Часть 1
22 декабря 2024 г., 01:45
Когда Сайтама посмотрел на свое отражение в зеркале он понял, что бремя жизнь снялось с его плеч. Вместо старого на него легло совершенно новое бремя жизни.
— Странно, — он покачал головой из стороны в сторону, пытаясь понять как ощущается полная потеря волос на голове.-- Разве не ради этого я тренировался? Чтобы жить.
Он потрогал гладкую кожу головы и поднес руку к лицу; его волосы полностью выпали за ночь.
Чистя зубы, он выбросил из головы мысли о новообретенной лысине, вместо этого он пытался понять насколько по-другому он себя чувствует. Больше не было необходимости принимать немедленные решения, но на его сердце опустился огромный, неизбежный груз. Если он подумает об этом ещё немного — это его раздавит. Его хлипкая квартира из гипсокартона может развалиться и рухнуть. Сайтама выплюнул зубную пасту в раковину и прополоскал рот, наблюдая как вода из крана смывает её.
Он где-то читал, что у каждого есть своя ноша. Когда он был старшеклассником его отправили стоять в коридор за то, что он спал на уроке. А в качестве наказания его заставили носить полные ведра воды. Он помнил боль в руках и плечах, как они дрожали после того, как ему наконец-то разрешили поставить ведра на пол.
Он посмотрел на свои руки: они выгляделили точно так же, но, вероятно, больше никогда не смогут так же дрожать. Ногти стали немного длинными, подумал он. Тонкая, белая пластина вытянулась далеко за кончики его пальцев. Он был так сосредоточен на тренировки, что совершенно забыл подстригать их. Мне придется подстричь их, чтобы они не порвали перчатки.
Три года назад он хмурился, смотря на плохо сидящий костюм, висевший в его шкафу. Его отдал ему родственник в качестве подарка, мол, «добро пожаловать во взрослую жизнь, вот твоя форма». Это был простой черный пиджак и брюки с белой рубашкой, которую он отгладил как мог с помощью кружки с горячей водой. Сайтам купил дешевый узкий синий галстук, чтобы дополнить образ, а потом научился завязывать его с помощью гугла. Ему потребовался целый день, чтобы научиться и он оставил его в виде петли, чтобы не мучиться на следующий день.
Он провел рукой по костюму и вздохнул. Он даже не нашел работу, а уже чувствовал его тяжесть на своих плечах.
Он пытался представить себе жизнь после собеседований и бесконечного поиска работы, жизнь служащего. Она казалась серой, унылой, бессмысленной в своей монотонности. Он представлял себя работающий в невзрачном офисном здании, полным людьми, чьи головы были склонены в сосредоточенности. Они работали в жалкой тишине, а на фоне жужжали телефоны и копировальные машины.
Какую работу ему поручат? Продажи? Бухгалтерский учет? Он специализировался на философии в колледже, но не видел, чтобы это как-то пригодилось в офисной жизни.
Офисная жизнь. Он сгорбился в позу, которую мог бы принять, усердно работая за столом. Он бы не отрывал глаза от монитора, печатая строчку за строчкой, морщась от резкого белого освещения. Его плечи опустились: офисная жизнь не для него, но это разумный выбор, учитывая его образование. У него были все необходимые квалификации.
Через год он наденет синий спортивный костюм и вспомнит об офисном костюме: о накрахмаленных линиях, увядших от пота, ткань прилипала к телу как рисовая бумага. Он засунет его в глубину шкафа, словно скрывая это безвкусное будущее.
Теперь он висел в шкафу, пах химией будто после химчистки.
Он сидел спиной к шкафу и сосредоточился на кипе бумаг перед ним. Среди них была копия его rirekisho. Большая часть пробелов была пуста. Он перечитывал его снова и снова, пытаясь вызвать из памяти ответы на вопросы из своей жизни, чтобы заполнить ими крошечные ячейки. »Мотивация» поставила его в тупик. Сайтама нацарапал ответ, но осталось много незаполненного места.
Он нахмурился. Как они могли спрашивать его о таких вещах? Кто они такие, чтобы допрашивать о его жизни? Разве его мотивы это не его дело? Его хобби? Искра негодования, вспыхнувшая в его животе, быстро погасла.
Да кого он обманывал?
Он отложил бумагу. Его взрослая жизнь едва успела начаться, а он уже спотыкался о мелкие препятствия. Муха, кружившая по комнате, села рядом, горя желанием полакомиться остатками ужина, который он забыл убрать. Он инстинктивно прихлопнул ее, размазав тельце по его резюме. Класс, подумал он в тот момент и вспомнил, что у него был только один экземпляр, и попытался оттереть пятно салфеткой. Пятно осталось, но он мог бы написать поверх, если бы захотел.
Что, черт возьми, он делал?
Его взгляд остановился на книге про собеседования, страницы были забиты словами. Он вытер мертвое насекомое о спортивки. Слова текли по странице узкими ручейками, сливаясь в непроницаемый чернильный черный лес.
Для чего были эти двадцать один год?
Сайтама коротал время, уткнувшись в книгу, притворяясь, что впитывает материал. Он был хорошо подкован в этой форме прокрастинации. В конце концов, он зевнул и сказал себе: »думаю, пора спать. Завтра рано вставать на собеседование». Он переоделся в пижаму и выключил свет. Он наблюдал за лучами света фар от проезжающих мимо машин на облупившимся потолке его комнаты в общежитии. Срок аренды подходил к концу, а его родители сказали, что не будут оплачивать его расходы на проживание только если он сам не попросит.
Не то чтобы он не хотел работать. Просто он не видел никакого смысла работать служащим. Работа «белых воротничков» казалась ему скучной и бессмысленной. Гарантия стабильности и разумная зарплата не были для него равнозначны престижу или успеху. Он понимал, что они необходимы для создания прогрессивного и эффективного общества, но не мог себе представить, что можно посвятить свою жизнь такой неблагодарной, неудовлетворительной работе.
И все же, быть служащим было его единственным доступным вариантом. Каждый выбор, который он делал на протяжении двадцати одного года вел его к этому пути, к этому шагу жизни.
Люди, с которыми он общался в колледже получили неплохой старт в их карьере: от подачи заявок на стажировку на первому курсе до собеседований, их отрывали с руками. Казалось, каждый знал, чего хочет от жизни.Они планировали карьеру чуть ли не с самого детства и работали над этим. Не было места сомнениями, они были полностью уверены во всех своих решениях.
Даже девушка, с которой он встречался в колледже последние два года, быстро попала на работу сразу после выпуска. Она бросила его в тот же момент, когда поняла, что его мысли ушли от мечты работы служащим.
— Мне не нужен балласт, — тогда сказала она.
Он не мог вспомнить ее лицо, только синюю блузку, что подчеркивала ее грудь. У нее были амбиции и ничто не могло помешать ее целям, которые она поставила для себя. Сайтама восхищался ее упрямым, стойким характером, но он не мог разделить ее планы, не мог помочь или даже поддержать её.
Что он мог предложить той у кого совершенно другой жизненный путь? Достаточно ли он заботился о ней, чтобы поддерживать? Он уже знал ответ: ей будет лучше без такого парня, как он.
Иногда в твоей жизни появляются люди, которые тебе не нужны и Сайтама решил то, что решил.
Это была весна и Сайтама выключил будильник.
Он надел костюм и пошел на собеседование.
