Несущий смерть

      - А знаете, гроб ведь очень неплохое место, в нем можно отдыхать, и тебя никто не потревожит, - на меня, лежащего на мешках с рисом, удивленно покосились сокомандницы.       - Совсем тебя твой сенсей загонял, бедненький, хи-хи, - Курама переложила мою голову на свои колени, сопротивляться этому не было ни сил, ни желания, - ничего, сейчас отдохнешь, мы ведь всего лишь на миссии С рранга, недельку полежишь в повозке, а если прроблемы какие, то Шишио-сан с ними спрравиться.       - Ага, а ты, я смотрю, и рада тому, что я такой задолбанный, - вздохнул я.        Уже давно пришлось принять, что понятие “тактильная вежливость” Ярико незнакомо в принципе.        - Мне нужна подушка-обнимашка на ночь, - что и требовалось доказать.        Она, даже несмотря на бледноватый вид и синяки под глазами, считает меня все таким же милым, как и всегда, а значит - можно тискать.       Хьюга на все это смотрела с некоторой долей смущения и зависти. Лицо у нее, конечно, до сих пор оставалось непроницаемым, но мне удалось найти обходные пути по опознанию ее эмоций.       С момента обретения мной полной памяти прошло уже больше года, а со знакомства с командой - около одиннадцати месяцев.        Все это время я тренировался с Иноджином, который оказался не только идеальным сенсеем, но и маньяком до техник, похлеще меня. По сути, за полгода я изучил почти все, что вообще можно, все дзюцу, которых на поверку оказалось не так уж и много.       Обычные шиноби клана после освоения одной техники, как правило, совершенствуют ее и основной их целью становится распространить ее на как можно большее количество противников. Я же прыгал от одного приема сразу к другому. Иноджин говорил не волноваться пока о множественности.       Весь предыдущий месяц мы вместе корпели над моей последней задумкой. Задумкой родившейся, к сожалению, из необходимости. Множество новой информации, появившейся в связи с переходом в мир шиноби, вытесняло старую, проще говоря, я стал понемногу забывать свою прошлую жизнь.       Память, увы, конечна, и подсознание выбирает информацию, наиболее важную, а остальную стирает. Последнее для меня было крайне невыгодно, так что стоило попытаться изобрести способ увеличить вместимость хранилища воспоминаний.       Первый этап - определить, какой отдел мозга за что отвечает. Все члены клана Яманака, да и Нара тоже постоянно пропускают чакру через голову для ускорения мыслительного процесса, но вот вычленить части с разным функционалом до этого они почему-то не пытались, или, вернее, не делали это с конкретными целями. Иноджин, когда я ему сию идею предложил, довольно потер руками и бросил на меня взгляд, как на вкуснейшее онигири, которое сейчас сожрут. Он это лакомство обожает.       Итогом сего совместного исследования стали несколько отделов мозга, напитывая которые чакрой ускорялись те или иные процессы. Устанавливались эти части эмпирическим, то есть экспериментальным путем.        Можно было улучшить восприятие, как я уже относительно неосознанно делал на экзамене на генина, однако если мой предел – ускорить сознание лишь в пару раз, то вот глава после опробования этой техники чуть ли не в нирвану впал.        Можно было усилить или ослабить ощущения чувств, например, слуха или зрения, из-за чего любой Яманака, владеющий этой техникой, становился настоящей головной болью для мастеров гендзюцу.        Была возможность впасть в некоторое состояние транса, увеличивая скорость мышления и концентрируясь на нужной проблеме, значительно сокращать время ее обдумывание, ну и, конечно, память.        Большинство моих соклановцев уже могли все из вышеперечисленного, но так как они напитывали чакрой весь мозг, а не его часть, то эффективность была меньше.       Именно проблема с памятью заставляет меня не спать уже третьи сутки. Дело в том, что нужно поддерживать поток чакры в нижней части мозга, которая отвечает за хранение воспоминаний. Я пытаюсь выработать условный рефлекс, чтобы чакра в организме текла через эту часть постоянно, что позволит мне не забывать ничего важного. Сон же часов на восемь-десять восстанавливает обычный поток, что значительно отбрасывает прогресс назад.       Я явно был слегка неадекватен, когда соглашался на миссию в таком состоянии.        О чем я там думал, а, Хьюга.        Иноджин научил меня весьма интересной технике - усиленная эмпатия. Яманаки могут воспринимать эмоциональные волны других людей, пусть и приглушенные, для полного понимания чужого человека необходимо было установить связь разумов, а в таком случае дзюцу опять же будет двусторонним.        Я думал, что глава постоянно опережал меня на два шага в разговорах, а он просто хитрожопый и считывал мой настрой.        Яманаки об этой технике не распространяются, так как ее наличие дает им большое преимущество в различных дебатах.       Таким образом, можно считывать эмоции даже тех, кто идеально держит лицо. Узнать, что ледышка Намико не бесчувственная, а скорее наоборот, довольно эмоциональная, просто у них в клане идеально учат искусству постной рожи, было занимательно.       - “Эй, Шиничи, у меня к тебе дело есть”, - раздался неожиданно у меня в голове голос.       - Твою же, - подскочил я с коленок Ярико и мигом оказался в другом конце повозки, однако быстро взял себя в руки, - “Сенсей? Как вы вообще можете со мной общаться телепатией? Мы уже полдня в пути”.       - “Пфф, ты недооцениваешь меня, ученик, я смогу с тобой связаться в любой части страны Огня. Теперь насчёт моего вопроса, как думаешь, можно ли с помощью нашей техники безвредно удалить часть воспоминаний, совмещая это с ментальными закладками?”       - “По личному опыту скажу, не так давно пытался стереть часть памяти о детстве, чтобы освободить немного места, так вот вместо одних воспоминаний должны прийти другие, иначе человек почувствует пустоту и ощущение искусственности. Насчет же ментальных закладок, пока не знаю, мне надо будет углубиться в тему, как вернусь в деревню.”       - “Понял тебя, веселись там”, - м-да, как пришел, так и ушел.       Понахватался я от него за это время фразочек и междометий. В реальном же мире, Ярико, надувшись, сидела в углу повозки, а Хьюга - беззвучно смеется над ситуацией.       - Ну и чего ты подорвался, убегая, как от чудовища? - обиженно рыкнула на меня Курама.       - Да знаешь, на небо захотелось посмотреть, а у тебя с колен его видно лишь наполовину, - не подумав, ответил я.       - Какое к черрту небо, мы в кррытой повозке, мелкий.       А вот Хьюга по эмоциям близка к истерическому хохоту, намек она поняла.       Наше средство передвижения внезапно остановилось, послышался гвалт снаружи.        Проблем изначально на миссии не предвиделось.       Мы с командой выполнили уже больше десятка C рангов. В итоге сильнейшие встреченные нами враги - бандиты, с которыми мы легко расправились, а уж сколько сорняков мы перепололи на заданиях ранга D…       Наш заказчик в этот раз - веселый полноватый торговец из страны Огня брал миссию на охрану чисто из перестраховки, ему просто надо было доехать из Конохи в столицу. Мужичок был неглупым, знакомым как с политикой, так и с понятием шиноби и не раз до этого пользовался их услугами. А еще очень любил рассказывать истории из своей жизни, особенно сильно делая акцент на двух непоседливых дочерях, да и в юмор он умел.       Поэтому, когда наша троица услышала громогласное “Выходите мои телохранители”, сказанное высокопарно и с надрывом, то поняла, что бой, если таковой будет, будет простым.        Ну и вышли. Да, бедные бандитики. Нервные клетки мозга умирают безвозвратно, а судя по их охренению, когда из повозки вышли не с десяток бугаев, а пара девчонок модельной внешности в простой одежде и двенадцатилетний парень с недосыпом, десятка два так лет они потеряли. Перед нами стояли обычные гражданские с вилами да палками, а такие о ниндзя мало что знают. Ярико посмотрела на сенсея. Получив от нее одобрительный кивок, та вышла вперед и начала вещать:       - Уважаемые бандиты и бандитки, я - шиноби Конохи, Яррико Куррама, генин, дочь Токи и Ширро Куррама, внучка…       Перечисляла она своих предков не просто так, уже на третьем поколении половина разбойников мирно посапывала в гендзюцу, наложенным голосом Ярико, четвертое осилил лишь один, которого я взял под контроль техникой нарушения сознания тела. Она не дает сигналам от мозга врага дойти ниже его шеи, так что он просто стоит или падает безвольной куклой.        К этому стойкому парню подошла наша сенсей и включила шаринган, минуты две она смотрела ему в глаза, а затем сказала:        - Я понимаю вашу ситуацию, сейчас можете уйти, но если вздумаете что-то подобное повторить, то к вам отправят отряд чунинов, которые решат вопрос более радикально, лица я ваши на всякий случай запомню и передам в деревню.       Мягковата Учиха, как для шиноби ее ранга. Видимо, характер ее клана в ней проявился лишь в малой степени.        Повозка объехала пару десятков спящих тел и продолжила движение.        Ехало наше транспортное средство, увы, небыстро, так что пока торговец вместе с Шишио следили за маршрутом, мы занялись, кто чем горазд.       Конкретно сейчас, девочки уселись в углу повозки, Ярико оживленно повествовала Хьюге какую-то историю, а та лишь изредка кивала. Я же вновь погрузился в думы.       Здраво оценивая свои шансы в реальном бою, мне становилось грустно. Учиха изредка проводила спарринги внутри команды, и я пока выиграл лишь парочку.        Все клановые техники Яманака требовали не только предельной концентрации, но и попадания в цель, и вот со вторым было сложнее всего. Хьюга просто сильно быстрее меня, из-за чего я не мог поймать ее в зону действия печати. Она, как только видела, что я пытаюсь ее сложить, сразу шла на сближение и обозначала удар джукеном. Пару раз мне удавалось ее подловить, но на такое она больше не поведется.       Курама же была просто очень хороша в гендзюцу. Она могла накладывать его через слух, зрение, обоняние, могла совмещать и побеждала, потому что наводила иллюзии быстрее, чем я успевал их снимать. Однажды я попросил ее научить меня гендзюцу, и вопреки моим ожиданиям, она согласилась. Объясняла Ярико немного по-детски, опираясь на ощущения, но смогла вложить мне базовые техники, основанные на слухе противника, что сейчас являются чуть ли не главной моей ударной силой, в наших спаррингах. Никакие клановые секреты, она, естественно, не раскрывала.       Единственным полноценным вариантом для победы мог служить мой улучшенный геном, однако шитон - не то, что стоит использовать против друзей.        Изначально магию смерти, которую изучал тогда еще Ризе, можно было разделить на четыре больших направления: манипуляции костями, подчинение мертвецов, манипуляция туманом смерти и проклятия. Сейчас мне был доступен только третий аспект.        Говоря о манипуляции костями, чакра вообще крайне неохотно создает физическую материю. Процентов девяносто техник ориентировано на использование уже существующих вещей, вроде озера или скал, а те, что могут воплощать объекты с нуля - малоэффективны. И опять же управление костями - отдельный кеккей генкай, развитие которого со стихией смерти не коррелирует, а я, во-первых, не знал как, во-вторых, не хочу распаляться на несколько дел.        Четвертый аспект отпадал примерно по той же причине. Для проклятий обязательным условием было наличие метки на жертве, а метки из чакры слишком быстро сходили на нет, по идее был способ это исправить - фуиндзюцу, однако добраться до него у генина возможности не было.        В подчинении мертвецов была другая проблема - отсутствие у них сознания. Мана, в отличие от чакры создавала заклинание, не только поднимающее мертвеца, но и дававшее ему подобие псевдоразума. Сейчас же я должен был контролировать труп самостоятельно, а это лишняя нагрузка на мозг, который пока и к техникам Яманака-то не полностью адаптировался. Кроме того, у меня так и не дошли в свое время руки до сотворения лича, больше всякими громадными зверушками увлекался. Если честно, я не знаю, как правильно создать подчиненного мертвеца, обладающего чакрой.        Единственная доступная мне стезя довольно требовательна по условиям. У моего тела нет иммунитета к воздействию смертельного тумана, так что его приходится вырабатывать. Процедура эта далеко не самая приятная, наружные клетки тела отмирают, на их место приходят новые, чуть более адаптированные к эффекту разложения. Выгляжу я после таких тренировок красный, как помидор, в них главное - не переборщить, а ускорять лечение мне помогает освоенная мистическая рука, но то, как я изучал ирьениндзюцу — это отдельная история.       Когда прошли пятые сутки пути, интуиция забила тревогу. Я все же решил отложить свои эксперименты с памятью до возвращения в деревню, ведь недосып в реальном бою может очень нехорошо сказаться на моем здоровье.       Повозка с пассажирами каждый вечер останавливалась на отдых. Особо далеко от дороги никто не отходил, лагерь обычно разбивали на поляне поблизости.       Подтвердилось мое дурное предчувствие на следующий день на привале, когда сенсей, предварительно включив шаринган, разрядила целый вал огня в лес. Наша команда быстро подобралась, но, если честно, готовы к врагу мы не были. Из области, где прошел пламенный снаряд, выпали два сожженных трупа.        - Уводите цель, - приказала Учиха и метнулась в направлении противников.       Я ускорил сознание для оценки обстановки и применил сенсорную технику. Шиноби изначально было восемь, осталось шесть, если не считать умерших, судя по чакре все они чунины. Ситуация - хуже не бывает, но хоть куда следует отступать понятно.       - Бежим, - крик срывается с моих губ, и если Курама довольно быстро сориентировалась, то вот Хьюга стояла и немигающим взглядом смотрела в сторону обгорелых тел.        Церемониться не было времени, проникаю в ее подсознание, гвалт тут сейчас стоял знатный, - “Бежим, идиотка”, - эта ментальная оплеуха разогнала все остальные мысли в голове Намико. Отойдя от ступора, она коротко кивнула.       Наша группа двинулась в противоположную от сражения сторону. Торговца тащил на себе я, что оказалось очень неудобно, ведь пусть нести такой вес я способен, но габариты у меня детские, в отличие от моей ноши. Сзади очень активно мельтешили техники огня, воды и молнии. Сенсей вовсю разбрасывалась большими площадными дзюцу, чтобы затруднить продвижение противников и дать возможность нам уйти как можно дальше.        Спустя минут десять, я стал отставать от товарищей.       - Намико, возьмешь? - получив положительный кивок, передал пухляша Хьюге.       Применив сенсорную технику снова, сигнализирую:       - За нами двое, Ярико, сможешь отвлечь их иллюзией?       Курама достала из своей сумки, которую она носила на ремне через плечо небольшую картину с изображением леса на ней. Сложив серию печатей, она бросила ее в сторону, в том направлении появились три человеческих следа. Не сильно полезно, но лучше, чем ничего.        Уловка частично сработала, один из шиноби отклонился от курса, второй продолжал следовать за нами.       - Разделились, сейчас останавливаемся, убежать от них не сможем, нам нужно принять бой, пока они порознь.       Намико встала в боевую стойку, Курама достала мешочек с цветочной пыльцой и пару рисунков, что таскала в сумке. Я занял позицию между ними, разогнал чакру по телу и приготовился защищать заказчика.        Мы не раз отрабатывали свое боевое построение на тренировках. Хьюга отвлекает ближним боем, пока Курама или я должны поймать противника и обездвижить, чтобы первая его прикончила.       Естественно, все сразу пошло не по плану. Приземлившийся темнокожий шиноби не стал подпускать к себе рванувшую на всех парах Намико.       - Райтон: Электромагнитное убийство, - от него прошлась целая волна бело-синих молний.        Хьюга рухнула, как подкошенная. Враг собирался добить лежачую, когда я сложил руки в овал и прокричал: “Техника переноса сознания тела”, однако тот успел уйти с траектории дзюцу, а мое тело также рухнуло плашмя.       Наш противник, судя по протектору, да и по внешним признакам, из Кумо, сложил печати на такой скорости, что никто и заметить не успел:       - Райтон: Поток электроэнергии, - в месте, где стояла последняя дееспособная из нашей команды, вспыхнул столб из молний, но ее и торговца фигуры размылись.        - Гендзюцу, Кай, - мгновенно осознал кумовец свою ошибку и развеял технику Ярико.        В него с правого бока уже летел кунай. Сместившись в сторону, чтобы не попасть под атаку, шиноби услышал за спиной последние в своей жизни слова, сказанные шепотом:       - Шитон: Сфера смертельного тумана, - а дальше по месту битвы раздался нечеловеческий крик боли от того, чьи органы гниют заживо.        Моя атака попала прямиком в позвоночник, вслед за которым разъелись легкие и сердце. Быстрая, но очень болезненная смерть.       К нам уже мчался второй преследователь, о чем я оповестил Кураму.        Буквально через пару мгновений фигуры Ярико и защищаемой ею цели пробивает пропитанный молнией кунай на огромной скорости, затем пролетевший насквозь еще пару деревьев.        Я не успеваю даже голову повернуть, как силуэт уже оказывается справа от меня и бьет наотмашь по месту, где рассеялось скрывающее гендзюцу. Курама с рассеченным плечом и частью шеи падает на землю, а фигура снова смазывается в технике быстрого перемещения.        Я буквально чую, что стоит мне хоть немного промедлить, и наступит смерть, окончательная и бесповоротная. Делаю единственное, что могу против такой угрозы - выпускаю вокруг себя максимально сконцентрированный туман смерти, времени на произнесение техники нет, хоть так она и получиться слабее.       Выбегаю из зоны действия своего дзюцу и тут же падаю на спину. Тело мое пока явно не готово к такой насыщенности некротического тумана, оно как будто горит ледяным огнем. Мизинец на левой ноге я не чувствую, а любое движение вызывает нестерпимую боль.        Повезло, что кумовец в примерно таком же положении, задержался он в тумане от неожиданности, а вот нашему заказчику не повезло. Ярико иллюзией спрятала его возле меня, надеясь, что я его защищу, а вышло, что я его и прикончил по воле случая. Теперь верхняя часть его скелетика проглядывается из черного купола примерно двух метров диаметром, который я создал.       Так, надо сконцентрироваться, противник еще не мертв. В нашей ситуации, кто первый оклемается, тот и победил.       «Ох и пожалею я потом об этом», - подумалось мне перед тем, как выключить свои болевые рецепторы. Поднимаюсь, первым делом осматриваю себя. Тело нездорового беловатого цвета, на груди расположилась широкая, но не очень глубокая рана. Достал меня тот шустрый шиноби.        Отрезаю уже гниющий мизинец на ноге, с некрозом шутить не стоит, и двигаюсь в сторону врага. Некоторые неудобства также доставляет одежда, где стали образовываться дыры.       Что же, с оценкой его состояния я явно ошибся, и можно было не торопиться. Ниндзя он сильный, но даже так у него сгнило правое запястье и часть левого бедра, что привело к болевому шоку. Быстрое движение кунаем по горлу, и его страдания прерываются навсегда.       Сейчас следовало позаботиться о себе и сокомандницах. Медтехникой останавливаю кровь на груди и на месте, где был мизинец, и направляюсь к Ярико.       Ее травмы, если честно, вне моей компетенции ирьенина. Разрезанная ключица, широкая и глубокая рана, едва не доставшая до гортани. Она потеряла уже около литра крови. Впрочем, если не пытаться, то ничего и не получиться. Принимаюсь останавливать кровотечение и не справляюсь, слишком обширная область и обильный поток, когда я закончу, она уже умрет.       - Я помогу, - тихий, хриплый голос раздался сзади.       Хьюга, немного отошедшая от электрического разряда, с подпаленной шевелюрой подошла к телу Курамы. Она использовала бьякуган и несколько раз коснулась мест вокруг раны. Повторно осмотрев свою пациентку, я понял, что Намико закупорила часть кровеносных сосудов. Для здоровья это далеко не полезно, но в данном случае мне это поможет.        Отвести Ярико от порога гибели мне удалось, как и наложить повязки. Теперь следовало доложить о нашем положении.       - «Сенсей, как вы?», - отправил я ментальное послание.       - «Шиничи, я еще в бою, какова ситуация?»       - «Намико ранена, но не сильно, Ярико потеряла много крови и без сознания, я тоже долго поддерживать технику не смогу, заказчик мертв, как и враги».       - «Понятно, найдите укрытие и ждите меня, если есть возможность, свяжитесь с деревней».       Учиха в такой ситуации сохраняет свое извечное спокойствие. Хороший из нее командир.        - Пойдем, найдем укромное место, - Намико аккуратно взяла на руки Кураму и направилась за мной.        Мое сенсорное восприятие является совокупностью трех техник: ощущение чакры, ощущение жизни и техника Яманака, которая ориентирована на поиск мозговой активности, то есть тоже поиск живых существ, но с несколько другими оттенками. Такой комбинацией можно получить практически всю информацию об интересующих тебя организмах, начиная от насекомых и заканчивая шиноби.       Найдя таким способом скопление мелкой живности, мы вышли к небольшой пещере, в которой и решили расположиться, несмотря на то что даже я еле помещался в ней в полный рост.        Тут встала другая проблема: всей нашей команде нужен квалифицированный ирьенин, а у нас такого нет.        Есть идея связаться с Иноджином, но расстояние, на котором работает техника передачи мыслей, зависит от силы пользователя, то есть он может связаться со мной сейчас, а вот я с ним - нет.       Если создать не четкую связь, а просто ментальный выброс чакры, направленный максимально далеко, может он дотянет до Конохи? Попытка не пытка.       Через несколько минут я услышал голос в голове, и, слава богу, это не шизофрения.       - «Шиничи, что случилось? Ты переполошил, наверное, всех Яманака в деревне».       - «Получилось. Я быстро обрисую ситуацию».       Закончив с главой, я дал указания Намико, насчет себя и Ярико, после чего постепенно стал включать болевые рецепторы. В конце концов, я не выдержал и потерял сознание.