when the music gets quieter

      минхо, если честно, все эти тусовки по поводу и без не всрались. ему неинтересно толкаться среди потных тел, напиваться дешевым алкоголем, который ещё и разбавляют наверняка, или насиловать свои уши той музыкой, которая в них не просто стучит, а с невероятной силой долбит.       хотя, кто его спрашивал?       точно. именно поэтому ли окидывает толпу людей в костюмах мрачным взглядом. он смотрит на весёлые лица, что окружают его со всех сторон, пока парень продвигается вглубь помещения. это раздражает. — ну и зачем ты меня сюда притащил, — приближаясь к знакомому, который и был инициатором похода на эту вечеринку. — зачем здесь я, если ты сейчас убежишь к своим знакомым опрокидывать шоты, джинни?       хёнджин, до этого здоровавшийся со всеми, кто попадался им на пути, наконец-то поворачивается, обращая внимание на минхо. хван улыбается, одной рукой притягивая парня к себе за шею. — не ворчи, хён, никуда я не уйду, — лепечет хёнджин, оглядывая достаточно просторный дом, где и проходила эта своеобразная вписка. — лучше повеселись от души, а то с тебя скоро пыль сдувать можно будет. или это прах?       ли закатывает глаза, вспоминая про свой костюм. хван заставил сидеть смирно и не возникать, пока наносил минхо грим.       теперь угрюмое лицо парня выглядит ещё мрачнее от нарисованного на нём черепа. — хорош мне в глаза врать, вали уже, — замечая взгляд хёнджина, что смотрит сквозь, шикает ли. — давай уже, пёс ободранный, поймай себе какого-нибудь вампирёнка.       хван густо краснеет, отчего минхо только усмехается. он прекрасно видел какой сегодня наряд у феликса, их общего знакомого, поэтому и не упустил шанса подколоть друга. хёнджин громко цокает. хоть звук и заглушает громкая музыка, ли может прочесть эту излюбленную другом эмоцию на его лице.       парень кивает минхо, после чего со скоростью света перемещается в другой конец дома, где и проводилась эта дешевая попойка. теперь причин оставаться на первом этаже, где в бок так и норовят ткнуть локтем танцующие люди, становится ещё меньше.       хёнджин слёзно упросил его сходить на вечеринку в честь хэллоуина вместе с ним, чтобы после спокойно оттуда уехать. ли не переносит алкоголь в любом виде, поэтому всегда может сесть за руль и довезти их до дома в целости и сохранности. — громко, — потирая мочки ушей пальцами, почти про себя говорит парень.       теперь глаза ищут место, чтобы спрятаться от этого шума. выходов оказывается два: на улицу, где сейчас дует ветрище, или наверх, где на втором этаже, вероятнее всего, все комнаты заняты трахающимися парочками. однако обморожения и, не дай бог, какую-то болячку посерьезнее, он получать сегодня не намерен, поэтому выбирает второй вариант.       лестница под ногами скрипит, но этот звук теряется в других. ли старается обходить людей, что решили посидеть на ступеньках, аккуратно, и при этом не коснувшись грязных поручней. тусовка началась где-то час назад, а дом больше стал походить на помойку.       он проходит в недлинный коридор, где с каждой стороны находится по три комнаты. сначала идёт налево, дергая за все ручки подряд, но ни одна дверь не поддается. после проделывает то же самое с правой стороны коридора, приподнимая уголки губ, когда самая последняя дверь оказывается открытой.       минхо проходит в темную комнату, решая не включать свет, чтобы не привлекать лишнего внимания. глаза в любом случае привыкли к темноте, поэтому дойти до небольшого диванчика в углу не составляет большого труда.       теперь можно расслабиться.       за закрытую дверь музыка проникает не так сильно, что помогает услышать хотя бы свои мысли.       ли расплывается по мягкой поверхности, откидывая голову назад. затылок упирается в спинку, а руки свободно ложатся по разным сторонам. здесь он точно не уснет, но чтобы дождаться хвана это место подойдёт.       в комнате нет лишних звуков, мозг наконец-то расслабляется. минхо лениво двигает ладонью к карману джинс, дабы вытащить мобильный, ибо других развлечений тут не наблюдается.       или он просто их не замечает…       спустя пару минут тихий всхлип доносится с противоположного угла помещения. он мог бы потеряться в музыке, прорывавшейся через все шесть стен, однако этому мешает следующий, более громкий всхлип.       ли отводит телефон от лица, пытается вглядеться в темноту, но ничего не видит. звук, исходящий из угла, становится громче, что интересует и пугает одновременно. — здесь кто-нибудь есть? — парень аккуратно встаёт, подсвечивая себе путь светом, который исходит от мобильника.       при небольшом освещении становится заметен силуэт. какой-то человек сидит спиной к нему, иногда вздрагивая, пока минхо подходит ближе.       ответа не следует. ли останавливается позади незнакомца, мысленно отмечая чужую красную шею, по которой скатываются капельки пота, и дрожь. он мягко кладет руку на плечо, как минхо думает, парня. — всё хорошо? — спрашивает чуть громче.       тот вздрагивает сильнее, медленно поворачивая голову. страх и удивление читается в его глазах. — че приперся, блохастый? — с перерывами шепчет незнакомец. да только голос у него слишком знакомый.       ли открывает рот в изумлении. получается, все эти звуки издавал этот чёрт? — хан джисон? — переспрашивает минхо, всё ещё не веря. как этот мудила здесь оказался, и почему у него глаза на мокром месте?       тот фыркает, вытирая дорожки от слез с щёк рукавом толстовки. ли замечает темные разводы на ткани. видимо, хан тоже пришел с каким-то гримом.       они сразу не поладили. как только джисон переступил порог кафе, где один из друзей минхо праздновал день рождения, между ними словно воздух заискрился. потом слово за слово, и получилось так, что ни одна встреча не проходит без колкостей и прямых оскорблений в адрес друг друга.       это уже вошло в привычку: закатывать глаза при виде парня, громко цокать после каждого его слова и ухмыляться, когда в голову взбредает новый подкол. их такие отношения более чем устраивают. им нравится эта взаимная ненависть. — так что случилось-то? — но человеческий фактор и эмпатию никто не отменял. на языке не крутится ни одного привычного язвительного слова, только… искреннее беспокойство? — может, позвать кого-то нужно? — нет, — твердо пресекает предложение хан, после чего прячет нос в собственных коленях. — уходи отсюда.       минхо хмурит брови. насколько бы они недолюбливали друг друга, он не может себе позволить оставить человека в беде.       ли ладонями подхватывает парня подмышками, поднимая. тот не успевает опомниться, как его усаживают на мягкую поверхность. — я не хочу сделать что-то плохое, просто ты выглядишь так, будто тебе реально херово, — объясняет свои действия минхо, присаживаясь на колени перед чужими ногами. — я действительно хочу помочь, если это возможно, хотя ты до сих пор меня бесишь. — взаимно, — коротко отвечает джисон.       его движения какие-то дерганые. руки постоянно пытаются одернуть подол кофты ниже, будто желая прикрыть что-то. да и сам он всем внешним видом показывает, что ему нехорошо. — так что? что я могу сделать? — ли чувствует себя родителем перед капризным ребенком. он понятия не имеет, зачем возится с ханом, ведь ни грамма алкоголя за вечер выпито не было.       джисон молчит, продолжая периодически вздрагивать. щёки загораются ещё сильнее, а в помещении становится невыносимо жарко. хочется прыгнуть в снег или вылить на себя пятилитровку, чтобы снять ощущение пожара под кожей.       и избавиться от этого грёбаного возбуждения. — выеби меня, — впервые за их короткий диалог громко говорит хан.       минхо в удивлении замирает, чем джисон нагло пользуется. рывком тянет на себя, меняя их местами. теперь хан восседает на чужих коленях, а ли — на диване. — что ты… — не успевает договорить минхо, как его перебивают. — ты же хотел мне помочь, герой, — расстегивая чужую рубашку, чуть ли не вырывая пуговицы, шепчет джисон. — вот так и помоги. я уже заебался растягивать себя, мне просто необходимо кончить.       ли не сразу понимает, что с него пытаются стянуть штаны. рубашка уже распахнута в разные стороны, пару пуговиц он всё-таки замечает на диване рядом, пока кладёт ладони на чужие бедра.       хан отчаянно дёргает его джинсы вниз несколько раз, хныча из-за того, что они не снимаются. минхо думает, что это выглядит смешно. и… мило?       он поднимает таз, помогая парню спустить ненужные слои ткани ближе к коленям. чужая рука сразу же обхватывает его член, быстро проводя несколько раз по всей длине.       ли шипит, закусывая губу и слегка откидывая голову. пальцы на органе обводят вены, дразнят крайнюю плоть и собирают капли предэякулята с красной головки. волны возбуждения прокатываются по всему телу.       джисон параллельно целует его куда вздумается: в шею, ключицы, грудь, линию челюсти. невидимые следы его губ отпечатываются на коже ярким пламенем, будто начиная выделять дополнительное тепло. — п-подожди, — минхо заикается, когда подушечка пальца с нажимом проходится по уздечке. — ты точно этого хочешь? не пойдешь на меня заяву потом писать?       со стороны хана слышится недовольный вздох: — больно мне это нужно, — отвечает, в последний раз проходясь по уже стоящему члену. он встаёт с чужих коленей, чтобы снять кофту и собственный низ.       под свободными штанами ничего не оказывается, а они сами улетают в неизвестную часть комнаты, серая толстовка отправляется следом. хан усаживается обратно, заводя руку за спину, чтобы направить головку к своему входу.       парень насаживается медленно, а ли даже успевает испугаться, что всё будет происходить на сухую, пока в какой-то момент член не проскальзывает легче. значит, джисон точно не наврал.       громкий стон разносится по всему помещению, теряясь в приглушенной музыке. хан опускается полностью, сжимая пальцами плечи минхо. — так что случилось с тобой? — ли не прекращает попыток узнать, хотя произносить слова с каждой буквой становится сложнее: джисон крепко сжимает его внутри. — конченные мрази, — пыхтит парень, стараясь привыкнуть к чужому размеру. — подмешали мне какую-то дрянь в коктейль, после чего меня ебануто сильно накрыло. я так сильно хочу кончить, минхо, помоги мне, — последняя часть срывается на бесформенное хныканье, а внутри ли как будто дергают переключатель.       он крепче ухватывается за чужие бедра, помогая начать двигаться. хан старается взять быстрый темп и стонет при каждом резком движении, а минхо упирается пятками в пол, чтобы эффективнее подмахивать тазом.       толчки становятся все более агрессивными, джисон всхлипывает от бешеной стимуляции простаты. ли словно знает все правильные углы внутри и эрогенные зоны снаружи.       парень проходится ладонями по бокам хана, поднимаясь еще выше перед тем, как сжать в пальцах вставшие соски. минхо перекатывает бусины между фаланг, чувствуя, как джисон задается крупной дрожью.       его буквально трясет.       удовольствие, которое он пытался доставить самостоятельно, небрежно растягивая себя в кромешной темноте, не может сравниться с тем, которое ему дарят действия ли. — сейчас… сейчас! — вскрикивает хан, последний раз подпрыгивая на чужом члене, после чего громко хнычет, когда оргазм накрывает с головой.       минхо останавливается и терпеливо ждёт, пока парня отпустит.       его не сильно волнует сперма, что теперь покрывает весь торс. сейчас всё внимание приковано к лицу джисона, по которому скатываются слёзы. — всё нормально? стало легче или хуже? — взволнованно спрашивает ли. его член всё ещё находится глубоко внутри хана, а собственный оргазм от сильного сжатия стенок вокруг плоти балансирует где-то на грани. — порядок… — джисон старается отдышаться. — только мне этого мало.       кажется, минхо нужно завести счетчик. количество удивлений за вечер зашкаливает, а хан, по всей видимости, останавливаться не собирается.       парень слезает с его колен, облокачиваясь грудью на спинку дивана, после чего кивком предлагает продолжить.       ли встаёт только через пару секунд, мозг просто отказывается работать как надо, постоянно замыкает и не даёт нормально думать.       он пристраивается сзади, направляет головку члена к трепещущей дырке, а после одним движением входит. ладони сжимают мягкие ягодицы, а минхо не отказывает себе в грубом шлепке по одной из половинок.       джисон что-то мяучит, содрогаясь при ударе. у него сейчас колени съезжаться начнут от удовольствия, что простреливает по всей нервной системе при каждом толчке.       хан царапает обивку дивана, надрываясь и срывая голос стонами. перед глазами летают звезды, сталкиваясь друг с другом при четком попадании головки ли по простате. тело плавится, а язык норовит выпасть изо рта. — минхо, — ноет джисон, протягивая свою открытую ладонь. но ли не сразу понимает чего от него хотят, поэтому парню приходится пояснить. — руку. дай свою руку.       минхо выполняет просьбу, протягивая руку ближе, после чего его сразу хватают за запястье, притягивая ближе. джисон укладывает его ладонь себе на шею и тут до него наконец-то доходит.       ли даже не подумал бы, что возбудится от того, что парень, с которым они никогда не ладили, попросит себя придушить. — блять, — шумно выдыхает минхо, склоняясь над ханом. он прижимается лбом между чужими лопатками, чувствуя, как с виска скатывается пот. наверняка всё лицо сейчас измазано черным гримом, но его это сейчас мало волнует.       пальцы сжимают горло достаточно сильно, чтобы у джисона перед глазами появилась пелена. грубые толчки выбивают последние запасы кислорода, заставляя прогибаться в спине до хруста.       свободная рука тянется к паху хана, обхватывая его член двумя пальцами за основание, размашисто проходясь по всей длине.       ли гортанно стонет, прибавляя силы, сдавливая кожу на чужой шее до темных отметин. он слышит хрипы, после чего его сильно сжимают внутри.       джисон кончает первым, балансируя на грани сознания из-за недостатка воздуха. сердце бешено колотится, а белые полосы пачкают диван под ними.       минхо не требуется много времени. он отпускает чужое горло, слышит, как парень начинает рвано глотать воздух, а сам сильно кусает его в плечо, отпуская себя следом.              спустя пару минут ли выходит, наблюдая, как его сперма вытекает из красной дырочки. вся комната пропиталась запахом секса, а окна запотели.       они валятся на диван, не обращая внимание на беспорядок, который навели. сейчас требуется некоторое время, чтобы прийти в себя. — спасибо, — неожиданно выдает джисон, когда ритм дыхания возвращается в норму. — за что? — отвечает минхо, лениво поворачивая голову. — настолько сильно понравилось?       хан цокает, массируя виски: — за помощь. я б тут и сдох от спермотоксикоза. — да ну, — посмеивается ли. — ну, тогда я могу остаться тут на ночь?       джисон тоже оборачивается. в темноте плохо видно чужое лицо, да и перед глазами всё ещё летает дымка, но он поспорить готов, что парень ухмыляется. это просто в его тоне прочитать можно. — а ещё что?       минхо отпускает ещё один смешок, отворачивая голову. волосы неприятно липнут к мокрому лбу, а джинсы всё ещё спущены. какой ужас, они наверняка устроили здесь невероятный беспорядок, который утром придется объяснять хозяину дома. — да, понравилось, — прерывает поток мыслей тихий голос хана.       теперь, почему-то, ухмылка превращается в улыбку, а щеки начинают гореть.