Глава 18
25 октября 2025 г., 19:54
Эймонд стоял чуть поодаль, прислонившись к колонне. Его единственный глаз, холодный и оценивающий, был прикован к брату. Он видел слабость Эйгона, его нерешительность. Видел, как тот ищет поддержки у матери, как пьет вино, чтобы заглушить тревогу. В груди Эймонда клокотала ярость. Этот недостойный пьяница сидел на троне, который по праву крови и силы должен был принадлежать ему. И этот же человек имел право касаться Хелейны.
— Лорды Семи Королевств! — голос Отто прозвучал громко, заставляя замолчать гул голосов. — Король Эйгон Второй, законный наследник короля Визериса, нуждается в вашей клятве верности. Рейнира Таргариен, его старшая сестра, ослепленная гордыней, отказывается признать волю отца. Она собирает войска на Драконьем Камне.
В зале поднялся шум. Лорды переглядывались. Некоторые, верные традиции и присяге, данной Визерису, видели королем Эйгона. Другие, помнящие завещание Джейехериса о том, что старший ребенок, независимо от пола, наследует трон, склонялись на сторону Рейниры.
— Рейнира — женщина! — крикнул кто-то из толпы. — И ее дети — бастарды, осквернившие кровь дракона!
— Дети королевы Хелейны — истинные Таргариены! — парировал другой голос. — И их право на трон неоспоримо!
Эймонд уловил, как взгляд Алисенты на мгновение встретился с его взглядом. В ее глазах он прочел предупреждение и приказ: «Молчи. Жди». Он усмехнулся про себя. Он устал ждать.
Его взгляд скользнул к дальнему входу, где в тени стояла Хелейна. Она была бледна, одета в темное платье, скрывавшее ее фигуру. Руки ее были крепко сцеплены, будто она молилась или пыталась сдержать дрожь. Она чувствовала его взгляд и подняла глаза. В их лиловой глубине он увидел не страх, а решимость. Ту самую решимость, что была в ней в ту ночь, когда она пришла к нему.
Эймонд оттолкнулся от колонны и сделал шаг вперед. Шум в зале стих. Все взоры устремились на него.
— Брат, — его голос прозвучал звенящей сталью, режущей тишину. — Рейнира не просто оспаривает твой трон. Она оспаривает саму суть нашей власти. Воля отца была ясна. Но есть закон, более древний, чем воля любого короля. Закон силы.
Он прошелся взглядом по лордам.
— У нее есть драконы. И у нас есть драконы. Но у нее нет Вхагар. — Он сделал паузу, давая словам проникнуть в сознание собравшихся. — Пока она собирает советы и строит козни, мы должны нанести удар. Быстро и безжалостно. Пока ее драконы молоды, а ее сторонники не оправились от шока.
Эйгон смотрел на него с нескрываемым раздражением.
— Ты предлагаю начать войну, брат? Войну, в которой Таргариен будет убивать Таргариена?
— Я предлагаю предотвратить войну, — холодно ответил Эймонд. — Одним ударом. Я возьму Вхагар и сожгу флот Веларионов в заливе. Без флота Драконий Камень будет отрезан. А без надежды на подкрепление Рейнира согнется.
Алисента ахнула. Отто нахмурился.
— Это слишком рискованно, принц Эймонд. Прямое нападение может быть расценено как…
— Как что? — перебил его Эймонд, не отводя взгляда от Эйгона. — Как акт войны? Война уже началась, десница. Просто некоторые из нас еще не надели доспехи.
В его голосе звучала такая непоколебимая уверенность, такая хищная готовность к действию, что даже самые опытные лорды почувствовали холодок страха. Они смотрели на одноглазого принца и видели не человека, а оружие. Оружие, которое Эйгон с трудом удерживал на привязи.
Эйгон медленно поднялся с трона. Его лицо исказила гримаса гнева и неуверенности.
— Я — король! — провозгласил он, но его голос дрогнул. — И я решу, когда и как действовать. Мы отправим послов. Предложим Рейнире мир на наших условиях.
Эймонд смерил брата долгим, ледяным взглядом. В этом взгляде было столько презрения, что Эйгон невольно отступил на шаг.
— Как пожелаешь, Ваше Величество, — произнес Эймонд, и в его устах это обращение прозвучало как оскорбление. — Но когда ее драконы появятся над Королевской Гаванью, не говори, что я не предупреждал.
Он развернулся и вышел из зала, не удостоив больше никого взглядом. Его уход был красноречивее любых слов. Разрыв был неизбежен.
