Несущий смерть

      Как только появилась группа спасения, дела пошли на лад. Медики довольно оперативно доставили нас в деревню. В госпитале мы встретили Шишио - та справилась со всеми остальными врагами, но последняя техника противника сломала ей ногу в нескольких местах, из-за чего она и не смогла пойти за нами.        Легче всего отделалась Намико - взъерошенной прической и стыдным осознанием того, сколько всего она мне выболтала.        Курама - у нее остался огромный шрам, начинающийся на левом плече и заканчивающийся на шее, но уже через неделю она вполне себе могла ходить, а через три ее выписали с наказом регулярно показываться. Разве что, ее необычная манера речи приобрела еще и значительную хрипоту.       Мой же случай, можно сказать, уникальный. Я был прав в том, что тело не было готово к воздействию смертельного тумана, но вот последствия я недооценил.        Лежу в больничной палате уже второй месяц. Прежде всего стоит упомянуть, что я так и остался ходячим трупом. Визуально, разумеется. Кожа белая, количество трещин на ней только увеличилось. Красных глазок не хватает и можно будет ходить по улице в поисках мозгов, копируя низшую нежить. Мой внешний вид таким и останется, что, с одной стороны, антуражно, с другой - неудобно.        Помимо этого, я половину этого времени болел, видимо, иммунитет у меня сточился знатно.       Ирьенины на мои симптомы только разводили руками, вообще не понимая, что со мной делать.       От белой пряди я избавился, а вот мизинец решил не приращивать, как напоминание.        Теперь о том, какие эта миссия имела последствия для моего боевого потенциала, а они были значительные, к сожалению.        Мои мышцы получили серьезный урон, как и кости, по сути, я обратно вернулся на тот уровень тайдзюцу, которым владел на момент выпуска из академии, ну и развитие в эту сторону теперь почти бесполезно. Моя естественная регенерация многократно снизилась. Даже царапина может зарастать около недели, а более серьезные травмы без ирьениндзюцу и вовсе не заживут.        Были и плюсы, у меня увеличилась сопротивляемость смертельному туману, по понятным причинам, и слегка подрос объем чакры.        За все это время меня на удивление навестило довольно большое количество человек.        Тецу и Тори заходили несколько раз.       Забегала Шая со словами: «Видимо твоей роже судьбой предназначено быть такого же цвета, как и данго, что ты так любишь, меньше есть их надо было». Хоть немного настроение мне подняла.        Моя команда в полном составе также бывала в палате единожды. Шишио на костылях просто пожелала мне скорейшего выздоровления и похвалила за успехи на миссии. Намико с чуть ли не бордовым лицом просила меня забыть все, что она мне рассказывала, или хотя бы никому эту информацию не передавать. Ярико подбивала меня сбежать из больницы, даже гендзюцу пыталась накинуть, однако не вышло.        Пока я лежал на койке, делать было нечего, и в основном я практиковал техники моего клана, не требующие цели. Например, изменение чувств. Я решил пойти немного дальше, чем раньше.       Припомнив одну болезнь, временно заблокировал на левом глазу часть, ответственную за опознание цвета. Сначала было очень непривычно, да и часто так делать не стоит, мозги от несоответствия информации просто вскипают. Такая манипуляция полностью исключает возможность того, что иллюзия, наложенная на меня, останется незамеченной.       Гендзюцу воздействует на чувства оппонента, но для этого твой враг должен понимать, как они работают. Если таковые отличаются от стандартных, как, например, у Хьюг или Учих, то эффективность техник данного направления практически нулевая. Исключение - пользователь иллюзорного дзюцу многократно сильнее цели, которая просто не сможет вырваться из наваждения, даже если знает о его наличии.        Больше всего меня удивил Шигеру, который меня регулярно навещал и приносил мне разную литературу кучи направлений.       Самые частые же встречи у меня были с Иноджином. Насчет моей миссии он спросил у меня только два вопроса: «Понимал ли ты, на что идешь?» и «Можно ли было без этого обойтись?». Получив ответы на эти вопросы, он более ее не упоминал.       Мы продолжали тренировки техник и поиск новых интересных теорий. Следующей моей идеей было совместить сенсорику и перенос сознания.        Главный изъян боевых дзюцу Яманака - ими надо попасть. Обычно такие прямые, как палка, техники, вроде огненного шара Учих или универсального примера - броска куная, используют для отвлечения или правильного позиционирования. Но у нашего клана все не так. С более слабыми-то врагами проблем нет, а вот начиная с равных, они появляются. Помимо этого, есть еще нюанс, что технику можно банально перебороть, потратив на это уйму чакры или своей волей.       Моя задумка состоит в том, чтобы создать сферу, аналогичную сенсорной, в любую точку которой можно было бы отправить сознание. Это решило бы проблему с попаданием, но такая техника должна быть крайне чакрозатратной.        Частенько видел здесь Серью Сенджу, моего ментора по медицинским дзюцу.        Знакомство наше было довольно эпичным. Состоялось оно на курсах для медиков-шиноби, на которые я попросился у Иноджина.        В класс, где находились люди разных возрастов, от шмакодявок вроде меня до шиноби постарше, уже как пять минут ждущие учителя, заходит, пыхтя сигарой так, что дым под потолком почти мгновенно стал виден, статная женщина около метра девяносто ростом, с косой русых волос и выражением лица, будто у нее сегодня с утра любимого котенка прирезали на ее же глазах. Сразу стало понятно, что нашему преподавателю эти занятия, как собаке пятая нога.       Что-то пробило меня на аналогии с животными.        - Добрый день, хотя у меня он нихрена не добрый, - тем временем начала разговор учитель, - звать меня Серью Сенджу. Я буду пытаться вложить в ваши головы хоть немного полезной информации об ирьениндзюцу. Сегодняшний день организационный. Занятия будут два раза в неделю, если я все же не сумею от такой приятной работы откосить, - последнее хоть и было сказано тише основной речи, но слышно было явно всем.        - Может, будете относиться к этому серьезней, сенсей? - парень, кто бы ты ни был, покойся с миром.       - А ну-ка, пасть захлопнул, так стоп, Миро, ты, что ли? - а далее шло десятиминутное унижение, где всем в аудитории описывали, какой бездарный и недалекий соклановец Серью сюда заявился.        - Если мне все же придется вас учить, то надо знать масштабы бедствия, - отвлеклась от понижения самооценки своего бывшего неудавшегося подопечного Сенджу, - так что сейчас напишете небольшой тест по анатомии и медицине. Там базовые понятия, которые все вы по идее уже должны иметь.        Уж не знаю, какие требования у начинающих ирьенинов в клане Сенджу, но вот задание она дала отнюдь не простое. Для его выполнения требовались комплексные знания о теории чакры, медчакры, анатомии, медицине, лекарствах и так далее.        Строение человеческого тела, имея профессию некроманта, необходимо знать хорошо, да и об основах медицины благодаря магии жизни я был осведомлен. А завалился я на последнем, так как не знал местную лекарственную терминологию, а уж какие травы здесь растут, вообще без понятия.        Собрав бланки, Сенджу сразу же нас покинула.        Тогда я спросил у Иноджина о своем наставнике меднине, и мои подозрения подтвердились. Серью была одной из главных и самых умелых медиков Конохи в принципе, но клановые войны и множественные смерти соклановцев сказались на ее характере не в лучшую сторону.       Повлиять на нее крайне трудно, никаких особых правил, кроме сквернословия, она не нарушает, исправно лечит людей в госпитале. А если ей что-то сильно не понравится она и своего главу клана и Хокаге пошлет далеко и надолго, да с красочными эпитетами.        Уже полнедели спустя, когда я направлялся на следующее занятие, мне удалось подслушать весьма любопытный разговор. Правда, вместе со мной им наслаждалась половина коридора, ведь Серью в кабинете начальника госпиталя голос совершенно не сдерживала.       - Как мне прикажешь учить этих имбецилов? Мало того что контроль далеко не у всех будет достаточен для ирьениндзюцу, так они еще и ни черта не знают! Я даже самые веселые ответы принесла на заценку. Как тебе, один считает, что почки у человека расположены недалеко от плечевых суставов, другой пишет, что лечить тошноту следует исключительно ректальным путем, третий придумал, видимо, новую форму чакры, которой чуть ли не воскрешать можно, четвёртый пытался мазью для горла вылечить перелом.       О, последнее, кстати, моего производства. После теста я посвятил время медицинским препаратам и обнаружил у себя несколько таких курьезных ответов.       - От меня ты что хочешь получить? Иди возмущайся тем, кто тебя на эту должность назначил, - ответили ей также на повышенных тонах, - а я только обязан убедиться, что эта орава хоть немного владеет ирьениндзюцу.       - Из говна данго не сделаешь. Каким образом мне их обучать?       - А это уже не мои заботы.        Вышла Сенджу из того кабинета жутко недовольная.        На занятии Серью-сенсей в красках расписывала, какие мы все нехорошие. На удивление, когда очередь дошла до меня, она сказала: «Яманака, в целом неплохо, но названия лекарств нужно знать!» и поверьте мне, это был чуть ли не комплимент с ее стороны.        Ее методика обучения лечебным техникам, когда она в первый раз притащила рыбу в качестве живого пособия, также достойна упоминания. Уж не знаю, как у нее в мозгу это воспринималось, но для нас ее речь звучала как: «Сначала вы делаете вот так вот, затем вот это, потом обязательно вот таким образом и заканчиваете так, понятно вам? Бегом выполнять!»       Оказалось, что Сенджу воспринимает ирьениндзюцу исключительно через призму способностей своего клана и личного опыта. Поэтому вышло так, что она училась нам разъяснять, а мы - понимать, что происходит, и повторять.       Стоит сказать, что наладилось у меня с ней общение довольно быстро. Я был одним из преуспевающих учеников, разбирающихся в теории чакры и иногда помогал ей с занятиями. Остальная группа мгновенно записала меня в любимчики сенсея и смотрела в мою сторону укоряюще. Мне-то плевать, а вот Сенджу парочку, что не поняли ее намеков отстать от меня, принудительно заставила покинуть класс через окно.        Мое состояние после прибытия с миссии оценивала она, ну и выдала мне тот неутешительный вердикт про тайдзюцу.       Помимо тренировок техник в госпитале делать особо нечего, но было время подумать. И мысли были о моем поведении на задании.       Сама миссия уже вызывала вопросы, например, почему Кумо послала аж группу чунинов на такую цель, как тот торговец? Он либо знал что-то ценное, либо был важной фигурой на политической доске.       Большая часть моих травм, без сомнения, нанесены смертельным туманом, выходкой с отключением болевых рецепторов и дальнейшими манипуляциями.       Чувство боли у человека прикручено не просто так, а чтобы «докладывать о возможных неполадках», а также не давать организму еще сильнее себя изнашивать, если такие уже есть. Я же, отключив свои болевые импульсы, пусть и на время, в таком состоянии, нанес себе гигантский вред.       Более всего меня беспокоит, что я сделал это, по сути, без какой-либо пользы для себя. Вернее, не совсем так, вражеского шиноби добить было необходимо — это факт, но вот дальнейшее нет.        Я ведь латал раны Ярико, расходуя свою чакру, которой и так немного оставалось, затем пещеру искал и к ней тащился, тратясь на сенсорику, а если подумать, это было необязательно. Всю потраченную мной энергию можно было пустить на залечивание повреждений, а так я только усугубил свое состояние.       Да, без моей помощи Курама бы умерла, но кто она мне, чтобы я жертвовал здоровьем ради нее? Если бы ее излечение стоило мне только чакры, то никаких проблем, но я искалечил себя ради помощи ей. Она мне не возлюбленная, даже не друг, просто хороший знакомый, да я сейчас о Намико знаю больше, чем о Ярико.        Так какого черта я в критический момент отринул здоровый эгоизм и вместо того, чтобы позаботиться о себе, стал альтруистично спасать чужую жизнь? Причин я смог найти целый ворох, и мне это не нравится.        Во-первых, я понял, что зазнался и перестал воспринимать мир реальным. Подсознательное предубеждение, что чуть не угробило меня. До этой миссии все с момента пробуждения давалось мне легко, приходилось прикладывать усилия, но результаты непременно появлялись, и все были положительными, что позволило мне ощутить вседозволенность и чувство превосходства над остальными.        Вторым пунктом шла сама Ярико. Красивая девушка, относившаяся к такому мрачному и отстраненному мне всегда с позитивом, не особо стеснявшаяся своих женских достоинств. Гормональная перестройка тела, начавшаяся не так давно, немного более детское сознание, чем было, и вышеописанная проблема с самоуверенностью дали ощущение близости к ней. Хотя нет, не близости, а принадлежности. Я хотел, чтобы Ярико принадлежала мне. Соответственно, когда у меня попытались отнять «мою собственность», я этому воспротивился.        Последним этапом полноценной эмоциональной шизофрении стала сама ситуация, в которой я тогда оказался. Не до конца прошедший недосып, адреналин битвы и эйфория от победы в неравном бою также внесли свою лепту.        Признание проблемы - первый шаг к ее решению. К сожалению, следующий за этим путь ни разу не проще.        Эта группа кумовцев хорошенько прошлась по моему самомнению, ведь они были лишь чунинами, но чуть меня не прикончили. Более такой ошибки, как недооценка противника, я не допущу.        А вот касаемо остального, все труднее. Насчет отношения к другим, выход я нашел. Ярико я, естественно, не в чем не виню и уж, тем более не собираюсь строить ей козни или мстить за мои заскоки.        Казалось бы, просто не общайся с людьми в таком объеме, чтобы к ним привязаться. Отстраняйся от людей, и они к тебе не потянутся, но подсознание - сложная штука. Любому человеку, а особенно шиноби с нашей-то работой, нужна эмоциональная разрядка, иначе просто сойдешь с ума. Так что такая стратегия может привести к тому, что личность, все-таки проявившая ко мне теплые чувства, станет чуть ли не смыслом жизни для меня, а я хочу добиться обратного эффекта.        Найденное мною решение - воспринимать окружающих меня, как инструменты. Этот готовит мне рамен, этот затачивает кунаи, а этот выдает миссии. Инструменты могут быть для всех целей, будь то работа, секс или ассистирование в научных исследованиях. При этом не возникнет эмоциональных привязок, а значит, и безрассудных действий. Даже если инструмент захватят в плен или убьют, мне будет это безразлично.        В случае же с гормонами, простым изменением отношения тут не обойтись. Я - ниндзя, а, следовательно, исключить влияние на разум того же адреналина не получиться, так как сражаться в будущем буду еще много.        На помощь мне пришли техники моего клана. Способ, который мне помог создать Иноджин, мы назвали холодный разум. Это дзюцу полностью исключает влияние на сознание сторонних атрибутов, как внешних, так и внутренних, в пределах силы шиноби, можно сказать, изолирует разум, так что я стал еще более неприятным противником для мастеров гендзюцу. Также эта техника дает тебе сигнал, позволяющий сконцентрироваться на определенной цели с помощью кодовой фразы, которая буквально вытесняет из мозга все остальное. У меня такой стала: «Выживание, здоровье, исследования, инструменты», показывая мои приоритеты во время сражений.       Разобравшись в себе, мне стало намного спокойнее, даже веселее жить. Когда к концу подходил мой срок отлеживания в госпитале, я приготовился снова погрузиться в рутину низкоранговых миссий, но судьба подкинула мне сюрприз.       На следующий день после моей выписки Шишио, которая все еще была на костылях, неприятное у нее повреждение, собрала нас на полигоне номер восемь.       - Добрый день. Поздравляю с выздоровлением, Шиничи, хотя загореть тебе не помешает.        - Ха-ха, - Учиха не знает мой диагноз или стебется?       - А мне нрравиться, выглядит необычно и в снегу ему будет легче маскирроваться, - поражаюсь, как Ярико умудряется находить положительные стороны во всем.       - Верно, мне тоже нравится, - Хьюга стала куда общительней после миссии, по крайней мере, с нашей командой.        - Сегодня у нас радостный день, Ярико, Намико, вы уже выполнили достаточное количество миссий, и будете повышены в звании. С этого дня вы чунины, поздравляю! За жилетами и документами зайдете в канцелярию Хокаге.        - Йуххуу! Наконец-то, столько всего перределать смогу теперрь, когда я официально взррослый шиноби! - Курама прыгала от радости и разбрасывала цветочные лепестки по полигону.       - Еще на шаг ближе, скоро я тебя догоню, - Намико, видимо, о своем брате задумалась.       - Блиииин! Это же получается, Шиничи без команды останется. Не перреживай, мелкий, мы будем тебя навещать, - Ярико наигранно всплакнула, а наш сенсей странно посмотрела на меня, - эм, что такое, вы не будете больше его учить? Неужели трравма слишком серрьезная?       - Не поэтому, просто я получила еще один указ. Не знаю почему так, но тебе, Шиничи, присвоено звание токубецу-джонина.       - ЧЕГО? - у нас троих это вышло синхронно.