Голос правды

— Вы такие идиоты! — возмущалась Гермиона за завтраком. — А что, если бы Амбридж вас застукала? Вы об этом подумали?  — Гермиона, всё в порядке. Никто не понял, что это были мы, — спокойно ответил Рон.       Девушка тяжело вздохнула, зная, что друзья в таких ситуациях совсем не мучаются от совести. Гарри клевал носом и норовил упасть лицом в омлет. Он не мог уснуть полночи от боли в правом плече, поэтому сейчас чувствовал себя как никогда разбито.   — Гарри, ты опять полночи читал? — спросила строго Гермиона, заметив его состояние. — Странно, что ты недовольна таким развитием событий, — ответил Гарри, не поднимая свой взор и ковыряя вилкой завтрак. — Друг, нельзя же так увлекаться книгами, а то станешь теряться в библиотеке, как Том или Гермиона, — Рон засмеялся и стукнул друга кулаком в плечо.        Поттер отскочил, зашипев и схватившись за место удара. Перед глазами от боли замерцали золотистые точки, а друзья смерили его обеспокоенными взглядами. — Друг, ты чего? — взволнованно и непонимающе поинтересовался Уизли. — Я же не сильно тебя ударил.  — Гарри, что случилось? — нахмурившись, спросила подруга. — Вчера наткнулся на недоброжелателей, — ответил он, проморгавшись. — Что? — Гермиона резко подалась вперёд. — И ты только сейчас об этом говоришь? Гарри, это же не шутки, глупая твоя голова! Тебе надо к мадам Помфри и Дамблдору. — К Дамблдору? Смеёшься? — смерил он её скептическим взглядом. — Тогда к Снейпу и Помфри, — исправилась она. — И что я ей скажу? Что упал? — Да хоть что упал. Ты хочешь и дальше мучиться? — Гарри ничего не ответил, и Гермиона тяжело выдохнула. — Сильно болит? — спросила она уже спокойнее. — Нет, пройдёт. — А Том знает об этом? — поинтересовался Рон. — Нет! И не надо. Сейчас не стоит накалять обстановку больше, чем уже есть. — Он знал о проделках Амбридж? — внезапно спросила Грейнждер. — Нет, она их союзница, но о занятиях он не знал.

***

      Последующие несколько дней Гарри лечил боль в плече, всё-таки зайдя к Помфри на осмотр. В лопатке была трещина, но женщина сказала, что в этом нет ничего страшного, и дала зелье. Само нападение ни с кем из учителей он так и не обсудил. А какой смысл? Он не уверен, что кто-то из них смог бы на это повлиять, ибо все знают, что Гарри не рады в школе. А если бы произошедшее дошло до родителей? Они бы снова захотели забрать его домой. Лучше молчать. Он так же ходил на занятия и занимался после уроков древней магией, но меньше, чем в первый день из-за боли в плече и чтобы на случай опасности оставался запас магии.       В один из таких вечеров его уставшим, сидящем на полу в пустом кабинете, нашёл Том. — Как успехи? — он подошёл ближе и сел рядом. — Неплохо, у меня получается гораздо лучше, я уже продвинулся на несколько тем вперёд, — выдохнул он устало и положил голову на плечо Тома, прикрывая глаза. — Это удивительно, Гарри, она мало кому поддаётся, кажется, у тебя действительно может быть какая-то предрасположенность, — Том поцеловал его в макушку и приобнял за плечи, от чего Гарри поморщился. — Что такое? — заметив это, спросил Реддл. — Ничего, просто устал. Ты говорил с леди Гонт по поводу занятий Амбридж? — Да, я связывался с ней через дневник, сейчас нежелательно встречаться лично. Она сказала, что знала об этом, но Долорес занимается только с теми, у кого выявила предрасположенность к тёмной магии, внедряя таким образом её больше в нашу жизнь. — Но это неправильно. Они же даже не знают о том, что у них есть предрасположенность и что это именно тёмная магия, — упрекнул Поттер. — Мама обещала подкорректировать это, обсудив непосредственно с Амбридж, — проинформировал Том и легонько стукнул парня пальцами по кончику носа.       Гарри опешил. Он резко поднял голову с плеча и немного отстранился, нахмурившись. — Ты что, только что щёлкнул меня по носу? — уточнил он, приподняв бровь. — Да, всё так и было. Если сомневаешься в своей возможности видеть, можешь протереть очки, и я повторю это ещё раз, — серьёзно сказал Том, но глаза его улыбались, выдавая веселье. — Самовлюблённый кретин, — усмехнувшись, ответил Гарри и положил голову обратно.  

***

— Гарри! Гарри! — Поттер обернулся на голос друга и подождал, пока Рон до него добежит. — Сегодня матч, ты помнишь? Чёрт, я так нервничаю, ты придёшь? Гермиона придёт только с Джинни, поэтому, если хочешь, можешь взять с собой Тома, — запыхавшись, протараторил он. — Эм, Рон, я не думаю, что появляться с Томом на трибуне — хорошая идея, — растерянно ответил Гарри.  — Ох, точно. Прости, я забыл, — Уизли досадливо почесал голову. — Так ты придёшь? — Да, я приду, — улыбнувшись, ответил Поттер.       После обеда некоторые ученики отправились по своим делам, а большинство оставшихся отправились на матч по квиддичу между Гриффиндором и Слизерином.        Погода на улице была холодная, сырая и пасмурная. Конец ноября уже порадовал студентов небольшим количеством снега, но этого стало достаточно, чтобы у них уже зародилось новогоднее настроение.        По пути на квиддичный стадион близнецы Уизли собирали у студентов деньги, предлагая сделать ставку. Они повесили на свои шеи ящики с двумя отсеками команд с наложенными самолично разработанными чарами, которые считают деньги и автоматически в двух блокнотах появляются имена учеников, сумма ставок и общая сумма. — Вы такие мерзкие, — упрекнула их Джинни, когда они предложили сделать ставку и ей. Поттер на это усмехнулся и пошёл в сторону трибун.       Гарри договорился пойти на матч с близнецами, поэтому занял места и ждал двух авантюристов уже на трибуне. Сидеть без движения стало прохладно, и он наложил на себя согревающие чары, расслабленно выдыхая, когда они начали действовать. Вскоре две рыжие макушки показались рядом. — Гарри, а ты уже сделал ставку? — спросил Джордж. — Да, целых два раза, — усмехнулся Поттер и покачал головой.  

***

      Матч был напряжённым, из-за чего с мест раздавались крики совершенно разных эмоций. Игра длилась около трёх часов, из-за чего многие студенты и преподаватели сидели с красными щеками и носами, замёрзнув. Не спасали ни шарфы, ни шапки, ни тёплая одежда, ни даже согревающие чары. Гриффиндор снова одержал победу, как и в прошлом году, выиграв с небольшим от Слизерина отрывом.       Воодушевившись, студенты после игры решили пойти отметить победу в Три Метлы. Сегодня пятница, поэтому многие были настроены хорошо провести время и выпить, чтобы завтра проваляться полдня в кроватях и отдыхать, ни о чём не думая. Зайдя в паб, многие издали облегчённый вздох от того, что тепло помещения укутало их озябшие и промёрзлые тела, и сели за большой стол в дальнем углу.       Вечер не шёл. Все гриффиндорцы общались между собой, активно что-то обсуждая, но когда Гарри пытался вклиниться в диалог — намеренно игнорировали. Рон и Гермиона, заметив это, пытались вести с ним беседу, поддерживая, но их отвлекали другие однокурсники. Поттер понимал, что он не единственный, с кем они общаются, поэтому зла не держал. Они ему не няньки и не обязаны весь вечер общаться только с ним.        От того, что Гарри устал их всех слушать и не участвовал в беседе, он часто отпивал сливочное пиво с кружки из-за чего довольно быстро захмелел. Тепло паба только поспособствовало этому, поэтому Гарри решил вернуться в замок. — Гермиона, я уже пойду, — прошептал он ей, дотронувшись до плеча. — Что? Нет, Гарри, подожди, мы сейчас тоже пойдём.       Поттер поджал губы, но покорно дождался, пока подруга прошепчет Рону на ухо, а тот, подняв понимающий взгляд на Гарри, встанет и соберётся следом. Настроения не было, поэтому Гарри всю дорогу до замка шёл молча.

***

      Утро было ленивым. Поттер проснулся ещё в семь утра, но увидев, что все ещё спят, решил доспать тоже. Погода за окном снова была гадкая и тусклая, из-за чего хотелось только завернуться в одеяло и пролежать весь день, никуда не выходя. Гарри высунул ногу из-под одеяла, почувствовал, как холодный воздух окутал ступню и накрыл её обратно, укутавшись сильнее и уткнувшись лицом в подушку.       Второй раз он проснулся уже к обеду, как и его соседи, но никто ещё не торопился подниматься со своих кроватей, болтая между собой со своих мест, уже открыв пологи. Гарри воспользовался случаем и пошёл умываться, пока в душевую не выстроилась очередь.       День прошёл лениво. Трое друзей пообедали и пошли в гостиную, чтобы поиграть в волшебные шахматы, в которых Рон снова одержал над ними победу. Поэтому Поттер, потеряв к этому интерес и решив оставить друзей наедине, отправился в класс, чтобы потренироваться Древней магии.        Так и прошла неделя. Том был занят какими-то своими делами со студентами, о чём с виноватым видом сообщил Гарри, но он, всё понимая, отреагировал спокойно и сделал упор на свои внеклассные занятия, проводя в бывшем кабинете Трансфигурации всё свободное после учебного дня время. Иногда его накрывала меланхолия из-за чувства одиночества, но он старался не поддаваться. Всё решится, нужно было только переждать.       Поттер чувствовал, что, когда он занимается именно этой отраслью магии, его собственная расходуется гораздо меньше. Он сам нередко ловил себя на мысли: может быть, у него действительно есть какая-то принадлежность. К концу недели он уверенно пересёк середину учебника.         В воскресенье Том после ужина выхватил Гарри в коридоре, прижимая спиной к холодной стене и впиваясь в губы жарким поцелуем. Гарри ответил не менее пылко, но вскоре отстранился, оглядываясь по сторонам и успокаивая ускорившееся сердцебиение. — Что, так сильно скучал, что решил зажать меня прямо в коридоре? — с озорным блеском в глазах произнёс Поттер. — Разве я не имею право? — рука Реддла скользнула по талии Гарри и спустилась ниже поясницы, от чего Поттер шумно втянул воздух. — И не говори теперь, что сам не скучал, — усмехнулся на реакцию Том, а Гарри, кинув мимолётный взгляд на алые, поблёскивающие от слюны губы, выдохнул: — Очень скучал, — и сам прильнул к устам возлюбленного.  — Я нашёл одно увлекательное место, пока занимался своими делами, и мне не терпится тебе его показать, — оторвавшись от сладких губ, прошептал в них Том.       У Гарри от прилива радости перехватило дыхание и по ощущениям перевернулся желудок в животе. Он так скучал по Тому, что теперь, когда они встретились и проведут время вместе, он совершенно не хотел выпускать его из рук.       Том повёл его на верхние этажи, минуя размеренным шагом коридоры и лестницы. Гарри постоянно удивлялся, как Реддл умеет контролировать свои эмоции. — Чем ты занимался эту неделю? — спросил Поттер. — Сейчас не лучшее время, чтобы обсуждать подобное, давай сначала дойдём до места.       Гарри кивнул и молча шагал за ним следом. Они пришли на восьмой этаж, где Том начал спокойно и, как обычно, с прямой спиной расхаживать туда-сюда вдоль пустой стены. — Эм, Том? Что ты делаешь? — нахмурившись, спросил Гарри. Реддл только показал указательный палец, прося подождать минуту.       Через несколько мгновений в той самой стене начали появляться витые узоры, которые ещё чуть позже преобразовались в полноценную большую дверь. Гарри во все глаза на неё уставился, не веря, что они его не подводят. — Это Выручай-комната, я наткнулся на неё совершенно случайно, когда искал одного студента. Пойдём, — Реддл протянул Гарри руку ладонью вверх, за которую тот без сомнений взялся.       За открытой дверью перед ними предстала просторная комната в голубых тонах с высокими потолком и окном, которое открывало вид на густой тёмный Запретный лес. Рядом стояла двуспальная кровать с голубыми балдахинами, такого же цвета постельным бельём и большим количеством молочного цвета подушек.       На полу лежал мягкий, пушистый светлый ковёр, а у противоположной стены стоял письменный стол из светлого дерева и книжный стеллаж из такого же. Здесь было уютно. Взгляд Поттера зацепился за дверь, ведущую в ещё одну комнату, и он без раздумий подошёл к ней, открывая. За ней оказалась ванная комната с душевой кабиной, большой раковиной с висящим над ней зеркалом и унитаз.       Закрыв дверь, Поттер повернулся к Тому. Реддл увидел на лице непонимание, а в зелёных глазах множество вопросов, которые гриффиндорец не мог сформулировать и уцепиться хоть за один, отчего Том издал искренний смешок. — Эта комната появляется тогда, когда кто-то в ней нуждается. Я подумал, что очень нуждаюсь в месте, где мы сможем проводить наедине больше времени. К моему глубокому сожалению, едой она не снабжает, но всё остальное для комфортного нахождения здесь долгое время имеется.       Поттер пересёк комнату большими шагами и утянул Тома в чувственный, страстный поцелуй. Они оба изголодались друг по другу за время, которое не проводили вместе. Их взгляды пересекались каждый раз, когда это было возможно: на занятиях, в большом зале на завтраках, обедах и ужинах, в коридорах, но от этого становилось только тоскливее. Сейчас же они имеют свой собственный уголок, в котором им никто не помешает. — А сюда могут зайти? — спросил Гарри между поцелуями. — Нет, пока никто не знает, в каком виде сейчас комната, не могут.       Гарри кивнул и зашагал вперёд, довёл Тома до кровати, сразу толкая того в грудь, и забрался сверху, садясь на его колени. Глаза Реддла блеснули, а взгляд стал более цепким и внимательным. Мантия и рубашка Поттера с помощью ловких пальцев Тома улетели на пол довольно быстро. Руки Реддла были везде, оглаживая и сжимая такое желанное тело, пока его обладатель страстно целовал шею и грудь слизеринца, не желая обделить вниманием даже один миллиметр кожи. Через пару минут Том резво поменял их местами, словно Гарри совсем ничего не весил, и навис сверху, перехватывая инициативу и параллельно избавляясь от одежды на себе. Карие глаза потемнели от похоти в них, и он начал спускаться поцелуями ниже, расстёгивая ремень, пуговицу и молнию на брюках своего гриффиндорца.       Стащив их вместе с бельём, он дотронулся языком до головки вставшего члена, из-за чего Гарри выгнулся в спине, комкая в руках пододеяльник. От новых ощущений закружилась голова, а Том тем временем только вошёл в азарт, беря полностью головку в рот и разрабатывая пальцами вход. Гонту нравилось слышать и чувствовать, как Гарри рассыпается в его руках, издавая уже совсем не тихие стоны, нравилось видеть, как Гарри скучал. Том понял свои максимальные возможности и начал активнее двигать головой, втягивая щёки. У Поттера под глазами от удовольствия расплывались разноцветные круги, а в комнате слишком быстро стало жарко, опустив взгляд вниз, он заскулил. От вида прямо смотрящего на него Тома с его членом во рту сводило пальцы на ногах, а возбуждение росло всё больше и больше, хотя, казалось, что предел уже был достигнут. Реддл отстранился, а Гарри захныкал, останавливая того за плечо и прося продолжить, но у Тома были другие планы. — Нет, Гарри, ещё слишком рано кончать. — Тогда давай уже. — Давать что? — усмехнувшись, уточнил Том. Гарри поднял на него уже давно поплывший взгляд и недовольно нахмурился.  — Переходи к главному. — А ты так хочешь? — Том опустил руку на член Гарри и начал его неторопливо поглаживать, дразня, а сам поднялся выше, медленно целуя линию челюсти гриффиндорца. — Том… пожалуйста. — Что? Скажи это. Проси меня, мой драгоценный. Проси, и я сделаю всё, что ты пожелаешь, — томно прошептал Том ему на ухо и облизнул мочку. — Том, пожалуйста, возьми уже меня.       Слизеринцу не нужно было повторять дважды. Он стянул с себя свои брюки с бельём и выдохнул от облегчения, одежда больше не давила на вставший орган. Реддл перевернул Гарри на живот и сел сверху около ягодиц, пристраиваясь и медленно входя. Том держал себя изо всех сил, чтобы не сорваться и не сделать Гарри больно. От такой желанной близости мозг по ощущениям превращался в кашу и совсем не хотел функционировать. Войдя до конца и переждав пару минут, Том начал двигаться, наклоняясь к Гарри и рукой поворачивая его лицо к себе, чтобы поцеловать. Язык обвёл ровный ряд зубов и слился в танце с языком Гарри.       Контроль над ситуацией испарился, и Том, отстранившись, поставил Поттера в коленно-локтевую позу, сразу ускоряя ритм до максимально возможного. Стоны Гарри граничили с криками, а одеяло давно уже сбилось и не лежало так аккуратно, как прежде. На боках от хватки Реддла явно останутся синяки, а на плечах, куда Том его сейчас целовал — засосы. Выдержки обоих надолго не хватало, и через минут семь они оба кончили.       Приняв по очереди душ, они легли в кровать, укрывая холодные после прохладной воды конечности, а Гарри и вовсе оплёл ноги Тома так, чтобы его ступни грелись о них. Было хорошо и спокойно. Приглушённый свет от настенного бра со свечами окутывал комнату тусклым светом.  — Так чем ты занимался всю эту неделю? — всё же вспомнил про свой вопрос по пути сюда Гарри. — Я и несколько ребят со Слизерина вербовали тех студентов, с которыми занимается Амбридж. Сначала нужно было добиться их расположения, а потом мы уже начали объяснять, что такое тёмная магия и при каком использовании она не опасна.  — И что, они согласились обучаться ей дальше? — уже с закрытыми глазами спросил Поттер. — У них не то что бы есть выбор. Они уже не могли вызывать Патронус, поэтому мы предложили вариант, при котором они извлекут максимальную для себя выгоду. Многие из них на сегодняшний день согласились, что вокруг Патронуса не крутится мир и в тёмной магии тоже есть свои плюсы.       Гарри только кивнул, решив подумать об этом позже, и сам не заметил, как провалился в сон, пригревшись у Тома под боком.  

***

— Драгоценный, пора вставать, — сказал Том ему на ухо и принялся целовать щёки.        Гарри довольно улыбнулся, как сытый кот, который объелся сметаны и, обняв Тома за шею, повалил на кровать, переворачиваясь на бок и закидывая на него свою ногу. — Что ты делаешь? Я же в одежде. — Ничего страшного, давай полежим ещё немного, — ответил Гарри, так и не открыв глаз. — Сегодня не выходной, мы опоздаем на занятия, — мягко усмехнулся Реддл.       Поттер резво открыл глаза и огляделся. Это был не сон, и теперь у них правда есть пространство для двоих, кроме заброшенного кабинета Трансфигурации. Вставать не хотелось до скрежета зубов, но Гарри подумал, что им ещё следует вернуться в свои комнаты за учебниками. Он тяжело вздохнул и оглядел Тома. Тот был уже одет, умыт и причёсан. — Почему ты не разбудил меня тогда, когда встал сам?  — Ты слишком сладко спал, я думал, ты встанешь с минуты на минуту, но недооценил гриффиндорскую ленивость.       Гарри ударил Тома подушкой, от чего тот тихо засмеялся, но вставать и правда было пора, поэтому он встал с кровати и пошёл умываться.       До башни Гриффиндора от Выручай-комнаты было ближе, чем до подземелий Слизерина, поэтому Гарри неторопливо направился туда, Том же покинул комнату около десяти минут назад, оставив его одеваться после утренних процедур и поцеловав на прощание перед уходом.       Зайдя в комнату, он наткнулся на Рона и Гермиону, нервно сидящих на кровати Уизли, что выдавали закусанная нижняя губа Гермионы и нога Рона, которая нервно стучала по полу. Они обернулись на звук открывающейся двери. В этот же момент от друга ему в лицо грубо прилетела подушка. — Гарри, чёрт тебя подери! Где ты был?! — подскочила к нему злая подруга. — Эм, я проводил время с Томом, — настороженно ответил он. — А предупредить ты нас хотя бы мог? Я чуть с ума не сошёл! Сначала не мог уснуть от волнения, но потом подумал, что ты снова тренируешься магии, и лёг спать, а утром тебя так и не обнаружил! — возмутился Рон, тоже подходя к ним. — Простите меня, я сам не знал, что меня не будет. Обещаю предупреждать в следующий раз, честно, — виноватым голосом проговорил он и посмотрел на них по очереди, выражая извинения. Друзья синхронно тяжело вздохнули. — Мы правда сильно перепугались, так что да, будь добр предупреждать в следующий раз, — изрекла Грейнджер. — Хорошо, но скажу заранее, что, скорее всего, я часто буду отсутствовать по ночам. Том нашёл комнату, в которой мы можем проводить теперь больше времени вместе подальше от чужих глаз. — Это здорово. Надеюсь, что там безопасно и вам ничего не угрожает. — Не переживай, Рон, там безопасно.  

***

      Ноябрь полностью передал свои права декабрю, который щедро одарил снегом и морозами, пробуждая в студентах и учителях чувство праздника и приближающегося Рождества. Хогвартс в декабре имел особую атмосферу, которую Гарри не забудет даже спустя годы. Перед Рождеством замок расцветал как никогда. По коридорам ходили весёлые студенты, думали над подарками, а учителя украшали замок с самого начала месяца, в Большом зале подавали вкусный горячий шоколад, пушистый снег крупными хлопьями опускался на башни, крышу и дворы Хогвартса, покрывая его будто большим белым одеялом. Гарри искренне любил это время.       Огорчало только то, что скоро каникулы, а значит, придётся ехать домой и, он уверен, там его включат в состав Ордена Феникса, ведь он обещал. Время на раздумья вышло, а Поттер так и не понял, что делать со всем этим. Желание не принимать ничью сторону так и осталось с ним и всё по тем же причинам — он не проникся мотивами и методами ни одной из сторон. Интуиция Гарри верещала о том, что ещё рано принимать решение, нужно больше информации и времени. Вот только последнего нет.  

***

      Перед отъездом по домам Гарри и Том проводили много времени вместе в комнате. Делали вместе домашнее задание, отдыхали, а вечерами Поттер продвигался в изучении древней магии. В один из вечеров Том, читающий книгу, поглядывал на его старания, и ему в голову пришла идея. — Не хочешь сразиться со мной?        Гарри, стоявший в боевой стойке с палочкой в правой руке и книгой в левой, запнулся на заклинании и непонимающе на него посмотрел, принимая обычную позу. — В каком смысле?        Том спокойно отложил книгу и поднялся на ноги, подходя ближе. — Тебе же нужна практика, чтобы использовать изученные тобой заклинания в бою, верно? — приподняв левую бровь, уточнил Том. — Да, но каким образом ты предлагаешь мне сразиться с тобой? — Обычным, Гарри. Как на дуэли, всё то же самое, только ты используешь Древние заклинания. — А ты: классические или тёмные? — Классические, разумеется. Сначала попробуем так, а дальше, если будешь чувствовать себя уверенно, то можно и с тёмными попробовать.       Глаза Гарри в предвкушении загорелись, и он активно закивал. Том атаковал первым. — Петрификус Тоталус!  — Опс! — Гарри сделал пас палочкой, и вокруг него образовался щит оранжевого цвета с прожилками золотых нитей. Выглядело непривычно и очень красиво.       Том улыбнулся, в его глазах отразился неподдельный интерес, и он начал забрасывать Гарри разными заклинаниями, от которых тот только защищался, снова и снова возводя щит. Через время Том заскучал, что было видно по исчезнувшему блеску азарта в глазах. — Ступефай! — Спекулум!       Глаза Тома забавно расширились, когда он увидел обратно летящий в него отражённый заклятием Ступефай и в последний момент успел возвести щит. — А ты дерёшься грязно, — усмехнулся Реддл, убирая щит и подходя к парню. — Я даже извиняться за это не буду, — с довольной ухмылкой ответил Поттер. — И правильно, не нужно. Гарри, ты правда молодец, — уже серьёзно сказал слизеринец. — Ты очень преуспел за это время.       Гриффиндорец улыбнулся и прильнул к губам Тома, оглаживая рукой его щёку.