День дарения

Джейс. Лес близ равнины Далмор. День дарения.

Сколько продержится любовь, закаленная, как сталь?

Всю жизнь.

Пот струился по шее, затекая за меховой воротник. Ледяной воздух щипал за щеки и открытые уши — шапка была потеряна в погоне. Ноги увязали в пушистых сугробах, но Джейс с упертостью барана продолжал гнать свою добычу. Адреналин бурлил в венах, заставлял преодолеть собственные пределы. Облачко пара вылетало изо рта с каждым выдохом, легкие жгло. Все это было похоже на агонию, но Джейс улыбался как безумный, несясь по следу из крови на снегу. Охота была его отдушиной и большой страстью сразу после кузнечного дела. Печь вместе с жаром давала ему осуществлять полет фантазии. В его руках железо становилось масляными красками, а молот — кистью. Он мог провести в кузнице более десятка часов, увлеченный новым изделием, пока матушка не затаскивала его насильно в дом. И даже там он продолжал вырисовывать схемы новых переплетений. Охота была другой. Здесь не было раскаленного воздуха и желания созидать. На охоте он отдавался инстинктам предков. В нем просыпалась сокрытая в глубинах души ярость и азарт. Он любил ощущать, как натягивались мышцы предплечий, как напрягались икры перед решающим рывком. С жадностью вдыхал запах дикого, не подчиняющегося людям леса. Парень перепрыгнул через широкий ручей, чуть не замочив ноги. Медведь с подбитой стрелой лапой уже еле плелся и выл от боли. Стрелок из Джейса был никудышный, но в этот раз ему повезло — основная шкура осталась невредимой. Он перехватил из-под ремня короткий наточенный топор, металл блеснул под зимним солнцем. Собственная разработка — специально для охоты. Возбуждение играло на пальцах, когда он подошел к привалившемуся к дереву медведю, его рана окрасила снег в алый цвет. «Хорошо, что не медведица. С ней бы не управился». Фортуна благоволила ему с детства. Она наделила его крепким телом и недюжим умом. А прежде всего она сделала его альфой — защитником и кормильцем семьи. Узнав об этом после инициации, Джейс был вне себя от счастья. Обретенный статус открывал новые горизонты, давал абсолютное добро на планы, что он теплил в сердце с раннего возраста. Он стал опорой для матери вместо отца. Грудь тяжело вздымалась и опускалась. Он замахнулся. Острие топора просвистело мимо, впиваясь в шею медведя, — животное замерло. Джейс знал, как сделать быстро и менее болезненно. Мучения добычи его не радовали в отличие от других охотников. В лесу царил закон «сильный убивает слабого» и он прекрасно осознавал, что не всегда будет в начале пищевой цепи. Сегодня ему просто повезло, но что будет завтра? Никто не знал. Вдалеке послышался победный клич. Кто-то из альф, участвующих в охоте, поймал крупную добычу, возможно оленя или лося. На лице расплылась самодовольная улыбка. Никто не переплюнет его в сегодняшнем обряде. — Джейс! Еле тебя нашла. Пробираясь сквозь ветки кустарника, попутно костеря высокие сугробы, на свет вышла девушка с луком за спиной. На ее сдвинутые брови налипли снежинки, а синие пряди выбились из-под пушистой шапки. — Ого, и правда медведь, — она неспеша минула ручей и подошла к туше животного. — Ты стрелял? — она указала на торчащую из лапы стрелу. — Ага, — Джейс набрал горсть снега в ладони и принялся оттирать попавшие на них брызги крови. — Довольно метко. Не похоже на тебя, — девушка насмешливо фыркнула. — Хорошая охота, славная шуба получится. На дарении все омеги будут мечтать о том, чтобы этого медведя преподнесли именно им. — Кейт, ты знаешь, мне не нужны все, — он улыбнулся и кинул комок снега подруге в ногу. — Да-да. Тебе нужен только он, единственный и неповторимый, — протянула она и пихнула парня в бок. — Ну и вкусы у тебя, серьезно. — Сама-то что здесь забыла? Джейс поспешил сместить предмет разговора со своего романтического интереса. Выбор он свой хранил глубоко под сердцем и не любил, когда люди про него говорили. Слишком личное — только его. — Хочу песца поймать, — буркнула девушка. — Для Вай. — Зная ее, она сейчас наверняка тоже носится по лесу в попытках поймать для тебя хотя бы зайца, — Джейс по доброму усмехнулся и хлопнул Кейт по плечу. Влюбленная подруга вызывала искреннюю радость и, возможно, капельку белой зависти. — Из нее никудышный охотник, — посмеялась она, но покрасневший кончик носа выдал с потрохами. — Она готова на все ради тебя. Парень знал, о чем говорил. Кейт была его подругой сколько он себя помнил. Всегда упертая, твердо стоящая на своем и справедливая до скрипа зубов. Они дрались за первые игрушки, вырезанные Тобиасом — отцом Кейтлин — вместе учились охотиться и стрелять, по-доброму дразнили друг друга, когда сваливались со старой лошади Марты. Их линии жизни переплелись настолько, что и без единой крови Джейс считал ее своей родной сестрой. Еще до инициации он заметил, как подруга начала смотреть на приемную дочь плотника. Вай была яркой, как солнце, и стремительной, как горная река. В девушке доброта и вспыльчивость стали дружными соседями — ее невозможно было не заметить. Он понял все раньше самой Кейт. Помогал в каждой вылазке тайком от матери и ломал голову над идеями для даров. Джейс знал, что это их судьба, и радовался как мальчишка, когда девушки объявили о новом статусе. Лучше Вай для Кейт не было никого в их поселении. — Как ты его утащишь? — подруга с сомнением посмотрела на внушительную тушу медведя. — Я же кузнец, — Джейс показушно напряг мышцы. — Физическая сила — мой конек. Кейт смерила его скептическим взглядом и прикинула. По силе Джейс не уступал даже старшим альфам деревни, и это делало его завидной партией для свободных омег. Такой супруг сможет держать большое хозяйство, и дети от него будут крепкими. С ним не придется заботиться о пище и будущем, а мягкий нрав полюбится каждому. Только вот самого Джейса сватовство не волновало. — Ему понравится, — она кивнула головой в сторону туши. — Думаешь? — Проигнорировать такой жест на виду у старейшин он точно не сможет, — девушка улыбнулась и подбадривающе похлопала друга по плечу. — А если он не придет, как в прошлый раз? — Джейс неуверенно почесал взлохмаченные ветром волосы. — Придет. Я уверена.