Император, наконец, переступил через свою гордость

В их отношениях снизу всегда был Исаги, и Кайзер не был согласен на другой вариант, потому что не позволяли проблемы с доверием и его чертова гордость. Но втайне ему хотелось засунуть их куда подальше. Ему хотелось, чтобы его любили, чтобы чувственно ласкали его тело, которое этого давно требовало, чтобы взяли контроль в свои руки и позволили просто расслабиться в руках возлюбленного. Исаги был весьма проницательным, поэтому смиренно ждал, пока Михаэль откроется ему и отдастся в его нежные полные любви касания. И вот подвернулся долгожданный момент. Он согласился в этот раз быть снизу. — Неужто император, наконец, переступил через свою гордость?! — довольная усмешка, заставляющая колени подрагивать.

***

POV Михаэль

Он приблизился припечатывая меня спиной к стенке, бежать уже поздно, хотя желание было.

«Начинаю немного волноваться»

— Не бойся, я буду нежен, — тихий, но разборчивый шепот куда-то в шею. И он целует, нежно-нежно, так что внутри всё сводит с непривычки. Одна ладонь легла на талию и медленно поползла вверх, задирая футболку. Другая прижала к себе за поясницу, губы сместились с шеи и впились в мои. Мои ладони невольно скользнули к нему на плечи, губы уже сами отвечали на поцелуй. Он избавляет меня от ненужной футболки, вновь властно впивается мне в губы и сжимает в ладонях мои ягодицы, с силой прижимая к себе.

«Да, у нас своё понятие нежности, и это ещё ОЧЕНЬ по-нежному»

Мыча в поцелуй, ладонями я притягиваю его к себе за затылок, призывно открывая рот.

«Будто бы ещё есть куда притягивать, и так уже будто примагнитились друг к другу так что не оторвёшь никогда в жизни»

Губы посасывают друг друга без лишних усилий, чтобы не навредить. Языки уже не борются как это было когда-то прежде, а, можно сказать, гладят друг друга.

«Реально по-нежному, когда я целовал его, было грубо, властно иногда, наверное, даже больно. У него определенно получается лучше. Медленно, аккуратно, приятно, хоть и с долей власти, которая теперь у него в руках. Идеально!»

Ладони спускаются ниже оглаживая мои бедра.

«Чёрт, как тебе так легко удаётся вызывать слабость в ногах, а?!»

Оторвавшись от поцелуя, чтобы чуть отдышаться, я приобнял его за талию и повел за собой, направляясь к кровати. Я лег на край, ноги всё ещё свисали вниз касаясь пола. Он склонился надо мной. По телу прошлась дорожка из поцелуев от подбородка до живота, вызывая мурашки, пока мои пальцы вплелись в его волосы. Когда он добрался до пресса и продвинулся чуть ниже, это было как удар под дых, только щекотно и до чёртиков приятно. Я прогнулся в спине, откинув голову назад и шумно втянув носом воздух. Добрался таки до чувствительной зоны. Затем последовали тихие стоны. Он задержался на этом месте. Слегка приспустил резинку от штанов, расписывал поцелуями и вылизывал нижнюю часть живота.

«Чёрт, не своди меня с ума… Или же всё-таки ты реально решил свести меня с ума?»

Он поднял мои ноги к себе на плечи, чтобы таким образом приподнять мои бедра и стянуть с меня штаны вместе с бельем.

«Боже, вот это реально был удар под дых, по крайней мере, по силе воздействия вполне сравнимо»

Откинув ненужную вещь подальше, он вновь приблизился, припав теперь руками и губами к члену. С целью возбудить меня он довольно быстро и мастерски справился. Выбил из меня жалкое — Да, пожалуйста, — в ответ на банальное — Ты готов?

«Да-да, тысячу раз да, я уже готов на всё, готов принять всё что ты мне дашь»

Дышать уже трудновато. Себя от одежды он избавил тоже. Я отполз чуть подальше, чтобы полностью забраться на кровать, тело ватное уже еле слушается. Повсюду ощущаются фантомные касания любимых губ и рук. Он сделал меня настолько опьяненным и податливым от ласки, насколько это было возможно сейчас. Вернувшись со смазкой он расположился между пригласительно разведенных ног. Приставив, смазанные пальцы ко входу он сперва всё так же нежно и аккуратно массировал колечко мышц, размазывая смазку вокруг. Свободная рука покоилась на коленке, нежно оглаживая большим пальцем. Плавно он ввел внутрь один из пальцев, выбивая полувздох-полустон. Губами припал к той же коленке, которую только что придерживал, и стал спускаться поцелуями вниз по бедру. Плавно начал скользить пальцем вперёд-назад. Протяжный стон, дальше лишь короткие вздохи, пальцы вцепились в простыни, глаза прикрыты, пока всё ещё непривычно, но… — Нравится? — Да-ах! Бедра начали чуть-чуть покачиваться навстречу пальцу. Добавился второй, вызывая тихое шипение.

«Немного неприятно, однако ещё терпимо»

Его губы опустились на член, а пальцы внутри раздвинулись, заставляя меня закатить глаза от удовольствия.

«Господи, как хорошо!»

Через пару движений он продвинул пальцы глубже и согнул поразительно точно попав по чувствительной точке, предварительно отстранившись от члена, прекрасно зная что будет дальше.

«Боже блять, оказывается может быть ещё лучше!»

Тело будто ударило током, бедра дернулись наверх, а спина изогнулась сильнее чем когда-либо. Стоны определенно стали громче, слаще, милее, выше. Я нетерпеливо заерзал под ним. — Йо-ичи… ещё… я хочу ещё… — единственное, что удалось выдать сквозь рваные стоны, надеясь что просьбу поймут. — Т-тшш, — раздалось над ухом, вызывая табун мурашек по телу — Потерпи ещё чуть-чуть и тебе будет очень приятно. От третьего пальца в уголках глаз скопились слезы и предательски потекли по щекам. Йоичи почувствовал, так как щекой касался моей щеки. По мокрой дорожке прошлись несколько поцелуев. — Не больно? — Нет, молю не останавливайся! — хныча, отвечаю я.

«На самом деле немножко больно, но мне глубоко наплевать на это»

Тело сходит с ума от ощущений. Как только терпения хватает не кончить прямо сейчас, но стараюсь держаться ради большего. Он переворачивает меня, и приподнимает за бедра, чтобы я встал на колени и отклянчил зад, грудь едва касается кровати, правая щека упирается в простынь.

«Знакомая поза, он говорил что самая приятная, так как член входит легче и глубже, однако спине пока не очень приятно, да и отсутствие пальцев тоже немного отрезвило, правда совсем ненадолго, как того и хотелось.»

— Расслабься — головка его члена коснулась входа, свободная рука скользнула по спине, успокаивающе гладя в области шеи и напряжённых лопаток. Сжимая в руках простыни, я послушно попытался расслабиться, прежде чем он вошёл наполовину, выбивая из нас обоих синхронный стон. Внутри такая приятная наполненность. Чуть привыкнув, я сам подался бедрами назад насаживаясь сильнее, терпения уже не хватало, тело отчаянно требовало разрядки. Он немного вышел и толкнулся обратно. Рука нежно гладит по затылку, успокаивает, вторая сжимает бедро, наверняка изо всех сил сдерживается, ведь делать больно не хочет. Ещё толчок выбивает из меня жалкий скулёж. А когда он почти полностью вышел и, поменяв угол проникновения, толкнулся вниз, из глаз чуть искры не посыпались.

«Это не просто очень приятно, это охуеть как приятно!»

Найдя нужный угол, он ускорился и теперь с каждым толчком проезжался прямо по простате. Теперь комната наполнилась пошлыми звуками: шлепки кожа о кожу, лёгкий скрип матраса, прогнувшегося под весом обоих тел, и громкие стоны наслаждения. Тело дрожит, колени вот-вот не выдержат и разъедутся в стороны, губы распахнуты, из горла льются сдавленные стоны, напоминающие всхлипы. Он сдвигает челку с моего лица, нависая надо мной, перекладывая весь свой вес на моё тело. — Господи, как же ты прекрасен! — глухо рычит он на ухо, параллельно выцеловывая и слегка прикусывая его, пока его рука скользит к руке с короной, накрывая сверху, сплетая пальцы и вжимая из последних сил в кровать. Другой рукой мягко проводит по животу, хватает, притягивая к себе, насаживаясь особо глубоко и замирая на мгновение.

***

Оба тела содрогаются в оргазме и расслабленно валятся на кровать, тяжело дыша. Михаэля плавит, он чувствует себя таким желанным, таким любимым, перед глазами звёзды мерцают, он готов поклясться, что никогда не чувствовал себя прекраснее чем сейчас. Ради этого определенно стоило отбросить к хренам свою гордость, чтобы просто раствориться в любви и удовольствии, что может подарить лишь этот человек.