Перерождение: история лисицы

Наблюдение первое: спать с хвостом - удовольствие сомнительное. К ушам я привыкла довольно быстро: они лишь чуть усиливали звуки и напоминали о себе разве что лёгким подрагиванием. А вот хвост… с ним всё оказалось куда сложнее. Да, выглядел он восхитительно - длинный, пушистый, мягкий, с роскошным отливом. Грех жаловаться. Но как же легко было во сне его придавить… Простите меня, все кошки мира, которым я когда-либо случайно наступала на хвосты. Дурочка была, не понимала. Со временем мозг, ворча и сопротивляясь, всё же принял новую часть тела как родную, и подобных казусов после первой ночи больше не случалось. Но адаптироваться пришлось не только мне. Хао - тот самый, кто упорно отказывался спать у себя и регулярно «чудесным образом» оказывался в моей постели под утро - как-то раз во сне перевернулся и придавил хвост локтём. Проснулась я мгновенно. Инстинкт сработал раньше сознания - когти, шипение, вспышка боли и злости. Когда разум догнал тело, и я уже видела перед собой Асакуру с удивлением во взгляде и тонкими свежими царапинами на щеке. Совесть тихо кольнула. Я осторожно коснулась его лица, исцеляя следы от когтей, и буркнула: - Хвост. Больно было. Хао моргнул, медленно осознавая произошедшее. Его волосы были растрёпаны, глаза - чуть прищурены, голос хрипловат от сна: - Пожалуй, мне стоило догадаться, что ты вооружена даже во сне. Он провёл пальцами по щеке, где ещё недавно тлели царапины, а потом - мягко, почти задумчиво, скользнул рукой по моему хвосту. - Очень смешно, - буркнула я, отдёргивая конечность от его прикосновения и прижимая к себе, словно раненого котёнка. - Попробуй сам, пусть тебе кто-нибудь придавит продолжение позвоночника. Хао тихо усмехнулся. Я знала этот звук - низкий, ленивый, будто он не смеётся, а просто выдыхает через улыбку. - Продолжение позвоночника, говоришь? - протянул он, голосом бархатным и тягучим, от которого у меня почему-то начинали краснеть уши. - Звучит… чувствительно. - Не начинай, - предупредила я, крепче прижимая хвост. - А я и не начинал, - отозвался он с притворной невинностью, но уголки губ предательски дрогнули. Я недовольно уставилась на него. Мало того, что разбудил таким варварским способом, так ещё лежит, развалившись, и дразнит. - Уходи, - мрачно бросила я и, не дожидаясь ответа, нырнула с головой под одеяло. Хвост - единственная часть тела, которая не помещалась под него, - раздражённо дёрнулся, выдавая моё настроение. Несколько секунд стояла тишина. Потом матрас тихо прогнулся - Хао подвинулся ближе и, как ни в чём не бывало, притянул меня к себе. Даже сквозь одеяло я чувствовала тепло его тела, силу рук, мягкое, убаюкивающее движение ладони по спине. - Не злись, - прошептал он. - В следующий раз я буду осторожнее. Я недовольно фыркнула, не открывая глаз. - Ещё раз на него ляжешь - проснёшься за дверью. Он тихо усмехнулся. Я почти видела, как уголки его губ снова приподнимаются в знакомой, озорной улыбке. - Учту, - ответил он мягко. Через пару минут, согретая его теплом, ровным дыханием шамана и мягкими прикосновениями, я вновь погрузилась в сон. Наблюдение второе: способности Лиса перешли ко мне. После того как я поглотила его душу, заметила странную вещь - таланты ёкая не исчезли, а словно растворились во мне, вплелись в самую суть моего существа. Острое зрение, молниеносная реакция, способность менять облик… всё это осталось. Особенно радовала последний талант - ведь с его помощью я могла прятать уши и хвост. Правда, был один нюанс: пользоваться этими силами я могла лишь тогда, когда создавалась сверхдуша - например, Мары. А значит, каждое превращение требовало фурьёку. Именно поэтому я отказалась скрывать звериные черты постоянно. Зачем тратить силы попусту? Я маскировалась лишь перед выходом в людные места - на трибунах, в магазине, в кафе. В остальное время пусть уши слышат ветер, а хвост свободно движется - как-никак, это уже часть меня. Но, как бы прагматично я ни рассуждала, в глубине души мне было… радостно. Используя способности Лиса, я чувствовала, будто он всё ещё рядом. Не исчез, не ушёл окончательно - просто замолчал, задумался, как всегда. И стоило мне задержать дыхание, прислушаться - казалось, вот-вот услышу его тихий смех где-то на границе сознания. Наблюдение третье: Мара… изменилась. Честно говоря, последние дни, поглощённая тревогами о Лисе, я совсем забыла уделять ей внимание. Но даже я не могла не заметить - девочка вдруг стала девушкой. - …вы кто? - ошарашенно выдохнула я, стоя посреди тренировочной площадки. Это был второй день без Лиса, и я только собиралась проверить, не атрофировались ли мои шаманские способности вместе с исчезновением ёкая. Но стоило вызвать Мару, как слова застряли в горле: передо мной стояла не проказливая девчонка, а девушка - почти моего возраста. - Догадайся, - с усмешкой ответила она. Длинные густые волосы цвета воронова крыла ниспадали на плечи, глаза - ярко-голубые, почти светящиеся - глядели с лукавым блеском. Черты лица остались прежними, и всё же передо мной стояла совсем другая Мара. В чёрном платье, украшенном алой славянской вышивкой, она казалась воплощением чего-то древнего и притягательного. Её красота была опасной - не земной, а колдовской, как у сирены, что поёт среди туманов. В ней чувствовалось нечто родное, тёплое, будто возвращаешься в место, где вырос… и в то же время дикое, необузданное. Всё-таки, как ни крути, Мара была нечистью. - Что с тобой случилось? - наконец выдавила я, чувствуя, что теряю почву под ногами. Да, у неё был небольшой скачок в возрасте после встречи с Великим духом, но в последнее время я к нему на чай не забегала, поэтому причин таких колоссальных изменений решительно не видела. Мара чуть приподняла брови, глядя на меня с видом человека, уставшего объяснять очевидное. - Я нечисть, привязанная к тебе, - сказала она, будто это всё расставляло по местам. - Ах да, - иронично заметила я, - как я могла забыть тот милый ритуал, что едва не отправил меня на тот свет. Совсем вылетело из головы. Будь добра развить свою мысль. Девушка тяжело вздохнула. - Уровень твоего фурьёку вырос, - спокойно ответила она. - Изменилась твоя душа. А вместе с ней - и я. Я нахмурилась. Допустим. Тот же Михаил не всегда был таким исполином - своих нынешних размеров он достиг лишь тогда, когда Аня раскачала фурьёку до предела. Хао, в первые дни своей третьей жизни, мог вызвать разве что крошечную копию Духа Огня: душа тогда ещё только привыкала к новому телу. Да и человеческие духи, если подумать, со временем менялись. Эволюционировали. Токагэро, хранитель Рю, всё больше походил на ящерицу, чем на человека. А Басон... по размерам смахивал скорее на мини-танк, чем на воина. Таких громадных китайцев, кажется, в природе и не бывало. - А, - глубокомысленно резюмировала я. - Очень красочно, - усмехнулась девушка, весело глядя на меня сверху вниз. Даже она была выше меня. Что за напасть. Я окинула её оценивающим взглядом. - Кажется, вместе с новой внешностью у тебя обострился и язык. Губы брюнетки изогнулись в хитрой, до боли знакомой улыбке. - А чего ты ожидала? Меня воспитывали вы с Лисом. Я попыталась сохранить серьёзность, но уголки губ предательски дрогнули. Кажется, меня покинул не только ёкай - вместе с ним ушла и та маленькая, шумная проказница, что наполняла наш дом смехом и хаосом. На её месте теперь стояла уверенная, смелая и, без сомнения, очень хитрая девушка. Мне стало любопытно. Кто она теперь - эта новая Мара? Я развернулась и шагнула к центру тренировочного поля. - Что ж, - сказала я, не оборачиваясь, - посмотрим, насколько улучшились твои способности. В голосе прозвучал вызов. Мара довольно хмыкнула, прикрыла глаза - и спокойно позволила мне создать сверхдушу. Воздух вокруг едва заметно дрогнул, будто сама природа затаила дыхание. Что ж, подводя итоги всех наблюдений, могу сказать одно - я стала несколько сильнее. И это не могло не радовать, особенно учитывая грядущие поединки. Последние дни я проводила почти безвылазно на тренировочной площадке, оттачивая иллюзии, работу с воздухом, молнией и целительские техники. Совсем скоро - и на арене, и за её пределами - начнётся настоящая бойня. А значит, мне следовало собрать в рукаве столько козырей, сколько было возможно. Я сидела под деревом у дома, сосредоточенно пытаясь вписать новую технику в свиток, когда вдруг почувствовала знакомое присутствие. Йо. Парень подошёл тихо, но его намерения выдали сами себя - особенно когда он, словно загипнотизированный, протянул руку и дотронулся до моего хвоста… за что тут же получил им по лицу. Честное слово, если хоть ещё один Асакура… - Прости-прости, - поспешно извинился шаман, поднимая руки в жесте капитуляции. - Я просто… люблю кошек. Забылся. - Сам ты кошка, - сказала я, закатив глаза к небу. - Где ты видел таких кошек? Я пошевелила ушами и лениво взмахнула хвостом, демонстрируя вполне лисьи, а не кошачьи атрибуты. Несмотря на то что все в доме уже привыкли к моему новому облику (всё-таки видели его раньше, когда я создавала сверхдушу Лиса), у некоторых, вроде представителя древнего клана передо мной, по-прежнему были проблемы с базовой зоологией. - Ах, конечно, - с лёгкостью согласился Йо. Ага. Поверила. Я фыркнула и вернулась к свитку. - Знаешь, - протянул он, облокачиваясь на дерево, - в детстве я был знаком с одним котом. Кажется, он целую тысячу лет охранял наш клан. Матамунэ. Да уж, я в курсе. Единственный друг Хао, верный кошак, который убил оммёдзи во второй жизни хозяина. Не люблю этого пушистого предателя. - Ты что-то хотел или просто пришёл поболтать? - я подняла взгляд, возвращая разговор в нужное русло. Йо моргнул, будто вынырнул из собственных воспоминаний, и мягко произнёс: - Не могла бы ты подойти в зал? Есть кое-что, о чём нужно поговорить всем вместе. Я удивлённо приподняла бровь, затем спрятала свиток в карман и легко поднялась на ноги. - Идём. Пнув Роалда, который с самодовольным видом растянулся на полдивана, я бесцеремонно заняла освободившееся место. Хоро-хоро, тоже положивший на него глаз, недовольно фыркнул и, буркнув что-то себе под нос, плюхнулся на ковер. Справа от Роалда сидели Анна и Манта. Рю, как истинный джентльмен, уступил Ане кресло, а Рен с Чоколавом стояли, скрестив руки на груди, и внимательно следили за Йо, который занял позицию в центре комнаты. Парень слегка смущённо улыбнулся, прокашлялся и начал: - Думаю, вы уже догадываетесь, о чём пойдёт речь. Тема, конечно же, снова касалась Хао. Кажется, в последнее время любой разговор так или иначе упирался в него. Я лениво скользнула взглядом по комнате, с трудом скрывая скуку. Честно говоря, так и не поняла, зачем Йо продолжал звать меня на эти стратегические собрания. Он ведь прекрасно знал: я не собиралась идти против старшего Асакуры. - Силва рассказал, что уровень фурьёку Хао - миллион двести пятьдесят тысяч, - произнёс Йо. В комнате мгновенно повисла тяжёлая тишина. Я прекрасно понимала, почему. По уровню силы Хао всегда был для меня чем-то вроде природного явления - не шаманом, а ураганом в человеческом обличье. - Для сравнения, - с привычной мягкой улыбкой добавил Йо, - у меня всего десять тысяч. Ха. Вдвое больше, чем у Рена. Последний, поймав мой взгляд и, видимо, мысленно произведя те же расчёты, мрачно нахмурился. - Это значит… - судорожно пересчитал в уме Манта, - нам не выиграть, даже если бы у нас было сотня Йо!! Йо спокойно кивнул: - Боюсь, ты прав. Как бы мы ни старались, Хао всё равно станет победителем турнира. Манта уставился на него с отвисшей челюстью, Чоколав ошарашенно вскрикнул, даже у Рена от удивления расширились глаза. Я же с интересом повернулась к Йо. Кажется, я помнила, что именно за этим последует. - Ты уже сдался?! - возмутился Хоро-хоро, вскакивая на ноги. Йо лишь покачал головой: - Остынь. Я сказал, что Хао выиграет турнир, а не что я сдаюсь. Настоящий бой начнётся после него. - После… турнира? - растерянно нахмурился Рю. - Но какой бой может быть после окончания турнира? - Силва подробно рассказал, как шаман становится королём, - начал Йо. Как по мне, Силва явно слишком много болтает. Намари стоило бы у него поучиться. - Хао пройдёт через «сон короля», который длится примерно сутки, - продолжил он. - Пока он будет спать, сам он не сможет себя защитить. В это время патчи - его охрана. Это наш шанс: прорваться через патчей и добраться до Хао. - Не только патчи, - задумчиво вмешался Чоколав. - Вероятно, будут и его последователи. Йо кивнул: - Полагаю, именно для этого он их набирал. Комната погрузилась в тишину; каждый пытался просчитать открывающуюся возможность. Сражаться с патчами казалось куда реальнее, чем бросить вызов самому Хао. Но меня занимал другой вопрос. - И что будет дальше? - спросила я. Йо посмотрел на меня с явным удивлением. - Дальше? - Допустим, каким-то чудом вы перебили всех патчей и последователей и добрались до Асакуры, - проговорила я спокойно. - Что тогда? План Йо повторял знакомую каноническую схему; но, насколько я помню, в аниме он никогда не озвучивал свою идею полностью. - Мы убьём его, - сухо ответил Рен. - Нет, - мгновенно возразил Йо. - Мастер… - пробормотал Басон. Я перевела взгляд на Тао - холодный, жёсткий. - Убить спящего, который не в состоянии защититься? - спросила я тихо, в голосе прозвучала сталь. - Значит такие методы у клана Тао? Неудивительно, что от вашей семьи все отвернулись. Рен шагнул вперёд, пытаясь скрыть, что мои слова задели его; сжатые губы и едва заметный дрожащий жест выдали раздражение. - У тебя есть лучшее предложение? - сухо поинтересовался он. - Как только Хао откроет глаза, нам конец. Или, может, именно этого ты и добиваешься? - Успокойтесь оба, - нахмурившись, вмешалась Аня. Она не была в восторге от идеи тихо прикончить главного злодея, но и её терзали сомнения: возможно, другого шанса действительно не будет. В комнате повисло напряжение - между моралью и необходимостью, между честью и выживанием. Каждый понимал: выбор, который предстоит принять, не обойдётся без кровавых следов. - Если мы убьём Хао, - внезапно твёрдо произнёс Йо, - это проблему не решит. Он вернётся через пятьсот лет. - Как минимум, мы оттянем конец человечества на пятьсот лет, - тихо пробормотал Чоколав. - Не так уж плохо. - Какая твоя альтернатива? - спросил Хоро-хоро, не отводя взгляда от Асакуры. Йо помолчал несколько секунд, взвешивая слова. Затем ровно и спокойно озвучил план: - Фауст введёт Хао высокую дозу препарата, так что тот некоторое время не сможет формировать сверхдушу. Мы прервём его сон, и вместо него королём станет кто-то из нас. - Кто именно? - удивился синеволосый, подняв бровь. - Полагаю, определимся уже на месте, - ответил Йо. Рен фыркнул, всем своим видом выдавая презрение к этому плану. - А что если препарат не подействует? Ты сам рассказывал, что Хао смог создать сверхдушу в первую же минуту своего рождения. Он монстр. Роалд кивнул в знак согласия: - Почему бы не доверить это Рин? Её целительские способности не подводили. Она проследит, чтобы Асакура не пришёл в себя раньше времени. Я очаровательно улыбнулась Йо. О да, доверьте это мне. Асакура ответил добрым, но скептическим взглядом: «ага, ищи дурака». - Уверен, Фауст прекрасно справится, - дипломатично сказал он. - Всё это немного…рискованно, - пробормотал Манта, и в его голосе слышалась тревога. Меня удивило молчание Анны. Казалось бы, ей следовало бы настоять на самом решительном и быстром варианте, тем не менее она молча наблюдала, не оспаривая Йо. Не потому, что согласна; потому что верила в него, любила его достаточно, чтобы притупить сомнения. Однако мне одной веры было недостаточно. - Мне любопытно, - начала я, - если всё пойдёт не так, как ты надеешься… Допустим, вы не сможете разбудить Хао, либо препарат не подействует на него. Рассматриваешь ли ты возможность убить своего брата? В комнате повисла тишина. Все взгляды устремились на Йо. Он несколько мгновений молчал, стараясь вытеснить из себя ответ. - Я не знаю, - наконец прошептал он, и это было ближе к выдоху, чем к предложению. Он не лгал. Внутри Асакуры боролись два начала: сердце, рвущиеся от отвращения к мысли об убийстве, и долг наследника клана, тяжёлый, как булыжник. Готов ли он предать себя ради того, что должно быть сделано? Он не знал. И я не знала. Это незнание жгло. Я встала. - Что ж, если мы закончили, - сказала я ровно, - у меня всё ещё есть дела. Я вышла из дома и направилась к парку. Да, я знала, что в каноне ребята так и не доберутся до Хао - он станет королём раньше, чем они успеют приблизиться. Но канон - не монолит. В нём есть трещины, едва заметные отклонения, которые легко могут обернуться эффектом бабочки. Мысль о том, что в этой жизни Хао может погибнуть от руки собственного брата, вызывала во мне почти физическое неприятие. В первой жизни его уничтожила семья. Во второй - лучший друг. Неужели в третьей его ждёт смерть от того, с кем он, пусть и не признавая, отчаянно ищет связи? - Рин! Я обернулась. Йо догонял меня, запыхавшийся, с чуть растрёпанными волосами. Забавно - я даже не заметила, как дошла до речки. С какой же скоростью я шла? Солнце слепило, отражаясь в воде, но я словно не чувствовала света. Просто повернулась и пошла вдоль берега, замедлив шаг - давая Асакуре возможность отдышаться. Некоторое время мы шли молча. Ветер трепал листву, тихо плескалась вода. - Знаешь, - сказала я наконец, не оборачиваясь, - мне всё ещё любопытно, зачем ты позволил мне это услышать. Йо ответил спокойно, мягко. - Я хотел знать, что ты об этом подумаешь. Я посмотрела на него. Шаман коротко улыбнулся. - Что подумает человек, который заботится о моём брате. Со стороны озера раздался всплеск - из воды выпрыгнула рыба, блеснула серебром и исчезла под поверхностью. Ветер усилился, прохладный, прозрачный. Я сделала шаг вперёд, ближе к Йо. - Что я об этом подумаю? - повторила я тихо. Я смотрела на Йо долго и внимательно - холодным, почти расчётливым взглядом. Он мне нравился. По-настоящему. Его манеры, речь, спокойное отношение к жизни - с ним было легко, будто общаешься с самой собой. Я уверена, в будущем, если бы оно у нас было, мы могли быть стать очень близкими друзьями. - Я убью тебя, - произнесла я ровно. Ветер усилился; кроны деревьев зашевелились тревожно, как будто слушали наш разговор. - Если ты решишь оборвать жизнь Хао, - добавила я тихо, - я не буду мешкать. Йо долго не отводил взгляда, затем опустил глаза и улыбнулся - почти грустно. - Знаешь, я завидую, - признался он мягко. - Мне эгоистично хочется, чтобы ты была на моей стороне. Он усмехнулся без злобы, скорее с сожалением. Его руки свободно свисали по швам - спокойные, как у человека, привыкшего скрывать бури за ровным дыханием. Я почувствовала укол жалости где-то глубоко в груди. - На твоей стороне уже достаточно людей, - заметила я. - Едва ли моё присутствие что-то изменило бы. Йо покачал головой и, глядя мне в лицо, улыбнулся по-дружески, словно мои слова-угроза минутой назад ничего между нами не переломили. - Я с этим не согласен. Можно я прогуляюсь с тобой? Я смотрела на него несколько мгновений, а затем кивнула. Когда мы выходили из парка, Асакура по-будничному поинтересовался: - Если я послушаю Роалда и попрошу тебя проследить, чтобы Хао оставался без сознания… Ты ведь сразу приведёшь его в чувство, не так ли? - Ага, - просто ответила я. Возвращаясь домой, мы сделали небольшой крюк мимо арены. Боев сегодня не было, даже у патчей воскресенье - выходной. На билборде сверкали имена команд; всё больше из них, даже тех, кто ещё не выходил на арену, были аккуратно вычеркнуты. Причина была проста и зловеща: люди начали пропадать. Убегали ли они с острова или гибли где-то в тишине - вопрос оставался без ответа, но факт неоспорим: опасность вышла за пределы турнирных поединков. И в этом была своя жестокая логика. Предстоял трудный бой, в котором шансов немного? Почему бы не устранить слабейшего соперника ещё до выхода на арену? Потеря всего одного участника - и команда автоматически дисквалифицирована. Грязно, но эффективно. Неудивительно, что теперь никто не рисковал ходить в одиночку. С командной Йо почти всегда были Манта и Анна. Команда Рена, к всеобщему удивлению, начала тренироваться с Микихисей - отцом Йо, который, как оказалось, тоже участвовал в турнире. Сам Йо рассказал мне об этом без особого интереса, добавив лишь, что между кланами Тао и Асакура была достигнута какая-то договорённость. Ещё одним открытием для меня стала Тамао. Стеснительная девушка всё чаще появлялась рядом с нашей командой - и особенно рядом со мной. Порой она буквально следовала за мной по пятам, чем вызывала во мне смесь недоумения и лёгкой растерянности. С интересом слушала рассказы Ани о жизни на другом конце света, тихо, с неподдельным энтузиазмом расспрашивая о мелочах. А стоило Роалду обратить на неё внимание - мгновенно заливалась краской до самых ушей. Роалд, кстати, постоянно отчитывал меня за мои самовольные отлучки: «Слишком опасно. Помрёшь - не жалуйся». Я с той же постоянностью пропускала его слова мимо ушей, потому что в одном была уверена без тени сомнения - в своей способности быстро улепётывать. Неделя началась самым худшим образом. Рен умер. Мы с Роалдом и Аней тренировались на площадке возле дома, когда прибежала Тамао. Она едва могла дышать, хватала ртом воздух, будто только что выбралась из кошмара. Губы её дрожали, но слова так и не сорвались. Лишь взгляд - полный ужаса и слёз - упал на Аню. Аня не поверила. Не сразу. Она просто стояла, будто не слыша нас, а потом вдруг сорвалась с места - мы с Роалдом едва поспевали за ней. У моста, где обычно Микихиса тренировался с ребятами, нас встретила тишина, прорезаемая лишь приглушёнными стонами и всплесками воды. Хоро-хоро и Чоколав выглядели ужасно: побледневшие, в крови, но живые. Фауст склонился над ними, быстро и слаженно оказывая помощь. А вот Йо и Рю стояли чуть в стороне - над телом Рена. Уже холодным. Уже неподвижным. Когда Аня подбежала, Рю попытался заслонить труп, чтобы не травмировать девушку, но было поздно. Она оттолкнула его, упала на колени, дрожащими руками приподняла окровавленную майку и - задыхаясь - выдавила: - Сделай что-нибудь! Её взгляд метнулся ко мне, полный безумной надежды. Я осторожно подошла ближе, осматривая раны. Серьёзные повреждения сердца и аорты, пробитые лёгкие, порванная диафрагма, рассечённый пищевод… И главное - пустота. Его души больше не было рядом. Я покачала головой. Слова застряли в горле - слишком жестокие, чтобы произнести их вслух. Йо подошёл и мягко положил ладонь Ане на плечо. Голос его звучал тихо, почти шёпотом: - Есть ещё тот, кто может помочь. Она скоро будет здесь. Аня подняла на него глаза - полные отчаяния и неверия. Как бы спрашивая: как можно помочь тому, кто уже умер? Йо рассказал мне, что произошло. Команда Рена тренировалась с Микихисой, когда тот ушёл на арену - начинался его поединок. И только стоило ему отойти, как появились Мохамед, Хан Зан-Чин и Пейот. С ними был и Нихром - один из патчей, союзник Хао, как и Намари. Я видела его пару раз. Невысокий, стройный мальчик со смуглой кожей, зелёными глазами и длинными чёрными волосами, нижняя часть которых была заплетена в толстую косу. Младший брат Хрома - того самого патча, которого Рен убил во время отборочного испытания. Тогда, в те времена, с психикой Рена творилось неладное. Он жил на грани - и чужие жизни ценил не больше своей собственной, которой, впрочем, тоже не придавал значения. Но всё это, конечно, не могло стать оправданием в глазах брата погибшего. Нихром пришёл мстить. Не своими руками - как патч он был связан клятвой и ограничениями, - но руками тех, кто сражался за Хао. Тао бился достойно. Он бы не проиграл, если бы Нихром не открыл ему правду - кем именно являлся, что именно шаман у него отнял. Столкновение с демонами собственного прошлого лишило Рена внутреннего равновесия. Он дрогнул. Потерял самообладание. И в тот миг его сила, всегда опиравшаяся на холодный разум и волю, рассыпалась. Когда команда Йо прибежала, троица Хао уже собиралась добить Хоро-хоро и Чоколава. Рен лежал неподвижно. Потеряв капитана, команда не смогла защитить ни себя, ни его. - Йо Асакура, - мужской голос заставил нас поднять головы. На дороге остановилась машина. Из неё вышли Марко, Лайсерг и Железная Дева - сегодня не в своём металлическом доспехе, а в белом платье с широкой юбкой. На фоне серого неба она казалась почти призраком - тихим, светлым, нереальным. Я не могла отвести от неё взгляда: странно было видеть в живом облике ту, кого привыкла знать как машину возмездия. - Ты знаешь наше условие, - произнёс Марко, подходя к Йо. Лайсерг остановился рядом со мной, его взгляд - сочувственный, растерянный - скользнул к Ане. Та не отпускала тело Рена, сжимая его так, словно могла удержать жизнь одной лишь силой рук. Асакура кивнул: - Я согласен. Верните Рена. Железная Дева склонилась над трупом, её улыбка была мягкой и печальной. - Всё будет хорошо, - прошептала она, обращаясь к Ане. Та настороженно, почти враждебно взглянула на неё, прижимая Рена ещё крепче. - Добро всегда побеждает, - добавила Дева тихо. И запела. Мелодия, древняя и чуждая, словно пришла из другого мира. Это был не просто гимн, а ритуал - сильный, беспощадный, тот, о котором уже давно не пели шаманы. Воздух вокруг задрожал. Время замедлило свой ход. То ли слияние души Лиса с моей сделало меня более восприимчивой к потокам фурьёку, то ли предчувствие грядущей жертвы, но я почувствовала как шерсть встаёт дыбом. Это было… неправильно. Сами законы мира выгибались, ломаясь, чтобы подчиниться чужой воле. Я знала: придёт время, когда Рен проклянёт этот день. Подступила тошнота. Я отвернулась - и, стараясь не издать ни звука, медленно пошла прочь. Я помнила из канона, что главные герои умирали. Помнила, что их потом воскрешали. Тогда, за экраном, это не вызывало страха. Но прожив в этом мире целую жизнь и зная, что он действует по строгому правилу равноценного обмена… я не могла не осознавать, насколько ужасная участь им предстоит. В обмен на исцеление Рена Йо согласился покинуть Турнир шаманов. Х-судьи опасались, что младший Асакура рано или поздно переметнётся на сторону брата - и воспользовались возможностью досрочно устранить его из игры. Я шла к дому неспешно, по тропе, утопающей в осеннем лесу. Ветки шептались над головой, воздух был прохладен и пах прелыми листьями. Мысли путались. Х-судьи воскресят Тао - и он вернётся, став сильнее, с новым уровнем фурьёку. Как и остальные - каждый из них пройдёт через смерть, чтобы возродиться другим. Вероятность того, что после турнира они прорвутся через патчей и дойдут до Хао, росла с каждым днём. Я пнула камушек, и тот исчез в зарослях. Тревога стучала в висках - тяжело, навязчиво, как будто кровь гремела в голове. Сделав глубокий вдох, я остановилась и призвала Мару. - Возвращайся к ребятам, - попросила я тихо. - Сообщи мне, как только Рен придёт в себя. Мара посмотрела на меня внимательно, чуть прищурившись. - Ёкай бы содрал с меня кожу, узнай он, что я оставила тебя одну. - Он уже не узнает, - ответила я, не меняясь в лице. Она упрямо сжала губы, но потом нехотя кивнула. - Призови, если что. Не то чтобы я беспокоилась, - бросила она, отворачиваясь. Я едва заметно улыбнулась уголками губ. Конечно, не беспокоится. Когда Мара растворилась в воздухе, я вдохнула поглубже, пытаясь собрать мысли в порядок. Уши навострились, настороженно улавливая малейший звук - пусто. Никого. Я осторожно потянулась к огненной силе внутри себя, чувствуя, как тепло вспыхивает где-то в груди. Интересно, как скоро он... - У тебя это входит в привычку, - произнёс вдруг тихий, бархатный голос прямо над моим ухом. Я вздрогнула и отшатнулась. Хао стоял совсем рядом, наблюдая за мной с лёгкой насмешкой и тем блеском в глазах, в котором всегда смешивались веселье и что-то опасное. Край пончо и длинные тёмные волосы лениво развевались на ветру. Он окинул взглядом поляну, подмечая мой выбор безлюдного места. - Итак, - произнёс он негромко, - чем же я могу быть полезен? - Йо и его команда планируют дождаться, пока ты выиграешь турнир. Потом - во время ритуала "сон короля" - они хотят напасть, - выпалила я на одном дыхании. Хао моргнул, и на миг в глубине его карих глаз мелькнуло изумление. - Ты позвала меня, чтобы сообщить об этом? - спросил он с едва заметной улыбкой. - Они могут убить тебя, - нахмурилась я. - Даже не могут - скорее всего, убьют. Шаман негромко рассмеялся: - Ах, это было бы весьма досадно. - Хао, - почти прорычала я, чувствуя, как раздражение поднимается по позвоночнику. Он чуть склонил голову набок, изучая меня с тенью любопытства и озорным блеском в глазах. - Впрочем, ты права, - неожиданно произнёс он. - Стоит всё обсудить. Почему бы нам не сделать это в более подходящем месте? Он протянул ко мне руку - спокойным, приглашающим жестом. Я задумчиво уставилась на неё. Бросила взгляд в сторону, куда ушла Мара. Вообще-то я не планировала никуда уходить пока девушка не вернётся. Но тревога, что грызла меня изнутри, не унималась. - Хорошо, - ответила я, осторожно вкладывая ладонь в его. Хао улыбнулся, и в следующую секунду нас обвил жар - пламя телепортации вспыхнуло, поглотив поляну и всё вокруг.