Тени наёмников: Заветное пари.

Чонгук и Тэхён

Тэхён лежал на кровати, уставившись в потолок. В комнате было тихо, только слабый свет луны пробивался сквозь шторы, отбрасывая причудливые тени на стены. Его пальцы нервно теребили край одеяла, а в голове крутились слова Чонгука: «Знаешь, на этот раз все было немного иначе, чем обычно.» Что он имел в виду? Чем этот раз отличался от всех предыдущих? Тэхён перебирал в памяти их встречи, их страстные моменты, но не мог найти ответа. Раньше между ними было влечение, желание, даже азарт — но всегда с оттенком игры, с расчетом. А сегодня... Сегодня Чонгук смотрел на него иначе. Глубже. Тэхён перевернулся на бок, сжав подушку в руках. Может, он сам что-то изменил в своем поведении? Или Чонгук наконец начал видеть в нем не просто объект желания, а что-то большее? Но если так, то почему он не сказал этого прямо? Почему замолчал, словно испугался собственных мыслей? Тэхён закрыл глаза, вспоминая, как Чонгук прижимал его к холодным шкафчикам в раздевалке, как его губы обжигали кожу, а руки — казалось — искали не просто удовольствия, а... Привязанности? Нет, он, наверное, просто фантазирует. Чонгук — человек, привыкший держать дистанцию, и даже если что-то изменилось, вряд ли он станет обсуждать это вслух. Но если это правда, если между ними действительно появилось что-то новое... Тэхён резко сел на кровати, сердце бешено, колотясь в груди. Что тогда? Он больше не мог участвовать в этом пари. Не мог играть с чувствами — своими или Чонгука. Но как сказать об этом Чимину? И что, если Чонгук просто снова играет с ним? Тэхён схватил телефон, собираясь написать Чонгуку, но остановился. Нет. Сначала ему нужно разобраться в себе. Он снова упал на подушку, стиснув зубы. Чёрт, как же всё сложно... За окном зашумел ветер, и тени на стене зашевелились, словно подхватывая его тревожные мысли. А где-то в городе, может быть, в эту же минуту, Чонгук тоже смотрел в потолок и думал о нем. Или нет. Тэхён не знал. И это сводило его с ума. Тэхён сидел на краю кровати, сжимая телефон в руке. Он уже третий раз набрал номер Чимина, но тот снова ушел на голосовую почту. «Где он? Почему не берет трубку?» — мысленно ругался Тэхён, чувствуя, как тревога сжимает его грудь. Он бросил телефон на подушку и провел рукой по лицу. Мысли путались: слова Чонгука, их страстная встреча в раздевалке, пари с Чимином… Все это не давало ему покоя. — Ладно, — пробормотал Тэхён, снова беря телефон. — Если Чимин не отвечает, может, стоит написать Чонгуку? Он открыл чат с Чонгуком и замер, пальцы зависли над экраном. Что написать? "Привет, давай встретимся?" Слишком просто. "Мне нужно поговорить о том, что ты сказал в раздевалке?" Слишком прямо. В конце концов, Тэхён набрал: [Эй, ты завтра свободен? Можешь зайти ко мне поиграть в приставку? Как в прошлый раз, только без моей внезапной слабости.] Он отправил сообщение и тут же пожалел. Звучало как-то… глупо. Но отменить было уже нельзя. Прошло несколько минут. Тэхён нервно постукивал пальцами по экрану, ожидая ответа. Наконец, телефон завибрировал: [Приставку? Опять хочешь проиграть?] Тэхён усмехнулся. Типичный Чонгук. [В этот раз я тебя уничтожу. Ты даже не поймешь, как это произошло.] Ответ пришел почти мгновенно: [Смело. Ладно, заеду завтра после пар. Готовься к поражению.] Тэхён улыбнулся, но вскоре его лицо снова стало серьезным. Встреча — это хорошо, но ему нужно было понять, что происходит между ними. И главное — как быть с пари.

***

Утро началось с сообщения от Чимина: [Привет, я плохо себя чувствую. Не приду сегодня на пары.] Тэхён, хоть и удивился неожиданному недомоганию друга, ответил коротко: [Понял. Отдыхай, выздоравливай. Если что — звони.] Без Чимина день тянулся мучительно медленно. Лекции казались скучными, разговоры с одногруппниками — пустыми. Тэхён ловил себя на том, что постоянно поглядывает на часы, отсчитывая минуты до вечера. Комната Тэхёна была тихой, если не считать голосов из кухни, где бабушка что-то напевала, готовя ужин. Сам Тэхён нервно расставлял контроллеры перед телевизором, проверял, все ли игры на месте, и то и дело поправлял волосы перед зеркалом. «Спокойно, это просто Чонгук. Мы уже тысячу раз так проводили время», — пытался убедить себя Тэхён, но сердце упрямо колотилось чаще. Вдруг раздался звонок в дверь. Тэхён резко поднял голову. — Я открою! — крикнул он, но бабушка уже шуршала тапочками в коридоре. — Кто там? — донесся ее голос. Тэхён замер у порога своей комнаты, прислушиваясь. — Добрый вечер, — раздался низкий, знакомый голос. — Я... к Тэхёну. — А, ты, наверное, тот самый Чонгук, о котором он столько рассказывает? — бабушка засмеялась. Тэхён почувствовал, как кровь приливает к лицу. «О чем это она?!» — Рассказывает? — в голосе Чонгука прозвучало легкое удивление, смешанное с любопытством. — Ну да! То на аттракционы вы ходили, то в караоке, то ты ему помог. — БАБУШКА! — Тэхён буквально выскочил в коридор, широко улыбаясь. — Спасибо, что открыла, я сам дальше разберусь! Бабушка покачала головой, но уступила дорогу. — Ладно, ладно. Только ужин через полчаса будет, не забудьте! — крикнула она им вслед. Чонгук стоял в дверях, одетый в темную водолазку и джинсы, руки засунуты в карманы. Его взгляд скользнул по Тэхёну, потом по коридору, и в уголках губ дрогнула усмешка. — Ну что, проводишь меня в свои владения? — Заходи, — Тэхён отступил, пропуская его. Чонгук переступил порог, и Тэхён закрыл дверь, на секунду задержав взгляд на его спине. «Как всегда, уверенный. Как будто ему все равно. А мне — нет». Комната Тэхёна была уютной: мягкий свет лампы, слегка приглушенный шум города за окном, диван, заваленный подушками. На экране телевизора застыло меню игры. Чонгук огляделся, затем опустился на диван, развалившись с привычной небрежностью. — Ну что, слабак, готов к поражению? — Ты даже не представляешь, насколько ошибаешься, — Тэхён сел рядом, намеренно ближе, чем нужно, и взял контроллер. Чонгук лишь приподнял бровь, но не отодвинулся. Игра началась. Первые минуты прошли в молчании, прерываемом только звуками с экрана и редкими репликами. Но чем дольше они играли, тем больше напряжение между ними росло — и не из-за игры. Тэхён украдкой наблюдал за Чонгуком: за тем, как его пальцы ловко нажимают кнопки, как мышцы предплечья напрягаются при резких движениях, как он слегка прикусывает губу, когда проигрывает раунд. — Ты специально отвлекаешься, чтобы я выиграл? — Чонгук вдруг повернулся к нему, и их взгляды встретились. — Я не отвлекаюсь, — Тэхён попытался сохранить невозмутимость, но голос выдал его. Чонгук медленно положил контроллер на стол. — Тогда почему ты пялишься на меня, а не на экран? Тэхён почувствовал, как по спине пробежали мурашки. — Может, потому что ты интереснее любой игры? — вырвалось у него прежде, чем он успел подумать. Тишина. Чонгук замер, его глаза стали темнее, тяжелее. Тэхён понял, что перешел какую-то грань, но отступать было поздно. — Ты... — Чонгук начал, но тут в дверь постучали. — Мальчики, ужин готов! — позвала бабушка. Тэхён резко отпрянул, будто обожженный. — С... сейчас придем! — крикнул он в дверь. Чонгук все еще смотрел на него, и в его взгляде было что-то нечитаемое. — Мы продолжим это... позже, — тихо сказал он и встал. Тэхён кивнул, не доверяя своему голосу. Они вышли к ужину, но мысли Тэхён были далеко от еды. «Что сейчас произошло? И что будет "позже"?» А Чонгук, сидя напротив, лишь изредка бросал на него взгляды, за которыми скрывалось что-то... новое. Ужин прошел в странной, почти неловкой тишине. Бабушка, казалось, ничего не замечала, болтая о соседях и новых рецептах, но Тэхён едва мог сосредоточиться на ее словах. Он чувствовал, как взгляд Чонгука время от времени скользит по нему — тяжелый, изучающий. Когда они вернулись в комнату, напряжение между ними стало почти осязаемым. Тэхён закрыл дверь и обернулся, наткнувшись на молчаливый вопрос в глазах Чонгука. — Так… продолжим игру? — попытался Тэхён сделать шаг к дивану, но нога вдруг зацепилась за край ковра. Он пошатнулся и полетел вперед — прямо в руки Чонгуку. Тот поймал его с легкостью, одной рукой обхватив за талию, другой придерживая за плечо. Их лица оказались в сантиметрах друг от друга. Тэхён почувствовал, как учащается его пульс. — Ты сегодня какой-то… неловкий, — прошептал Чонгук, не отпуская его. — Что происходит? Тэхён молчал. Губы его слегка дрожали, а в голове пульсировала только одна мысль: «Сделай это. Сейчас или никогда». И он решился. Резко подняв голову, Тэхён прижался губами к губам Чонгука. Тот замер на мгновение — не отстраняясь, но и не отвечая. Потом его пальцы впились в Тэхёна сильнее, и он ответил на поцелуй — медленно, почти нерешительно, будто проверяя что-то. Когда они наконец разъединились, Чонгук смотрел на него с непроницаемым выражением. — Объяснись, — тихо потребовал он. — Что на тебя нашло? Тэхён глубоко вдохнул. — Я хотел понять… будет ли этот поцелуй иначе. Чонгук нахмурился, затем его глаза вдруг расширились. Он понял. — Ты все это время думал о моих словах? Тэхён кивнул, не в силах говорить. Чонгук внезапно усмехнулся — не привычной насмешливой ухмылкой, а чем-то… мягким. — Ладно. Тогда собирайся. — Что? Куда? — Поедешь со мной. Чонгук привёз Тэхёна на небольшую полянку, скрытую в глубине леса. Машина остановилась на узкой грунтовой дороге, и они вышли. Тэхён огляделся: вокруг стояла тишина, нарушаемая лишь шелестом листьев и пением ночных птиц. Луна освещала поляну мягким серебристым светом, а в воздухе витал аромат свежей травы и цветов. — Зачем ты привёз меня сюда? — спросил Тэхён, поворачиваясь к Чонгуку. Тот стоял рядом, его руки были засунуты в карманы, а взгляд блуждал по деревьям. — Это место... особенное для меня, — наконец ответил Чонгук. — Здесь я бываю, когда нужно побыть одному. Даже Юнги не знает о нём. Тэхён удивился. Он не ожидал, что Чонгук, всегда такой закрытый и уверенный, нуждается в таком уединении. — Здесь можно забыть обо всём, — продолжил Чонгук, его голос звучал непривычно тихо. — О работе, о проблемах... В этот момент поляна вдруг ожила. Сотни крошечных огоньков вспыхнули в воздухе — это были светлячки, их мягкое мерцание превратило поляну в волшебное место. Тэхён замер, поражённый красотой зрелища. — Красиво, правда? — спросил Чонгук, наблюдая за его реакцией. Тэхён кивнул, не в силах отвести взгляд. Но в его голове снова всплыли слова Чонгука: "На этот раз всё было иначе..." Он не мог больше терпеть неопределённость. — Хён... — начал он, поворачиваясь к нему. — Что ты имел в виду тогда? Почему "иначе"? Чонгук вздохнул и опустил глаза. На мгновение показалось, что он колеблется, но затем твёрдо сказал: — Я пока не могу ответить на этот вопрос. Мне нужно разобраться кое в чём... — Он замолчал, словно подбирая слова. — Но одно я знаю точно: ты мне не безразличен. Тэхён нахмурился. Этот ответ только запутал его ещё больше. Он хотел спросить, что Чонгук скрывает, но в этот момент раздался звонок телефона. Чонгук достал его из кармана и взглянул на экран. Его лицо стало серьёзным. — Мне нужно ответить. Подожди меня в машине. Тэхён кивнул и направился к автомобилю, но внутри него бушевали эмоции. "Что он скрывает? Почему не может сказать прямо?" Он сел на пассажирское сиденье и закрыл дверь. Чонгук отошёл подальше, его голос звучал резко, но слов разобрать не было. Тэхён посмотрел на бардачок. "Может, там есть подсказка?" Осторожно, чтобы не привлечь внимания, он открыл его. И тут же почувствовал, как кровь стынет в жилах. В бардачке лежал пистолет. Тэхён резко отпрянул. "Что? Почему у Чонгука оружие?!" Его сердце бешено заколотилось. В голове пронеслись самые страшные мысли: "Может, он преступник? Или... хуже?" Он посмотрел в окно. Чонгук всё ещё говорил по телефону, его лицо было напряжённым. Тэхён решил подслушать. Осторожно открыв дверь, он вышел и прижался к машине, стараясь не шуметь. — ...Нет, мы не можем откладывать, — говорил Чонгук. — Если Намджун узнает, что мы в курсе, всё кончено. "Намджун? Кто это?" — Юнги, ты уверен в информации? — продолжил Чонгук. — Мы не можем ошибиться. Тэхён замер. "Юнги? Они что-то затевают?" — Хорошо, — Чонгук понизил голос. — Завтра встретимся и обсудим детали. Да, я понимаю риски. Но мы наёмные убийцы, мы справимся. "Наёмные убийцы?!" Тэхён едва не вскрикнул от ужаса. Его ноги подкосились, но он заставил себя вернуться в машину, прежде чем Чонгук его заметит. Сердце бешено стучало, а в голове звучало только одно: "Они убийцы. Они убивают людей." Чонгук закончил разговор и вернулся к машине. Он сел за руль, даже не взглянув на Тэхёна. — Всё в порядке? — спросил он, заводя двигатель. Тэхён кивнул, сжимая кулаки, чтобы скрыть дрожь. — Да... просто устал. Чонгук ничего не заподозрил. Они ехали молча, и только шум мотора нарушал тяжёлое молчание. Когда машина остановилась у дома Тэхёна, он выскочил, даже не попрощавшись как следует. — Спасибо... за сегодня, — пробормотал он и бросился к двери. Чонгук что-то крикнул ему вслед, но Тэхён уже не слышал. Он вбежал в свою комнату, захлопнул дверь и прислонился к ней, словно пытаясь отгородиться от всего мира. Слёзы наконец хлынули. Он схватился за голову, пытаясь осознать услышанное. "Чонгук — убийца. Он и Юнги... Они убивают людей." Всё, что между ними было, теперь казалось ложью. Каждый взгляд, каждое слово, каждый поцелуй — всё было частью какой-то игры? Тэхён упал на кровать, сжимая подушку в объятиях. Он не знал, что делать. Рассказать Чимину? Но Юнги тоже замешан, как он отреагирует? Он закрыл глаза, но перед ним снова всплыло лицо Чонгука — таким, каким он видел его сегодня: мягким, искренним, когда тот говорил, что Тэхён ему не безразличен. "Как такое возможно? Как человек, способный на убийство, может быть таким... разным?" Тэхён понял, что ему нужно время. Время, чтобы решить, как жить с этим знанием. Но одно он знал точно: его мир только что рухнул. И собрать его обратно будет не так просто. Он уткнулся лицом в подушку, позволяя слезам течь, пока не наступило полное изнеможение. За окном уже светало, но Тэхён не заметил. Он был слишком поглощён одним вопросом: "Что же делать теперь?"