The coronation

Утро наступило Феликс уже был на ногах. Он закончил умывание и теперь аккуратно застегивал на себе светлую рубаху, после чего накинул тёмный жилет. Отражаясь в крохотное зеркальце, Феликс на мгновение остановился, чтобы провести рукой по своим светлым волосам, аккуратно приправляя их. С новыми силами направился к покоям принца, чтобы разбудить его. Но, войдя в комнату, он сразу заметил, что что-то не так. Постель АйЕна была нетронута, словно её не касалась ни одна душа за всю ночь. — Где он? — пробормотал Феликс себе под нос, осматривая пустую комнату. — Опять где-то с кем-то? Ощущение тревоги и одновременно злости наполнило его. Он стиснул зубы и, найдя в себе решимость, покинул комнату, решив разыскать его. Феликс решил, что, возможно, стоит проверить столовую. Вдруг он уже там, за завтраком? Но, войдя в просторное помещение с длинным столом, укрытым белой скатертью и уставленным разнообразными блюдами, он не обнаружил ни АйЕна, ни Юнси. — Они вместе? Хоть бы так, — подумал Феликс с лёгким облегчением. За столом сидели Хёнджин и король, которые уже начали завтракать. Феликс остановился и повернулся к Хану, стоявшему неподалеку. Понизив голос, он шёпотом спросил: — Ты знаешь или видел принца с супругой? Хан, нахмурившись, ответил коротко: — Не видел. Однако внезапно он заметил, что Хёнджин пристально смотрит на него, словно пытаясь передать какое-то сообщение без слов. Губы Хёнджина слегка приоткрылись, и он беззвучно произнёс: — Почему ты не пришёл ко мне ночью? Феликс, чутко читавший по губам, мгновенно понял, что Хёнджин пытается себе сказать. В этот же момент Хан заметил странный обмен взглядами и прищурился, подозрительно спросив: — Что? Хёнджин, осознав, что мог быть замечен, быстро отвёл взгляд. Король едва прикоснулся к еде. Его лицо было бледным, а взгляд отсутствующим. — Давайте поиграем в шахматы, — предложил король, слабо пытаясь подняться из-за стола. Но силы покинули его, и он почти рухнул обратно на стул. Слуги подхватили его. Хан и Феликс встревожились, наблюдая эту сцену. Что могло так ослабить короля? Хёнджин, который спокойно ел свой завтрак, внезапно застыл, его взгляд медленно переместился к совершенно нетронутой тарелке короля. Этот маленький, но важный факт не ускользнул от его внимания. Безжизненная еда на блюде словно кричала о проблемах, мучающих короля. Феликс сделал шаг вперёд. — Ваше величество, может быть, вам стоит отдохнуть ещё немного? — предложил он осторожно, подходя ближе. — Нет. Я хочу поиграть в шахматы. С сыновьями. Наедине. Сейчас же! — твёрдо сказал король, с трудом сохраняя спокойствие. — Да, ваше величество, — ответил Феликс, отступая назад с поклоном. И быстро направился к покоям Юнси, предполагая, что АйЕн может находиться там. Оба были укрыты тонким пледом, их тела прижимались друг к другу в нежных объятиях. Они весело болтали, забывая обо всём вокруг. АйЕн, смеясь протягивал Юнси кусочек сочного фрукта. Она игриво приняла его, и на её лице засияла улыбка. АйЕн склонился и поцеловал её живот, надеясь, что в скором времени станет отцом. — Наверное, ты скоро там? — тихо прошептал он. — Кто знает, мой дорогой, — улыбнулась она, нежно касаясь его лица. — Может быть, уже совсем скоро… Они нежно целовались, её волосы мягко спадали на плечи, а его ладони ласкали её спину. Но вдруг в дверь раздался стук. АйЕн решил проигнорировать его, ещё крепче прижимаясь к Юнси. — Кто-то стучит, — она слегка отстранилась, послушав звук. — Не обращай внимания, я не хочу выйти отсюда никогда. — Ваше высочество, я знаю, что вы там! — голос Феликса раздался за дверью, настойчивый и решительный. — Я занят! — громко ответил АйЕн, надеясь, что это оттолкнёт настойчивого гостя. Но Феликс не унялся и открыл дверь. АйЕн, прикрыв Юнси пледом, посмотрел на него с раздражением. — Феликс! — Срочно к отцу, — не смущаясь, ответил Феликс, подходя ближе к кровати и видя их смущённых и потрёпанных. — Что за срочность? — Видимо, его величество хочет сказать кое-что важное, — тихо объяснил Феликс. АйЕн вздохнул, понимая, что необходимость неизбежна. — Ну конечно, наверняка он собирается в очередной раз объявить Хёнджина будущим правителем. Сколько раз это уже было, — он раздражённо встал с постели и накинул её тяжёлый халат, висевший на спинке кресла. — Пошли. — Хоть штаны надень, — хмыкнул Феликс. АйЕн бросил на него взгляд, в котором смешались веселость и раздражение, и быстро надел штаны. Юнси сидела на кровати, прижимая плед к груди, её щеки слегка порозовели от смущения. — Я вернусь, — сказал ей АйЕн, нежно касаясь её руки, а затем направился к выходу. Хёнджин вместе с отцом, королём, подошёл к массивному дубовому столу, на котором были разложены карты и фигуры, используемые для разработки военной стратегии. — Это шахматы? — с недоумением спросил Хёнджин, глядя на сложную конструкцию. Король мягко улыбнулся, выпрямившись и скрестив руки на груди. — Представь, что на нас напала соседная страна. Что ты сделаешь? — серьёзно спросил он, отводя взгляд к картам. Хёнджин почувствовал, как напрягся под этим вопросом. Он был сбит с толку и не знал, с чего начать. Карта перед ним казалась лабиринтом, полным неизвестностей. — Э... — он начал, но мысли путались. Король ждал ответа, его взгляд был внимательным и спокойным. — Я не знаю, — наконец признал Хёнджин, слегка замявшись и опустив плечи. Король кивнул, задумчиво посмотрев на сына. — Хм, тебе стоит ещё многому учиться, — сказал он, подойдя ближе и положив руку на плечо Хёнджина с тёплой поддержкой. Его голос смягчился, как если бы он нашёл в себе силы для признания. — Знаешь, я часто сожалею о том, что пропустил многое, — сказал король с лёгкой грустью в голосе. — Я не видел, как ты родился, и многие моменты твоего взросления прошли мимо меня... Он глубоко вздохнул, словно решив, что настал момент признать свои ошибки. Хёнджин взглянул на отца. Он легонько положил свою руку на руку отца в знак того, что прощает и принимает такого, какой он есть. За три месяца Хёнджин много узнал о своём отце. Эти разговоры раскрыли перед ним историю, которая раньше казалась тайной, покрытой пылью времени. Ему рассказывали, что его отец, король, был когда-то безумно влюблён в его мать. Однако она не была знатного происхождения — всего лишь простая, скромная прислуга во дворце. Король любил её всем сердцем. Враги королевства прознали о его чувствах и начали угрожать её жизни. Он отправил её подальше от дворца, в безопасное место, где опасности больше не могли до неё дотянуться. Его сердце разрывалось от боли, но он твёрдо верил, что делает это ради её спасения. Отпустив её, он лишился любви, но приобрёл уверенность в её безопасности и будущему ребёнку. Чтобы сохранить стабильность королевства, король вскоре женился на другой женщине, как того требовал долг престола. Этот союз не был построен на любви; он стал очередным политическим шагом для укрепления власти. Хёнджин выслушивал эту историю с болезненной тенью в глазах. Он винил отца, но теперь многое становилось ясным. АйЕн вошёл в зал с лёгкой торжественностью в походке, его настроение было на высоте. Видно было, что он торопится вернуться к своей жене. — Я пришёл, давайте по-быстрее. Жена в постели ждёт, — сказал АйЕн с лёгкой улыбкой и направился к столу, где находился Хёнджин. Хёнджин выглядел озадаченным, взирая на расчерченную карту и различные фигурки, представляющие войска. — О, не знаешь, как им ударить в ответ? — с добродушием начал АйЕн, вглядываясь в лицо старшего брата. АйЕн подошел ближе, взял одну из фигурок и начал объяснять, как можно использовать войска в ответ на гипотетическую атаку. Он энергично показывал перекидывание войск, стратегические ходы и возможные исходы. — Если враг наступает с этой стороны, — пояснял АйЕн, проводя пальцем по карте, — то мы можем обойти их через эти холмы и атаковать, заставляя их отступить. Понял? Хёнджин вникал в объяснения с усилием, его брови были слегка нахмурены. — Кажется, — неуверенно ответил он, пытаясь вообразить, как всё это сработает в реальной ситуации. АйЕн дружески похлопал брата по спине, вселяя в него уверенность. — Ничего, когда станешь королём, тебе помогут. И я тоже всегда буду рядом, — подбодрил его АйЕн. Затем он обратился к королю, который наблюдал за обменом между сыновьями. — Отец, что за срочность? Что хотите объявить, нарушая моё уединение с супругой? — поинтересовался АйЕн, с любопытством посмотрев на короля. Король, улыбнувшись, произнёс сдержанно, но торжественно: — Я завтра женюсь. На мгновение в зале повисла неловкая пауза, которую нарушил АйЕн. — О... — начал он, переваривая новость. И тут Хёнджин робко спросил: — На мою маму? Король утвердительно кивнул. — Да, на кого же ещё? — Хотите получить наше благословение? Конечно, поздравляю. Да, брат? — обратился АйЕн к Хёнджину. — Да. Король, глядя на них с отеческим теплом, добавил: — Я хочу скромную свадьбу в церкви. — Хорошо, отец, устроим, — ответил АйЕн, склонив голову в знак согласия. — А теперь можно идти? Король одобрительно кивнул, и братья поклонились перед ним, затем вышли из помещения. Они шли по саду. К ним присоединился Феликс. АйЕн, всё ещё держа в голове мысль о своей жене, остановился и подошёл к садовнику, который аккуратно подстригался фигурные кусты, создавая из них удивительные формы. — Подай мне ту розу, — указал АйЕн на яркую красную розу, выделявшуюся среди зелени клумбы. Садовник, привычный к таким просьбам, с почтением кивнул. Он осторожно подошёл к клумбе, выбрал самую красивую и крупную розу, затем мастерски отрезал её и тщательно избавил от шипов, чтобы цветок был безопасен для рук. Когда роза была готова, он протянул её АйЕну. — Благодарю, — коротко сказал АйЕн, принимая цветок и любуясь им на мгновение. — Феликс, скажи кому-нибудь, чтобы принесли горячий завтрак нам в покои, — велел АйЕн, поворачиваясь к нему. Феликс с готовностью принял приказ, кивнув и отправляясь выполнять поручение. - Я с тобой, - решительно произнёс Хёнджин, следуя за Феликсом. - Почему ты не пришёл ночью? - продолжил Хёнджин, стараясь не повышать голос, но в его словах слышался упрёк и нетерпение. - Тише ты, - прошептал Феликс, оглядываясь по сторонам, чтобы убедиться, что никто не слышит их разговор. - Я ждал! Группа придворных девушек уютно расположилась в беседке, наслаждаясь чаем. Карина, одна из девушек, заметила Хёнджина и Феликса, медленно идущих по дорожке. - Кто знает, присоединится ли Юнси к нашему чаепитию? - спросила Рюджин, обратившись к остальным присутствующим. - Она должна была быть здесь. Карина, держа чашку чая в руках, задумчиво посмотрела на подругу и предложила: - Может, она просто забыла? Как только сыновья покинули зал, оставив короля в одиночестве, внезапно его лицо побледнело, а взгляд потускнел. Он почувствовал острую слабость и, не успев опереться на стол, рухнул на пол. Глухой стук эхом отразился в каменных стенах зала. Стражи, стоявшие неподалёку, мгновенно отреагировали. Отложив всё, они подбежали к королю. Двое из них осторожно подняли его, уложив на ближайший диван. Один из стражников уже собрался выбежать и позвать принцев, но дрожащим голосом король шепнул: — Нет… не зовите их. Никому ни слова. Его слова прозвучали твёрдо, хотя дыхание едва было слышно, и лицо выражало едва скрываемую боль. Солдаты обменялись тревожными взглядами, но подчинились распоряжению. Они тихо, почти бесшумно унесли короля в его покои, где тот мог прийти в себя вдали от посторонних глаз. Уджин быстро привёл лекаря в покои короля. Дверь тихо скрипнула, когда они вошли, но в комнате уже всё было готово: король лежал на широкой кровати, его лицо было покрыто испариной, а кожа – необычайно бледной, словно каменной. Температура поднималась, и дыхание было прерывистым. Лекарь, не теряя времени, подошёл ближе, его взгляд тут же заметил медленно распространяющийся синевато-багровый оттенок на шее и предплечьях короля. — Снимите одеяние, — кратко сказал он стражнику, находившемуся рядом. Осторожно, с должным уважением, охранник помог королю снять верхнюю мантию. Лекарь аккуратно приподнял рубашку, чтобы проверить источник недуга. То, что он увидел, заставило его на долю секунды застыть: плоть на боку короля, вокруг старого шрама, выглядела странно – глубокий тёмно-синий цвет смешивался с багровым, а кожа вокруг места казалась воспалённой и болезненно натянутой — Когда это началось? – раздался хрипловатый голос Уджина с тревогой. Почему вы раньше не осмотрели его тщательнее? Лекарь не ответил сразу, полностью сосредотачиваясь на обследовании. Его пальцы осторожно нащупывали плоть вокруг шрама – холодную, словно она принадлежала не живому организму. От малейшего прикосновения король вздрогнул, но сил, чтобы выразить боль, у него почти не было. — Ну? — резко спросил Уджин. — Можно это лечить? Скажите мне. Лекарь медленно выпрямился, его лицо осунулось. Он коротко взглянул на короля, затем перевёл взгляд на Уджина. — Нет, — тихо ответил он, словно боясь произнести это слово вслух. Уджин вцепился пальцами в ближайший стул, стараясь переработать услышанное. — Что вы имеете в виду "нет"? — его голос сорвался, он нахмурился, не желая верить услышанному. — У вас нет средств? Трав? Зелий? Скажите! Лекарь лишь покачал головой и вздохнул. — Болезнь слишком запущена. Судя по всему, этот шрам никогда не был до конца залечен. В нём, возможно, скрывалась инфекция или яд, который со временем проявился. Она зашла слишком далеко. Лечение уже невозможно. Лекарь, обдумав ситуацию, наконец нарушил её, поднимая голос, который звучал чуть мягче, чем прежде: — Я заварю чай. Возможно, он немного снизит температуру и облегчит состояние. Он сделал паузу, взглянув на короля, прежде чем, чуть медленнее, добавил: — Пусть успеет поговорить со всеми, с кем пожелает. Уджин замер, в его глазах отразился страх и внутренний протест. Но лекарь уже не ждал ответа – молча вышел из покоев. Уджин шагнул ближе к постели, осторожно заглядывая в глаза своему правителю. — Ваше величество, — произнёс он, стараясь держать голос ровным. — Я могу позвать ваших сыновей… и всех, кого вы желаете видеть. Достаточно лишь сказать. Король, слабый, но всё ещё величественный, кивнул. — Мне нужно сперва написать кое что, — тихо, но твёрдо сказал он, голос прозвучал как приказ. Уджин поначалу растерялся. Хотел возразить, сказать, что жизнь слишком коротка, чтобы откладывать прощальные слова ради бумаги. Но он знал, что король прав, и что он никогда бы не отказался от своих обязанностей даже в такие моменты. — Как пожелаете, ваше величество, — устало вздохнул Уджин. Он поднялся и поспешил подготовить всё необходимое: бумагу, чернила и перо для письма. Время словно замедлило свой ход. Король сидел за столом, опираясь на него одной рукой, чтобы удержать своё измождённое тело. Его движения были медленными, словно каждое усилие причиняло ему боль. Перо в его руке двигалось тяжело, строчка за строчкой появлялась на чистых листах бумаги. Каждое слово, казалось, требовало невероятного сосредоточения. Раньше он писал быстрее, твёрже, увереннее. Теперь же даже это, некогда простое действие, превратилось в испытание. Лекарь, вернувшийся спустя некоторое время, аккуратно поставил на ближайший столик небольшой поднос. На нём парила чашка целебного чая. Лекарь, молча приблизившись, подал чашку королю с лёгким поклоном. — Пейте, ваше величество. Король отложил перо, посмотрев на лекаря усталым, но благодарным взглядом. Он поднял чашку и сделал небольшой глоток, позволив горячему напитку согреть его изнутри. Хёнджин почти носился за Феликсом, словно неугомонный ребёнок, требующий внимания. Он двигался вокруг, чуть ли не подпрыгивая, напоминая собаку, которая пытается привлечь хозяина: заглядывал ему в лицо, приставал с вопросами и всевозможными попытками завязать разговор. Феликс, напротив, сохранял безразличный вид, будто за ним вовсе никто не идет. — Тогда, может, сегодня? — спросил Хёнджин, догнав его и интерпретируя почти как просьбу. В его глазах был откровенный азарт, а тон выдал надежду. Феликс даже не обернулся. Он был непреклонен: — Нет. Хёнджин остановился на месте, сделав вид, что смертельно обижен этим отказом. Его лицо приняло нарочито драматичное выражение, как у театрального актёра. Он прижал руку к груди, будто в полном отчаянии. — Тогда что мне нужно сделать, чтобы ты пришёл? Феликс, наконец, остановился, но всё ещё держал дистанцию и медленно обернулся. — Женись, — спокойно произнёс Феликс и тут же отвернулся, направившись дальше. — Феликс! Хёнджин остался стоять на месте, наблюдая, как Феликс отдаляется. Через несколько мгновений к нему подошёл Хан, всё это время исполнявший свои обязанности неподалёку. — Вот вы где, ваше высочество, — вежливо заметил Хан, встав рядом и снова переключившись на свои охранные обязанности. Хёнджин невольно перевёл взгляд на него. Он чувствовал, как раздражение понемногу начинает просачиваться в его сознание. — Когда же ты отойдёшь, а? — тихо спросил он, его тон был между усталостью и нескрываемым желанием хотя бы на мгновение избавиться от неотступной опеки. — Извините, ваше высочество, — спокойно ответил Хан, — но это моя обязанность. Хёнджин посмотрел на Хана, думая о том, как сильно ему сейчас хотелось, чтобы на месте Хана был Феликс. — "Почему вместо него не Феликс?" — размышлял Хёнджин про себя. — "Если бы это был Феликс, то мы бы проводили время вместе…" Хан, заметив задумчивое выражение на лице своего господина, прищурился, словно пытаясь понять, что творится у того в голове. — "А что, если попросить АйЕну поменяться местами, чтобы Феликс мог быть рядом, а не Хан? Нет... он бы не отпустил друга ко мне," — продолжал рассуждать про себя Хёнджин. — Ваше высочество, — вежливо прервал его мысли Хан, — вы что-то хотите мне сказать? Хёнджин вздохнул и покачал головой. — Нет, — ответил он, — я устал. Пойду в свою комнату. Он медленно пошёл в сторону своих покоев, пытаясь скрыть разочарование, а Хан тут же последовал за ним. Хёнджин чувствовал его присутствие буквально спиной и с каждым шагом становился всё более раздражённым. — "Да, отстань ты!" — вновь подумал про себя Хёнджин, крепко сжав зубы, чтобы не сказать это вслух. Хёнджин быстро вошёл в свои покои, прикрыв за собой дверь. Хан остался снаружи, охраняя вход, но уже не видя, что происходит внутри. Оказавшись наконец наедине с собой, Хёнджин без сил рухнул на кровать, утопив лицо в мягкие подушки. Не сдержавшись, он начался кувыркаться, словно пытаясь выбросить из себя всю накопившуюся энергию и эмоции. Его руки и ноги разлетались в разные стороны. — Жениться? О нас не думаешь? — громко воскликнул Хёнджин, обращаясь к пустоте комнаты, где будто бы стоял его воображаемый друг. Немного устав от своей собственной импровизированной возни, он остановился и просто уставился в потолок. В голове блуждали мысли. Но вдруг, словно осенив, его разум выдал новую идею. Он резко сел на кровати, точно над ним зажглась невидимая лампочка. Внезапное понимание вызвало глуповатую, но искреннюю улыбку на его лице. — Почему всё время Феликс должен приходить ко мне? Я же тоже могу! — произнёс он вслух, очевидно довольный новой мыслью. Хёнджин осторожно подошёл к двери и тихонько приоткрыл её. Его голова медленно высунулась наружу, как у любопытного кота, который следит за обстановкой. Он осмотрел коридор, стараясь не выдать себя. На месте ли Хан? Конечно, он был там, как и ожидалось, стоя прямо перед входом, словно непоколебимая стена. Хан сразу заметил. — Что это было? — пробормотал он себе под нос, слегка прищурившись от недоумения, наблюдая, как Хёнджин тут же задвинул дверь обратно, будто бы ничего и не случилось. Вернувшись в комнату, Хёнджин шумно выдохнул. План пробраться мимо Хана провалился ещё на стадии замысла. Он замер на месте, размышляя о возможных вариантах. И тут его взгляд упал на стену в дальнем углу комнаты. Потайная дверь! Он улыбнулся, словно только что нашёл сокровище. Этой дверью он почти никогда не пользовался, а Феликс частенько приходил. Кто бы мог подумать, что она теперь пригодится для его собственного побега. Корпус, в котором находилась комната Феликса, был предназначен для обычных людей — слуг, поваров и других работников. Хёнджин знал, что его присутствие здесь было бы неуместным, если кто-то из обслуги его заметит, однако это не останавливало его. Коридор был почти безжизненным. Двери вдоль стен выглядели одинаково: одна за другой, строгие, без каких-либо подсказок вроде табличек или номеров. Хёнджин пытался вспомнить, какая именно из них вела в комнату Феликса. Он замер возле двух дверей, перенося взгляд с одной на другую. — Так... какая могла быть из них? — задумчиво пробормотал он себе под нос. Вдруг где-то за углом послышались шаги. Его сердце замерло. Не раздумывая, Хёнджин торопливо приоткрыл одну из дверей и скользнул внутрь. Закрыв дверь за собой настолько тихо, насколько мог, он наконец позволил себе выдохнуть. Он медленно осмотрел комнату. Всё выглядело довольно просто, без вычурных деталей, свидетельствующих о роскоши. И тут его нос уловил слабый, но знакомый запах — лёгкий, успокаивающий, таким всегда пахло рядом с Феликсом. Он направился к шкафчику и осторожно открыл дверцу. Внутри висели привычные вещи Феликса. Несомненно, это его комната. — Да, это его комната! — прошептал он, расплывшись в довольной улыбке. Не теряя времени, Хёнджин плюхнулся на кровать. — Ладно… подожду его здесь. АйЕн и Юнси, наконец, вышли из комнаты, улыбаясь друг другу так, будто весь мир теперь перестал существовать вокруг них. Их пальцы переплелись, они держались за руки так, как будто никогда не собирались отпускать друг друга. Эти двое выглядели безумно счастливыми. АйЕн иногда останавливался, чтобы шёпотом сказать Юнси что-то смешное, и они оба вспыхивали от смеха, словно это был их маленький секрет. Феликс наблюдал за ними с лёгкой улыбкой на лице. Он видел, насколько они счастливы вместе, и понимал, что брак принца действительно получился удачным. В какой-то момент АйЕн, с блестящими глазами и широкой улыбкой, подхватил Юнси на руки. Она тихо вскрикнула от неожиданности, но быстро прижалась к нему, смеясь. АйЕн, словно демонстрируя свою силу и уверенность, уверенно понёс её в музыкальную комнату. А зачем? Ну, конечно, чтобы поиграть для неё на рояле. Феликс стоял и смотрел им вслед, не стал идти за ними, решив, что не стоит мешать. Вдруг одна из служанок подошла к нему. — Тебя зовут к Его Величеству. Он нахмурился на мгновение, прежде чем кивнуть. Феликс, шагая к покоям короля, всё ещё обдумывал причину внезапного вызова. Но, подойдя ближе, он заметил фигуру, стоявшую возле двери. Это был Уджин. Его плечи были опущены, а лицо выражало едва сдерживаемую печаль. Он выглядел потерянным. — Уджин? — Феликс остановился, удивлённо глядя на него. Услышав своё имя, Уджин поднял взгляд и посмотрел на него. В его глазах сверкали слёзы, и он выглядел так, словно вот-вот сорвётся. Он быстро приблизился к Феликсу, словно ждал кого-то, кому мог бы довериться. — Феликс… — Что происходит? — обеспокоенно спросил он, стараясь понять, с чем связано такое состояние Уджина. Уджин отвернулся на мгновение, будто набираясь смелости ответить. Его слёзы, которые он так старательно удерживал, всё-таки покатились по щекам. Он провёл рукой по лицу, но это не помогло. — Его величество… Это… это моя вина, — наконец выдавил он, и голос его дрожал. — Если бы я вмешался раньше… Если бы я что-то сделал… то мой отец бы… мой отец бы не смог… Он бы не поранил Его Величество. Слова обрушились на Феликса тяжёлым грузом и направился к дверям королевских покоев. На мгновение он задержался перед входом, глубоко вдохнув. Как бы он ни был обеспокоен, сейчас ему нужно было сохранять спокойствие и бодрость духа. Последний взгляд назад — Уджин всё ещё стоял там в полном отчаянии, — и Феликс толкнул дверь, входя внутрь. — Ваше Величество? Он шагнул вперёд, оглядывая покои, стараясь понять, в каком состоянии находится король. Король лежал на огромной постели, выглядя уставшим, но, к счастью, в здравии. Видно, что его состояние стабилизировалось благодаря заботе и лекарственным настоям. Он протянул руку, жестом приглашая Феликса подойти ближе. Феликс, шагнув к нему, осторожно взял его руку в свою, всё ещё пытаясь понять, как ему помочь. — Феликс… — прохрипел король, собираясь сказать что-то важное. Он откашлялся, набирая силы для разговора. В другом крыле дворца АйЕн весело играл на рояле, сидя рядом с Юнси. Их пальцы переплетались между мелодиями, время от времени АйЕн оборачивался к жене, чтобы рассмеяться над её шутками или просто посмотреть на её счастливое лицо. Но радость неожиданно замерла. По дворцу пронёсся гул колоколов. АйЕн сразу же внезапно остановил игру, пальцы замерли на клавишах. Звук толстого металла, медленный и гулкий, напряг всё его тело. — Это… — прошептал он, потянувшись за рукой Юнси, которая удивлённо посмотрела на него. Для него этот звук был слишком знаком. Он услышал его лишь раз в своей жизни, и это был день, который он предпочёл бы забыть. Колокола звонили, когда не стало его матери. Эта мелодия была знаком, возвещающим худшие новости. АйЕна передёрнуло, его грудь заполнилась ледяным страхом. Он резко поднялся, взгляд теперь уже не был радостным — только тревога. Голова пульсировала от мыслей о том, что случилось. — Я… должен… — Он не закончил фразу и тут же побежал из комнаты, оставив Юнси растерянной. На бегу он всё время шептал сам себе: "Нет. Только не это. Нет" Хёнджин проснулся в небольшой комнате, в которую тайком пробрался несколько часов назад. Он лениво потёр глаза и с трудом вспомнил, где находится. Но было кое-что, чего он не мог игнорировать — странный звук, доносящийся снаружи. Колокола. — А? — выдавил он, моргая в полусне. Хёнджин медленно поднялся с кровати, размышляя. — Что ещё за колокола? — Он задумался, слегка нахмурившись. — Отец женился? Настало завтра? Что зловещие звоны? Всё ещё не до конца проснувшийся, случайно открыл дверь комнаты и вышел в слабо освещённый коридор. Он потёр затылок, пытаясь понять, куда идти и что вообще происходит. Однако его замешательство длилось недолго: стоило ему шагнуть вперёд, как он заметил нескольких слуг, которые неожиданно оказались неподалёку. Их взгляды сразу устремились на него. Хёнджин мгновенно застыл на месте. Он моргнул, понимая, как нелепо выглядит. Его волосы были слегка растрёпаны, а то, что он выходил из комнаты не той, в которой подобает находиться принцу, только сильнее смущало его. Он поджал губы и, пытаясь выглядеть уверенно, поднял указательный палец, показывая на дверь, из которой только что вышел. — Эм… знаете… — начал он, запинаясь, но по-прежнему стараясь держать ровный тон. Он задумался на мгновение, и тут же ему пришло в голову что-то, что, как он решил, будет звучать правдоподобно. — Просто... я не привык спать в роскошных постелях, — быстро проговорил он, нервно озираясь на слуг. — Вот почему я оказался здесь. Эта комната… ну… она напоминает мне о деревне. О родине. Я пришёл сюда, потому что… соскучился по простоте! Понимаете? Он неловко улыбнулся, пытаясь придать своим словам убедительности. Слуги переглянулись, и, несмотря на его оправдания. Один из них, немного поклонившись, спокойно сказал: — Простите за беспокойство, ваше высочество, но сейчас важнее другое. Вам стоит пойти к Его Величеству. — К отцу? АйЕн буквально влетел в комнату, широко распахнув двери и шумно вздохнув. Глаза тут же нашли его отца, лежащего на кровати, и он поспешил подойти ближе. — Отец, — выдохнул АйЕн, остановившись у самой постели. Король повернул голову в его сторону, медленно и с растроганным взглядом. Несмотря на свою слабость, он посмотрел на младшего сына с теплотой, словно желая утешить его одним выражением лица. Всё, что АйЕн увидел, только сильнее надломило его. — Не смей, отец, — он срывался, почти кричал, его голос дрожал от нахлынувших эмоций. — Не оставляй меня. Ты не можешь просто так взять и уйти! Король только вздохнул, усилием улыбнулся, будто пытаясь сказать: "Не волнуйся". В этот момент в комнату вбежал Хёнджин, его дыхание было сбивчивым от быстрого бега. Заметив отца, он застыл у двери. Его взгляд метался между королём и АйЕном. Но он почему-то не шевелился, словно боялся сделать лишний шаг. АйЕн бросил короткий взгляд на брата, но затем снова перевёл своё внимание на короля. Его руки сжались в кулаки, а затем он развернулся к отцу: — Почему ты улыбаешься? — его голос напрягся, и в нём слышалась невыносимая злость, разбавленная отчаянием. — Не делай это. Вставай! Перестань притворяться умирающим! Ты ещё не можешь уйти! Феликс шагнул ближе, желая сделать хоть что-нибудь, чтобы унять бурю в душе АйЕна. Он хотел положить руку на плечо принца, чтобы хоть как-то его утешить. Но АйЕн резко отдёрнулся, не позволяя никому прикоснуться к себе. Упал на колени у постели, не в силах держаться на ногах. Его рука дрожащими пальцами схватилась за ладонь отца, словно держась за последние крупицы надежды, которые он пытался удержать. Хёнджин отошёл от своей растерянности и медленно шагнул вперёд. Подойдя ближе, он остановился у другой стороны кровати, напротив АйЕна. Король открыл глаза едва заметно, уловив приближение старшего сына. — Хёнджин, — сказал он, смотря прямо на него, а затем слегка повернул голову к Феликсу. — Я сказал Феликсу… кто унаследует престол. Феликс чуть заметно кивнул, но остался молчаливым. Король с трудом повернулся к потолку. — Делай во всём лучше… чем я, — продолжил он, его голос звучал всё тише с каждым словом, словно дыхание покидало его тело. Медленно закрыл глаза, и его лицо стало спокойным, словно он, наконец, обрёл облегчение. После долгого вдоха он выдохнул последний раз. АйЕн покачал головой, не в силах принять всю тяжесть происходящего. Он резко поднялся на ноги, всё ещё удерживая руку отца, и начал трясти его за плечо, как будто мог разбудить. — Ты должен завтра жениться, отец! — голос АйЕна сорвался на крик, наполненный болью и негодованием. — Как ты мог так уйти?! Это неправильно. Но отец не ответил. АйЕн тяжело дышал, продолжая бесполезные попытки, пока Феликс подошёл к нему. В руках он держал запечатанный конверт с восковой печатью. — Отец оставил это тебе, — проговорил Феликс тихо, протягивая письмо АйЕну. Это были последние слова, последнее наставление отца. Но принц даже не посмотрел на бумагу. Он не знал, что делать, куда идти и как справиться с этой бездной внутри. Он просто стоял, ошеломлённый, ни на что не реагируя. Его плечи дрожали. — Ваше Величество, — внезапно произнёс Феликс, сменив интонацию. АйЕн моргнул, словно не расслышал. — Что? Феликс посмотрел прямо на него и кивнул, словно подтверждая его новый статус. Все, кто находился в комнате начали кланяться АйЕну. — Ваше Величество, — прозвучало из окружающих голов, склонённых в знак почтения. Глаза АйЕна широко распахнулись от шока. Его взгляд метнулся к Хёнджину, как будто он искал у старшего брата поддержки, совета или хоть какого-то объяснения. Но Хёнджин молча кивнул. АйЕн побледнел, его губы дрогнули. Не сказав ни слова, он резко развернулся и покинул комнату. В коридоре, равняясь друг с другом, выстроились слуги и стражи. Они стояли в безупречном порядке, словно заранее знали, что АйЕн станет правителем. Они склонили головы, провожая его уважительными словами: — Да здравствует Его Величество. Да здравствует король. АйЕн не говорил ни слова, не смотрел на них, не замечал ничего. Слёзы туманили его взгляд, и он ушёл прочь, не пытаясь скрыть свою боль. В покоях остались лишь несколько человек. Уджин, советник короля, посмотрел на Феликса и задал вопрос, который наверняка волновал многих: — Почему он выбрал младшего, а не старшего? Феликс, не раздумывая, ответил, посмотрев на Хёнджина. — Потому что у Хёнджина мать не из королевских или знатных родов, — сказал Феликс спокойно, но с намёком на сожаление. — В глазах королевства кровь АйЕна чище.