Перерождение: история лисицы

- Хао, свали, - как можно любезнее произнесла я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. - Ах, Рин, ты неизменно жестока, - протянул шаман, лениво прижимаясь ко мне со спины. Его щека скользнула по моим волосам, дыхание щекотало ухо. Я раздражённо закатила глаза. Как, во имя всех духов, Асакура снова оказался в моей кровати - загадка, которую, кажется, не мог бы разгадать даже он сам. Но факт оставался фактом: проснувшись, я с немалым ужасом обнаружила себя в объятиях главного злодея. Снова. Попытка выбраться тихо и осторожно окончилась провалом. Едва я пошевелилась, Хао открыл глаза - лениво, но с тем самым хищным прищуром, от которого хотелось то ли зашипеть, то ли провалиться под землю. Все мои планы на побег рассыпались, не успев оформиться. - Разве тебе не надо вести утреннюю тренировку? - спросила я, краснея, когда его рука, словно по привычке, скользнула под мою майку и легла на живот. Большой палец описывал медленные круги по коже - мягко, почти невинно, но каждая клеточка тела отзывалась на это прикосновение слишком остро. После вчерашнего дня сохранять спокойствие в его присутствии стало… проблематично. Годами я твердила себе, что между нами ничего нет. Платоническая дружба, исключительно деловое партнёрство - удобная, рациональная конструкция, в которую я пыталась верить. Да, Хао всегда был чересчур контактным. Он любил прикосновения - как способ коммуникации, как игру. Я привыкла к этому. Но вчера… К такому виду контакта я ещё не привыкла. И, разумеется, не собиралась привыкать. - Лакист прекрасно справится без меня, - отмахнулся оммёдзи, словно разговор касался погоды. Его пальцы вдруг остановились, а на лице мелькнула тень недовольства. - Ты слишком худая, любовь моя. Твоя привычка пропускать приёмы пищи меня откровенно тревожит. Я опешила - настолько, что даже забыла, что собиралась прицельно пнуть его по колену. Он позволил мне развернуться к нему лицом, но стоило мне попытаться отодвинуться, как Хао со смешком притянул меня обратно, легко, играючи. - Ничего я не пропускаю, - процедила я, встретившись с ним взглядом. И вообще, с каких это пор его волнует, что я ем и сколько? Прекрасно обходилась без его заботы до сих пор. Асакура изогнул бровь - выразительно, снисходительно, как будто знал обо мне больше, чем я сама. - Лиса и семерых волков проведет, не так ли? - лениво напомнил он старую пословицу, при этом легко подхватывая мой подбородок между пальцев. Его прикосновение было лёгким, почти неощутимым, но заставило сердце предательски дрогнуть. - Однако, Рин, - голос стал мягче, опасно ниже, - я древнее и коварнее любого волка. Не пытайся обмануть меня. Я уже открыла рот, чтобы парировать - остро и дерзко, как всегда, - но слова застряли в горле: где-то дальше по коридору хлопнула дверь. Кто-то из жителей дома проснулся. - Тебе надо идти, - шёпотом сказала я. - Неужели? - Хао улыбнулся уголками губ, в его взгляде вспыхнул насмешливый огонёк. - Но что же в этом будет интересного? Чёртов самодовольный демон. Шестерёнки в голове лихорадочно заработали: если я сейчас исполню изначальный план - врежу ему хорошенько, - он, назло, останется. Значит, придётся сменить тактику. - Пожалуйста? - неуверенно попробовала я. Он приподнял брови - удивление мелькнуло в глубине тёмных глаз, но быстро сменилось довольным прищуром. - Ах, любовь моя… как же приятно слышать, как ты меня просишь, - прошептал он, склонив голову чуть набок. - Но, боюсь, на этот раз этого недостаточно. Я мысленно зарычала. Он не двигался. Просто смотрел на меня - спокойно, выжидающе, дразня молчанием. В этом взгляде читалось всё: он готов уступить… но хочет увидеть, что я готова дать взамен. Ах, вот оно что. Я прищурилась. Асакура невинно похлопал ресницами. Внизу вновь раздались шаги. Времени оставалось ничтожно мало. Я тяжело вздохнула, подалась вперёд - и, прежде чем успела передумать, мягко коснулась его губ своими. Я почувствовала, как Хао улыбнулся - едва заметно, прежде чем ответить на поцелуй. В этот раз в нём не было ни власти, ни того клеймящего напора, что вчера заставил меня забыть, как дышать. Теперь шаман был медленен, почти бережен. Казалось, он запоминал вкус, тепло, само мгновение - как древний ритуал, исполненный тихого благоговения. Большой палец мягко коснулся моего подбородка, а язык скользнул по нижней губе, спрашивая разрешения. Где же была вся эта учтивость вчера? Не успела я осознать, что делаю, - позволила. Впустила его. И тут же он взял инициативу: горячий язык проскользнул внутрь, руки сомкнулись на моей талии, прижимая к крепкому телу. Воздух вокруг словно уплотнился - фурьёку загудело в пространстве, откликаясь на его эмоции. Через несколько долгих, растянутых мгновений Хао нехотя оторвался. Его дыхание касалось губ, тёплое, сбивчивое. Пальцы всё ещё были запутаны в моих волосах, едва ощутимо массируя кожу головы. Я чувствовала румянец на щеках и гулкое биение сердца где-то в горле. - Хорошая девочка, - пробормотал он низким, хриплым от удовлетворения голосом. Взгляд шамана потемнел, в нём мелькнуло довольство хищника, получившего именно то, чего хотел. - Я пойду, -согласился Хао мягко, с тем спокойствием, от которого хотелось швырнуть в него чем-нибудь тяжёлым. - Но только потому, что ты так любезно попросила. Он легко коснулся губами моего лба - коротко, нежно. - До встречи, Рин. И - растворился. Тихо, как дым, оставив после себя лишь тонкий след жара в воздухе. Я выдохнула, уткнувшись лицом в подушку. …чёрт бы его побрал. - Рин? - донёсся голос Ани из-за двери. - Будешь чай? - Да, - ответила я, сбрасывая с себя одеяло. Выкинь его из головы, Рин. Просто выкинь. Сегодня и без Асакуры день обещает быть долгим. Йо был великолепен. Впрочем, как и вся команда “Funbari Onsen”. За последние недели троица под руководством Анны и при поддержке древней книги, когда-то написанной оммёдзи, совершила настоящий прорыв. Их рост было невозможно не заметить - и сейчас, на арене, они с гордостью демонстрировали каждую грань своей новой силы. Трибуны заполнились ещё с рассвета. И неудивительно: последний поединок обещал стать событием - на арену выйдёт самая скандально известная команда турнира. Кто же захочет пропустить такое зрелище? Но это будет позже. Сейчас же - время Йо, Рю и Фауста. Мне приходилось изо всех сил держать ментальные щиты, чтобы не утонуть в грохоте чужих мыслей. Сотни разумов - как разрозненные голоса в буре - шумели, спорили, восторгались, боялись. Голова гудела, но привычка терпеть брала своё. Киояма, несмотря на усталость, тоже была здесь. Вместе с Тамао сидела в ряду ниже, не мигая следя за ареной. Каждый взгляд, каждое движение её жениха - под контролем, под неусыпным вниманием. Утром, перед поединком, Йо нашёл меня на кухне. Я стояла у раковины, смывая с чашки остатки чая, когда он, неуверенно переминаясь с ноги на ногу, снова заговорил о её состоянии. - Йо, - перебила я, вытирая руки о полотенце, - мы уже обсуждали это. Пока Анна не выплеснет всю ту силу, что держит в себе, я ничего не смогу сделать. Он опустил глаза и прикусил губу. - Я могу попробовать спровоцировать её. Я покачала головой. - Она никогда не направит эту силу против тебя, - сказала я и опустилась на стул напротив. Йо поднял взгляд, полный растерянности и какой-то щемящей беззащитности - будто щенок, несправедливо обиженный и не понявший, за что. Никогда я ещё не видела младшего Асакуру настолько беспомощным. - Я думала… - начала я ровно, - о том, чтобы спровоцировать её самой. Анна и без того относилась ко мне прохладно. Каждый раз, стоило её жениху оказаться рядом, она бросала на меня те самые взгляды - острые, недоверчивые, словно прицельные стрелы. Но вместе с тем она знала: Йо почему-то считал меня близким человеком. И страх потерять его любовь удерживал её от необдуманных действий. - Но может не получиться, - произнесла я после паузы. - А если и получится… велика вероятность, что ребёнок пострадает. Если Анна атакует, мне придётся защищаться. А мои техники - не из тех, что щадят. Они рождены, чтобы завершать бой быстро и бесповоротно. - Я понимаю, - тихо сказал Йо. Он провёл рукой по волосам, взъерошив их, и задумчиво добавил: - Моя семья сейчас на острове. Я кивнула. Помнила из канона, что клан Асакура находился где-то неподалёку, следя за этим этапом турнира. - Вчера вечером я просил их о помощи, - продолжил Йо. Его голос был спокоен, почти бесстрастен, но за словами пряталось скрытое напряжение. - Они сказали, что ничем не могут помочь. Но ведь знали… всё это время знали, что если Анна забеременеет, это ударит по её здоровью. И всё равно молчали. Он отвёл взгляд к окну. Я проследила за ним - там, за стеклом, утреннее небо было чистым и холодным, навеса над миром, где боль идёт рука об руку с равнодушием. Признаться, родственники Йо мне не нравились ещё со времён просмотра аниме. Тогда они казались… мягко говоря, странными. Сам парень большую часть жизни провёл без родителей, будучи оставленным на попечение деда. А потом, как только начался турнир, - бах! - внезапное откровение: «Кстати, у тебя есть брат. Суперопасный, древний, полубожественный шаман, и да - твоя судьба - остановить его, даже если погибнешь». Как именно - еби… разбирайся с этим сам. Не наша проблема. Это твой долг, сынок. Прекрасно, правда? Великолепная семейная традиция: спихнуть ответственность на подростка и гордо умыть руки. Будь я на месте младшего Асакуры, я бы, пожалуй, покрутила пальцем у виска - и назло примкнула к Хао. Из чистого принципа. Что ж… возможно, именно поэтому я и не главный герой этой истории. - Если Анна почувствует угрозу себе или ребёнку, - тихо сказала я, возвращаясь к разговору, - у неё не останется выбора. Она активирует силу, даже если сама этого не захочет. Йо нахмурился, переводя на меня внимательный взгляд. - Она сильная, - произнёс он. - Едва ли найдётся человек, который способен её напугать. - А мне кажется, один всё же есть, - ответила я спокойно и чуть склонила голову в сторону. Глаза шамана едва заметно расширились. - Ты думаешь… - За спрос, как говорится, не бьют в нос, - я поднялась, поправляя складку на рубашке. - Не вижу причин, почему бы тебе просто не спросить. Он молча смотрел на меня ещё несколько секунд, прежде чем кивнуть - медленно, будто окончательно сложив внутри себя какое-то трудное решение. Возвращаясь в реальность, команда “Funbari Onsen” уже одолела своих противников - и сделала это за, пожалуй, рекордное для турнира время. Мой взгляд остановился на Фаусте. Он двигался с неожиданной для своей суховатой фигуры грацией, каждый жест был точным и выверенным, будто хирургическим. И в каком-то смысле - так оно и было. Фауст ведь был врачом. Но его путь пошёл дальше: в область, куда мало кто решается заглянуть. Некромантия. Иногда мне казалось удивительным, насколько мы с ним разные, несмотря на то, что оба целители. Я работала с живыми - энергией, фурьёку, душами, - он же поднимал мёртвых, возвращая то, чему, казалось бы, уже не место в этом мире. Если память не изменяет, единственным, что двигало Фаустом, было желание вернуть Элизу - его возлюбленную, погибшую много лет назад. Анна пообещала помочь ему, приоткрыть тайны семьи Асакура, поэтому шаман и присоединился к команде Йо. Воскрешение… В этом мире оно действительно было возможно. Относительно возможно. Но плата за него всегда оказывалась непомерной. Слишком высокой, слишком жестокой. В конце концов, есть причина, по которой даже Хао - один из величайших шаманов в истории - предпочитал перерождение, а не возвращение из мёртвых. - Победители - команда “Funbari Onsen”! - жизнерадостно объявил голос ведущего. Йо с привычной лёгкостью улыбнулся и помахал рукоплескающей толпе, после чего троица направилась на трибуны, занимая места рядом с нами. Я краем глаза заметила, как Рен, не сказав ни слова, поднялся и куда-то ушёл. Анна проводила его взглядом - внимательным, но без особой тревоги. Ах да. Для Тао младший Асакура всегда был чем-то вроде личного рубежа - тем, кого нужно догнать, перегнать, превзойти. Учитывая, как быстро Йо растёт, не удивлюсь, если Рен направился прямиком на тренировочную площадку. Следующими на арену вышла команда “Hana-gumi” - Канна, Матильда и Марион. Поймав взгляд голубоволосой, я слегка улыбнулась и подняла руку. Канна фыркнула и демонстративно отвернулась. - Вы подружились? - удивлённо спросила Аня, уловив наш короткий обмен. - Не совсем, - ответила я. - Канна скорее воспринимает меня как соперницу. - В чём? - рыжеволосая вопросительно приподняла бровь. - Кто знает, - улыбнулась я. Их бой, впрочем, закончился быстро - слишком быстро. Американская тройка даже не успела толком проявить себя: вырубились к третьей минуте, так и не проведя ни одной атаки. На фоне недавнего выступления Йо и его команды это выглядело почти… скучно. Небольшой перерыв на обед прошёл незаметно - и вскоре мы снова вернулись к арене. Когда подошли к трибунам, там уже не было ни одного свободного места: людское море колыхалось, гудело, будто жило собственной жизнью. Нам ничего не оставалось, кроме как наблюдать стоя. Я облокотилась на невысокое каменное ограждение, положила подбородок на ладони и с любопытством уставилась на арену. Ведущий, держа микрофон чуть дрожащей рукой, торжественно произнёс: - Следующий бой: команда “Ama no gawa” против команды “X-III”! На арену шагнули Хао, Лакист и Опачо. С противоположной стороны вышла тройка противников - светловолосая женщина с холодным взглядом, мужчина в маске и колпаке и ещё один - высокий, загорелый, с крепкой осанкой и отточенными движениями воина. На этот раз не было ни пышных речей ведущего, ни восторженного гула толпы. Все замерли в напряжённом ожидании. Загорелый шагнул вперёд, и его голос, обращённый к Асакуре, разнёсся по арене - твёрдый, без тени сомнения: - Я Венстар, капитан команды “X-III”. Наш лидер, госпожа Дева, велела передать вам приговор. Смерть. Я машинально подняла взгляд к трибунам - там, возле знакомой железной банки, стояли Марко и Лайсерг и не отрываясь следили за происходящим. - О, - с лёгкой улыбкой произнёс Асакура, делая жест рукой. В тот же миг Опачо и Лакист без единого слова покинули арену. - И что это должно значить? - нахмурился Венстар. Толпа дрогнула, когда над ареной прозвучал тихий, мелодичный голос, мягкий, но исполненный силы: - Предыдущие два боя закончились слишком быстро, - вежливо пояснил Хао. - Поэтому я решил выступить один… чтобы хоть немного развлечь зрителей. Хотя, - он чуть склонил голову, - боюсь, даже так это не сильно уравняет шансы, не так ли? Лукавая улыбка скользнула по его губам, когда он поднял взгляд на трибуны и встретился взглядом с Марко: - Так что можете навалиться на меня хоть всем скопом. Включая ту странную девчонку. Ах, тонкий укол в адрес Железной Леди. Я не удержалась и едва заметно усмехнулась. Что ж, спорить трудно - и правда, немного странная. - Ублюдок, - процедил Венстар, не скрывая ярости. Хао тихо рассмеялся. Смех этот был мягок и опасен - шелест пламени, готового вспыхнуть. - Ситуация накаляется! - громогласный голос ведущего заставил меня подпрыгнуть. - Заключительный поединок сегодняшнего дня: “Ama no gawa” против “X-III”! Готовы?.. Начали! Троица в белоснежных плащах действовала стремительно - почти синхронно. В следующее мгновение над ареной вспыхнули три сияющих сверхдуши: исполинские, ослепительно-белые, похожие то ли на ангелов, то ли на механических титанов с крыльями из света. Асакура, словно наблюдая за всем со стороны, лениво приподнял левое предплечье и взглянул на экран мобильного оракула. - Уровень фурьёку... девять тысяч семьсот, восемь тысяч триста, десять с половиной тысяч? - он коротко усмехнулся. - Серьёзно? Какая мелочь. - Огонь! - рявкнул загорелый, и троица сорвалась с места, обрушивая на Хао шквал ударов. Я даже не успела заметить, когда именно он создал сверхдушу. В следующее мгновение всё вокруг озарилось пламенем - Дух огня возник перед ними, неуловимо быстрый, воплощённая буря. Одним стремительным рывком он отшвырнул троих противников и метнулся к светловолосой женщине. Лёгкое движение - и её тело вздрогнуло, пронзённое чёрным когтем. Со всех сторон раздались возгласы. Манта вскрикнул, Тамао прижала ладони к губам, Йо сжал кулаки так, что побелели костяшки. Даже не глядя вблизи, я понимала - рана была смертельной. - Первая, - произнёс Хао, голос его прозвучал ровно, почти ласково. - Следующий - тот, что в маске. Загорелый задумчиво провёл рукой по подбородку. - Мы даже не успели заметить, как ангел Гавриил пал, - произнёс он негромко. - Значит, Дух огня - чрезвычайно быстрая сверхдуша? - тихо уточнил мужчина в маске. - Тогда нам остаётся определить посредника, верно? - Верно, - кивнул Венстер. Мужчина в колпаке сделал шаг вперёд, голос его прозвучал глухо, но твёрдо: - Что ж. Раз этот ублюдок сам того хочет, я буду следующим. Хао чуть приподнял бровь, щёлкнул пальцами - и тело женщины вспыхнуло пламенем, мгновенно превращаясь в пепел. - Какие вы всё-таки забавные, - произнёс он с лёгкой усмешкой. - Знаете, что вам не победить, и всё же приходите, чтобы умереть. Мужчина взмахом руки послал своего ангела в атаку. Всё произошло в одно мгновение: Дух огня рванул вперёд и с ошеломляющей скоростью разорвал небесное создание в клочья. Не теряя ни секунды, он переключился на хозяина - лапой прижал его к земле, а затем поглотил адским пламенем. Если смерть женщины была быстрой, почти милосердной, то судья в маске не удостоился и половины той участи. Его крик - долгий, хриплый, нечеловеческий - разнёсся над ареной и долго ещё витал в воздухе, пока тело медленно обращалось в прах. Я не могла отвести взгляда от Духа огня. Я всегда видела в нём нечто иное - тёплое, родное, почти ласковое существо. Он казался мне огромной, доброй зверюшкой, которая может согреть и защитить. И сейчас - видеть, как он превращается в воплощение разрушения, было... странно. Да, умом я понимала, что Хао использует его не только чтобы летать или играть со мной в догонялки. Но одно дело - знать. И совсем другое - видеть. Последний участник “X-III”, Венстар, был поднят в воздух и насажен на коготь Духа огня, словно на раскалённое копьё. - Неужели уже всё? - скучающе произнёс Хао. Загорелый закашлялся кровью. Несмотря на то, что его тело буквально висело на когте, он всё ещё цеплялся за жизнь, как утопающий - за воздух. - Я наконец понял, - прохрипел он, растянув в улыбке окровавленные губы. - Понял, кто твой посредник. Асакура коротко рассмеялся - весело, по-доброму. - Вы умирали один за другим только ради того, чтобы узнать, что моим посредником является… воздух? - он чуть склонил голову и спокойно пояснил: - Огонь не существует без кислорода. Сложно представить посредника лучше. - Как я и думал, - тихо произнёс Йо. - Он сам всё выдал, - нахмурился Рю. - Сделав их жертву напрасной. - Ублюдок, - прошипел Венстар, с трудом сглотнув кровь. - Но если ты не врёшь… тогда бой ещё не окончен. - О? - Хао приподнял брови с лёгким интересом. Дрожащими руками мужчина вытащил из-под плаща ручную гранату. По трибунам прокатилась волна гулкого шепота. Ведущий поспешил успокоить публику, напоминая, что арену защищает мощный энергетический барьер - зрителям ничего не грозит. - Он хочет сжечь кислород, - тихо произнесла Аня. Я кивнула. Полагаю, именно этого он и добивался - сжечь кислород, вынудив Хао потерять контроль над сверхдушой, а затем, из последних сил, нанести свою последнюю атаку… прежде чем умереть. - За госпожу Деву! - выкрикнул Венстар и выдернул чеку. Мир озарила вспышка. Ослепительный свет хлынул во все стороны, проникая под веки, прожигая всё вокруг. Я зажмурилась, прикрыла уши, но звук взрыва всё равно разрывал барабанные перепонки, будто сам воздух кричал от боли. Хотелось лишь одного - чтобы всё это поскорее кончилось. Когда тишина наконец опустилась, я с трудом приоткрыла глаза. Над ареной клубился густой серый дым. - Даже Хао не смог бы пережить такое, - прохрипел Хоро-хоро, кашляя. Я тревожно сосредоточилась на огненном фурьёку внутри себя. И почти сразу ощутила его - тёплое, пульсирующее, живое пламя. Облегчённо выдохнула. - Он жив, - произнёс Йо. И действительно - туман начал рассеиваться, обнажая фигуру старшего Асакуры. Он стоял невозмутимо, словно взрыв был лишь лёгким порывом ветра. За его спиной возвышался Дух огня, но теперь он сиял небесно-голубым, а внутри его тела медленно всплывали пузырьки. Вода. Хао был мастером всех стихий. Перейти с одной на другую - для него не стоило ровным счётом ничего. Я узнала это на личном опыте. Когда-то я тоже поняла, что посредник шамана - воздух. Моя родная стихия. Я гордилась этим открытием, уверенная, что во время наших тренировок смогу обратить его силу против него. Стоило лишь лишить пространство вокруг Асакуры кислорода - и он теряет огонь. Идеальный план. Ага, конечно. Оммёдзи даже не моргнул. Молниеносно сменил стихию. Земля вздыбилась под ногами, камни рушились, валились один за другим, а я весь следующий час носилась между ними, спасаясь как могла. Оказалось, против земли мой воздух практически бесполезен. После этого я перестала строить из себя стратегического гения. - Ну надо же, - низкий холодный голос вернул меня в реальность. - Не ожидал, что вы заставите меня сделать это. Получайте награду. На лапе Духа огня появились три светящихся сферы - души павших судей. Они колыхались, как огни в ночи, излучая слабое, печальное сияние. Хао посмотрел на них с загадочной смесью ледяной решимости и проблеска уважения. - Я признаю силу воли ваших душ, - произнёс он негромко. - И не позволю им пропасть впустую. Он поднял руку. - Поглоти их, Дух огня. Пламя взвилось вверх, обрушилось бурей, и на мгновение всё вокруг погрузилось во тьму. Тьму, в которой слышалось только дыхание огня. Как только матч завершился, трибуны словно взорвались - зрители вскочили на ноги и рванули к выходам, торопясь поскорее оказаться подальше от команды Хао. Ещё недавно страх перед оммёдзи был сдержанным, почти уважительным, но теперь он превратился в нечто иное - в дрожащую, неуправляемую панику. Анна, усталая и хмурая, поднялась первой. За ней, всё ещё не пришедшие в себя от шока, потянулись Тамао, Манта и Рю. Чуть позади шёл Фауст, бережно прижимая к груди свою сумку и что-то умилённо шепча костям внутри. Когда шум толпы стих, на трибунах остались только Йо, Хоро-хоро, Аня и я. Троица молча вглядывалась в опустевшее пространство арены, пытаясь осознать произошедшее. Я же стояла чуть в стороне, ожидая, когда улицы освободятся от людского гомона, - голова ныла от усталости и переизбытка чужих мыслей. - Понравился бой? - тихий голос за спиной прозвучал совсем рядом, почти касаясь уха. Сердце пропустило удар. Сделав глубокий вдох, я ответила ровно: - Не очень. - Как грубо, - раздался ленивый смешок. И прежде чем я успела обернуться, пространство дрогнуло - словно воздух сам отпрянул. Михаил возник откуда-то из пустоты, его внезапная атака заставила старшего Асакуру мгновенно отскочить. Аня тут же встала передо мной, её глаза метали искры, а губы сжались в упрямую линию. - Не трожь её, - процедила рыжеволосая шаманка, не сводя взгляда с безмятежно улыбающегося Хао. С запозданием, но рядом с ней возник Хоро-хоро, дрожащий, однако решительно сотворивший сверхдушу. Йо, прищурившись, следил за братом, но Амидамару не вызывал - словно выжидал. - Аня, не нужно, - я осторожно коснулась её плеча, стараясь удержать от необдуманного шага. - Лучше послушай свою подругу, маленькая ведунья, - насмешливо произнёс Хао, и в его взгляде сверкнула едва уловимая тень удовольствия. Эти слова лишь подлили масла в огонь. В глазах Ани вспыхнула ярость, пальцы сжались в кулаки, и, едва заметно кивнув Михаилу, она отдала безмолвный приказ. Верный зверь сорвался с места и бросился на оммёдзи. - Аня! - вскрикнула я, но было уже поздно: Дух огня одним движением прижал медведя к земле. Чёрт побери, неужели я одна тут ещё способна мыслить здраво?! Асакура только что, играючи, уничтожил трёх сильнейших шаманов, а эти двое всё равно рвутся в бой, будто смерть для них - просто досадная мелочь! Михаил взревел, напрягая каждую жилку, чтобы оттолкнуть огненное чудовище. У него даже почти получилось - до тех пор, пока Хао, лениво хмыкнув, не щёлкнул пальцами. Пламя вспыхнуло ярче, и Дух огня вдавил медведя глубже в камень. На помощь кинулся Хоро-хоро - ледяные глыбы со свистом рассекали воздух, вонзаясь в лапу пылающего зверя. Тот отпрянул, и Михаил, тяжело дыша, выбрался из захвата, с трудом поднялся на лапы, встряхнувшись, словно от дождя, а не от боли. Но передышка длилась недолго: миг - и Хоро-хоро швырнуло в каменное ограждение. С глухим ударом он рухнул на землю, охнул, и связь с Короро, его хранительницей, оборвалась. Я уже успела соткать сверхдушу Лиса - и лишь это спасло нас. Уловив движение, я рванула Аню в сторону, за секунду до того, как огненная лапа сомкнулась бы на её теле. Хао даже не огорчился - напротив, его губы изогнулись в безмятежной, почти добродушной улыбке. Вместо девушки в его плену оказался Михаил - корчившийся в огненном захвате. - Как думаешь, маленькая ведунья, стоит ли мне его сжечь? - небрежно поинтересовался Хао, слегка склонив голову, будто решая судьбу муравья под лупой. Михаил зарычал, однако рык быстро перешёл в хриплый скулёж, когда хватка на его теле сжалась сильнее. - Не смей, - прошептала побледневшая Аня, голос дрожал, но в глазах пылало отчаянное упрямство. Асакура покачал головой с притворной жалостью: - Кажется, у Нюты было куда больше благоразумия, чем у её внучки. У рыжей расширились глаза. А у меня, кажется, даже хвост вздыбился - имя бабушки Нюты прозвучало, как удар в колокол. Откуда… - Ты… знал бабку? - едва слышно выдохнула Аня. Хао поднял взгляд на Аню. В этот раз из его глаз исчезла насмешка, лишь холодная, пронзительная внимательность осталась в глубине зрачков - лёд под прозрачной водой. - Пятьсот лет назад твой клан верно служил мне, - произнёс он негромко, но так, что воздух вокруг стал тяжелее. - Прискорбно, что от него почти ничего не осталось. - Ты лжёшь! - вспыхнула Аня, шагнув вперёд, но я успела схватить её за руку и рывком удержала - вовремя, прежде чем она снова натворила глупостей. Хао чуть усмехнулся, уголки губ едва дрогнули. - Не беспокойся, - сказал он спокойно. - В этой жизни я лишь нанёс визит вежливости. Хотел познакомиться с женщиной, у которой гостит моя невеста несколько месяцев в году. Я замерла. Забыв про Аню, впилась взглядом в оммёдзи. Что?.. Значит, всё это время - он знал? Знал, где я, с кем я, когда исчезала? Более того… он встречался с бабушкой Нютой. О чём они говорили? Меня холодом пробрало до костей - впервые я всерьёз задумалась, насколько глубоко он держит меня под своим контролем. - Не приближайся к Рин, - отчётливо произнесла Аня, вырвав меня из оцепенения. Хао вскинул брови - с тенью насмешки, однако я уловила за этим что-то большее: раздражение, едва заметный треск под безупречной маской. - И кто же мне запретит? - его голос стал опасно тихим, почти шелестящим. - Несмотря на твою дерзость, ты прекрасно знаешь, что не ровня мне. Он щёлкнул пальцами, и Дух огня мгновенно ослабил хватку. Михаил тяжело рухнул на землю, громко выдыхая израненным звериным дыханием. - Ещё раз нападёшь, - произнёс Хао, и в его тоне не было ни угрозы, ни эмоций - лишь констатация факта, - я спалю и тебя, и твоего щенка. Он повернулся, пончо взвилось за спиной пламенной волной. - Ах да, Йо, - бросил он через плечо, не глядя. - Хороший был бой. Йо лишь прищурился в ответ. Хао усмехнулся, и, задержав на мне взгляд, произнёс тихо, почти ласково: - Удачи завтра. Пламя вспыхнуло вокруг него, охватив фигуру мягким светом, и в следующее мгновение он исчез - растворился в огне, оставив за собой лишь запах раскалённого воздуха и ощущение чьего-то невидимого присутствия. В тот вечер Аня была необычайно тихой. Мы провели последнюю тренировку перед завтрашним поединком, после чего Роалд уткнулся в книгу, а Аня всё сидела над чашкой чая, пытаясь разглядеть в янтарной глубине ответ на несуществующий вопрос. Я даже немного пожалела, что подарила ей серёжки, блокирующие чтение мыслей. Сейчас мне бы очень хотелось узнать, о чём девушка так сосредоточенно молчит. Йо спустился вниз, легко, как всегда, и предложил всем выйти на прогулку. Ребята оживились - зашуршала одежда, послышался смех, шаги, короткие реплики. Я лишь покачала головой - у меня на вечер были другие планы. Хотелось провести время с Лисом. Когда дверь за остальными закрылась, Йо задержался. Несколько секунд он колебался, потом шагнул ко мне. - Я собираюсь всем сказать, что… - Что Хао твой брат, - закончила я за него спокойно. - Я знаю. Йо поднял взгляд на меня - в нём мелькнуло удивление, потом лёгкое облегчение. Он кивнул и чуть улыбнулся. - Не хотел втягивать вас в семейные разборки. - Втягиваться или нет - это уже наш выбор, - ответила я тихо. - Действительно, - улыбка Йо стала шире, и он поднял руку в прощальном жесте. - До встречи. Когда за ним закрылась дверь, в доме вновь воцарилась тишина. Я вымыла чашку, оставшуюся на столе, и поднялась наверх. - Ты сможешь завтра сражаться? - спросила я, садясь на кровать. Белоснежный кот, дремавший на подушке, распахнул глаза и мягко запрыгнул ко мне на колени. Его хвост тихо шевельнулся, уши дрогнули. - Да. Я провела ладонью по тёплой шерсти, чувствуя под пальцами ровное сердцебиение. И старалась не думать о том, что завтра наш последний бой. Солнце слепило глаза, заливая арену жарким золотом. Я стояла в самом центре - и только теперь поняла, насколько она велика. С трибун она казалась меньше, почти уютной, но здесь, на горячем песке, пространство растянулось, стало безграничным. Рядом стояли Роалд и Аня. Оба напряжённые, собранные, но во взглядах читалась решимость - чистая и твёрдая, как лезвие. - Первый бой! - разнёсся по арене голос ведущего. - Команда “Hoshi” против команды "Духи Каллахари"! Наши противники - трое темнокожих мужчин, лысых, облачённых в длинные ткани с орнаментом песчаных оттенков. Судя по названию их команды и обличию, шаманы из Африки. Но вот что именно ожидать от южного шаманизма… сложно сказать. Их традиции обширны - от управления силами природы до ритуалов вуду. - Готовы?.. Начали! Мы почти одновременно создали сверхдуши. Мужчины заговорили - слаженно, хором, низким певучим напевом, в котором чувствовалась древняя мощь. И вдруг арена дрогнула - пространство словно разрезали на три сектора. Между мной, Аней и Роалдом выросли невидимые стены. - Интересно, - произнесла я, навострив уши. Звук извне практически не долетал. Они разделили нас - по одному. Но и сами остались так же: каждый из них - с кем-то из нас. - Хотите перебить нас по одиночке? - я слегка склонила голову, глядя на своего противника - самого младшего из троицы. Он улыбнулся. И в тот миг я почувствовала запах - тонкий, тёплый, сладковатый, словно лёгкое облако благовоний. Чёрт… Мгновение - и мир растворился. Когда я открыла глаза, всё вокруг было залито белым светом. Абсолютная пустота - ни горизонта, ни теней. Я коснулась хвоста и ушей - на месте. Значит, сверхдуша не разрушена. Но всё же… что это? Я нахмурилась. Это не была иллюзия - я слишком хорошо знала, как ощущается чужое фурьёку. Здесь же всё казалось… моим. Тёплым, знакомым, родным до мурашек. - Мы в твоём сознании, - прозвучал в голове голос Лиса. - Наркотик, - сразу поняла я, вспомнив сладковатый запах. - Они распыляют что-то, что помогает им ввести соперников в транс. А значит… моё тело всё ещё там, на арене. Стоит неподвижное, как статуя - ни звука, ни жеста. Хорошая новость: тот, кто создаёт транс, тоже в это время не может пошевелиться. Так что пока я тут витаю по лабиринтам собственного разума, никто не сможет тихо подойти и прирезать меня. - Ты теряешь жизненную энергию, - предупредил Лис, его голос эхом прокатился у меня в голове. Я подняла руку - и увидела, как сквозь пальцы струятся тонкие нити фурьёку. Они гасли, как дым от свечи. Да, он прав. Энергия уходит. Полагаю, суть техники проста: выкачать силу из жертвы, пока она в трансе, и оставить пустую оболочку. Очаровательно. Я вздохнула и сделала шаг вперёд - мир дрогнул, белое пространство рассыпалось, и я оказалась в пустом храме. Слишком знакомом храме. - Давно не виделись, - раздался прохладный, сухой голос. О, да пропади оно пропадом. На каменных ступенях сидел старик, тот самый - с вечной ухмылкой и надменным взглядом, от которого внутри всё сжималось от злости. Я метнула в него недобрый взгляд. - Значит, это мой разум. Чтобы выбраться, я должна пройти через него, - произнесла вслух, скорее для себя, чем для кого-то. - Воспоминания? - уточнил Лис. Я покачала головой. - Страхи. Чтобы выйти из транса, нужно столкнуться лицом к лицу со своими страхами и победить их. Или умереть. Отличный выбор, правда? Первый вариант звучит вроде несложно… если не считать, что он требует времени. А жизненной энергии у меня сейчас - кот наплакал. Да и, признаем, живу я уже вторую жизнь. А значит, скелетов в шкафу и страхов - в два раза больше, чем у нормального человека. - Чёрт. Я была уверена - Аня справится быстро. Она светлая, упрямая, почти не отягощённая тенями прошлого. А вот я и Роалд - совсем другая история. Значит, остаётся второй вариант. Помереть. - Готов? - тихо спросила я. Лис кивнул. Когда-то, несколько лет назад, я утратила способность лечить себя. Но парадокс целительства в том, что та же сила, что исцеляет, может и разрушать. Одно и то же воздействие. Разные цели. Вот с разрушением у меня проблем не будет. Я положила ладонь себе на грудь и глубоко вдохнула. Всего одно мгновение. Больше не понадобится. Но прежде чем я успела направить фурьёку в тело, всё вокруг дрогнуло - комплекс “Хикари” исчез. В одно мгновение я оказалась в густом лесу. Воздух был пропитан влажной прохладой и ароматом мха. Меж деревьев пробивались лучи света, рассыпаясь золотой пылью. Где-то впереди - святыня, таинственная и прекрасная, которую я никогда раньше не видела. Какая-то сила подхватила меня и понесла сквозь поросшие мхом врата тории, дальше - в самую глубину. Я остановилась перед деревянным алтарём, старым, словно мир. Вокруг - десятки статуй лисиц, покрытых зелёным налётом времени. Я растерянно огляделась. - Это… мой разум? - прошептала я. Но я точно знала - никогда здесь не была. Ни в воспоминиях, ни в кошмарах. И тут я почувствовала - присутствие. Воздух дрогнул, фурьёку вокруг стало тяжёлым, почти осязаемым. Я медленно подняла взгляд. Надо мной возвышалась девятихвостая белая лисица. Огромная, выше деревьев, с золотыми глазами, в которых плясали отблески пламени. Её сила наполняла всё вокруг, заставляя воздух вибрировать. В груди вспыхнуло дурное предчувствие. Очень, очень дурное. - Уходи! - крикнул Лис. Я послушалась. Пальцы дрогнули, коснулись груди - и я остановила своё сердце. Я распахнула глаза - и вновь оказалась на арене. Чёрт, пусть остановка сердца длилась всего мгновение, но ощущение было... мягко говоря, отвратительным. - Рин! - голос Лиса пронзил сознание. Я инстинктивно отклонилась - атака прошла в сантиметре от лица. Напротив стоял мой противник: молодой мужчина, лоб блестел от пота, дыхание сбивалось. Похоже, транс высосал из него почти всё фурьёку. Быстрый взгляд по сторонам. Аня уже выбралась из морока и сражалась на полную. Роалд - всё ещё неподвижен. Проклятье… сколько у него осталось сил? - Стены не разбить изнутри, - предупредил Лис. Прекрасно. Просто прекрасно. - Сними барьер, - приказала я африканцу. - Нет. Я дернула рукой - воздух сгустился в порыв, и мужчина с трудом увернулся. Медленно. Плохой боец. Ещё несколько потоков - и я бросилась вперёд, когти вспороли его бок. Следующее движение - импульс целительной энергии, направленный в обратную сторону, чтобы отключить его. К тому моменту Аня уже закончила свой бой, и мы вдвоём разрушили последнюю стену. Михаил и она взяли на себя лидера команды, а я бросилась к Роалду. Он был холоден, кожа бледная. Фурьёку едва теплилось. - Давай же, - прошептала я, касаясь его груди. Медленно, но верно энергия пошла в нужном направлении. Парень дёрнулся, моргнул - в тёмных глазах мелькнула осознанность. Измученный, но живой. Я с облегчением выдохнула. Не знаю, с какими демонами он бился, но, по крайней мере, выжил. - Победитель - команда “Hoshi”! - объявил ведущий. Трибуны взорвались аплодисментами. Аня с яркой улыбкой махала рукой своим новым фанатам. Роалд всё ещё пытался справиться с головокружением. Я же задумчиво подняла взгляд к небу - какого чёрта Инари-сан забыла в моей голове? Если бы могла - я бы откладывала это ещё долго. Настолько долго, насколько позволила бы сама судьба. Но после вчерашнего боя я не могла не заметить - Лис ослаб. Его фурьёку, раньше яркое и ровное, теперь едва мерцало, как свеча на ветру. Ёкай не жаловался, не просил помощи, но я видела: тянуть дальше - значит быть жестокой. На следующий день, когда ребята отправились смотреть поединки, я сидела в крошечной библиотеке и бездумно листала путеводитель патчей. Чем дальше читала, тем сильнее хмурилась. От острова до Окинавы - сутки пути. Потом ещё два дня до дома, если повезёт и я доберусь до скоростного поезда. Итого - туда-обратно примерно неделя. Слишком долго. Я откинулась на стул и прикрыла глаза. Нет никаких гарантий, что следующий бой не начнётся, пока я ещё в дороге. Мелькнула шальная мысль - найти Намари и вытрясти у него вертолёт. Шантажом, угрозами или, в крайнем случае, слезами. Патчи ведь не обеднеют - у них этих машин как у кота блох. Правда, сам Намари, похоже, усвоил урок - избегал меня, как чумы, и, кажется, даже молился, чтобы наши пути не пересеклись. Обидно, честное слово. Я вздохнула, поднялась, поблагодарила скучающего патча-библиотекаря и вышла наружу. Свежий воздух ударил в лицо, и я с удовольствием вдохнула - прохлада ранней осени приятно обжигала лёгкие. Свернув в парк, я замедлила шаг, наблюдая, как ветер играет в листьях. Решение уже было принято - ехать придётся. Сколько бы это ни заняло, но лучше выезжать сегодня. Лис шёл рядом, мягко переставляя лапы по траве. Я бросила на него взгляд и невольно нахмурилась. Он выглядел усталым. Стоп. Мысль вспыхнула внезапно, как спичка. Почему бы не… Да, Я всегда избегала этой опции. Предпочитала действовать самостоятельно, не зависеть ни от кого - особенно от него. Да и кто знает, какую цену он назначит за помощь? Но, с другой стороны… за спрос, как говорится, не бьют в нос. Если условия не устроят - просто сяду на лодку и поплыву по старинке. Я остановилась на поляне, колеблясь. Отлично. Только вот - как его найти? Асакура обычно сам выскакивает, как чёрт из табакерки, в самый неподходящий момент. Попыталась прислушаться с огненному фурьёку у себя в теле и раздражённо цыкнула - далеко. Пешком шагать и шагать. И всё же... может, получится позвать? Я закрыла глаза и осторожно потянулась к знакомому пламени, что жило где-то глубоко во мне, на миг испугавшись, что оно обожжёт. Но нет. Оно откликнулось теплом, разлившимся до самых кончиков пальцев. - Это что-то новенькое. Я распахнула глаза и резко обернулась. Хао неожиданно появился словно из воздуха, облокотившись на ствол дерева. Его руки скрещены на груди, в уголках губ - легкая улыбка, а в глазах - искреннее любопытство. - Впервые ты позвала меня, - заметил он, лениво выпрямляясь. Я несколько секунд просто таращилась на него, не веря, что всё получилось. Что ж… впервые это треклятое фурьёку, которое обычно ощущалось как ошейник, действительно принесло пользу. - Я… - я запнулась, чувствуя, как язык не желает произносить эти слова, - хочу кое-что у тебя попросить. Хао приподнял бровь. - Неужели? - протянул он с тихим весельем. - Это должно быть интересно. Он двинулся вперёд - неторопливо, плавно, как будто время принадлежало только ему. Остановился в шаге от меня, склонил голову, и в голосе прозвучала мягкая, почти мурлыкающая насмешка: - Итак? - Ты не мог бы… телепортировать меня и Лиса домой? Он некоторое время молчал, изучающе глядя на меня. В этом взгляде не было ни высокомерия, ни холодности - лишь задумчивая тишина. Я внутренне приготовилась: сейчас последует язвительное замечание, или он выставит цену, от которой кровь застынет в жилах. Но нет. Асакура вдруг коротко улыбнулся и протянул мне руку - ладонь в перчатке, тёплая, уверенная. - Хорошо. Я моргнула. Потом ещё раз. И просто уставилась на него. - Не хочешь? - он чуть приподнял бровь, уголки губ дрогнули. - Хочу! - выпалила я и молниеносно схватила его за руку. Шаман потянул меня ближе - и в тот миг воздух наполнился ароматом осенней листвы и костра. Всё закружилось в огненном вихре, и мы втроём - я, Лис и Хао - растворились в пламени. Я открыла глаза - и сердце болезненно сжалось. Передо мной раскинулась знакомая до каждой травинки поляна возле моего дома. Здесь мы с Лисом тренировались почти десять лет подряд. Здесь, смеясь, я гонялась за Хао в “догонялках”, которые со временем превратились в суровую тренировку управления сверхдушой. Здесь же я лечила ёкаев, тех кто боялся переступить порог человеческого жилья. Листья начинали желтеть - мы находились куда севернее острова, осень сюда приходила раньше и ярче. Воздух был прохладным, чистым, пахнущим дымом и хвоей. - Позови, когда нужно будет забрать тебя обратно, - тихо произнёс Хао, и я вздрогнула, когда его губы едва коснулись моего виска. Я запоздало повернула голову, словно не сразу осознав, что он всё ещё рядом. Мысли застряли где-то между воспоминаниями и настоящим. - Спасибо, Хао, - выдохнула я. Он мягко провёл большим пальцем по внутренней стороне моей ладони - едва ощутимо, почти как прощание. И через мгновение исчез, растворившись в вихре фурьёку. Я медленно повернулась к Лису и попыталась улыбнуться: - Пойдём? Ёкай стоял передо мной в своём истинном облике - огромный, многохвостый, с алыми полосами на морде. Сегодня он даже не пытался скрываться под кошачьим образом, словно хотел остаться собой в этот вечер, до конца. Он кивнул, и мы двинулись по узкой тропе, ведущей к дому, который когда-то построили вместе. Когда я распахнула дверь, солнце уже клонилось к закату. В доме пахло древесиной и временем. Есть нечто особенное - странное и немного щемящее - в возвращении туда, что однажды оставил. Прошло всего несколько месяцев, а казалось, будто пролетела целая жизнь. Лис привычно направился в гостиную и, не теряя достоинства, опустился возле печи. Посмотрел на меня так красноречиво, что слов не требовалось: разожги, хозяйка, пока не замёрзли. Я усмехнулась и подошла к нему. - А ты, смотрю, совсем разнежился. Когда-то мы неделями спали под открытым небом. Ёкай метнул в меня взгляд, полный царственного неодобрения - мол, про себя можешь говорить, а я, между прочим, себя не на помойке нашёл. - Ты заболеешь даже от самого слабого ветерка, - фыркнул он, устраиваясь поудобнее и занимая добрую половину пола. Я закатила глаза. Конечно-конечно. Это вовсе не он обожал греться, просто заботился о моём самочувствии. Но, пожалуй, в чём-то он был прав - я и правда продрогла. Растопив печь, я ушла на кухню и заварила себе чашку горячего шоколада. Когда вернулась, Лис всё ещё лежал у огня. Он дремал, но стоило мне приблизиться - распахнул глаза, медленно, устало, словно каждое движение требовало усилия. Я забралась с ногами в кресло и сделала глоток - сладкое тепло растеклось по телу. Мы разговаривали долго. Несколько часов, наверное. Обычно немногословный Лис сегодня слушал особенно внимательно, изредка вставляя короткие фразы, когда я вспоминала наши годы здесь - и хорошие, и тяжёлые. Я не заметила, как солнце окончательно село. Теперь комнату освещали только мягкий свет лампы и живое пламя в печи, отбрасывая тёплые отсветы на стены и серебристо окрашивая шерсть ёкая. - Я не думаю, что ты попала в этот мир, - неожиданно произнёс Лис. Я подняла на него взгляд, вынырнув из потока воспоминаний. - Что? - Мне всегда казалось, что ты его выбрала, - продолжил он, чуть склонив голову. Я изумлённо приподняла брови, потом нахмурилась. Выбрала? Сама? Ёкай едва заметно усмехнулся, и его глаза, алые, словно угли, сверкнули в полумраке. - Такие, как ты, всегда идут вперёд, - тихо сказал он. - Не обращая внимания на судьбу. Кажется, здесь ты называешь её каноном? Мне кажется, ты принадлежала тому миру, но ушла из него, потому что… захотела. Я молчала, чувствуя, как внутри шевелится что-то странное. Раньше я даже не задумывалась о том, что переход мог быть не случайностью, а выбором. И если он прав - если я действительно захотела этого… тогда неудивительно, что оказалась именно здесь, в истории, которая когда-то была для меня утешением. Только в реальности, как выяснилось, даже сказки имеют свои шрамы. - Но именно это и тревожит, - голос Лиса стал тише, почти бархатным. - Ты независима даже от воли богов. Как я мог быть уверен, что однажды ты не станешь независимой и от меня? Он подошёл ближе, мягко, почти бесшумно, и остановился рядом. Его морда оказалась на уровне моего лица - глаза в глаза. - Поэтому я и хранил тайну своего рождения, - произнёс он негромко. - Потому что боялся, что ты оставишь меня. Поэтому огненный шаман связал тебя своим фурьёку - из того же страха. Из страха, что в один день ты исчезнешь из его поля зрения. Я долго молчала, не в силах отвести взгляд. Вот как, значит. Всё это время Лис боялся - не ран или боли, не умереть, а остаться одному. И всё же, несмотря на страх быть брошенным, он отдал своё сердце, даже зная, что его могут разбить. Ёкай оказался куда храбрее меня. И не он один. - Но я не оставила тебя, - прошептала я, стараясь удержать дрожь в голосе. - Напротив… это ты уходишь от меня. Лис улыбнулся - тихо, по-доброму, и всё же с той грустью, что бывает у тех, кто уже прощается. - Да, - ответил он мягко. - Но скажи… отказалась бы ты от всех прожитых со мной лет, если бы заранее знала, что нас ждёт разлука? Я почувствовала, как по щеке медленно скатилась тёплая слеза. Конечно, нет. Я бы не променяла ни один день, ни одно мгновение. - Может, не сегодня? - попросила я почти шёпотом. - Мы могли бы остаться здесь… хотя бы ещё на пару дней. Ёкай едва заметно покачал головой. - Сегодня, - произнёс он устало, словно каждое слово отнимало у него силы. - Я… вымотался. Я лишь кивнула - и шагнула к нему. Обняла крепко, будто могла удержать этим объятьем всё, что неизбежно ускользает. В последний раз. Мы вышли под серебряный свет луны. Небо было удивительно чистым, без единого облачка, а звёзды сияли так ярко, словно знали, что становятся свидетелями конца. Я обернулась к Лису - белая шерсть его мерцала в лунном сиянии, напомнив мне снег и наше давнее путешествие - туда, где мы когда-то искали северное сияние. - Готов? - тихо спросила я. Он задержал на мне взгляд, и в нём было всё - благодарность, любовь и смирение. Потом улыбнулся. - Готов. Я вдохнула глубже и создала сверхдушу. Пушистые уши мягко дрогнули, за спиной распушился хвост. Закрыв глаза, я обратилась к душе Лиса - ослабевшей, едва мерцающей, но всё ещё тёплой, до боли родной. Поглотить её оказалось неожиданно просто. Слишком просто. Я сидела на крыше своего дома. Впервые - совершенно одна. Ночь была тихой, звёзды рассыпались по небу, будто кто-то щедро пролил серебро. В прошлой жизни, когда я была ребёнком, у меня была кошка. Моё детство нельзя было назвать ни счастливым, ни лёгким, но благодаря ей я всё же просыпалась по утрам. Она была лучом света в густом мраке - тёплым, упрямым, живым. Большая, рыжая, добрая и до ужаса наглая. Я часто звала её «хитрой лисой». А потом она умерла. В год моего совершеннолетия. Будто выполнила свою миссию - провести меня из одного мира в другой - и, успокоившись, ушла. Моё сердце тогда треснуло на две половины. Я оплакивала её годами, возвращаясь к воспоминаниям снова и снова, как к старой фотографии, где запечатлён кто-то по-настоящему любимый. Как же сильно Лис напоминал мне её. Тот же тёплый взгляд, та же уверенность, то же бесстыдное обаяние. Но это прощание было иным. Я чувствовала его - не рядом, а внутри. Не могла обратиться, не могла заговорить… но знала: он здесь. Жив. Спокоен. И однажды я снова увижу эти наглые, до смешного знакомые красные глаза. Ах да. Была только одна маленькая проблема. Я раздражённо дёрнула хвостом. После того как я поглотила душу Лиса, уши, клыки и, собственно, хвост, упорно отказывались исчезать. Это как вообще понимать? Мне теперь всю жизнь косплеить лису? Хотя, если быть честной, «лиса» - слишком громкое слово. Судя по отражению, я выглядела скорее как недовольный котёнок, которому забыли налить молока. Ладно. Об этом я подумаю позже. Осторожно спустившись на землю, я в последний раз обернулась. Дом стоял тихо, затаив дыхание, будто сам ждал, когда его хозяева однажды вновь переступят порог. Тёплый ветер коснулся лица, колыхнул листву - и я позволила себе ещё миг смотреть на это спокойствие, перед тем как коснуться огненного фурьёку, мерцавшего глубоко внутри меня. Пламя дрогнуло - и Хао возник прямо передо мной. Он смотрел внимательно, но без слов: ни вопроса, ни упрёка. Ни тени удивления - лишь тёплое, тихое понимание. Он видел всё: отсутствие Лиса, мои заплаканные глаза, пушистые уши, которые не исчезали. И ничего не сказал. - Готова? - мягко спросил он, протягивая руку. Я кивнула и вложила свою ладонь в его. Тёплые пальцы сомкнулись вокруг моей руки - уверенно, спокойно. Я подняла взгляд: зелёная листва моих глаз встретилась с глубокой, спокойной тьмой его. - Спасибо… что помог, - прошептала я и, поднявшись на носочках, коснулась его щеки лёгким, почти невесомым поцелуем. Карие глаза Асакуры потеплели. На губах мелькнула едва заметная, но настоящая улыбка. - Пожалуйста. И в следующее мгновение нас обоих поглотило пламя.