В тени чар и времени

Ритуальный зал под банком Гринготтс встретил их ледяным величием и магической силой, от которой перехватывало дыхание. Высокие своды, высеченные из чёрного гранита, сияли древними рунами. Золотые и серебряные символы вспыхивали мягким светом, напоминая далёкие звёзды на ночном небе. Воздух был насыщен напряжением, будто сам зал жил своей жизнью, наблюдая за каждым шагом пришедших. От стен, отражающих этот свет, исходило лёгкое пульсирование, словно невидимое сердце ритмично задавало тон происходящему. В центре зала возвышался обсидиановый алтарь — монолитный и безупречно гладкий. На его поверхности покоились предметы, словно впитавшие в себя тайны веков: чаша из золота и серебра с тончайшими гравировками, кинжал с сапфировыми вставками, сверкнувшими, как ледяные звёзды, и старинный свиток, испещрённый записями на латыни. Над алтарём парили цепи с кристаллами, издающими мягкий мелодичный звон, который проникал в сознание, вызывая странное чувство благоговения и тревоги. Марго Шузен стояла перед алтарём, воплощая спокойную решимость. Её каштановые волосы были собраны в строгую косу, подчёркивающую утончённость черт лица. Серые глаза, светящиеся в мягком свете зала, выдали лёгкое напряжение, несмотря на её твёрдую осанку. Серый костюм, украшенный серебряными узорами в виде рун, выглядел словно часть ритуала, усиливая её связь с магией, парящей в воздухе. Громнок, глава банка, стоял напротив. Несмотря на небольшой рост, он излучал непоколебимую власть. Его проницательные чёрные глаза словно сканировали каждого, а голос, глубокий и уверенный, разнёсся по залу, отражаясь эхом: — Лорд Карлайл Каллен, наследник Джаспер Каллен, леди Маргарет Шузен, — начал он, слегка склоняя голову. — Мы собрались здесь, чтобы призвать магию крови. Она раскроет истину, которую никто не сможет оспорить. С этими словами он сделал жест, и его помощник подошёл с чашей и свитком. В тот же миг магия зала ожила: воздух завибрировал, а руны на стенах и алтаре вспыхнули ярче. Это был знак того, что древняя сила уже пробудилась. — Кровь хранит ответы, которые время стремится скрыть, — продолжил Громнок, разворачивая свиток. Руны на пергаменте засияли, освещая лицо гоблина. — Только истина магии способна связать прошлое с настоящим. Он поднял взгляд, его голос стал громче, почти торжественным: — Sanguis familiam revelabit, radices patebunt et veritas ostendetur! Руны на алтаре вспыхнули, а по залу разлилась золотая волна света. Марго сделала шаг вперёд. Её движения были плавными, но в них ощущалась уверенность. Громнок протянул ей кинжал, инкрустированный сапфирами, и его голос стал более торжественным: — Леди Шузен, вы готовы пролить свою кровь в доказательство родства? Марго посмотрела на кинжал, её взгляд оставался твёрдым. Она кивнула, её рука лишь на мгновение дрогнула, прежде чем она уверенно провела лезвием по ладони. Тёплая алая кровь закапала в чашу. В тот же миг зал словно ожил: потоки света закружились, соединяя алтарь с высокими сводами. Воздух наполнился странным трепетом, и казалось, что сама магия приняла её жертву. Громнок склонил голову, его голос прозвучал громко, почти торжественно: — Кровь принята. Магия подтверждает ваше родство с родом Брейдс. Слова гоблина утвердились в тишине, нарушаемой лишь звоном кристаллов. На алтаре вспыхнуло древо рода, золотые линии которого начали соединяться, пока на одной из ветвей не появились имена: Ариэль Брейдс и Маргарет Шузен. Свет древа стал ещё ярче, когда магия признала её принадлежность к роду. Вибрация в зале усилилась, словно это событие было лишь началом чего-то большего. Едва родословное древо засияло, руны вспыхнули ещё ярче, их свет стал ослепительным, заливая зал мягким золотистым сиянием. Алтарь издал низкий, протяжный гул, который вскоре перерос в вибрацию, прокатившуюся по полу, словно сама магия оживала, раскрывая свои глубинные тайны. Громнок нахмурился, его взгляд застыл на новых линиях, которые начали проступать на алтаре. Руны мерцали напряжённо, словно сопротивляясь, пока не связали две ключевые фигуры древа. — Магия раскрыла более глубокое родство, — его голос прозвучал низко и размеренно, заполняя зал. Он повернулся к Марго, его глаза, блестящие от света рун, встретились с её насторожённым взглядом. — Мисс Мария Шузен, ваша дочь, является ближайшей родственницей наследницы Християны Брейдс в четвёртом поколении. Слова, произнесённые гоблином, повисли в воздухе, как гром среди ясного неба. Тишина была абсолютной, нарушаемой лишь слабым звоном цепей, паривших над алтарём. Карлайл и Джаспер переглянулись, их взгляды отражали смесь изумления и тревоги. Марго застыла, её серые глаза расширились, голос дрогнул, прозвучав едва слышно: — Мария? Громнок кивнул, его тон стал твёрже, будто каждое слово весило тонну: — По праву крови мисс Мария Шузен имеет наибольшее право стать главой рода Брейдс. Однако ввиду её несовершеннолетия магия назначает вас, леди Марго Шузен, регентом до её совершеннолетия. Он поднял свиток, и свет рун преобразился, выводя новые строки, сиявшие едва уловимым серебристым свечением. Громнок вновь заговорил, его голос звучал с торжественной чёткостью: — Более того, согласно древним заветам, подписанным лордом Эдвардом Брейдсом, мисс Мария Шузен имеет право основать отдельную ветвь рода. Эта ветвь станет новой магической силой, поддерживающей наследие Брейдс. Зал словно замер, воздух в нём стал плотным и вязким, насыщенным древней магией. Даже время, казалось, остановилось. Карлайл сделал шаг вперёд, его фигура, обрамлённая мерцанием рун, излучала сдержанную, но ощутимую угрозу. — Это всё, что предписывает магия? — Его голос прозвучал тихо, но каждое слово резало, как клинок. Громнок выдержал его взгляд, его черты оставались бесстрастными, но голос приобрёл жёсткость: — Да, лорд Каллен. Магия сказала всё. Родовые права всегда стоят выше временных договоров и соглашений. Марго, остававшаяся под впечатлением, выпрямилась. В её взгляде больше не было сомнений, лишь решимость. Её голос прозвучал твёрдо, хотя в нём чувствовалась глубокая внутренняя борьба: — Я приму это бремя… ради Християны и Марии, — твёрдо произнесла Марго, её голос эхом отозвался в напряжённой тишине. Руны вспыхнули в последний раз, их ослепительный свет залил зал и растворился, оставив после себя лишь слабое, мерцающее свечение. Вибрация постепенно угасала, но напряжение, казалось, стало частью самого воздуха. Всё, что произошло за эти мгновения, изменило не только статус Марго, но и навсегда запечатлело в истории поворотный момент для двух великих магических линий. Громнок кивнул, однако взгляд его застыл на алтаре. Внезапно из символа Марии начала проступать новая линия, пульсирующая тревожным красным светом. Она будто дышала угрозой, заставляя каждого в зале замереть. Лицо Громнока потемнело, его черты напряглись. — Похоже, магия ещё не сказала всего, — его голос прозвучал приглушённо, но в нём чувствовалась тревога. Словно отвечая на его слова, зал ожил. Вибрация вновь усилилась, руны вспыхивали всё ярче, как будто магия накапливала силу, готовясь к чему-то великому. В воздухе повисло ощущение неясной опасности. Лёгкий, почти неслышимый шёпот на древнем языке заполнил пространство, взывая к самым глубинам сознания. И вот, в самом центре алтаря, словно выжженная огнём, появилась новая строка. Её сияние ослепляло, а сам текст, написанный серебристым светом, казался живым, будто магия сама диктовала эти слова. Громнок, склоняясь к алтарю, прочёл их торжественным голосом, в котором звучала сила веков: — «Только благословенное дитя, чья душа обретёт единство с магией рода, чьё сердце озарится чистотой намерений, а сила достигнет полной гармонии, сможет снять древнее проклятие, раскрыть тайны рода Велоруна*, запечатанные в тканях вечности, и принять утраченное наследие, которое ждет своего истинного владельца.» Эти слова прозвучали, как удар грома. Вибрация достигла пика, и зал вспыхнул ослепительным светом. На мгновение время будто остановилось, и только дыхание магии заполнило всё вокруг. Когда свет начал угасать, в воздухе осталась лишь гнетущая тишина, насыщенная тяжестью пророчества. Марго стояла неподвижно, её лицо выражало смесь изумления и растерянности. Она медленно повернулась к Карлайлу, но тот оставался сосредоточенным, его взгляд был устремлён вдаль, словно он видел нечто недосягаемое. Серые глаза выдавали бурю мыслей, в которых переплетались осознание, тревога и стремление понять. — Велоруна? — едва слышно выдохнул он, словно это слово открывало дверь к давно забытым тайнам. Джаспер, стоявший в стороне, нахмурился. Его юное лицо выражало напряжение, а в голосе, когда он заговорил, звучали и недоумение, и беспокойство: — Это ещё не конец? Но что это за род — Велоруна? — Он перевёл взгляд с Громнока на алтарь, словно надеясь, что именно тот даст ему ответ. Громнок поднял голову, его чёрные глаза отражали отблески угасающих рун. Голос гоблина стал глубоким, приобретя оттенок почти мистической важности: — Нет, наследник Каллен. Это не конец. Это лишь начало пути. Магия крови сказала своё слово, но её последняя истина — за наследницей рода. Кто это избранное дитя и когда придёт его время, предсказать невозможно. Это послание адресовано всем, кто связан с родом Брейдс, но понять его сможет лишь та, кто действительно достойна. Глубокая, гнетущая тишина заполнила зал. Воздух стал плотным, словно пропитанным невидимой силой сказанного пророчества. Даже стены, казалось, замерли, впитывая в себя слова, оставляя их отголоски в камне. Марго крепче сжала пальцы на своей руке, её глаза искали опору в мерцании рун. Рядом Джаспер напряжённо смотрел на Карлайла, его дыхание было едва слышно. Карлайл, наконец, глубоко выдохнул. Его лицо оставалось невозмутимым, но голос, когда он заговорил, звучал твёрдо, как удар молота: — Значит, тайны рода Брейдс ещё не раскрыты. Мы должны быть готовы к тому, что их время придёт. А пока мы продолжим процесс передачи прав. Его слова звучали как предупреждение, но в них угадывалась и решимость — холодная, выверенная, готовая к будущим испытаниям. Теперь всё — от загадочного рода Велоруна* до неведомого избранного ребёнка — стало скрытым за плотной завесой времени. Но одно было ясно: этот момент стал лишь началом нового витка древней истории.

***

Ритуальный зал Гринготтса наполнился напряжением, словно сама магия рода Брейдс пробудилась, чтобы стать свидетелем судьбоносного момента. Высокие своды отражали отблески сияющих рун, а мерцающий свет кристаллов создавал ауру священного величия. Гоблины, собравшиеся у алтаря, склонили головы в знак глубокого уважения к лорду Карлайлу Каллену, ведущему ритуал. Его фигура излучала сдержанную уверенность, а рядом стоял Джаспер, его наследник, сосредоточенный и слегка напряжённый, осознающий всю значимость происходящего. В центре зала перед алтарём стояла Марго Шузен. Её волосы казались ещё темнее под светом магии, а глаза, отражая серебристые линии рун, сверкали решимостью. На её лице читались гордость и решимость, смешанные с лёгкой тенью тревоги. Громнок, глава гоблинов, шагнул вперёд. Его голос эхом разнёсся по залу, каждое слово звучало чётко и весомо: — Лорд Карлайл Каллен, вы призваны сюда не только как свидетель, но и как хранитель права вето, дарованного вам лордом Эдвардом Брейдсом. Согласно его воле, если род Брейдс останется без главы, полное управление и права рода переходят к вам и вашему наследнику. Вы обязаны подтвердить свою роль и дать клятву соблюдать магические заветы рода. Гоблин развернул свиток, его руки с точностью укладывали документ на алтарь. — Лорд Каллен, подтвердите своё согласие с этими условиями. Вы готовы засвидетельствовать ритуал передачи опекунства и признания наследства? Карлайл поднял голову. Его голос звучал твёрдо, но в нём ощущалась серьёзность момента: — Я подтверждаю своё согласие и принимаю эту обязанность. Я клянусь следовать заветам рода Брейдс. Громнок кивнул, и его взгляд устремился к Джасперу: — Наследник Каллен, готовы ли вы подтвердить свою лояльность и осознаёте ли, что, в случае необходимости, права рода Брейдс будут переданы вам? Джаспер слегка выпрямился, его голос был уверен: — Да, я готов и признаю свою ответственность. Громнок жестом призвал помощников. Они вынесли три священных предмета: металлический круг с магическими рунами, чашу с густой алой жидкостью и три кольца, сияющие золотым, серебряным и бронзовым светом. Голос главы гоблинов вновь разнёсся по залу: — Леди Маргарет Шузен, магия рода Брейдс требует вашего согласия на опекунство над леди Християной Брейдс. Вы подтвердили свою связь с родом через кровь и магию. Вы готовы принять это бремя? Марго подняла голову. Её голос звучал ясно: — Да, я готова. Громнок поднял руки, и его голос перешёл на древний язык, звучащий как древняя песнь: — Magia sanguinis et hereditatis! Testis magicae veritatis! Verba antiqua manifestant hereditatem aeternam! Руны на алтаре засияли ослепительным светом. Один из перстней — бронзовый, с гравировками рун — поднялся в воздух и опустился на палец Марго. — Это символ вашего права регента, — торжественно произнёс Громнок. — Вы принимаете опекунство и защиту наследницы рода. Следом появился серебряный перстень. Его холодный свет мягко лег на средний палец Марго. — Это символ вашей принадлежности к крови рода Брейдс, — добавил гоблин. Последним поднялся золотой перстень, сияя, как солнце. Он мягко сел на безымянный палец Марго. — Это символ вашего права магического управления и сохранения наследия рода Брейдс. Марго слегка дрогнула от магии, которая потекла по её руке, но быстро овладела собой. Её голос вновь прозвучал: — Я принимаю эту обязанность и клянусь защищать род Брейдс. Сразу после этого магия начала концентрироваться вокруг Марго, её волосы начали слегка менять оттенок, становясь тёмно-синими с лёгким серебристым отливом. Её скулы подчеркнулись, а глаза стали ещё ярче, словно отражая мощь магии рода. Но прежде чем кто-либо успел что-то сказать, в зал торопливо вошёл гоблин с золотым свитком в руках. Его лицо выражало тревогу и возбуждение. Тишина, царившая до этого момента, была нарушена его резкими шагами и напряжённым голосом: — Лорд Громнок, во время ритуала магия активировала древние архивы. Мы обнаружили документ, подтверждающий, что мисс Мария Шузен признана наследницей рода Когтевран. В зале раздались тихие перешёптывания. Карлайл, до этого момента сохранявший молчание и лишь наблюдавший за ходом ритуала, резко поднял голову. Его взгляд, полный удивления и скрытой тревоги, метнулся к Громноку. — Что за документы? — Его голос был низким, но в нём слышалось едва сдерживаемое негодование. — Почему я узнаю об этом только сейчас? Громнок, казалось, слегка напрягся под пристальным взглядом лорда Каллена, но продолжил сохранять хладнокровие. Он аккуратно взял свиток из рук своего помощника и развернул его. Руны на алтаре, словно в подтверждение слов гоблина, засияли насыщенно-синим светом, усиливая атмосферу ожидания. Карлайл пристально следил за каждым движением Громнока, его голос снова прорезал тишину: — Громнок, объясните. Как такое возможно? Почему документы всплыли только сейчас, когда ритуал уже близится к завершению? Громнок, не поднимая глаз от текста, ответил ровным, но напряжённым тоном: — Лорд Каллен, магия родов часто действует непредсказуемо. Эти архивы были скрыты до того момента, пока сама магия не решила их раскрыть. Это не подлежит сомнению. Зал Гринготтса вновь наполнился напряжением, которое, казалось, пронизывало каждый уголок. Гоблины, собравшиеся вокруг, почтительно следили за происходящим, осознавая значимость момента. Карлайл, стоявший рядом с алтарём, наблюдал за действиями Громнока, его фигура излучала напряжённое ожидание, а глаза — насторожённость. Громнок, с золотым свитком в руках, заговорил ровным, но властным голосом, разрывая тишину: — Леди Шузен, магия признала мисс Марию Шузен наследницей рода Когтевран. Однако для того чтобы принять это наследие на правах её опекуна, вы должны основать собственный род. Только став первооснователем рода Шузен и назначив мисс Марию своей наследницей, вы сможете законно подтвердить её права. Марго замерла, её глаза расширились, и лицо отразило смесь удивления и тревоги. Карлайл, до этого момента сдерживавший эмоции, резко повернулся к Громноку. Его голос прозвучал громче и резче чем раньше: — Основать новый род? Это непростое требование. Какие основания у магии для такого решения? Громнок не дрогнул под его взглядом: — Согласно древним заветам рода Когтевран, наследие может быть передано через кровную связь. Магия признала Марии Шузен право на это наследие, но, учитывая её несовершеннолетие, требуется формальное создание новой линии, что гарантирует её защиту ее нынешним опекуном. Карлайл сделал шаг вперёд, его глаза холодно сверкнули: — И вы предлагаете леди Шузен взять на себя это бремя? — Его тон был одновременно вопросительным и обвинительным. — Что будет с её обязанностями как регента рода Брейдс? Громнок выдержал его взгляд, затем продолжил: — Леди Шузен сохранит за собой регентство над родом Брейдс. Однако, согласно магическим традициям, она должна провести ритуал основания рода Шузен, назначив мисс Марию своей наследницей. По возвращении домой потребуется завершить ритуалы наследования как для линии Шузен, так и для линии Когтевран. Марго, собравшись с мыслями, глубоко вдохнула и произнесла твёрдо: — Я принимаю это условие. Я готова основать род Шузен и назначить Марию своей наследницей. Я обязуюсь сохранить её наследие и передать ей права, когда она будет готова. Громнок кивнул, затем торжественно поднял руки. Его голос зазвучал, наполняя зал древними словами: — Магия крови и наследия, стань свидетелем этого момента! Пусть новый род возродится во славу магии! Магия начала собираться вокруг алтаря, яркие потоки света сплелись в символ, который начал медленно опускаться к левой руке Марго. Сияющий перстень, украшенный золотыми рунами, появился на её безымянном пальце ее левой руки. Громнок торжественно произнёс: — Это перстень рода Шузен. Он символизирует вашу роль как основателя новой линии. Затем второй поток магии, холодный и серебристый, окружил её левую руку, формируя второй перстень. Его дизайн был утончённым, с гравировками в виде орлиных крыльев. — Это перстень рода Когтевран. Как регент этой линии вы обязаны защищать и укреплять её наследие до тех пор, пока истинная наследница не примет свои права, — торжественно произнёс Громнок, его голос отозвался эхом в сводах зала. Карлайл, до этого сохранявший молчание, наконец заговорил. Его голос прозвучал твёрдо, но в нём читались напряжение и недоверие: — Леди Шузен, вы осознаёте, что принимаете на себя двойное бремя? Это решение влияет не только на вас, но и на судьбы двух великих линий — Брейдс и Когтевран. Кроме того, будущее наследницы рода Брейдс, Християны, теперь лежит на ваших плечах. Клянетесь ли вы перед магией и этими древними домами, что сохраните их наследие и передадите права полноправным наследникам, когда они будут готовы? Марго встретила его взгляд с непоколебимой уверенностью. Её голос прозвучал чётко и твёрдо: — Я осознаю это, лорд Каллен. Я клянусь перед магией, что выполню свои обязанности и сохраню наследие для будущих поколений. Громнок, дождавшись её ответа, повернулся к Карлайлу. Его тон стал ещё более официальным: — Лорд Каллен, в соответствии с волей лорда Эдварда Брейдса, вы, как покровитель рода, обязаны подтвердить законность этого решения. Вы признаёте магическое основание рода Шузен и регентство леди Маргарет Шузен над линией Когтевран, при этом подтверждая её статус регента рода Брейдс? Карлайл на мгновение задержал взгляд на Марго, а затем, медленно вздохнув, кивнул: — Магия сказала своё слово. Я подтверждаю. Громнок перевёл взгляд на Джаспера, который стоял чуть поодаль, но его лицо выражало сосредоточенность. — А вы, наследник Каллен, готовы быть свидетелем этого момента и подтвердить волю магии? Джаспер на мгновение замешкался, затем выпрямился и твёрдо произнёс: — Да, я подтверждаю. Магия, словно отвечая на эти слова, вспыхнула. Свет двух перстней, один золотой — рода Шузен, другой серебристо-синий — рода Когтевран, озарил зал. Перстни на левой руке Марго начали мерцать, словно символизируя её новую роль. Громнок произнёс заключительные слова: — Ритуал завершён. Леди Шузен, по возвращении домой вам предстоит провести ритуалы наследования для линии Шузен, линии Когтевран и линии Брейдс. Это закрепит права мисс Марии Шузен как наследницы рода Шузен и рода Когтевран, а также подтвердит права леди Християны Брейдс. Магия заверит вашу клятву. Зал вновь наполнился магической энергией, создавая ощущение завершённости, но и предвкушения грядущих испытаний. Всё стихло, оставив лишь слабое мерцание рун на стенах. Карлайл взглянул на Марго, его голос был низким, но твёрдым: — Теперь ты связана с этими домами не только магически, но и морально. Надеюсь, ты понимаешь, насколько это важно. Марго встретила его взгляд, её голос прозвучал спокойно, но с чувством: — Я понимаю, Карлайл. И я готова нести эту ответственность. В этот момент, в тишине зала, стало ясно: судьбы родов Шузен, Когтевран и Брейдс переплелись навсегда. Решимость Марго и признание магии стали основой новой главы в их истории.

***

После завершения ритуала Громнок, Карлайл, Джаспер и Марго переместились в просторный кабинет главы гоблинов. Здесь, в окружении древних рунных символов, магических кристаллов и вырезанных из камня статуй, витала тяжёлая, почти осязаемая атмосфера. Карлайл, выглядевший измученным после ритуала, тяжело опустился в кресло. Его обычно твёрдый взгляд был ослаблен, а напряжённые черты лица выдавали внутреннюю борьбу. — Магия истощает даже самых сильных, — заметил Громнок, наблюдая за Карлайлом с холодным уважением. — Но её слово неизменно. Марго оставалась стоять, её осанка выражала твёрдость, хотя изменения во внешности невозможно было не заметить. Волосы, прежде тёмно-каштановые, приобрели глубокий иссиня-чёрный оттенок, переливаясь под светом магических кристаллов, а её глаза теперь сверкали холодным голубым светом. Лицо стало тоньше, черты заострились, придавая аристократическую строгость. Джаспер с тревогой смотрел на Марго: — Я не могу поверить. Род Когтевран… — он замолчал, пытаясь осмыслить услышанное. — Ты не только основала новый род, но и стала регентом одного из величайших домов магии. Карлайл, до этого молча наблюдавший, резко поднял голову. Его голос прозвучал холодно, но твёрдо: — Марго, ты действительно понимаешь, что это значит? Ты взяла на себя ответственность за наследие трёх великих домов. Это не просто формальность, это — судьба. И вопрос об отце Марии становится ещё более важным. Марго выдержала его взгляд, её голос был спокойным, но твёрдым: — Карлайл, я осознаю все последствия. Что касается Марии, я расскажу всё по возвращении домой. Сейчас не время обсуждать это. — Ты увиливаешь, Марго, — пробормотал Карлайл, но умолк, заметив взгляд Громнока, призывающий к порядку. Громнок, наблюдая за ними, торжественно произнёс: — Леди Маргарет Шузен, ваши права признаны магией. Однако это не конец пути. Ваше регентство над линиями Брейдс и Когтевран, а также основание рода Шузен накладывают на вас двойную ответственность. Мы, гоблины, будем внимательно следить за соблюдением древних традиций. Карлайл нахмурился, его голос звучал холодно: — Ответственность? Это звучит так, словно магия сама создаёт новые оковы. Вы понимаете, Громнок, что теперь это привлекает внимание не только к Марии, но и к Християне? Марго внимательно следила за ним, но ничего не говорила. Громнок лишь кивнул: — Это неизбежно, лорд Каллен. История великих домов всегда была связана с рисками. Но магия редко ошибается в выборе тех, кто должен нести её наследие. Карлайл медленно повернулся к Марго. Его усталое лицо отражало не только физическое истощение, но и внутреннюю борьбу. — Всё это… — начал он, но его голос дрогнул. — Всё это выглядит как ловушка магии. Ты уверена, что понимаешь, на что подписалась, Марго? Её ледяные голубые глаза встретили его взгляд. В них больше не было ни тени сомнения. — Карлайл, я не просила этого, но если магия считает, что это мой долг, я не отступлю. Марго не сводила взгляда с Карлайла, её губы сжались в тонкую линию. Её взгляд, несмотря на холодный блеск голубых глаз, был твёрдым. — Карлайл, я не просила этого, — повторила она, её голос звучал мягче, но уверенность не покидала его. — Магия решила за меня, и теперь это мой долг. Карлайл долго смотрел на неё, его взгляд был полон вопросов, но он не задал ни одного. — Надеюсь, ты не пожалеешь об этом решении, — пробормотал он, но его слова потонули в торжественном голосе Громнока. — Леди Маргарет Шузен, напоминаю, это великая честь, но и огромная ответственность, — произнёс гоблин, делая шаг вперёд. Его взгляд был строгим, но в нём читалось уважение. — Ваш перстень рода Шузен символизирует вашу власть как первооснователя. Его золотой блеск, обрамлённый рунными узорами, свидетельствует о вашей новой роли и силе вашего рода, в котором течёт кровь рода Брейдс. Он указал на второй перстень, сияющий насыщенно-синим светом: — Это перстень рода Когтевран. Как регент, вы обязаны укреплять его наследие и защищать его до тех пор, пока истинная наследница, мисс Мария Шузен, не будет готова принять свои права. Карлайл резко поднялся, несмотря на свою усталость. Его взгляд был полон подозрения и недовольства: — Всё это звучит хорошо, но это лишь формальности. Громнок, вы обязаны признать: знание о наследнице Когтевран может привлечь нежелательное внимание. Я прошу вас сохранить этот факт в тайне, пока не настанет подходящее время. Громнок кивнул, его голос звучал ровно: — Мы, гоблины, уважаем вашу просьбу, лорд Каллен. Информация останется строго конфиденциальной. — Хорошо, — Карлайл тяжело вздохнул, затем добавил: — Я надеюсь на это. Пока мы не готовы к раскрытию всех деталей, Мария и Християна должны быть под защитой. Я лично гарантирую это. Род Каллен предоставит защиту роду Шузен, если понадобится. Громнок слегка склонил голову: — Мы будем следить за соблюдением магического баланса. Леди Шузен, вам предстоит пройти обучение, чтобы справляться с новыми обязанностями. Это не только ваша обязанность, но и долг перед магическим миром. Еще я хотел бы напомнить: обязанности перед магией не терпят промедлений. Марго уверенно кивнула, затем повернулась к Карлайлу: — Я благодарна за вашу поддержку. Но я справлюсь, Карлайл. Мы все должны действовать во благо будущего наших детей. В комнате на мгновение повисла тишина, наполненная напряжением и осознанием величия произошедшего. Карлайл, задумавшись, перевёл взгляд на Джаспера, который выглядел растерянным. — Мы сделаем всё, что необходимо, чтобы защитить их, — наконец произнёс Карлайл, его голос звучал глубоко, но твёрдо. Громнок закончил обсуждение, подчёркнуто напомнив: — По возвращении домой вы обязаны провести ритуалы наследования, чтобы закрепить права наследниц Марии Шузен и Християны Брейдс. Только тогда магия окончательно примет вашу клятву. Когда они покидали кабинет, Карлайл вновь бросил взгляд на Марго. Её новый облик, пронизанный магией, говорил сам за себя: она больше не та, кем была прежде. Теперь на её плечах лежали не только судьбы родов Шузен, Брейдс и Когтевран, но и необходимость сдержать свои обещания перед магией.