А завтра обещали снег

      Какой же, мать его, вкусный салат. Плевать, что там просто помидоры, сыр и огурцы, плевать, черт, как же вкусно на голодный желудок. Боже, а если шлифануть это все кофе, ох, просто сказка. Антон с жадностью уминал это овощное безумие, стараясь унять голод в своем желудке. Примерно в момент, когда он с радостью раскусил круглую маленькую помидорку, в столовую зашел Арс. Он мило поболтал с женщиной на раздаче, а потом забрал свои блюда и подошел к Шастуну, который уже успел покончить со своими овощами и переключился на курицу с рисом. -Ушел, бросил меня одного в этой холодной кровати, какой же ты урод, Шастун. — слишком уж с трагедией произнес Попов, усаживаясь напротив своего штурмана с язвительной улыбкой. -Подавись. -Пошел нахер. — только и успел брякнуть тот, как вкуснейшая вилка риса оказалась у него во рту. Арсений издевательски захихикал, откусив кусок своего бутерброда. Его насмешливый взгляд был прикован к Антону, который, казалось, вообще не собирался реагировать на весь его стеб. -Мы сегодня куда поедем? — спросил Попов, явно желая поддерживать хоть какой-нибудь диалог. -Ты, вроде бы, хотел на песчанку… -М, не, я только что оттуда с Максом. — коротко ответил зеленоглазый, облизываясь на курочку. -Кстати, вы похожи. Если представить не такого опытного тебя — ну чистый Кожанов. Пилот недовольно хмыкнул, но особо ничего не сказал. Он и сам это заметил на первой их тренировке, когда он заменял Антона. -Не опытный я, говоришь? — с ноткой иронии протянул он, прищурившись и чуть дергая уголками губ. -Я ведь не дождусь от тебя похвалы, да? -Да. — спокойно произнес Шастун. -Он такой же придурок азартный. Только вот он все еще пытается что-то доказать, а ты уже всем показал, что ты конченный. Арс тихо засмеялся, откинувшись на спинку стула. -Ну, конечно. На молодняк потянуло, да? — Попов с усмешкой глянул на своего напарника, вертя ложкой, которой размешивал сахар в чае. -Ревнуешь к своей копии? Забавно. -Нет, просто интересно, как далеко он зайдет. — уже серьезнее ответил брюнет, загребая кружку в пальцы. Его собеседник прищурился, склонив голову чуть набок. -В смысле? Куда зайдет? — он поставил локти на стол, скрестив руки и внимательно изучая лицо Попова. -О, понятно. Ладно, звякни, когда мозги проснутся. — улыбнулся мужчина, не первый раз наблюдая, как Антон не понимает очевидного. -Так, я сейчас доем и пойду к Шеминову заскочу, подраконю его. Ты со мной? -Это мое любимое занятие. Конечно. — сразу же оживился штурман, скидывая все пустые тарелки на поднос и допивая кофе. -Редкостная дрянь. — недовольно буркнул он, отодвигая кружку от себя. Они посидели еще несколько минут, обмениваясь колкостями и легкими оскорблениями, а потом все-таки собрались и вышли обратно в коридор. В целом, тренировку они могли переносить сколько угодно, поэтому никто никуда не спешил и не гнал. Сначала они хотели побесить Стаса, потом сходить докопаться до механиков, покрутить что-нибудь в Маре под музыку. А там как повезет — если найдут, чем еще себя развлечь — то, конечно же, займутся этим. Ну, а если нет — тогда прыгнут в машину и уедут на какую-нибудь случайную трассу, снова превратив ее в арену смерти. И такая жизнь их устраивала. Странно, но когда они заглянули в кабинет менеджера, там сидел только Дима Позов, болтая с кем-то по телефону. Две пары глаз метнулись от одного стола к другому, но больше тут никого не было. -Поз, где Шеминов? — спросил Антон, заходя внутрь. Мужчина с аккуратной бородой обернулся на них и, закрыв микрофон рукой, сказал нечто вроде «Не знаю, убежал куда-то.» Экипаж пожал плечами, чуть расстроенный. Жаль, такой цирк сорвался. Как только шаги и громкие голоса скрылись за дверью, постепенно удаляясь куда-то дальше по коридору, из-под стола вылез Станислав, с трудом цепляясь за край своего рабочего места. -Ушли? — с отдышкой спросил он, оглядываясь по сторонам. -Да, ушли. Ты их ауру за километр чувствуешь? — скептически спросил Дмитрий, укладывая телефон обратно на его место. -Жизнь научила. — поднял указательный палец вверх мужчина, спокойно возвращаясь к своим делам. И, если менеджер, наученный горьким опытом, смог избежать казни, то Щербакову удача сегодня явно не улыбалась. Потому что вокруг сегодня прыгали две шпалы и пытались что-то ему доказать. Сначала он старался отмахиваться, игнорировать, но это попросту оказалось невозможно. В итоге он сдался, тяжело вздохнув. -Парни, вам заняться нечем? Четвертый бокс. Давление в шинах, фильтры, масло. Оставьте меня в покое. Экипаж переглянулся, явно не планируя немедленно покидать это чудесное общество. Алексей уже пожалел о своем раздражении — эти двое, как известно, были мастерами доводить до срывов. -Четвертый, да? — спросил Антон, невинно хлопая ресницами. -А фильтры менять, чистить или просто проверить? -Кстати, масло доливать, или просто записать, как с ним дела? — подхватил его настрой Попов. -Да, а насчет шин… -Сука! — не выдержал мужчина, отшвыривая гаечный ключ на свой верстак со злобой. -Уйдите, Бога ради, просто уйдите. В это время Шастун уже схватил этот самый ключ, вертя его в руках и прикидывая, что бы такого веселого с ним можно было провернуть. -Ты такой скучный. — заключил Арсений, закатывая глаза. -Ладно, давай, не скучай тут без нас. — Попов потянул за воротник своего напарника, который пытался открутить какую-то прикипевшую гайку, найденную на полу. -Да оставь, придурок. К счастью, работа у них была, так что занялись они ей довольно быстро и качественно. Антон проверял давление, а Арс в это время суетился под капотом с маслом. Наконец-то они успокоились и делали хоть что-то полезное. Это не заняло много времени, все оказалось в допустимой норме, что невероятно сильно расстроило их.       Вторая половина дня медленно подходила к своему завершению, а черная Тойота только-только вылетела на середину трассы. Она неслась, как ужаленная, через деревья, по камням, по кочкам, ее кидало из стороны в сторону, но внутри творился еще больший беспорядок. -Сука, а ты можешь хотя бы раз нормально вписаться?! — Антон с яростью хлопнул по приборной панели, едва не растеряв все листы, когда Попов в очередной раз подбросил их на каком-то ухабе. -А ты можешь рот свой закрыть хотя бы на пять секунд? — огрызнулся пилот, вдавливая педаль газа. -Я штурман, долбоеб, моя работа — говорить! — не унимался зеленоглазый, сжимая пальцы в кулак. -Лево 3 узко! -Твоя работа направлять, а не мешать, если ты не в курсе. — уже рычал брюнет, злобно загоняя машину боком в вираж. Подвеска умоляюще заскрипела, она явно хотела пожить еще немного, но действия мужчины за рулем пророчили их скорую погибель все больше и больше. -Господи, лучше бы с Максом поехал. — на эмоциях прошипел Шастун. -Он хотя бы не хамит мне. -С Кожановым? — Арсений окинул его взглядом, полным презрения и обиды, практически сразу дернув руль с такой силой, что автомобиль бросило в бок, зад внезапно дернулся и вылетел аж вперед, почти разворачивая их в обратную сторону. Штурман едва удержался на месте, и то, благодаря ремням и ушкам на кресле. -Ну, иди к нему, хули. Почему бы тебе на постоянную основу не перейти к нему? Ему явно с тобой будет проще, чем мне. -Был бы счастлив, Попов, потому что он слушает мои команды. — Антон зло ткнул пальцем в его сторону. -Право 5, зажми! -Идиот, я знаю где право! — выкрикнул Арс, уводя Мару в нужном направлении, но чуть позже, чем требовалось. Шастуна снова с силой тряхнуло, ударив о край кресла. И он, скрипнув зубами, схватился за ручку. -Хватит меня вымораживать! Если я ошибусь хоть на секунду, что тогда? Что ты будешь делать? — он повернулся к пилоту, пылая гневом. -Я? Сдохну, с честью, а ты? Опять начнешь ныть? -Да чтоб ты сд… И тут машина резко взлетела, пробивая их перепалку тишиной в воздухе. Антон быстро затих, анализируя всю ситуацию и скользя взглядом по своим строчкам. Они не должны были прыгать. Но прыгнули. Экраны в голове выдавали ошибку за ошибкой, как это корректировать? Глаза сами указали ему верный путь. Все это промелькнуло у него в голове за мгновение, шестеренки щелкнули. -Лево 4 потом тормоза резко! — выкрикнул он как можно быстрее и четче, хватаясь сильнее за ручку и стискивая зубы. -Мы не успеем тупо. — огрызнулся Арсений, но ногу на тормоз все равно переставил. -Мне не надо успевать, мне надо делать. — прорычал Шастун, злой на то, что пилот не понимает его план. Машина, будто наслушавшаяся их перепалок, с тяжелым стуком приземлилась. Подвеска опять заныла, но еще держалась, а колеса увело в сторону, но пилот удержал их на более или менее ровной траектории. Штурман почувствовал, как его дернуло вперед, впихивая со всей силы в ремни, но времени на боль не было. -30 право 7! Камень справа! — его голос звучал громче, чем когда-либо. Попов резко рванул руль, выводя Мару в нужное направление, но получилось чересчур агрессивно. Их занесло, земля выбилась из-под колес, ударяясь о ближайшие камни, кусты и стволы деревьев. -Держи, ублюдок, держи! — это зеленоглазый выкрикнул уже инстинктивно, его рука дернулась вперед, как будто тоже могла схватить руль. Наконец Арсений резко выровнял черную Тойоту, вжимая педаль тормоза до конца. Машина едва не задела валун, торчащий с правой сторону. Они оба замерли. Глубокое дыхание эхом разлилось в их сознании. -Ты, по-моему, совсем не понимаешь, что мы ребята смертные. — прорычал Антон, поворачиваясь к напарнику. Его глаза буквально полыхали. -Ты сам орал тормозить! Я и тормозил, как мог! — в ответ вскипел Арсений, ударяя ладонью по рулю. -В том-то и дело, что ты тормозишь, скотина, а надо машину останавливать. — Антон с яростью ткнул в шлем пилота рукой, у того аж голова дернулась. -Если ты такой умный, сядь, сука, за руль и сам себя критикуй. — прошипел брюнет, скаля зубы. -С твоим характером только и остается самому все делать! — Антон буквально кипел, его голос срывался на грубый хрип. -А-а, вот оно как?! Ну и катись тогда, у тебя уже есть к кому. Эти слова будто послужили последней миной, взорвавшей что-то внутри штурмана. Он схватил Арса за воротник куртки и с силой дернул на себя. -Ты думаешь, я хочу с тобой работать, потому что тащусь от твоего дебильного характера? — прошипел Шастун, опаляя горячим дыханием кожу пилота. -Я здесь, потому что ты ебаный гений, и, если бы ты хоть немного меня слушал, никто и рядом с нами не встал. Арсений злобно прищурился, уже собирался отпихнуть своего напарника, но вместо этого притянул его к себе. Их губы не столкнулись лишь потому, что Антон вовремя извернулся, выныривая из рук пилота. -Как только мы вернемся, первым делом я куплю тебе место на кладбище. — тихо сказал брюнет, возвращаясь к себе на место -Я подарю его тебе, когда ты сдохнешь. И бантик сверху повяжу. — огрызнулся Антон, аккуратно надавливая себе на ребра, в которые несколько минут назад слишком сильно впились ремни безопасности. -Пожалуйста, просто поехали. — резко оборвал сам себя штурман. Его мозг уже сбоил, сложно и ругаться, и рулить процессом, и придумывать остроумные ответочки. Нужно было вычеркнуть хотя бы один пункт. К счастью, пусть злые, раздраженные и агрессивные, они вернулись домой целыми. Шастун первым покинул автомобиль, даже не дожидаясь, пока тот затормозит до конца. По большому счету, он выпрыгнул из него на ходу, сразу же снимая шлем и направляясь к себе домой. Он устал. Конкретно устал. Мара лишь пару раз моргнула прорычала на месте, стараясь привлечь его внимание, но он не стал оглядываться. Особо он не злился, ему даже и не хотелось. Вообще-то это он забыл сказать про трамплин, так что винить пилота в случайности — даже для него перебор. Стоя под горячими струями воды, парень ощущал, как мышцы болят после напряжения. И голова еще начала болеть, но это побочный эффект его нервов, все нормально. Высокое давление дает о себе знать. Капли воды стекали по его телу, уверенно смывая усталость и даже мысли умудрились смыть. Нужно научиться терпению, нужно научиться абстрагироваться и от Попова тоже. А это куда сложнее, чем может показаться на первый взгляд. Кожа на ребрах все еще неприятно саднила, но на первый взгляд там было только какое-то небольшое раздражение. Через несколько минут, уже переодетый в легкую домашнюю одежду, он вышел из ванной и буквально рухнул на кровать. Он не должен был этого делать, потому что нужно было еще покурить и выпить кофе. А еще он был чертовски голоден. Сегодня всего один раз поел, и то утром, а уже почти вечер. Есть у него одна идейка, как не ехать в магазин и даже не выходить из комнаты. И кто ему помешает этим воспользоваться? Шастун быстро набрал номер, выставляя телефон на громкую связь и кидая рядом с собой, чтобы лучше слышать собеседника. Сначала долгие гудки нагоняли мысли о грустном, о том, что придется встать, но нет. Обошлось. -Але, че тебе надо? — послышался раздраженный голос на том конце. -Блять, куда ты ставишь? Положи к стене, это для подвески. Антон усмехнулся. Попов явно опять вставлял кому-то по первое число во время приемки доставок. Любил он этим заниматься. -Ты пойдешь сегодня домой? — спросил зеленоглазый, потягиваясь изо всех сил. -Давай, говори, что хотел уже, я занят. — буркнули ему в ответ, тут же срываясь на кого-то неподалеку с просьбой не выбешивать. Антон закатил глаза, прислушиваясь к хаосу, который творился вокруг его напарника. Судя по звукам, там раздавались громкие шаги, чьи-то голоса, лязг инструментов, а сам пилот умело лавировал между всеми этими раздражителями. -А ты вообще где? — уточнил Шастун, все так же удобно лежа на кровати. -На складе я. — огрызнулся тот. -Слушай, если ты хотел просто поныть и сказать, как ты устал, то можешь подождать пару часов? Сука, убери от меня эти свечи, я клянусь, я запихаю их тебе… Дальше штурман предпочел не слушать, временно выключив громкую связь, а через секунд 5 включил обратно. -Когда домой пойдешь захвати еды, я хочу есть. -Ты че, Шаст, охренел? — Арсений откровенно не верил своим ушам. -Я работаю, принцесса, мне некогда. -Ну да, охренел. — подтвердил Антон, ухмыляясь. -Ну так я тебя не гоню, как закончишь — так и зайди за едой и сюда. -Ты прямо голодный? — очень раздраженно спросил мужчина. -Ну, вообще — да. -Тогда встань и иди жрать, олень. — буркнули ему в трубку и сбросили вызов. Это значило только то, что он придет. И принесет ему поесть. Антон усмехнулся, вытягиваясь на кровати. Осталось покурить и выпить кофе. Прошло около часа перед тем, как за дверью послышались шаги и довольно громкие проклятия. Стук пронесся по всей комнате, заставляя штурмана отвлечься от интереснейшего видео про то, как черепаха ест арбуз и открыть своему гостю. Арсений буквально впихнул ему пакет без всяких «привет, как дела?». После этого брюнет развернулся, но его удержала рука Шастуна. -Куда ты несешься? — спросил он, когда увидел, что на него очень недовольно посмотрели через плечо. -У меня работа, если ты не заметил. -Я уверен, что они и без тебя все примут. Может, даже более удачно. Попов закатил глаза, развернувшись обратно к Антону, который все еще сжимал его руку. -Шаст, ты сам себя-то слышишь? У меня четыре контейнера всякой херни, два из которых — это подвески, а третий, по-моему, вообще для трактора. Если я уйду, там такой бардак начнется, что мы даже вдвоем это неделю разгребать будем. -Трактор подождет. — хмыкнул Шастун, дернув Арса ближе к себе. -А вот штурман — нет. Брюнет закусил губу, примерно понимая, о чем он сейчас пытается толковать. -Слушай, я реально не могу. — уже мягче сказал пилот, убирая чужую руку со своего плеча. -Я закончу и подойду, ладно? Антон посмотрел на него с откровенным недовольством, но в глубине души уже знал, что примерно так и выйдет. Арсений был слишком предсказуем в этом плане. -Ну ты серьезно? — голос штурмана звучал почти обиженно. -Серьезно. — кивнул Попов, делая шаг назад, но у него не очень вышло, потому что собеседник снова резко притянул его к себе, практически прижимая к двери. -Ан… — пилот быстро осекся. -Шаст, ну правда… — он не успел договорить: штурман уже чуть наклонился к нему, заставляя их губы снова встретиться. Это было грубо, раздраженно и почему-то весьма логично. Арсений сначала попытался отстраниться, но тело, видимо, отказывалось слушаться в полной мере. Руки сами собой ухватились за футболку Антона, а его собственная нервозность смешалась с каким-то отчаянным желанием прямо сейчас плюнуть на всю ту работу. Тем не менее, спустя несколько секунд, он все-таки нашел в себе силы оттолкнуться. -Нет, правда, я не могу сейчас. — пробормотал он. -Тогда иди. Если тебя прибьет твой трактор, я плакать вряд ли буду. — Шастун насмешливо склонил голову, его голос звучал то ли просто злобно, то ли с оттенком разочарования. -Я-то переживу. А вот ты — не факт. — огрызнулся Попов, уже выходя обратно за дверь. Антон, разочаровано вздохнул и провернул замок дважды. Вот так и намекай этому человеку, а он сбегает к своей работе. Да, в целом, он ведь такой же. Время шло, Попов не объявлялся, не писал, не звонил. Он, что, решил не приходить сегодня? Телевизор не развлекал, кофе уже из ушей льется, от никотина башня трещит по швам, уже даже дышать тяжело из-за дыма. Проведя в ожидании еще около получаса, Шастун устало вздохнул, поставил телефон на зарядку и выключил телевизор. Плевать. Он не нанимался его ждать, не нанимался развлекать его, когда тому было скучно, он вообще… он вообще не обязан быть рядом. Разве? Парень раздраженно потер виски, стараясь унять бушующие мысли. Чем дольше он лежал в тишине этой пустой комнаты, тем сильнее росло чувство обиды и бессилия. Он снова почувствовал себя беспомощным и жалким, как когда они впервые поцеловались. Зубы сами собой скрипнули, терпеть он не мог такие моменты. Почему, почему он так злится? Почему его это так зацепило? Он ведь такой же, один в один, сначала работа, а потом все остальное. Тогда… почему до тошноты обидно? -Ой, да насрать. — выругался он вслух, почти убеждая самого себя, подскакивая на кровати. Нужно проветриться. Штурман рывком встал, сорвал с зарядки телефон, схватил куртку и вышел в коридор. Уже стемнело, на дворе ночь считай. И только запирая дверь на ключ, он услышал, как кто-то поднимается по лестнице. На мгновение пришлось замереть, чтобы уговорить самого себя, что это не тот, кого он ждет. Ждал. -Ты не спишь еще? — бросил Арсений, будто ничего не произошло и на секунду замедлил шаг, вынимая одну руку из кармана. -Задержался, сорян. -Понятно. — холодно ответил зеленоглазый, убирая ключ в куртку и намеренно проходя мимо Арса, чуть толкнув его плечом. -И что на этот раз? — устало спросил пилот. Ему явно было не до разбирательств со своим напарником, он и так на этой приемке последние нервы успел оставить. -Тебя ебет? — вопросом на вопрос совершенно спокойно отозвался парень, чуть оглядываясь через плечо. В следующее мгновение он накинул капюшон и отвернулся. -Вообще-то — нет. — пожал плечами брюнет. -Просто интересно, сколько еще поводов у тебя будет для психоза. Антон выпрямился, все также не оборачиваясь. Нельзя было оборачиваться, потому что глаза предательски заблестели. -Психозов? Я, по-твоему, истерики устраиваю? — голос звучал железно, он специально вложился по максимуму в этот контроль, чтобы его напарник ни за что не понял, что он чувствует на самом деле. -Ну, не я же. Каждый раз одно и то же. Чуть что — психуешь, разворачиваешься, бежишь куда-то, да и вообще… — Арс замолчал, осекшись, когда заметил, как сильно Шастун сжал край капюшона. -Я не могу бросить все ради каких-то твоих непонятных ожиданий. — в конце концов огрызнулся Арсений, понимая, что этот диалог уже не спасти. -Конечно, не можешь. Знаешь, я тоже не могу. — зеленоглазый наконец обернулся, когда влага с век впиталась обратно и теперь он снова стал холодным и спокойным. -Я тоже не могу служить тебе пробкой от пустоты. Эти слова ударили чуть сильнее, чем любой из предыдущих упреков. Попов прищурился, не зная, что и ответить на такой выпад. -Ты серьезно так думаешь? — его голос стал тихим, практически безжизненным. -А что мне думать? Ладно работа, я понимаю, но ты бы хоть написал, придешь или нет, ждать мне, не ждать. — вздохнул штурман. -Но тебе же плевать. Плевать на меня, плевать на все это. Хорошо, я не собираюсь настаивать. -Делай, что хочешь, я заебался тебя ловить и возвращать в чувства. В ушах Шастуна все зазвенело, словно ему только что вынесли окончательный приговор о пожизненном. -Хорошо. — коротко бросил он, развернувшись и направляясь к лестнице. Арсений и не подумал двинуться с места. Он слышал, как тяжелые шаги эхом разнеслись снизу, а потом стало тихо. Он сам выбрал тишину, теперь пусть не жалуется.       Почти два часа ночи на часах. Одинокий силуэт шагает вдоль трассы, рядом с ним мелькает красный огонек, источающий тонкую струйку дыма. Дорога впереди казалась бесконечной, какой-то туманной от едва различимых фонарей, которые то вспыхивали, то снова умирали, оставляя темные пятна в ночной пустоте. Сигарета мерцала в такт шагам, как одинокий маяк, пытающийся удержаться на скале в бушующем море мрака. Антон шел, сунув одну руку в карман. Холодный ветер резал лицо, пробираясь под кожу, но он никакого внимания на это не обращал. Каждый вдох был тяжелым, как будто этот треклятый дым окутывал не только легкие, но и душу, загораживая ее плотной завесой от всего остального мира. «Делай, что хочешь.» Эта фраза крутилась в голове подобно залипнувшей кассете. Парень затянулся, сжимая сигарету зубами. Какая же тупая фраза. А куда он идет? Да никуда, просто гуляет. Просто думает, просто отпускает, просто идет. Только добравшись до ближайшего перекреста, он поднял голову. Светофор. Красный цвет горел статично, снизу тикал таймер, целых 70 секунд ему еще стоять. -А, блять… — вздохнул Шастун, усмехаясь самому себе. Сейчас бы пешеходам ориентироваться на сигналы для машин. Антон оглядел пустую дорогу. Ни машин, ни людей. Только он, ветер, и этот светофор. Сигарета догорела до фильтра, оставляя горький привкус во рту, но он все равно сделал еще одну затяжку, сразу после этого сморщившись. Окурок улетел куда-то в сторону. Штурман еще раз взглянул на красную лампочку над ним. -А мне похеру, я машина, постою. — сказал он сам себе, радуясь своей шутке. Он даже засмеялся, но смех быстро стих, оставив после себя лишь холод. Парень поправил капюшон на голове и сунул обе руки обратно в теплые кармашки. Долгие ночные прогулки — не его конек. Обычно он предпочитает спать в это время, но сегодня как-то не клеилось с этим делом. -От мне реально делать нечего, раз я стою и жду светофор. — подумал он, но ноги не сдвинулись с места. Наконец, таймер уже подходил к концу, последние секунды быстро убывали. Лампочка мигнула, сменяясь быстро на желтый, а потом и на зеленый. И только тогда Антон сделал пару шагов вперед. Вот придурок. Телефон в кармане внезапно завибрировал, отвлекая путника от своих же забавных (не особо) мыслей. «Ты что, идиот? Где ты? Если ты дома и просто игноришь меня, я прямо сейчас выламываю дверь, а потом все твои зубы.» Попов. Сразу же пришло еще одно сообщение. «Тох, молю, открой этому конченному дверь. Я просто хочу поспать.» Добровольский. Только он успел напечатать злобный ответ Паше, как его действия прервал внезапный звонок. Палец завис над кнопкой «принять вызов», но он пока не решался нажать. Что-то подсказывало, что не стоит этого делать. Отклонил. Может, оно и правильно. Он все-таки отправил сообщение бедняге Павлу, чтобы оповестить его о том, что он не дома и дверь точно открыть не сможет. После этого Антон запихнул телефон в карман, чувствуя странное удовлетворение от того, что Попов снова пришел к нему мириться. Только вот, он не хотел этого. Ветер усилился, скинув капюшон, который он поспешно натянул обратно. Трасса оставалась пустынной, фонари дрожали, будто тоже нехило замерзли. Углубившись в свои мысли, он даже не заметил, как по наитию опять достал мобильник и открыл переписку с Арсом. «Свали от моей двери. Меня там нет.» И зачем он это написал? Наверное, чтобы дать другим выспаться. «Где ты?» — ответ пришел мгновенно. Шастун усмехнулся, покачав головой, но быстро настрочил новое сообщение. «Там, где тебя нет. Знаешь, тут очень хорошо.» Антон заблокировал экран, даже не дождавшись ответа. Он сам не понимал, зачем затеял этот абсурдный диалог. Хотел вывести пилота из себя? Или просто ощутить, что тому не все равно? Снова вибрация, вот только смотреть не хочется. А он и не будет. Впереди целая дорога, длинная, темная, многообещающая. Пройдя довольно приличное расстояние, Шастун взглянул на время. Три часа ночи. Он шатается по улицам уже больше четырех часов, если честно, он устал, замерз, да и вообще, лучше бы спал. Домой он вернулся только к пяти часам утра, весь промерзший, еле двигающийся, зато свободный. Не совсем о свободе он мечтал. Может идти куда угодно, делать, что угодно. -Полное дерьмо… — прохрипел он, наконец отпирая свою дверь и вваливаясь внутрь. Дверь послушно скрипнула за его спиной. Тишина комнаты почему-то оглушала, резала сильнее, чем ветер снаружи. Кроссовки оставили мокрые следы на полу коридора. На столе все еще стояла кружка с остатками кофе на стенках, рядом пепельница с окурками. Он лег на кровать и закрыл лицо руками. Не хотелось ни есть, ни курить, ни думать. Только спать. Этим он и решил заняться, от усталости мгновенно проваливаясь в чуткий сон.