В тени чар и времени

Северус шагал по длинному, полутёмному коридору Малфойского поместья. Его шаги были размеренными, почти механическими, но мысли бурлили, словно кипящий котёл. Ужин оставил странное послевкусие — смесь триумфа и тревоги. Он чувствовал себя усталым, но одновременно окрылённым: он справился, не сломался под тяжестью пристальных алых глаз Лорда Марволо. «И всё же… я на этом пути теперь не просто ученик. Он заметил меня. Но что это значит? Вложение в моё образование? Подарок?» Северус раздражённо тряхнул головой, словно пытаясь избавиться от липких мыслей. Достигнув своей комнаты, он вошёл внутрь, закрыв дверь за собой чуть громче, чем планировал. Комната была уютной, но роскошной: мягкий ковёр, темно-зелёные шторы, приглушённый свет от магического светильника. Всё здесь казалось тщательно продуманным, но Северус не обращал на это внимания. Он медленно сел на край кровати, склонив голову, и вздохнул. «Сегодня был долгий день… но я справился. Мои знания, моя выдержка — они выдержали проверку. А эта легилименция…»— он вспомнил, как Лорд Марволо попытался проникнуть в его сознание, и его губы чуть дрогнули в тени мрачной усмешки.«Он думает, что знает обо мне всё. Но я не настолько прост.» Решив смыть с себя груз дня, Северус направился в ванную комнату. Горячая вода обжигала кожу, но это было именно то, что нужно. Словно струи воды могли смыть не только усталость, но и навязчивые образы. Он заметил аккуратно сложенную пижаму на полке. Чистый, изысканный комплект, который явно оставила Нарцисса. На мгновение его охватило раздражение, но он решил принять и этот жест. «Дар маловажен, если можно сосредоточиться на главном,»— подумал он, переодеваясь в мягкую ткань, которая приятно облегала его тело. Лёжа в постели, Северус наконец позволил своему телу расслабиться. Усталость навалилась мгновенно, словно его мышцы ждали только этого момента. Но стоило ему закрыть глаза, как перед ним возник образ. Она. Маленькая Брейдс, с её зелёными глазами и упрямо поджатым ртом, читающая слова из древнего дневника. Он снова видел эту сцену, видел, как вспыхнула магия, как что-то невидимое связало их… Гнев запылал в его груди, но он тут же подавил его.«Эта девчонка — моё проклятие. Но никто не должен знать. Если кто-то узнает о связи, она станет моей слабостью. А слабости недопустимы.» С этими мыслями он наконец позволил себе провалиться в сон. Северус очутился в коридорах, которые ему были смутно знакомы, но выглядели странно размыто, словно туман покрывал каждую деталь. Он чувствует себя выше, сильнее, как будто прошло несколько лет. Его движения были увереннее, плечи шире, голос внутри него звучал спокойнее и сильнее. Он шёл, слегка сутулясь, его мантия развевалась за ним, а ботинки гулко отдавались в каменных стенах. Внезапно, за углом он услышал шёпот и тихий, быстрый звук шагов. Он повернул за угол, и его взгляд упал на фигуру. — Смотрите, куда идёте, — резко бросил он, голос звучал низко и грубо. — Что вы тут делаете так поздно? Девушка вздрогнула и обернулась. Она выглядела так, будто только что бежала, её щёки горели, растрёпанные волосы небрежной косой падали на плечи. Зелёные глаза смотрели на него испуганно, но с какой-то внутренней сталью. — Брейдс, — проговорил он, нахмурившись, — опять ты. Сколько раз я говорил, чтобы ты после отбоя не беспокоила меня? Она открыла рот, но тут же захлопнула его, словно слова застряли в горле. Это раздражало. — Что на этот раз? — рявкнул он, подходя ближе. — Я… я… это не важно, — её голос дрожал, но в нём всё же звучала упрямость. Она не смотрела на него, но он знал, что она ощущает его гнев. Это разозлило его ещё больше. — Ты выводишь меня из себя, — прошипел он, хватая её за руки и прижимая к стене. Его пальцы замкнулись вокруг её запястий. — Ты моё проклятие. И вдруг он почувствовал это. Тепло. Свечение. Её запястья под его пальцами начали мягко светиться. Свет струился из-под её рукавов, и он понял, что то же самое происходит с его собственной рукой. Это было слишком. Её лицо было так близко, её дыхание обжигало его кожу. Зелёные глаза смотрели на него с вызовом, но в них была искра, от которой внутри него разгоралось пламя. — Ты… — прошептал он, но слова застряли у него в горле. Северус чувствовал тепло её запястий под своими пальцами. Свет, излучаемый ими, был мягким, пульсирующим, словно вторил биению их сердец. Это было странно, почти гипнотически, но он не мог отвести взгляда. Её зелёные глаза блестели вызовом, но в них читалась тревога, будто она сама не до конца понимала, что происходит. Словно её внутренний мир боролся между страхом и чем-то более глубоким, неясным, что тянуло её к нему. Её дыхание было прерывистым, а тонкая ткань свитера, облегающая её фигуру, с каждым вдохом подчёркивала эту борьбу. Северус не мог отвести взгляд. Вся его натренированная сдержанность рушилась, как карточный домик под натиском магии, связывающей их. Это не было просто физическим ощущением — это было чем-то большим, незримым, но осязаемым. Каждый её вдох отзывался эхом в его собственном теле, каждый взгляд будто разжигал в нём пламя, которое он не мог потушить. — Ты моё проклятие, — прошипел он, но голос его дрогнул. Он хотел оттолкнуть её, хотел разорвать этот момент, но вместо этого его пальцы сильнее сжали её запястья, и её тонкое тело чуть сильнее прижалось к холодной каменной стене. Она смотрела на него снизу вверх, её дыхание всё ещё сбивчивое, а губы едва заметно дрожали. — Ты ненавидишь меня, — прошептала она, её голос был тихим, но в нём была доля вызова. — Ненавижу, — подтвердил он, но слова прозвучали слишком глухо, словно он сам не верил в них. Северус наклонился ближе, его лицо оказалось в нескольких дюймах от её. Её запах — смесь чего-то свежего, словно ночной воздух, и тёплого, почти домашнего — обволакивал его. Это было неправильно, он знал это, но не мог отступить. Её губы приоткрылись, словно она собиралась что-то сказать, но не успела. Он резко подался вперёд, и их губы соприкоснулись. Это был не просто поцелуй. Это был взрыв. Её губы были мягкими, тёплыми, их вкус пробирал до дрожи — смесь солоноватого и сладкого. Она замерла на мгновение, но потом, будто сдалась, ответила ему. Её руки, которые он удерживал, слегка дёрнулись, но он не отпустил их, наоборот, сильнее прижал её запястья к стене, как будто боялся, что она исчезнет. Она застонала — тихо, почти жалобно, но этот звук словно прошёл через всё его тело, отдаваясь пульсацией в висках. Он углубил поцелуй, его губы стали более жадными, настойчивыми. Он не мог насытиться её вкусом, её теплом. Её тело, прижатое к его, было таким хрупким, но в то же время сильным — он чувствовал это в каждом её движении. Его руки, действуя словно по собственной воле, отпустили её запястья и скользнули вниз, находя край её свитера. Его пальцы коснулись её кожи — гладкой, чуть холодной от ночного воздуха, но мгновенно согреваемой его прикосновением. Она вздрогнула, её дыхание стало ещё более прерывистым, и он почувствовал, как её руки нерешительно коснулись его груди, чуть потянув за ткань мантии. Северус не мог остановиться. Каждое её движение, каждый звук, исходящий от неё, только сильнее разжигали его желание. Его губы скользили по её шее, оставляя едва заметные следы. Он чувствовал, как её дыхание становится всё глубже, как её тело откликается на каждое его прикосновение. Она проговорила его имя — тихо, почти шёпотом, но это было как вызов. Его руки скользнули по её бокам, ощупывая линии её тела через ткань, но в то же время он чувствовал, как связь между ними — эта странная, магическая энергия — пульсирует, связывая их ещё сильнее. Внезапно свет от их запястий стал ярче. Северус замер, оторвавшись от её губ. Он поднял взгляд на её лицо, и в её глазах он увидел нечто странное — смесь страха, желания и чего-то более глубокого, необъяснимого. Он смотрел на неё, а её грудь тяжело вздымалась, словно она только что пробежала милю. — Что ты делаешь со мной… — прошептал он, почти бессознательно. Резкий вздох. Северус распахнул глаза. Комната была темна, но он чувствовал себя, словно свет ударил ему прямо в лицо. Его грудь тяжело поднималась и опускалась, сердце бешено стучало, а кожа была влажной от пота. Его тело было напряжено, каждый нерв казался натянутой струной. Он провёл ладонью по лицу, чувствуя, как горячая волна смущения и непонимания охватывает его. «Что это было?» Он не мог понять, что именно произошло — это был сон, но он казался слишком реальным. Его руки всё ещё ощущали её кожу, его губы — её вкус. Северус сел на кровати, упираясь локтями в колени. Он опустил голову, пытаясь восстановить дыхание. «Это не должно повториться,» — подумал он. Но даже сейчас, когда сон закончился, он чувствовал, как его тело предательски откликается на воспоминания. Он встал, прошёл к столу и налил себе воды. Остывшая жидкость помогла ему прийти в себя. Но мысли о том, что он только что увидел, продолжали преследовать его. — Моё проклятие, — прошептал он, опустив взгляд в темноту.

***

Сумерки мягко обволакивали гостиную, создавая полумрак, где свет лампы казался единственным очагом тепла. На столе перед юной девочкой громоздились книги, свитки, чернильница, но девочка уже несколько минут просто сидела, уставившись в одну точку. Её руки всё ещё слегка дрожали, а на щеках горел румянец, который она безуспешно пыталась унять. Она глубоко вдохнула, закусив губу, и перевела взгляд на свои запястья. Они казались странно горячими, словно в них всё ещё пульсировала магия из её видения. –Связь… Это всё она,— прошептала она себе. Тия прекрасно знала, что связь между ней и Северусом была не простой. Магия, словно живая, опутывала их, шепча что-то неразборчивое в моменты тишины. Она пыталась найти этому объяснение, но каждый раз только ещё сильнее запутывалась. Она вспомнила видение — ту сцену, где она была уже взрослой, где он смотрел на неё с гневом, а затем… Нет, лучше не думать об этом. Тия подняла одну из книг, лежавших перед ней, и пролистала страницы, пока взгляд не остановился на разделе о магических узах. «Магическое партнёрство — это не всегда выбор. Иногда магия связывает людей, основываясь на их совместной силе, судьбе или… необходимости,» — прочла она вслух. Она замерла, перечитывая строчки несколько раз.«Необходимость.»Это слово задело её больше всего. — Но почему мы? — спросила она вслух, чувствуя, как внутри всё сжимается. Слова её матери всплыли в памяти:«Любовь — это не всегда результат магии. Ты можешь быть связана узами с кем-то, но это не означает, что вы полюбите друг друга.» Но что, если это неправда? Что, если магия знает лучше? Эта мысль пронзила её, заставив вновь вспыхнуть румянцем. Она резко захлопнула книгу и отвела взгляд к окну, пытаясь унять бешеное сердцебиение. — Маленькая, ты опять выглядишь так, будто проглотила бутылку перцового зелья, — раздался ленивый голос из угла комнаты. Тия вздрогнула и посмотрела в сторону камина. Белая змея с голубыми глазами, её фамильяр Пег, лениво лежала на подушке, но глаза его блестели хитрым интересом. — Ничего, — быстро ответила она, опуская взгляд. — Ничего? — переспросил Пег, поднимая голову. — Ты вся красная, как грифиндорская мантия, и чуть не подпалила этот милый стол вспышкой магии. Думаешь, я это не заметил? — Это не твоё дело, — буркнула она, но голос выдал её смущение. — О, дорогая, — протянул Пег, поднимаясь на край стола, — твоё лицо кричит о том, что это очень даже моё дело. Что же ты видела, что так тебя взволновало? Тия отвернулась, стараясь спрятать лицо. — Просто… видение, — пробормотала она. — Ах, видение, — насмешливо повторил Пег, скользнув ближе. — И что там было? Дай угадаю… тебе приснились красивые эльфийские принцы? Или, может, это был тот мрачный тип, который постоянно хмурится? Её глаза расширились, и она повернулась к нему. — Ты о чём? — слишком быстро спросила она. Пег замер, а затем его глаза сузились, словно он что-то понял. — Северус, — протянул он с язвительной улыбкой. — Значит, всё-таки он? — Это неважно, — выпалила Тия, отворачиваясь. — О нет, это очень даже важно, — продолжил он, скользнув ближе. — Позволь старому другу взглянуть, что же такого ты видела. Он потянулся своей магией к её разуму, но Тия тут же подняла щит, стиснув зубы. — Попробуй ещё раз, и я сварю из тебя зелье, — прошипела она, её голос дрожал. Пег отступил, но его улыбка не исчезла. — Успокойся, маленькая. Если бы я хотел знать, что именно ты видела, мне бы хватило двух секунд. Но, судя по всему, это было что-то… значительное. Тия ничего не ответила, но её покрасневшее лицо говорило больше, чем любые слова. Когда Пег наконец замолк, Тия снова опустилась на стул, уставившись на книгу перед собой. Видение не выходило у неё из головы. Она вспомнила его взгляд, его прикосновение. Она вспомнила, как её сердце готово было выпрыгнуть из груди. «Почему я так об этом думаю? Это просто магия. Это ничего не значит,»— уговаривала она себя. Но в глубине души она знала, что это было больше, чем просто магия. Магия не могла заставить её чувствовать это. «Или могла?» Её мысли унеслись к Северусу — к тому, что она знала о нём. Он был мрачным, замкнутым, часто грубым. Но в видении он был другим — не менее холодным, но в нём было что-то ещё. Что-то, что она не могла объяснить, но что тянуло её к нему. Она покраснела ещё сильнее и резко встала, оттолкнув стул. — Нет. Это просто связь, — сказала она вслух, словно убеждая саму себя. — Это ничего не значит. Но в глубине души магия уже шептала ей обратное. Тия пыталась успокоиться. Она уселась за стол, твёрдо решив отвлечься. Книги — вот что всегда помогало ей. Она раскрыла ближайший фолиант, его страницы хранили запах пыли и магии, а строки, исписанные мелким почерком, были покрыты загадочными символами и формулами. Но даже в этом спасительном островке разума её мысли возвращались к одному и тому же. «Это была связь… Магическая связь. Но почему она? Почему он? Почему нас вообще связывает что-то?» Она раздражённо перевернула страницу, пробежав глазами по тексту, но смысл ускользал. Её мысли плавали где-то далеко, как будто весь её разум был захвачен странным видением. Она наклонилась над книгой, пальцы с силой сжимали края страниц. «Это просто магия,»— пыталась она убедить себя. –«Магическое партнёрство. Это не значит, что мы с ним…» Но слова её матери снова прозвучали в голове:«Любовь не всегда результат магии…» — Тогда почему это так похоже на правду? — прошептала она себе. В книге говорилось о связях. Вечных, временных, обусловленных ритуалами или самой судьбой. Тия начала читать вслух: — «Связь, заключённая магией, не всегда является выбором. В большинстве случаев магия соединяет тех, чьи силы дополняют друг друга, чьи души способны создать гармонию…» Она замерла, перечитывая эту строчку снова и снова. «Гармония. Что общего у нас с ним? Он замкнутый, язвительный, и…»— она не смогла договорить даже в своих мыслях. «А ты?»— шепнула магия где-то глубоко в её разуме. Тия с силой захлопнула книгу, её руки дрожали. — Это неправда, — прошептала она, но голос звучал неуверенно. Она вскочила, начав метаться по комнате. –Это просто магическое совпадение. Это ничего не значит. Мы не можем…— мысли путались, а слова не шли дальше. Но видение снова и снова вставало перед её глазами. Она вспомнила его взгляд — такой глубокий и острый, словно он пытался проникнуть в её душу. Вспомнила его голос — низкий, напряжённый, полный гнева и чего-то ещё, неуловимого. — Нет, нет, нет! — она прижала ладони к вискам, словно пытаясь вытолкнуть эти мысли из головы. Её взгляд упал на другую книгу. Она с силой захлопнула ту, что была перед ней, и потянулась к следующей. — Если я разберусь с этой магией, всё станет проще. Я просто докажу себе, что это не имеет никакого значения. Она пролистывала страницы с бешеной скоростью, пока одна из глав не привлекла её внимание:«Узы души и их влияние на магические существа». Тия замерла, её взгляд пробежал по строчкам: — «Когда магия выбирает, её невозможно отменить. Магия видит больше, чем человеческое сознание. Она объединяет не людей, а души, способные выдержать давление судьбы…» Её дыхание замерло. «Магия видит больше…» Она отбросила книгу, словно её страницы обожгли пальцы. — Это неправда, — прошептала она. Но глубоко внутри шевельнулось что-то. Что-то, что заставило её задуматься:«А что, если это правда?» «Что, если это не просто связь? Что, если мы связаны не только магией, но и чем-то большим?» Эта мысль была невыносима. Её сердце бешено стучало, а дыхание стало прерывистым. Она снова вспомнила видение. Вспомнила его. Его лицо, его взгляд, его прикосновение. И что-то внутри неё вдруг затеплилось. Это было странное чувство — не то страх, не то интерес. Оно было мягким, тёплым, как первое прикосновение утреннего солнца. Она схватила книгу, закрыла её и отбросила на стол. — Это ничего не значит, — сказала она вслух, но даже её собственный голос звучал слабым. Она прижала руки к груди, закрывая глаза. «Почему это кажется таким реальным? Почему я не могу перестать об этом думать?» Её мысли блуждали, и магия снова шептала. «Может, ты не хочешь этого отрицать?» Тия замерла, но ничего не ответила — ни вслух, ни в мыслях. Пег всё это время лениво лежал на краю стола, обвив хвостом ножку ближайшего подсвечника. Его голубые глаза с явным наслаждением наблюдали за метаниями Тии. Он хихикнул про себя, когда она в очередной раз отбросила книгу, словно это могло избавить её от тревожных мыслей. — Маленькая, ты так смешна, когда злишься, — лениво проговорил он, потягиваясь, будто всё происходящее его совершенно не касалось. Тия резко обернулась, её глаза сверкали от раздражения. — Ты мог бы хотя бы притвориться, что тебе не весело, — бросила она, усаживаясь обратно за стол. — Но это было бы ложью, — усмехнулся Пег, поднимаясь чуть выше. Его тон стал чуть более серьёзным. — Ты знаешь, в чём дело, но упорно отказываешься это признать. — Я не понимаю, о чём ты, — холодно ответила Тия, но её голос дрогнул. Пег сполз со стола и медленно приблизился, подняв голову так, чтобы оказаться на уровне её глаз. — Ну что ж, давай я освежу твою память, — начал он с язвительной мягкостью. — Вспомни тот момент на террасе, когда ты чувствовала себя уязвимой. Когда тебе казалось, что мир рушится. Помнишь? Тия замерла. Образ, который она так тщательно пыталась забыть, снова всплыл в её сознании. Та ночь. Терраса, окружённая тьмой, и она, дрожащая от страха, не зная, что делать. — Ты попросила защиты, — продолжил Пег, его голос стал тише, почти шёпотом. — Ты сама. Ты знала, что рядом с тобой кто-то есть, и обратилась к нему. К тому самому несносному мальчишке, которого ты сейчас так хочешь ненавидеть. — Это неправда! — вскрикнула Тия, вскакивая на ноги. Её голос дрожал, как и её руки. — Я не знала, кто это был! Я… мне просто показалось… Она замолчала, тяжело дыша. — Что показалось, маленькая? — мягко спросил Пег, его глаза сузились, будто он уже знал ответ. Тия опустила взгляд, её плечи дрожали. — Мне показалось, что рядом со мной отец, — тихо призналась она. — Я почувствовала это… эту лёгкость, защищённость. Мне просто захотелось, чтобы это мгновение длилось чуть дольше. Она обхватила себя руками, словно защищаясь от своих собственных слов. — Я не знала, что это был он. Я не знала, что всё так обернётся! — продолжила она, её голос становился всё громче. — Почему всё решили за нас? Почему магия связывает людей без их согласия? Она опустилась обратно на стул, чувствуя, как внутри всё сжимается. Пег наблюдал за ней молча, его хвост слегка подёргивался, будто он решал, что сказать дальше. — Магия редко спрашивает, — наконец произнёс он, его тон стал мягче, почти заботливым. — Она видит то, чего мы сами не можем понять. Ты думаешь, что всё это случайность? Или, может, ошибка? Нет, Тия. Это не так. Он замолчал, позволяя её словам повиснуть в воздухе. — Ты ведь не раз спрашивала себя, почему именно вы? Почему эта связь? — продолжил он, глядя ей прямо в глаза. — Потому что магия знает, что вам нужно друг от друга. Тия покачала головой, её глаза наполнились слезами. — Но это несправедливо, — прошептала она. — Я не хотела этого. Я просто хотела… Она замолчала, не находя слов. — Хотела чувствовать себя в безопасности, — закончил за неё Пег, его голос был тихим, но твёрдым. Она вскинула на него взгляд, полный гнева и боли. — Это не даёт ей права выбирать за меня! Пег мягко улыбнулся, склонив голову. — Ты права. Но разве это не странно? Ты винишь магию за выбор, но уже не можешь представить, что этой связи нет. Тия замерла. Его слова были как удар в грудь. «Я действительно не могу?»— мелькнула мысль. Её взгляд снова упал на стол, на книги, которые только усиливали её замешательство. Она ненавидела эту связь, эту магию, но глубоко внутри знала: без неё всё было бы иначе. Пег, видя её замешательство, тихо вздохнул и, сползая обратно на подушку, добавил: — Магия никогда не делает то, что легко, Тия. Она делает то, что правильно. Даже если мы не сразу это понимаем. Он свернулся клубком и закрыл глаза, оставив её наедине с её мыслями. Тия обхватила себя руками, глядя в пустоту. Она пыталась найти ответы, но каждый раз натыкалась на один и тот же вопрос: «Почему именно мы?» Тия снова углубилась в чтение, упрямо пытаясь отвлечься от своих мыслей. Она уже потеряла счёт времени, страницы сменялись одна за другой, но слова будто ускользали. Её глаза устали, а рука невольно тянулась к стакану с остывшим чаем, который стоял на столе. «Ещё немного,»— убеждала она себя, переворачивая очередную страницу. Её взгляд случайно зацепился за абзац, выделенный более крупным шрифтом. Слова словно выпрыгнули с листа и заставили её сердце замереть: «Когда дети остаются без магической защиты — без родителя, старшего брата, сестры или опекуна, их магия обращается к древним законам. Магическая природа стремится защитить их, создать им поддержку и опору. В такие моменты душа ребёнка может бессознательно обратиться к сильнейшему магу поблизости, призывая его стать защитником.» Тия моргнула, перечитывая эти строки. Её пальцы дрожали, пока она скользила глазами дальше. «Связь, возникающая в таких условиях, часто имеет временный характер. Однако, если призыв вызван не только страхом, но и глубоким эмоциональным откликом, связь становится сильнее. Она может перерасти в магическое партнёрство — связь, которой управляют не законы разума, а законы магии. Разорвать такую связь невозможно. Её может прекратить только смерть одного из связанных.» Тия застыла, чувствуя, как кровь отхлынула от её лица. Её руки дрожали так сильно, что книга едва не выпала. «Это же… про нас,»— мелькнула мысль. Она тяжело опустилась обратно на стул, её взгляд был прикован к словам. «Так значит… Это всё из-за той ночи? Когда мне казалось, что всё рушится? Я действительно сама попросила? Но как это могло вызвать такое?» Тия обхватила себя руками, пытаясь унять дрожь. Она вспомнила свою мать и отца — их заботу, их любовь. Она вспомнила, как после их гибели чувствовала себя одинокой, как будто весь мир стал пустым и холодным. –«Я просто хотела защиты…»— прошептала она. Но магия, казалось, услышала её больше, чем она хотела. «Почему связь стала настолько сильной? Почему мы? Я не хотела этого!» Её мысли разрывались между гневом и отчаянием. Она не могла поверить, что её собственное бессознательное желание могло стать причиной всего этого. Тия перевернула страницу, её взгляд снова упал на текст: «Связь такого рода накладывает на обоих участников необратимый магический отпечаток. Они чувствуют друг друга даже на расстоянии. Их магия становится единым целым, усиливая друг друга. Однако подобное единение редко проходит безболезненно. Если один из участников пытается отвергнуть связь, магия начинает защищаться, усиливая эмоциональную привязанность, сны и видения, чтобы вернуть баланс.» Она прикрыла рот рукой, чувствуя, как внутри всё сжимается. «Так вот почему это видение было таким… реальным. Это магия. Это она заставляет нас чувствовать всё это.» Она поднялась, не в силах больше сидеть на месте. — Это несправедливо, — пробормотала она. — Почему магия решает за нас? Почему мы должны страдать из-за того, что даже не выбрали? Её голос дрожал от гнева, слёзы блестели в глазах. — Ну, вот и ключ к разгадке, — раздался знакомый язвительный голос. Тия обернулась и увидела фамильяра, который вновь расположился на подушке возле камина. Его хвост лениво извивался, а глаза блестели от удовольствия. — Что теперь, маленькая? Устроишь войну магии? — спросил он с насмешкой. — Ты это знал? — резко спросила она, её голос был полон обвинений. — Конечно, — спокойно ответил Пег, чуть приподнимая голову. — Это не первый случай, когда магия делает что-то подобное. — И ты мне не сказал?! — А ты бы послушала? — он наклонил голову, глядя на неё с неподдельным интересом. — Ты всё равно пришла бы к этому сама. Тия замолчала, стиснув кулаки. — Это неправильно, — пробормотала она. — Почему магия заставляет нас… чувствовать это? — Потому что магия всегда знает лучше, чем мы, — сказал он и после усмехнулся. — Но это нечестно! Я не выбирала этого! — Никто не выбирает, — мягко ответил он. — Магия выбирает за нас. Его слова звучали так просто, но они словно вонзались в её сердце. Она хотела спорить, но не могла — потому что всё, что он говорил, было правдой. Тия медленно вернулась к столу, её руки снова легли на книгу. Она читала и перечитывала слова, которые так сильно изменили её восприятие. «Если я ничего не могу с этим сделать… Если только смерть может разорвать эту связь… Что это значит для нас?» Она закрыла глаза, пытаясь отогнать мысли о Северусе, о его взгляде, о том, как он был рядом в видении. «Может, магия знает, что делает. Или… может, она ошиблась.» Но глубоко внутри она уже знала ответ.