Искры на грани тьмы

Утро было ясным, но прохладным, когда семейство Малфой отправилось на вокзал Кингс-Кросс. Люциус, как всегда, выглядел безупречно: его длинная мантия развевалась при каждом шаге, а серебряный набалдашник трости поблёскивал в свете солнца. Нарцисса шла рядом, её осанка и элегантность казались естественными, словно они были частью её магии. Роксана следовала чуть позади, , её взгляд метался между платформой и своими спутниками. Домашний эльф Добби выглядел ещё более взволнованным, чем сама девочка. — Помни, Роксана, — начал Люциус, оборачиваясь к ней, — ты настоящая Слизеринка. Я уверен, что ты займёшь достойное место среди лучших студентов. — Я знаю, дядя Люциус, — ответила Роксана с лёгкой улыбкой. В её голосе звучала уверенность, но и волнение. Ей хотелось поскорее увидеть Хогвартс и свой будущий факультет. На платформе 9 и ¾ царила суета. Повсюду сновали волшебные семьи с чемоданами, клетками с совами и многочисленными детьми. Роксана заметила, как Люциус слегка поморщился при виде нескольких магглорождённых, но ничего не сказал. Нарцисса тем временем наклонилась к Роксане и поправила её аккуратно заплетённые косы. — Ты выглядишь прекрасно, дорогая, — мягко сказала она. — Мы уверены, что ты покажешь себя с лучшей стороны. Добби, который нёс клетку с совой, робко пробормотал: — Мисс Роксана будет великой волшебницей в Хогвартсе, Добби уверен в этом. — Спасибо, Добби, — ответила Роксана, слегка улыбнувшись эльфу. В этот момент к ним подошёл Драко, с гордостью глядя на свою кузину. Его взгляд был довольным, но в нём читалась лёгкая зависть. — Ты знаешь, Роксана, мне придётся ждать ещё целый год, чтобы пойти в Хогвартс. Ты должна рассказать мне обо всём, что там будет, — сказал он. — Уверен, тебе там понравится. — Конечно, Драко, — ответила она, мягко улыбнувшись. — Но я уверена, что ты и так станешь звездой Слизерина. Кикимер уже заботливо поставил чемоданы на тележку, но внимание Роксаны привлекло что-то другое. Недалеко стояла рыжеволосая семья — весёлые, шумные и полные энергии. Она сразу заметила Джорджа среди них и его брата близнеца. Его яркая улыбка была узнаваемой даже в толпе. Он обернулся и, встретившись с её взглядом, слегка кивнул, как будто приветствуя. Их мимолётное знакомство в Косом переулке вспыхнуло в памяти, и Роксана невольно улыбнулась. — Роксана, — строго проговорил Люциус, перехватив её внимание. — Ты готова? — Да, дядя Люциус, — ответила она, отвлекаясь от Джорджа. Её лицо снова приобрело сдержанное выражение, которого от неё ждали Малфои. Когда подошло время отправления, Нарцисса обняла Роксану, на секунду сжав её плечи. — Удачи тебе, дорогая. Мы гордимся тобой. Люциус же лишь коротко кивнул: — Не подведи. Драко добавил: — Жду твоих писем. Не забудь написать, как распределяющая шляпа назвала твоё имя первым! Роксана подошла к поезду и, поднявшись по ступенькам, оглянулась. Нарцисса махала ей, а Люциус стоял позади, сложив руки на груди. Добби, выглядывая из-за них, смахнул слезу и тихо пробормотал что-то на своём языке. Её взгляд снова нашёл Джорджа, который уже успел залезть в вагон вместе с братом. Он мельком оглянулся, и на его лице появилась хитрая улыбка. Двери закрылись, и поезд тронулся. Поезд быстро набирал скорость, и гул платформы сменился тихим ритмом колёс. Роксана внимательно осматривалась, пытаясь найти свободное место в вагоне. Её чемодан был заботливо размещён в отсеке для багажа, а клетку держала в руках. Она прошла мимо нескольких купе, где дети уже знакомились друг с другом, и наконец нашла уголок, где сидели Джордж и его брат близнец. Джордж заметил её и, ухмыльнувшись, махнул рукой, приглашая сесть рядом. — Привет, Роксана! — весело сказал он. — Это Фред, мой близнец. Фред кивнул, его взгляд на мгновение стал настороженным, когда он вспомнил её с платформы с Малфоями. — Привет, — коротко сказал он. — Ты тоже едешь в Хогвартс? — Да, это мой первый год, — ответила она, садясь напротив. — А вы ведь уже на втором курсе, верно? — Верно, — ответил Фред, всё ещё внимательно изучая её. — Ты в каком факультете думаешь оказаться? Роксана слегка улыбнулась: — Думаю, это будет Слизерин. Джордж хмыкнул: — Ну, для кого-то это очевидно, а для кого-то — нет. Главное, чтобы было весело. Роксана немного поговорила с ними, слушая истории о школе и их весёлые шутки. Однако она почувствовала, что Фред продолжал наблюдать за ней с лёгким подозрением. Решив, что лучше дать им пространство, она извинилась: — Было приятно поболтать, но мне нужно найти первокурсников. До встречи. Когда она вышла из купе, Фред тут же повернулся к Джорджу: — Ты хоть видел, с кем она была на платформе? Малфои. Этот Люциус… Уверен, она точно будет на Слизерине. Джордж пожал плечами, всё ещё улыбаясь: — Ну и что? Она вроде нормальная. — Нормальная? — возмутился Фред. — Это же почти приглашение для розыгрыша. Представь, как Слизеринка отреагирует! Джордж усмехнулся: — Ладно, подумаем над этим. Но сначала посмотрим, что она из себя представляет. Они переглянулись, и на их лицах появились одинаковые лукавые улыбки — подготовка к розыгрышу всегда их объединяла.

***

Распределение началось в большом зале Хогвартса, который был освещён сотнями парящих свечей. Потолок, зачарованный так, чтобы выглядеть как ночное небо, добавлял торжественности моменту. Первокурсники, немного нервничая, стояли в ожидании, пока профессор Макгонагалл вызовет первого ученика для распределения. Фред Уизли, сидя за столом Гриффиндора, лукаво улыбался, украдкой поглядывая на брата. В поезде он узнал, что Роксана — не Малфой, а Блэк. Это только раззадорило его: «Ещё одна гордящаяся своей чистокровностью слизеринка». Он не стал долго ждать, чтобы реализовать свою идею. Ещё до начала церемонии, он незаметно отвлёк внимание профессора Макгонагалл и добавил в распределяющую шляпу магический краситель. План был прост: шляпа должна была оставить яркий след на том, кто её наденет. — Блэк, Роксана! — громко объявила профессор Макгонагалл, вызвав шёпот среди старшекурсников. Это было ожидаемо: фамилия Блэк всегда привлекала внимание. Роксана уверенно вышла вперёд, её спина была прямой, а шаг — твёрдым. Её сердце билось быстрее, чем обычно, но она старалась не показывать волнения. Она знала, что многие наблюдают за ней, особенно те, кто помнил о её знаменитом брате. Распределяющая шляпа была мягкой и старой, но её магия была впечатляющей. Роксана аккуратно села на табурет, и шляпа опустилась ей на голову. — Ну-ну, кого я вижу, — раздался голос шляпы прямо у неё в голове. — Интересная смесь амбиций, гордости и... скрытого желания найти себя. Ты уверена, что хочешь быть на Слизерине? — Я не просто хочу, — мысленно ответила Роксана. — Я должна быть там. Это мой дом. Шляпа задумалась на мгновение, а затем громко произнесла: — Слизерин! Зал взорвался аплодисментами со стороны стола Слизерина, но вскоре раздались смешки и шёпот. Роксана, ничего не понимая, почувствовала странное ощущение на голове. Проведя рукой по волосам, она заметила, что её пальцы стали ярко-розового цвета. Это вызвало ещё больше смеха. За столом Гриффиндора громко смеялись, и особенно Фред, который почти упал от хохота. Однако Джордж выглядел расстроенным. Он наклонился к брату и прошептал: — Это уже слишком, Фред. Она только что пришла в Хогвартс. Мы не должны были это делать. — Ой, расслабься, — отмахнулся Фред. — Это же просто шутка. Однако профессор Макгонагалл, которая тоже заметила эту сцену, не разделяла их веселья. Её строгий взгляд пронзил стол Гриффиндора, и она быстро подошла к Роксане. — Мисс Блэк, — начала она, возвращая зал к тишине, — пожалуйста, пройдите с мадам Помфри в больничное крыло. Она поможет вам убрать этот... недоразумение. Роксана, стараясь сохранить достоинство, кивнула и вышла из зала. Роксана была ужасно разочарована. Особенно в Джордже, от которого она не ожидала, что он окажется частью этого розыгрыша. Профессор Макгонагалл резко повернулась к столу Гриффиндора. — Мистеры Уизли! — её голос был холодным и строгим. — Вы двое останетесь после ужина. За вашу несвоевременную выходку я снимаю с Гриффиндора 50 очков. Кроме того, вы проведёте следующую неделю на отработке. Смех за столом Гриффиндора быстро прекратился. Джордж молчал, его взгляд был полон сожаления, но Фред только пожал плечами, пытаясь сохранить видимость невозмутимости. Когда Роксана вернулась к столу Слизерина, её волосы были снова в порядке, но глаза блестели от сдерживаемого гнева. Её встречали одобрительные возгласы новых однокурсников. — Отличный вход, Блэк, — произнёс один из старшекурсников. — Это было впечатляюще. Роксана улыбнулась, хотя её мысли были заняты переживаниями.

***

В следующие дни Роксана старалась избегать Джорджа, не желая объяснять своё разочарование. Но Джордж был настойчив. Он несколько раз пытался поймать её в коридорах замка или после уроков, но Роксана находила способы уйти от разговора. Наконец, однажды после занятий в зелийном кабинете, он догнал её в одном из тихих коридоров. — Роксана, подожди, пожалуйста, — начал он, переводя дыхание. — Я знаю, ты хочешь уйти, но мне нужно извиниться. Она остановилась, но не повернулась к нему, скрестив руки на груди. — Слушаю, — холодно произнесла она. — Это всё была идея Фреда, — быстро заговорил Джордж. — Я… я не хотел, чтобы это зашло так далеко. Если бы я знал, что ты так себя почувствуешь… Я просто хотел, чтобы это было смешно, а не обидно. Роксана повернулась к нему, её взгляд был спокойным, но острым. — Ты мог остановить его, — произнесла она. — Ты мог что-то сказать, но ты этого не сделал. Так что, Джордж, извини, но твоё «я не хотел» ничего не меняет. Джордж опустил голову, чувствуя, что его слова не достигли цели. — Я просто… я правда сожалею, — тихо добавил он. — Если я могу как-то это исправить... Роксана посмотрела на него, немного смягчившись, но в её голосе появилась нотка горечи. — Теперь я понимаю, почему мой дядя говорил не общаться с тобой. Видимо, он был прав. Я больше не хочу иметь с тобой ничего общего, Джордж. Она развернулась и направилась к подземельям, оставив Джорджа в раздумьях. Он смотрел ей вслед, чувствуя, что ей было больно не только из-за розыгрыша, но и из-за его роли в нём. Теперь он понимал, что придётся заслужить её доверие снова, если это вообще возможно.

***

В течение всего года Джордж Уизли пытался найти способ помириться с Роксаной. Он делал это тайком от Фреда, который не мог понять, зачем его брату общение с «этой правильной занудой из Слизерина». Фред был уверен, что Роксана — типичный представитель своего факультета: высокомерная, строгая и скучная. Но были и слухи. Грифиндорские первокурсники рассказывали, что на занятиях по полётам Роксана показывала невероятное мастерство, лучшее среди всех студентов. Её движения в воздухе были такими отточенными и грациозными, что даже мадам Трюк подняла бровь и с лёгкой улыбкой признала, что давно не видела столь талантливого ученика. Джордж не понимал, почему его так тянет к Роксане. Её холодность, настороженность и нежелание общаться только подогревали его интерес. Это было больше, чем желание извиниться за шутку Фреда. Сам он не мог найти ответа, почему каждый раз, когда видел её в коридорах, чувствовал странную смесь вины и надежды. Роксана же давно оставила розыгрыш в прошлом. Для неё это стало лишь неприятным воспоминанием, которое больше не вызывало эмоций. Но когда Джордж пытался заговорить с ней — на уроках, в библиотеке, в общей суете коридоров, — она неизменно отстранялась. Не потому, что ей было неприятно, а потому, что она понимала, насколько это опасно. Её положение на Слизерине было прочным: она была уважаемой ученицей, старательной, но справедливой. Даже подруга Роксаны, Дафна Гринграсс, всегда говорила, что она «идеальная Слизеринка». Но если кто-то из её окружения узнает, что она общается с гриффиндорцем, тем более с Джорджем Уизли, последствия могли быть разрушительными. Друзья отвернулись бы, Дафна наверняка почувствовала бы себя преданной, а дядя Люциус точно нашёл бы способ наказать её за такое «предательство». Именно поэтому, несмотря на тёплые взгляды Джорджа и его попытки найти общий язык, Роксана оставалась непреклонной. Она поставила стену между ними — стену, за которой она могла спрятать свои сомнения, страхи и... возможно, что-то ещё, что она сама боялась признать.