратно к витринам.       Учитель математики не прекращал вести почти односторонние беседы. Тигнари старался отвечать, чтобы никак ни в коем случае не обидеть его.       В итоге математик даже отжал лиса у друга, не прекращая с ним разговаривать почти всё посещение музея.       «Это он так пытается отношения с Тигнари наладить после недавнего, или что?» — Сайно рассуждал, пока глядел на уже порядком отошедшую от него двоицу, которая вообще-то должна была состоять из него и Тигнари. Ну, ладно, прерывать диалог учителя невежливо, а у него еще есть великая миссия: расцепить двух женатиков друг от друга.       — Кавех, пожалуйста, не ругайся так громко… — внимание альбиноса переключилось на разрешение дилеммы Хайтама и Кавеха. Они спорили о том, фальшивка ли перед глазами за витриной.       — …Знаешь, я вижу, что ты парень способный и умный, и я хочу сделать из тебя ультимативного умного специалиста. Так что не серчай, что я строг. — Продолжал вдумчиво говорить препод. Тигнари печально оглядывался на Сайно, разнимающего распетушившихся парней, что были его на головы выше.       — Потому вы мне занизили оценку? — спросил он осторожно.       — Прости, прости, я понимаю, что тебе обидно, но это был бы для тебя стимул стараться в три раза активнее. Если ты захочешь пойти по специальности, в которой есть химия, тебе понадобится хороший математический склад ума, и я тебя под него заточу…       — Я не обижен, правда, только давайте вы больше не будете так делать. Я страшно испугался…       — Да я слышу же, что обиделся… Давай я тебе это возмещу. Я могу подготовить тебя к хорошей такой олимпиаде по математике. Ребята-выпускники. которые её успешно сдавали, очень охотно принимались университетами. Причём любыми. Тебе в портфолио не помешает лишняя картоночка.       Фенек дрогнул ухом.       Ладно, есть резон, правда есть. И в студсовете любят активистов, которые в каждую дырку себя засовывают… Это имидж и уважение других. Глава студсовета, в идеале, — лучший ученик.       — Хорошо…       — Отлично. Я подам заявку, и мы начнём готовиться. — Теперь фенек, полагая, что разговор окончен, откланялся и убежал к друзьям. А смятение всё бушевало на душе.