Will you love me again?

~Сейчас~

      Глаза Яна цепляются за одну деталь.       У Сонхуна всё тот же пирсинг на брови.       И Пак не видит, но у Чонвона — всё то же украшение под чёрной водолазкой, которое сейчас, кажется, прожигает кожу.       И он знает, что нужно сделать. То же, что и раньше. Он уходит.       Ян не слышит ни музыки, ни того, что Сону говорит ему вслед. Он будто не здесь. Это происходит не с ним.       Бояться нечего. Но отчего-то ему не по себе. И непонимание, отчего именно, не даёт расслабиться.       Как только Чонвон вдыхает свежий воздух, он идёт куда глаза глядят, не сбавляя скорости.       На самом деле он не боится. Просто всё это слишком неожиданно.

***

      По воскресеньям дома у Чонвона и Минджу всегда уборка. Бывают редкие случаи, когда они переносят это всё на другой день, но обычно это именно воскресенье.       В какой-то момент Ян поймал себя на мысли, что уборка его успокаивает. Пока Минджу ответственна лишь за свою комнату, он моет пол в остальной части квартиры, вытирает пыль и расставляет всё на свои места. Также сегодня очередь Минджу, а поэтому на фоне играет её плейлист.       Чонвон моет столешницу, когда слышит приближающиеся шаги девочки.       — А Сону-оппа и Джей-оппа не придут к нам в гости в следующие выходные? — встаёт около стола она.       Ян замирает буквально на секунду, но затем продолжает как ни в чём не бывало.       — Нет, не думаю, — говорит он.       — Почему? — тянет девочка. — Я думала, мы сыграем в монополию... Джей-оппа обещал мне!       — Давай сыграем вдвоём.       — Ты уверен, что они не придут? — качается, держась за спинку стула, она. — Может, спросишь их на работе?       — Нет, Минджу. Я же сказал.       Девочка дует губы и кладёт подбородок на спинку стула.       — Зачем тогда он обещал...       — Ты убралась в своей комнате? — выкидывает грязную тряпку в мусорку Чонвон.       — Да.       — У тебя все уроки на завтра сделаны? — скрещивает руки на груди он, упираясь бёдрами в столешницу.       — Нет, — снова дует губы Минджу.       — Иди делай, — кивает в сторону её комнаты Чонвон.       — Не указывай мне, — хмурится девочка, — потом всё сделаю.       — Да? — наклоняет голову Ян. — Ночью.       — Да там немного совсем задано!       — Ну так сделай это сейчас, чтобы потом отдыхать.       — Аргх, — поднимает глаза к потолку она и плетётся в свою комнату. — Почему нельзя отдохнуть сейчас... — бубнит Минджу, скрываясь из поля зрения Чонвона.       — Потому что сначала надо закончить все дела! — кричит ей вслед Ян.

***

~Тогда~

      Камеры сюда так и не поставили, а поэтому Чонвон, опуская руку, надеется, что на него не обратят внимания, и осторожно суёт шоколад в рукав ветровки, пока новый сотрудник достаёт ему кекс.       — Эй! Выкладывай!       Сердце Яна уходит в пятки, и всё его тело, кажется, замирает.       Это первый раз, когда его ловят.       Этот новый сотрудник.       — Думаешь, я не видел, как ты своровал?       — Я ничего не воровал.       Ну и, конечно, ни разу в жизни не врал.       — Выкладывай. Или хочешь, чтобы я сам к тебе в карманы полез?       Это последний раз, когда Чонвон ворует. Честно. Но виду, что он правда это сделал, подавать нельзя. Бояться нельзя.       — Сонхун! — вдруг кричит господин Пак, отодвигая нового сотрудника от кассы.       Этот парень спросил про карманы? Как пожелает.       Недовольно поджав губы, Чонвон небрежно показывает, что в карманах штанов и ветровки действительно ничего нет, с единственной мыслью — лишь бы не проверили рукава.       — Я не воровал, — поправляет свою одежду Ян и достаёт деньги, чтобы оплатить кекс.       Надо показать, что у него и в мыслях не было делать что-то такое.       — Сейчас же извинись, — говорит Сонхуну мужчина.       И этот Сонхун смотрит так, будто не понимает, где обман. Его глаза буквально бегают по Чонвону от головы до ног, но видит он лишь раздражение на лице младшего. И... смиряется?       — Прости, мне... наверное, показалось.       Так и есть, он не понимает. Действительно не додумался, что можно было спрятать в рукава? Этот парень слишком глупый.       Но Чонвон продолжает смотреть на него исподлобья так, будто его оскорбили как никогда прежде.       И когда Ян уходит домой, он решает, что это был последний раз, когда он воровал в этом месте. Если его заметят во второй раз, то уж точно будет не до шуток.       Чонвон вспоминает эту историю перед сном, и почему-то именно сейчас ему становится стыдно. Перед господином Паком. И перед тем парнем. На него накричали из-за Чонвона.       Теперь Ян портит жизнь не только себе и своей семье, но и другим.       Может, вернуть деньги?       Но как? Незаметно оставить на прилавке купюру, будто кто-то потерял?       Но есть и другой вопрос.       Чонвон вновь подрывается с кровати, заглядывая в рюкзак в поиске кошелька.       В нём около пятисот вон. И это всё, что у него осталось.       Да, конечно, оставит он на прилавке. А есть в школе ему на что?       И в любом случае что он купит на эти деньги? Снова кекс?       Разочарованно выдыхая, парень падает на кровать.       Он даже деньги вернуть не может. Хотя...       Человек, вроде, может протянуть без еды неделю... А там, глядишь, и зарплата у матери. Или, может, тётя из Сеула немного пришлёт.       Всё это глупо. Просто глупо.       Но если не получится оставить деньги незаметно, он просто купит что-нибудь ещё в этой пекарне.       Он сделает это завтра.       За всё надо платить.

***

      — За всё надо платить, Ян Чонвон.       От удара по скуле он почти падает на землю. Ян просто не успел среагировать.       Его затащили в переулок, потянув за рюкзак, который уже кинули к стене какого-то здания.       — Я никого не сдавал, Джуён, — шипит Чонвон, прикасаясь кончиками пальцев к новой ране на лице.       Здесь только он, Ли Джуён и ещё двое их одноклассников, Ким Ёнхун и Со Ганджун.       В школе они не подошли к Яну. Наверняка боятся учителей.       — Никто из нас бы не стал этого делать. А ты единственный, кто остался в тот день поговорить с господином Каном, — подходит ближе Джуён, пока другие два парня встают по бокам, не давая Чонвону отойти от стены здания.       — Я спрашивал его, когда можно пересдать контрольную, — смотрит в упор Ян.       В этот раз его не застанут врасплох, он ударит в ответ.       — Ты близок с ним, — осматривает его с ног до головы Джуён, пока на его лице появляется мерзкая ухмылка.       — Я просто не держу его за идиота, не замечающего, как другие списывают, — отвечает Ян.       — Он не заметил, — говорит Ганджун.       — Да уж точно заметил, — усмехается Чонвон. — Вы переоценили себя.       — Он позвонил родителям, — обращает внимание на себя Ли. — Ты хоть представляешь, что каждому из нас устроили?       — Не моя вина, что вы даже одну тему для контрольной работы не можете выучить, — поднимает уголок губ Ян.       Джуён замахивается, собираясь снова ударить Чонвона по лицу, но тот бьёт первым, прямо в живот.       И Ёнхун быстро валит его на землю, пока Ганджун начинает бить ногами, после чего Чонвону остаётся лишь укрывать голову.       К счастью, длится это не так долго.       — Навыки тхэквондо не пригодились, да? — наклоняется Ли, пока его друзья поправляют свою одежду, и обращается к ним: — Валим, а то он ещё кому-нибудь нажалуется.       Ян убирает руки от головы, не в силах встать, и пытается отдышаться.       — Расскажешь кому-то об этом, — останавливается Джуён, глядя на него сверху вниз. — И считай, что ты не жилец.       Чонвон смотрит исподлобья, ничего не отвечая, пока Ли поднимает уголок губ, изображая вежливость.       Парни выходят из переулка, будто это не они только что избили своего одноклассника, который даже после их ухода продолжает лежать на земле, корчась от боли.       Ян опускает голову на землю, жмуря глаза и поджимая губы. Ему точно отбили желудок или что-нибудь ещё в той области.       Придурки.       Чонвон опирается руками о землю, пытаясь перетерпеть боль и встать, но получается только сесть спиной к кирпичной стене.       Отличный день. Просто нереальный.       Ещё бы пережить его.       Через пару минут Ян всё же встаёт, придерживаясь за стену, и закидывает рюкзак на плечо. Его одежда испачкана, но перед тем, как идти домой он хотел зайти в пекарню.       Он решил, что пойдёт туда. Значит, он придёт в таком виде.

***

      Открыв дверь, первое, что видит Чонвон — это Сонхун, который стоит у прилавка, заполняя какие-то бумаги.       — Привет, — скромно улыбаясь, поднимает на него глаза Пак, убирая документы под стол.       — Привет, — бубнит Ян, стараясь не встречаться с ним взглядом.       На лице Чонвона осталось несколько ссадин после произошедшего пару минут назад, а одежда всё ещё немного в грязи. Как будто он очень неудачно упал. И Чонвон не хочет лишних вопросов от какого-то... него.       Ян вглядывается в содержимое прилавка, замечая, что сегодня у них появились какие-то новые булочки.       — Эм... — замечая, на что смотрит младший, пытается вспомнить Сонхун. — Они из... слоёного теста и с... манговым джемом внутри, — улыбается он.       Чонвону на них всё равно, нужно оставить деньги. Незаметно. Но этот Сонхун даже не отворачивается, просто ожидая, когда младший попросит что-то. Ян открывает рюкзак, пытаясь найти кошелёк. Хмуря брови, он копается меж тетрадей, проводит рукой по дну рюкзака, но кошелька нигде нет.       Точно. Вчера вечером Чонвон положил его в боковой карман. Но и в боковом нет.       Может, он выпал сегодня, когда с него сорвали рюкзак?       Если да, то что за отстой.       Полный отстой.       — У тебя... всё хорошо? — вдруг спрашивает Пак Сонхун.       Чонвон смотрит исподлобья, закрывая рюкзак и закидывая его обратно на плечо.       — А что? Хочешь снова обвинить в воровстве?       Он не знает, как эти слова вылетели изо его рта. Он не хотел грубить.       — Нет, — отвечает Сонхун. — И мне жаль, что я наговорил на тебя в прошлый раз, прости.       — Не извиняйся.       — Нет. Я... был слишком резок в тот раз, — говорит Пак. — Отец бы убил меня, если б я не уследил за чем-то. Так что... я, видимо, слишком... переусердствовал? — неуверенно поднимает бровь он. — Мне правда жаль, — Сонхун смотрит прямо в глаза, ожидая ответа.       — Да, я так и понял, — всё же говорит Ян.       — Так... — неловко продолжает Пак, — у тебя что-то случилось?       Вздыхая, Чонвон отводит взгляд.       — Я где-то выронил кошелёк.       Сонхун нелепо поднимает брови.       Он ожидал объяснений насчёт внешнего вида?       — И... знаешь где? — спрашивает Пак.       — Как раз задался тем же вопросом.       — Там было много денег?       — Нет, — смотрит в пол младший.       — Ну... это уже плюс.       — Да уж, — вновь вздыхает Чонвон, разворачиваюсь к двери.       Нужно пройтись по маршруту, которым он шёл сюда. Может, действительно просто где-то выронил.       — Пока! — кричит ему вслед Сонхун. — Мои извинения ещё раз.       — Ага.       Кошелёк, кстати, Ян так и не нашёл. Ни по дороге в переулок, ни в самом переулке, где его избили, ни дома.

***

~Сейчас~

      — На сегодня всё, — говорит Чонвон, пока группа людей с ним в зале пытается перевести дыхание. — Только попробуйте допустить ошибку в припеве завтра.       — Как скажете, Чонвон-щи, — улыбается Нишимура Рики.       Из уст Яна вылетает смешок, и он качает головой.       Рики всегда учит хореографию быстрее остальных. И он реже всех жалуется на сложность или что-то в этом роде. Чонвон знает, что младший занимается танцами с самого детства, но это не отменяет того факта, что этот парень — пока единственный, у кого всё получается настолько хорошо.       Нет, конечно есть и другие участники, которые неплохо справляются с хореографией, даже не неплохо, а очень хорошо. Но им не выучить несколько связок за то же время, за которое это сделает Рики.       И в какой-то момент Ян начал поощрять способности этого парня глупыми шутками, чтобы поднять Нишимуре настроение. Это не значит, что Чонвон не был строг на занятиях, просто иногда он позволял себе как-то по-доброму подколоть этого парня.       Ян не знает, когда именно он перестал иметь что-то против таких же добрых подколов Нишимуры в свою сторону, но они поднимают настроение, да и с теми, кто младше ему желательно быть на одной волне, так что пока это не переходит границы, то пускай.       Чонвон отошёл к колонке, чтобы забрать телефон. В строчке уведомлений непрочитанное сообщение от Минджу. Marmeladka: Зацени *фото*       Несколько минут назад она прислала ему фото, на котором Ян увидел двух котов, лежащих на скамейке около её школы.       И тут же приходит ещё одно сообщение. Marmeladka: Так мииилооо       Губы Чонвона трогает мягкая улыбка.

Me:

Мило

      Ответ приходит незамедлительно. Marmeladka: ) Marmeladka: Приготовить на тебя ужин? \_(°`°)_/

Me:

Если есть такое желание ;)

      — Чонвон-щи.       Ян поворачивает голову в сторону голоса. Из зала вышли все, кроме Нишимуры.       — Вы придёте завтра на съёмки?       — Куда я денусь, Ни-ки? — усмехается старший. — Должен же за вами кто-то следить.       Рики тихо смеётся, удаляясь к двери.       — Но мы и так неплохо справляемся.       — «Неплохо» — это недостаточно, Ни-ки. Нужно хорошо или просто идеально. Понятно?       — Да, Чонвон-щи. До свидания, — улыбаясь, скрывается за дверью Нишимура.       В тот же момент улыбка с лица Чонвона спадает.       Ему дали возможность поставить хореографию для заглавной песни нового альбома этой группы.       Он рад, ужасно рад, но до этого он занимался с ними только как с трейни, ещё до их дебюта около года назад, и изредка ставил хореографии для би-сайд треков другой группы.       Это задание очень значимо для него. И песня, которая является заглавной, весьма сложная в исполнении в плане вокала, а танец, который он поставил, не легче. Но ребята справляются.       На самом деле. Все участники справляются, несмотря на то, как трудно им далась хореография, так что завтра, на съёмке клипа, наверняка всё пройдёт хорошо. Волноваться не о чем.       Чонвон опустошает бутылку воды, когда дверь в зал вновь открывается.       Сону заходит внутрь, останавливаясь у самого выхода.       — Привет, — говорит он, глядя на Яна.       Чонвон отводит взгляд, игнорируя присутствие старшего.       — Ты буквально убежал со встречи, — продолжает Ким. — Не уверен, что это было прилично.       — Что ты хочешь от меня? — недовольно кидает на него взгляд Ян, надевая поверх футболки толстовку.       — Услышать правду.       — Ну... — улыбается Чонвон, поджимая губы, — Чью-то ты явно услышал.       Он пытается пройти мимо Сону, но тот останавливает его, разворачивая к себе за плечо.       — Перестань вести себя так, — хмурит брови старший. — Почему ты ничего не рассказывал?       — Я не знаю, о чём ты.       — Я сказал. Перестань.       Чонвон ведёт плечом, сбрасывая чужую руку, и отходит к двери.       — Я не знаю, что там тебе наговорил тот парень, — говорит Ян, — но разве не забавен тот факт, что ему ты веришь больше, чем мне?       — Разве не забавен тот факт, что мне приходится верить кому-то, а не тебе?       Взгляд Чонвона мечется по лицу Кима, но после его одолевает безразличие.       Он чувствует себя напуганным подростком, как около семи лет назад, которого некому защитить. Но он больше не подросток.       Если от него отвернутся ещё какие-то друзья, он стерпит.       — Я не обязан рассказывать обо всём-       — Да... — вздыхая, перебивает его Сону. — Проблема не в том, что он рассказал. А в том, почему этого не сделал ты. Почему ты не говорил об этом?       — А о чём я должен был говорить?       — Я ведь и понятия не имел, что ты обходился без помощи родителей... — надламывает брови Ким.       — Что? — удивляется младший.       Что Джеюн ему рассказал?       — Джейк сказал, что твой отец бросил вас, и твоей маме приходилось перерабатывать, это ведь... просто ужас. Я и не знал.       Чонвон не до конца понимает, что происходит. Это, конечно, правда, но не совсем то, что он ожидал услышать.       — Эм... — глупо моргает он.       — Я знаю, что не стоило так резко реагировать, но я думал, мы друзья, а значит, можно рассказать мне об этом, — смотрит разочарованно Сону, но Чонвон молчит слишком долго. — Видимо, я ошибся.       Ким собирается уйти, и на этот раз его останавливает Ян.       — Мы друзья. Просто... Я думал, ты злишься.       — Я злюсь, — сводит брови Сону.       — Зачем ты соврал, что не знаешь его?       — Потому что я уехал из своего города не на... самой лучшей ноте, — кривится младший.       — Не на самой лучшей ноте? — вскидывает брови Ким. — Джейк сказал, что ты свалил, никого не предупредив. Твои друзья даже не знали, куда ты поступил.       Всё-таки друзья?       — Так... вышло, — пытается улыбнуться Чонвон. — Ты же знаешь, Минджу...       — Да, я знаю, — понимающе кивает Сону, а затем сводит брови: — но почему ты не рассказал своим друзьям?       Если это всё, что ему сказал Джейк...       — Не подобрал нужного момента. А там уже... знаешь... — усмехается Ян. — У меня появился новый номер телефона, я был занят учёбой, и Минджу... А сейчас я не горю желанием возобновлять общение. И тогда в клубе были Джейк и Сонхун-хён, а ты даже не предупредил меня.       — Будет тебе уроком, — делает кивок Ким.       — Уроком?       — Да. Будешь меньше скрывать, — легко бьёт его плечу Сону, улыбаясь, пока они выходят на коридор.       — В общем... Я знаю, звучит глупо, но я не хочу жить прошлым. Это просто школьные знакомые, у нас нет ничего общего.       — Понял, — поджимает губы Ким. — Тогда прости.       — Ты тоже.       Чонвон не может назвать Джейка своим другом. Не после их последней встречи в Сувоне.       Но также он и не может рассказать всего Сону. Чонвону жаль, но он просто не может. Мнение Кима о младшем наверняка изменится.