The coronation

В туманное утро, когда солнце лишь начинало пробиваться сквозь плотные облака, к воротам замка медленно подошёл Хёнджин. Он шагал осторожно, держа над мешок округлой формы, с которого капала свежая кровь. Двое стражников, стоявшие на страже у ворот, сразу заметили и насторожились. — Эй, что у тебя там? — крикнул один из стражников, обмениваясь озадаченным взглядом со своим напарником. Хёнджин остановился. — Я старший сын его величества, пришёл к... — начал он, но вдруг осознал, что забыл, к кому именно пришёл. — Эм... пре... Тем временем, за кустом прячутся Феликс, Лино и король, наблюдая за происходящим. — К советнику, говори к советнику! — шепотом сердито напомнил Феликс. — Да, тише ты, — прошипел Лино, толкнув Феликса локтем. — Я принёс голову, — Хёнджин поднял мешок чуть выше, чтобы было видно, как с него капает кровь. — Чью? — усмехнулся один из стражников. — Его величества. Прозвучавшие слова заставили стражников замереть. — Э... хорошо, — ответил второй стражник, стараясь сохранить хладнокровие. Они схватили Хёнджина под руки, пытаясь не капнуть на себя кровью с мешка, и повели его внутрь замка. Троица аккуратно вылезла из-за куста и поспешила к казарме. А Чанбин и Чан, прятавшиеся в тени, осторожно пробирались к тайному входу. Внутри казармы было шумно и душно: солдаты отдыхали после ночного дежурства, кто-то играл в карты, другие просто болтали. Как только троица вошла, шум мгновенно стих — все солдаты вскочили с мест, настороженно глядя на нежданных гостей. Один из солдат, особенно сурового вида, шагнул вперёд, держа руку на рукояти меча. — Что вам здесь надо? — резко спросил он, оглядывая незваных гостей. Феликс, не растерявшись, сделал шаг вперёд. — Мы пришли, чтобы покончить с предательством в этом замке, — громко заявил он. Солдаты тут же подняли оружие, готовясь к схватке. Лино, быстрым движением схватив меч с ближайшего столба, вступил в бой с первым нападавшим. Несколько мгновений в казарме царил хаос: клинки стучали, кто-то из солдат кричал, падая на пол. Но внезапно громкий голос короля прорезал шум: — Остановитесь сейчас же! — его авторитетный голос наполнил помещение, заставляя всех замереть. Все, включая Феликса и Лино, остановились и обернулись к королю. — Почему вы решили разжечь мятеж против вашего законного правителя? — гневно продолжил король, глядя на солдат с осуждением. Один из солдат сделал шаг вперёд, опустив оружие. — Ваше Величество? Мы... — начал он, — мы были вынуждены подчиниться приказам советника, иначе нас бы казнили. — Ложь и страх не могут быть оправданием предательства, — сурово ответил король. — Я доверял вам, а вы решили сменить сторону за спиной вашего короля. Солдаты поникли, осознавая всю тяжесть своих действий. Они не могли больше спорить с королём. — Вам предоставляется последний шанс, — продолжил король, смягчив тон. — Присоединяйтесь ко мне, сражайтесь за справедливость и верните честь своему имени. Тишина заполнила казарму, пока солдаты переваривали слова короля. Один за другим они начали опускать свои оружия. Чан и Чанбин тихо пробирались по коридору замка, прислушиваясь к каждому звуку. — Скорее, неизвестно, что сделают с Хёнджином, — торопил Чан, нервно оглядываясь то и дело. Внезапно они услышали стук и крик, доносящиеся из маленькой комнаты. Оба мгновенно замерли на месте, прислушиваясь к голосу, который доносился из-за двери. — Выпустите меня, мне нужно отлить! — пронзительно кричал кто-то изнутри. Это был явно голос Уджина. — Уджин, это ты? — спросил Чанбин, подходя ближе к двери. — Да, да! — услышал он нервный ответ. Чанбин попробовал открыть дверь, но она оказалась заперта на ключ. — Где ключ? — спросил он, слегка раздражённый. — Не знаю, у кого он, может быть у отца или у стражи, — ответил Уджин изнутри комнаты, звуча весьма обеспокоенно. Чан крепко сжал кулаки. — Эй, Хёнджина нужно спасти! — нетерпеливо напомнил он. Чанбин посмотрел на дверь, потом на Чана, вздохнув. — Извини, Уджин, вернёмся как только закончим, — сказал Чанбин, отступая от двери. Уджин услышал, как их шаги удаляются по коридору. — Спасать Хёнджина? Его высочество? — прошептал он сам себе, осознавая серьезность ситуации. Он быстро подбежал к маленькому окну, открыл его и выглянул вниз. Высота была пугающей, но выбора не оставалось. Его взгляд быстро осмотрел обстановку комнаты: здесь определённо не было тайной двери, как в королевских покоях. Тогда его глаза остановились на постели. Он подошёл к ней, стал энергично снимать простыню, затем пододеяльник. Короткими, резкими движениями он связывал их вместе, создавая импровизированную верёвку. — Надеюсь, это выдержит мой вес, — пробормотал он, торопливо дергая за ткань, чтобы проверить её на прочность. Укрепив свою самодельную верёвку, Уджин подошёл к окну и принялся снимать тяжёлые шторы. Их ткань была плотной и крепкой, идеально подходящей для его плана. Он связал их с уже готовой верёвкой, тем самым немного удлинив её и увеличив шансы на успешный побег. Бросил её в окно, оставив один конец привязанным к кровати. Убедившись, что верёвка прочно закреплена, он начал осторожно спускаться вниз. — Главное не смотреть вниз. Уджин продвигался всё ниже и ниже, стараясь не смотреть вниз и сосредотачиваясь исключительно на своих движениях и контроле за верёвкой. Медленно, но уверенно, Уджин достиг земли. Отпустив верёвку, он огляделся, собираясь с мыслями. Когда Хёнджина ввели в величественный зал, старый советник поднял на него изучающий взгляд и слегка усмехнулся. — Хёнджин, ты утверждаешь, что принёс мне голову своего отца? Сложно поверить в такую дерзость. Хёнджин, не теряя хладнокровия, ответил: — Да, я это сделал. Отец оставил меня в стороне, как будто я ему не нужен. Советник вздохнул и посмотрел на юношу с лёгким сожалением. — Но его величество собирался передать тебе трон. — Я не хочу трона. На лице советника промелькнула серьёзность, и он медленно кивнул. — К сожалению, я не могу оставить тебя в живых. Королевская семья должна исчезнуть навсегда. Стражи вытянули мечи и приблизились к нему, окружая напряжённым кольцом. Хёнджин выдал тихий смешок. — Покажи голову, — резко велел старик, его глаза вспыхнули недоверием. Хёнджин сунул руку внутрь, словно собирался извлечь сокровище. Но вместо этого он медленно вынул оттуда... капусту. На мгновение настала замешательство, затем лицо советника перекосилось от гнева. — Убить его! — крикнул он, и эхо его голоса разнеслось по залу, словно гром. Первый страж, не теряя времени, занёс меч и ринулся на Хёнджина. Но тот, проявив удивительное проворство, выставил капусту как щит. Лезвие меча глубоко вонзилось в овощ. Вторая стража уже готовилась к атаке, но внезапно в распахнутые двери вбежал Чан. Он был легок, как ветер, и без промедления выстрелил стрелу из своего лука, целя во второго стража. Стрела поразила цель, заставив врага отступить и ослабить хватку. Старик, наблюдая за внезапно разразившейся битвой, сделал шаг назад. В этот момент двери зала распахнулись вновь, и в помещение вошли король вместе с Лино и Феликсом. Король бросил властный взгляд на происходящее и обнажил свой меч. Советник, понимая, что время улетучивается, схватил меч, оставленный стражей, и направился к королю с решимостью в глазах. Их клинки встретились со звоном. Лино и Феликс, заметив столкновение, бросились на помощь королю, но он, показав жестом, приказал им заняться стражами, давая понять, что битва с советником – его личная. Уджин ворвался в зал. В первый же миг он увидел, как советник с проклятием поранил короля. Кровь проступила на его боковой талии, отчего король вынужденно отступил назад, прижимая окровавленную руку к ране. — Отец! — вскрикнул Уджин, его голос прорезал воздух, наполненный напряжением. — Остановись! Но советник, ослеплённый злостью и отчаянием, не остановился. Он вновь занёс меч, намереваясь нанести окончательный удар королю. Однако Лино, обладая ловкостью, кинулся вперед. Молниеносным движением он выбил меч из рук советника, и тот со звоном упал на пол, отскочив пару раз в сторону. Король, чувствуя боль от раны, прижимал ладонь к боку, стараясь сдержать кровотечение и сохранить стойкость. Советник, оторвавшись от короля, развернулся к своему сыну, Уджину. Его глаза пылали гневом и отчаянием. — Прикажи его убить! Ты — правитель, — приказал он, голос его был полон ярости и мольбы одновременно. Но Уджин, несмотря на страх, покачал головой и произнёс: — Нет. Эти слова, подобно грому, повисли в воздухе. Советник, не веря услышанному, схватил сына за воротник, затряс, как будто это могло изменить его мнение. — Ты... — прохрипел он. В этот самый миг в зал влетел орёл. Его мощные крылья разорвали воздух, словно буря, и он обрушился на советника. Орёл кружил над головой, нанося удары когтями, отвлекая советника и вынуждая его выпустить сына. Советник, подняв голову, чтобы избавиться от атаки, потерял равновесие и отступил, освободив Уджина. Орёл, как посланник правосудия, продолжал атаковать, не позволяя советнику вернуть себе контроль. Уджин удивился при виде вернувшегося питомца. Советник, яростно размахивая руками, чтобы отогнать пернатого противника, постепенно отступал назад, в итоге оказываясь на самом краю балкона. Уджин наблюдал за этой сценой, его ум лихорадочно обрабатывал случившееся. Он бросил короткий взгляд на короля, который страдал от ранения, и понимание того, что нужно действовать, окрепло в его сознании. Собрав все силы, Уджин рванулся вперёд. Страх, боль и решимость смешались в нем, создавая мощный поток эмоций. Он добрался до своего отца и с неожиданной для себя самого силой толкнул его в грудь. Советник, не сумел удержаться и, с отчаянием в глазах, перелетев через перила балкона, устремился вниз. Уджин не отводя взгляда, следил, как его отец исчезает внизу. Сердце болезненно сжалось, и он медленно опустился на колени, в оцепенении, осознавая всю трагичность и неизбежность свершившегося. Слёзы текли по его щекам, словно отражение внутренней борьбы — потери и освобождения одновременно. Его орёл сел на перила балкона, словно молчаливый страж, наблюдающий за своим молодым хозяином. Остальные в зале, осознав, насколько изменился расклад сил, встрепенулись. Быстро обдумав ситуацию, Лино и Феликс первым делом кинулись к королю, помогая ему подняться и поддерживая его. Они понимали, что каждая секунда важна: король нуждался в медицинской помощи. Хёнджин медленно подошёл к Уджину, который всё ещё сидел на коленях у балкона. Его взгляд был устремлён вдаль, в то место, где только что исчез его отец. Хёнджин, видя его горе и смятение, осторожно протянул руку, приглашая его встать. Уджин, подняв голову, встретился взглядом с ним и, наконец, медленно, почти нерешительно, принял его руку, позволяя себе поддержку. Тем временем в зал вошли АйЕн и Сынмин. Они были готовы вступить в бой, если это понадобится. Однако, входя, они застали совсем не ту картину, которую ожидали. Тела павших стражников уже убирали. АйЕн быстро оценил обстановку и двинулся вперёд. Чанбин, опередив его, подошёл, отражая общую тревогу: — Ваше высочество, — обратился он к АйЕну. — Как это произошло? — Его величество, борется со жизнью. Без лишних вопросов АйЕн тут же бросился к королю. Прошло три месяца. Хёнджин, теперь будучи официальным наследником престола, старался привыкнуть к своим новым обязанностям и роли. Он сидел в просторной зале, окружённый стопками книг и свитков, которые необходимо было изучить. Несмотря на всю важность его новой роли, он не мог избавиться от чувства, что жизнь в замке была слишком однообразной и строгой по сравнению с беззаботностью деревенских дней. Он невольно зевнул и потянулся, пытаясь хоть как-то встряхнуться. По коридору проходил король. Замедлив шаги, он выглянул в приоткрытую дверь кабинета и с доброй улыбкой тихо спросил: — Как ему удаётся привыкать? Возле двери стоял новый служащий, Хан, который наблюдал за Хёнджином и был свидетелем того, как тот старается освоиться в новой роли. Хан слегка пожал плечами, с уважением и пониманием ответив: — Думаю, ему потребуется ещё время, чтобы полностью вжиться в новую роль. Король кивнул, прекрасно понимая, что адаптация к столь ответственной задаче требует времени и терпения. Хёнджин подошёл к окну, за которым открывался вид на ухоженный сад замка. Среди зелени его взор сразу привлёк Феликс — единственный блондин в замке, чьи светлые волосы ярко обрамляли солнечные лучи. Он сопровождал принца АйЕна, обсуждая с ним что-то важное. Феликс, словно почувствовав, что за ним наблюдают, поднял голову и его взгляд встретился с Хёнджином. Обменявшись улыбками, они в молчаливом взаимопонимании отметили радость момента. АйЕн тоже заметил Хёнджина у окна и приглашающе махнул ему рукой. Решив отложить скучные обязательства, Хёнджин покинул зал, бурлящего желанием присоединиться к ним. Проходя по коридору, он мельком кивнул отцу, который был погружён в свои мысли, прогуливаясь теми же коридорами. — Ваше высочество, а как же учёба? — вежливо спросил Хан, наблюдая, как Хёнджин устремляется прочь от своих обязанностей. — Пусть идёт, — промолвил король, едва слышно, но достаточно утвердительно. Получив разрешение, Хан кивнул и поспешил следом за Хёнджином, чтобы не отставать от его стремительного шага. Хёнджин, пересёк двор и быстро приблизился к Феликсу и АйЕну, которые нетерпеливо ждали его среди благоухающих кустов роз. АйЕн, озорно подмигнув, предложил: — Побежали! Пока Хан не нашёл тебя. Не теряя ни мгновения, троица сорвалась с места и побежала через сад. Хан вышел на свежий воздух, с трудом следуя по только что оставленным следам наследника. Обеспокоенным взором он окидывал пространство сада, всматриваясь в самые отдалённые уголки. — Ваше высочество! — в очередной раз позвал он, надеясь услышать хоть какой-то ответ. Не заметив где его подопечный, Хан решил направиться в другую сторону, туда, где ещё не искал. Парни, смеясь и задыхаясь от быстрого бега, добрались до конюшен, где запах свежего сена смешивался с лёгким ароматом древесины. АйЕн, не теряя времени, вывел одну из лошадей из стойла и, ведя её за повод, направился к Хёнджину. — Это тебе, дарю, — сказал он с улыбкой. Хёнджин был в восторге. Он осторожно протянул руку и нежно коснулся мягкой шёрстки лошади, его глаза загорались от счастья. — Спасибо, это самый лучший подарок в мой день рождения, — с искренней благодарностью произнёс он. АйЕн засмеялся, вспомнив свой опыт с этой лошадью. — Будь осторожен с ним. Однажды он сбросил меня прямо в грязь на свиноферме. Хёнджин не удержался от смеха: — А потом захотел съесть его… Лошадь, как будто услышав, фыркнула в ответ. — Эй, я же всё-таки не съел тебя, — АйЕн, обращаясь к лошади, похлопал её по шее, как бы утешая. Феликс тоже не удержался и присоединился к общему веселью. — Ладно, покатайся, — предложил АйЕн, потом посмотрел на Феликса. — Ты тоже. Феликс замешкался: — Я? А как же обязанности? АйЕн махнул рукой, отмахиваясь от серьёзности: — Всё в порядке, я вас прикрою. Но Хёнджин всё ещё улыбался, оседлав лошадь: — Мы ведь встречаемся по ночам в покоях, — ответил он. АйЕн настоял: — Вам нужно на свежем воздухе развеяться. АйЕн остался заботиться о лошадях в конюшне, пока Хёнджин и Феликс неспешно отправились на прогулку. Прогулявшись по живописным холмам, они нашли идеальное место, где можно было остановиться и насладиться моментом покоя и уединённости. На мягкой траве, под ласковыми лучами послеполуденного солнца, они легли в объятиях. Их руки, играя, тянулись друг к другу, и вскоре пальцы переплелись. — Сегодня бал в честь твоего дня рождения, знаешь да? — напомнил Феликс, немного грустно. — Конечно. Феликс немного приуныл, вздохнув глубже: — Его величество, возможно, найдёт для тебя невесту. Фраза будто нависла угрюмой тучей над их счастливым мгновением. Но Хёнджин, как всегда, готовый бороться за своё счастье, уверенно произнёс: — Я откажусь. Феликс, услышав столь уверенное заявление, поднял голову с груди Хёнджина, его глаза искрились тревогой. — Ты не можешь отказаться. Однако Хёнджин приподнялся на локтях, предоставляя своё незаменимое мнение: — Ещё как могу. Феликс всмотрелся в его лицо, явно переживая за него, но стараясь поддерживать его выбор: — Женись. Вопросительно и с лёгкой грустью Хёнджин добавил: — А как же ты? Феликс невольно пожал плечами, стараясь спрятать все эмоции внутри, но верность и любовь не скрыть. — Могу к тебе прийти иногда? — спросил Хёнджин, желая, чтобы ничего не изменилось в их отношениях. Феликс задумчиво посмотрел на него, с пониманием и тихой признательностью кивнул в ответ. Улыбка осветила лицо Хёнджина, и, приблизившись, он нежно притянул Феликса к себе, их губы встретились в поцелуе, говорящем больше, чем могли слова. Внезапно, Феликс вспомнил слухи, будоражащие дворец: — Кое-кто запала на тебя. Заинтригованный, Хёнджин поднял бровь в удивлении: — Кто? АйЕн вернулся из конюшни один, его внимание привлекла нежная мелодия, исполняемая на пианино. И он сразу догадался, кто за инструментом — его супруга Юнси. Как зачарованный, АйЕн последовал за звуками в гостиную, где Юнси сидела за роялем. Он подошёл тихо, стараясь не нарушить её уединение, и осторожно присел рядом. — Ты освоилась, — заметил АйЕн с лёгкой улыбкой. Юнси остановилась и повернулась к нему: — Может, сыграем вместе? — предложил он, ободряюще, беря ноты и листая страницы в поисках подходящей мелодии. — Вот эту. — Да, — ответила она, готовая к совместному исполнению. Они начали играть в гармонии, но в какой-то момент она ошиблась. АйЕн, заметив это, мягко взял её руку, направляя к нужной клавише. Их взгляды встретились, ближе, чем когда-либо прежде, будто время остановилось. Они осторожно, с замиранием, приблизились друг к другу, глаза закрылись в ожидании нежного момента. Но вдруг в комнату влетел Хан, прервав их магическое мгновение резким стуком свою срочностью: — Ваше высочество, где ваш брат? АйЕн, раздосадованный из-за того, что возникшая между ними гармония была нарушена, взглянул на Хана с лёгким раздражением. Юнси отстранилась, попыталась вернуться к музыке, но её мысли всё ещё оставались где-то рядом с тем неслучившимся поцелуем. Стоило АйЕну сгладить волнение и вернуть спокойствие, как он мягким голосом ответил: — Он уехал кататься верхом с Феликсом. Хан склонился в поклоне и быстро вышел из помещении, оставив за собой лишь тихий звук закрывающейся двери. АйЕн остался неподвижным на мгновение, его взгляд устремился к Юнси, которая, слегка смущённая, снова опустила взгляд на клавиши. Он вздохнул, стараясь прогнать раздражение из-за прерванного момента и обратился к ней: — На чём мы остановились? Юнси растерянно посмотрела на него, её голос прозвучал тихо: — Я ошиблась… Но прежде чем она смогла продолжить, АйЕн внезапно прибавил смелости. Он чуть наклонился вперёд и поцеловал её в губы. Это было неожиданно — даже для него самого. Юнси робко отстранилась, её щёки порозовели, и она посмотрела на него широко раскрытыми глазами. АйЕн тихо вздохнул, не отводя взгляда: — Я понимаю, почему ты злишься на меня иногда. И я хочу, чтобы ты знала: я больше не такой, как раньше. Его голос звучал искренне, словно это было обещание. АйЕн аккуратно обхватил её лицо своими ладонями, его большие пальцы коснулись тепла её щёк, и прежде чем она что-либо ответила, он снова приблизился. На этот раз поцелуй был глубоким, но нежным, как будто в каждой секунде он пытался выразить то, что не мог сказать словами. Юнси на мгновение замерла, а затем медленно закрыла глаза. Её руки неуверенно коснулись его плеч, когда она вновь склонилась к нему. Но он не остановился — словно что-то внутри него изменилось, он обвил руками её талию, крепко прижимая к себе. Он осторожно коснулся губами её шеи, оставив короткий, почти невесомый поцелуй, а затем ещё один. Юнси почувствовала, как её дыхание стало чаще, её губы дрогнули, но она не могла произнести ни слова. АйЕн, ведомый внезапным вихрем эмоций, поднял её чуть выше и усадил прямо на край пианино. Юнси положила руки на его грудь, мягко, но решительно оттолкнув его, заставив остановиться. — Нет, — сказала она тихо, но твёрдо. АйЕн замер, его руки всё ещё лежали на её талии. Он едва приподнял голову, чтобы посмотреть на неё, его взор был полон растерянности. — Я видела тебя здесь с другой, — наконец проговорила Юнси, голос её дрожал, но она стояла с гордо поднятой головой. — Тогда. — Это в прошлом, Юнси, — выдохнул он, пытаясь сгладить её боль. — Тогда я был не уверен... жениться на тебе. Она молча слезла с пианино, отстраняясь от него, будто между ними образовалась невидимая стена. — Ты был с кем-то… в нашу брачную ночь, — бросила она. АйЕн не сразу нашёл, что сказать. Он опустил взгляд, избегая её глаз. Он знал, что правда уже неизбежно выплыла наружу. — Это так? — её голос стал резче. АйЕн сглотнул и, собрав волю в кулак, ответил: — Да. Это так. Но тогда я был другим. И… я её оттолкнул. Он попытался сделать шаг к Юнси, но она подняла руку, не позволяя ему подойти. Юнси отвернулась и направилась к двери. Она больше не хотела слышать ничего от него. АйЕн огорченно вздохнул. Вечер окутал замок мягкими огнями свечей и отблесками роскошных люстр. Музыка наполняла зал, гости кружились в танцах, их смех тонул в звуках скрипки и фортепиано. Король с матерью Хёнджина решили прогуляться в оранжерее. Они держались за руки, словно возвращаясь в дни, когда ими владела только любовь и ничего больше. Они шли среди высоких растений, где воздух был пропитан сладковатым ароматом цветов, а свет полной луны проникал сквозь стеклянный потолок, отбрасывая на них мягкие серебристые отблески. Король был задумчив, а она рассказывала о тех временах, которые казались таким далёким воспоминанием. — Он бегал по полям, собирая дикие цветы, а потом приносил их мне, гордо называя "подарком". — Она улыбнулась, опуская глаза, будто где-то там, в памяти, снова видела своего сына маленьким мальчиком. — Он каждый вечер сидел у реки и ловил рыбу. Говорил, что станет самым великим рыбаком в деревне. Даже в грязных руках его лицо светилось от счастья! Король смотрел на неё, чувствуя волну глубокого сожаления. Эти образы, такие яркие и живые, заставили его сердце сжаться. — А я всё это упустил, — тихо сказал он, чуть склонив голову. Он перевёл взгляд на стеклянный потолок, куда луна заглядывала, как случайный путник. — Что мне нужно сделать, чтобы он меня простил? — прошептал король с невольным страхом потерянного. Она задумалась, слегка сжав его руку, будто это могло дать ему хоть какую-то поддержку. — Он больше всего хотел бы вернуться туда. Король горько рассмеялся, покачав головой. — Но он уже правитель. У него нет возможностей для таких желаний, — сказал он, тяжело вздохнув. Она посмотрела на него чуть строже, но с пониманием. — Я говорю "если бы". Если бы он мог вернуться и снова почувствовать ту свободу. И с Феликсом, конечно. Король нахмурился. — С Феликсом? — переспросил он, не до конца понимая, что она имела в виду. Она только коротко кивнула, не углубляясь в объяснения. Но прежде чем он смог спросить что-либо ещё, его будто пронзила резкая боль в боку. Он резко положил руку на место, где ранее было получено ранение. Лицо исказилось от боли. — Ты в порядке? — встревоженно спросила она, прижимаясь ближе к нему. — Тебе плохо? Может, вернёмся в покои? Король, дыша через силу, выдавил слабую улыбку. — Нет, — ответил он твёрдо, но голос его звучал глухо. — Всё хорошо. — Помнишь, я здесь сделал тебе предложение? Она глубоко вздохнула, прежде чем ответить: — Да, — сказала она, чуть неуловимо улыбнувшись, — но тебя женили на другой. А меня… ты отправил, как только узнал о моём положении. В её голосе не было упрёка, только тихая грусть. Король вдруг почувствовал, как эти слова словно стали тяжёлым камнем на его груди. Он закрыл глаза на мгновение, а затем снова посмотрел на неё. — На этот раз выйдешь за меня? — спросил он, его голос слегка дрогнул, но в нём была надежда. Она удивлённо посмотрела на него, её глаза расширились, но за этим удивлением было нечто большее — тепло, которое она так долго держала в себе. Ощущая, как её сердце наполняется неожиданным счастьем, она медленно улыбнулась и коротко кивнула: — Да. Эти простые слова растворились в тишине, но для них они значили всё. Король наклонился ближе и обнял её, осторожно, словно боялся, что этот момент исчезнет, как хрупкий сон. — Теперь никто и ничто не разрушит нас, — прошептал он, погружая лицо в её волосы, где чувствовался тот самый родной аромат, который он не мог забыть. Вернулись на бал. Музыка захватывала внимание, а пары кружились в танце под светом хрустальных люстр. Их места находились немного в стороне от центра веселья, что позволяло им наблюдать за происходящим, не привлекая к себе слишком много внимания. АйЕн и Хёнджин, те сидели бок о бок, как раз обсуждая нечто между собой. Король, заметив их неподвижность среди танцующих гостей, слегка наклонился к ним и с улыбкой спросил: — Вы почему не танцуете? АйЕн коротко обменялся взглядом с Юнси, которая сидела рядом, но она тут же отвела взгляд. — Супруга не хочет, — пояснил АйЕн. Король перевёл взгляд на старшего сына. — А как насчёт тебя, Хёнджин? — спросил он с ноткой любопытства. Хёнджин слегка выпрямился, но его ответ прозвучал неуверенно: — Ну, ещё не решил... Король, желая разрядить обстановку, попытался подбодрить его: — Ты можешь выбрать себе будущую супругу здесь. Конечно, ту, которая тебе понравится, — добавил он с тёплой улыбкой. АйЕн, услышав отцовские слова, вдруг нахмурился от неожиданности. Его голос прорезал шум бала, когда он удивлённо произнёс: — Выбирать себе самому? А меня заставили жениться на которой я не хотел... — В его тоне звучала тихая обида. Наступившее неловкое молчание нарушила Юнси, которая вдруг встала. Она отошла, не говоря ни слова, пытаясь скрыть свои чувства от окружающих. АйЕн, осознав, что его слова ранили её, тут же вскочил, окликая её: — Подожди! Юнси прошла через зал быстрыми шагами, направляясь к выходу, оставляя гостей в недоумении. АйЕн бросился за ней, его лицо выражало беспокойство и страх потерять её. Феликс слегка склонил голову в сторону, указывая Хёнджину на девушку среди гостей. Она, словно солнечный луч, выделялась и улыбалась Хёнджину, её глаза светились озорством. Хёнджин посмотрел в указанном направлении и, поймав её взгляд, почувствовал, как его сердце пропустило удар. Он бросил ошеломлённый взгляд на Феликса, который с лёгкой усмешкой кивнул, как бы говоря: "Да, это она!" — Иди к ней! — выразил Феликс своими глазами. Но Хёнджин, будто столкнувшись с невидимой преградой, энергично замотал головой, выражая своё нежелание. Король, в стороне наблюдавший за происходящим, заметил эту немую перепалку между ними. Почувствовав искры между Хёнджином и Феликсом, король обратил свой взгляд на свою невесту. Она с лёгким пониманием происходящего, утвердительно кивнула. Хёнджин поднялся с места и тихо, едва наклоняясь к Феликсу, произнёс: — Идём. Феликс решил последовать за Хёнджином, стараясь не привлечь к себе лишнего внимания. Тем временем девушка, что стояла в центре зала и ранее улыбалась Хёнджину, заметила его уход и её лицо омрачилось лёгкой грустью. Хёнджин вёл его по длинным коридорам замка, пока они не оказались в укромном уголке. Оказавшись наедине, он, не теряя времени, притянул Феликса ближе и начал его целовать с явной страстью. — Если нас увидят? — обеспокоенно прошептал Феликс, озираясь и поглядывая из-за угла, опасаясь случайных свидетелей. — Не заставляй меня подойти к ней. Феликс нахмурился: — Карина, дочь одного из герцогов... Но Хёнджин, не давая ему договорить, перебил, вновь наклонившись ближе: — Мне нужен ты! — произнёс он, целуя Феликса ещё сильнее. — Отпусти, — тихо попросил Феликс, наконец отстранившись. Хёнджин, улыбаясь с озорством и уверенностью, отпустил его, отступая на шаг. — Сегодня приходи, ладно? — почти шёпотом добавил он. Пока он возвращался обратно в зал, Феликс ещё раз посмотрел ему вслед, понимая всю противоречивость ситуации. — Хоть пригласи её на танец. АйЕн, пытаясь догнать Юнси, шёл за ней с отчаянной решимостью. Она, явно рассерженная или, возможно, ранимая, шла быстро, стараясь оставить его позади. Однако он упорно не сдавался. — Подожди! — воскликнул он, почти на бегу, едва сдерживая своё волнение. — Не ходи за мной! — резко бросила она через плечо, не замедляя шаг. Её покои, с массивной деревянной дверью, были уже близко. Юнси дошла до них и, не оглядываясь, хлопнула дверью прямо перед его носом. АйЕн остался снаружи, растерянный и немного виноватый. Он медленно поднял руку, чтобы постучать, но остановился на мгновение, опустив её. — Я… я не хотел жениться на тебе изначально, ты ведь знаешь, — проговорил он через дверь, его голос был одновременно робким и уверенным, как будто он пытался разобраться в своих собственных противоречивых чувствах. — Но… я не хотел и тебя расстроить. За дверью повисла тишина. АйЕн стоял на месте, напряжённо вслушиваясь. Он не был уверен, услышала она его или нет. — Кто знал, что я… что я начну чувствовать что-то к тебе? — слова сорвались с его губ прежде, чем он успел обдумать их. — Ты ведь так грустила в саду перед свадьбой. Я подумал тогда… что хотел бы быть тем, кто сможет сделать тебя счастливой. Наступила пауза, длиннее и тягостнее прежней. Ему показалось, что она не ответит вовсе. Принц уже собирался разочарованно развернуться и уйти, но вдруг услышал. Медленный, почти робкий скрип. Дверь приоткрылась. Через щель показалось лицо Юнси. Она смотрела на него внимательно, словно впервые замечая какого-то нового АйЕна, которого до этого она не разглядела. — Я... не понимал, что это за чувства. Это впервые, — добавил он, пытаясь объяснить, что его терзало. — Часто думал о тебе, даже когда хотел быть рядом с кем-то другим. Но всех отталкивал. Юнси, стоя на пороге, внимательно слушала его слова, её глаза блестели от волнения и, возможно, лёгкой надежды. — Ты хотел аннулировать наш брак, как только станешь правителем, — напомнила она ему. АйЕн вздохнул, словно освобождаясь от тяжёлого груза на сердце. — Этого и не будет. Он сделал шаг ближе к двери и осторожно переступил порог, напряжённо наблюдая за её реакцией. Несмотря на своё волнение, Юнси не сделала попытки его остановить. АйЕн понял, что её нерешительность всё же оставила место для него. Желание, как волна, накатывало на него. Он был удивлён, как сильно ему нужна была именно она. И он больше не сомневался. Они стремительно приблизились друг к другу, словно их притягивал магнит. Их губы встретились в нежном поцелуе, который мгновенно разгорелся в пламя страсти. Он прижал её к стене, руки скользнули по её плечам, и она ответила ему, обняв его крепко. С каждой секундой желание становилось всё более невыносимым. АйЕн медленно начал расстёгивать верхнюю часть её платья, его пальцы нежно проводили по её спине. Юнси тоже не оставалась в долгу: её руки быстро переместились к его одежде, она сбросила с него верхнюю тунику, обнажая мускулистую грудь. Платье Юнси не сразу покидало её тело, но вскоре оно оказалось на полу, оставив её в лёгком корсете. Он осторожно приподнял её, и Юнси, слегка удивлённая, обняла его за шею, позволяя ему вести себя, как он хочет. Он положил её на кровать и сам опустился рядом. Его пальцы играли в волосах Юнси, пока он снова не вернулся к её корсету. С каждым движением он снимал с неё лишние преграды, не спеша, чтобы насладиться каждым мгновением, каждым вздохом. Медленно прикоснулся губами к ее груди, чувствуя тепло, исходящее от нее. На ее щеках заиграли румяна и слегка зажмурилась, испуская тихие стоны. А его другая рука оказалась на чувствительном месте, и она едва сдержала вскрик, когда его палец углубился в неё. Боль пронзила её, как острый холод, и она почувствовала, как сердце забилось быстрее, наполняя грудь напряжением. —Тсс, это пройдет, — произнес АйЕн, поднимая мягкий взгляд, пронизанный пониманием. Его голос звучал успокаивающе, словно стараясь облегчить её страхи. Он продолжал держать её взгляд, его губы чуть приподнялись в лёгкой улыбке, которая должна была ободрить и успокоить. Она выдохнула, ощущая, как напряжение начинает понемногу спадать, хотя тело всё ещё реагировало на незнакомое прикосновение. Он продолжал работать пальцем, и постепенно, как будто по волшебству, ей стало привычно. Боль, которая казалась невыносимой, начала угасать, уступая место новому ощущению, непонятному и тревожному. Затем, собравшись с духом, он снял с себя брюки. —Готова? — спросил он. Она едва заметно кивнула, ощущая, как внутри всё сжимается от волнения и неопределенности. Он медленно вошёл внутрь её и осторожные движения стали ритмичными, вместе с ним она начала привыкать к этому новому состоянию. Каждый его толчок вызывал в ней смешанные чувства — страх, нежность, удовольствие, и она сжимала простыни, стараясь сосредоточиться, теряя себя в потоке ощущений. Боль всё ещё ощущалась, но постепенно она стала частью этого момента, частью того, что происходило между ними. Постепенно он усиливал темп, его движения становились всё более энергичными, и в воздухе раздавались громкие стоны. В этот момент у неё возникло первое ощущение на пике, как будто она взмывала в облака, где смешивались восторг и лёгкая паника. Когда он достиг финала, он кончил внутри неё, не вынимая, и в этот момент она почувствовала, как всё вокруг пронзается искрами. Он упал на неё, сбрасывая с себя тяжесть напряжения, и на мгновение все звуки стихли. Несколько секунд пролежав без движения, он немного приподнялся, чтобы встретиться с её взглядом. Его глаза искрились интересом и тревогой. — Как ты? — спросил он, его голос был полон заботы. Король, лежа в своей постели, беспокойно ерзал и кувыркался, не в силах погрузиться в сон. Вздохнув, король медленно встал с кровати, оставив тёплые одеяла в беспорядке. Приподняв свою длинную ночную рубашку, он осмотрел шрам, простирающийся вдоль его бока. Рана была тщательно зашита искусными руками придворного лекаря, но сегодня что-то изменилось. Кожа вокруг шрама приняла зловещий синеватый оттенок. Это не было простым кровоподтёком или следом заживления — здесь было что-то зловещее, что пробудило страхи короля.