Est-ce que tu m'aimes?

Тэхен и Чонгук завершили трапезу с чувством легкости, оставив на столе аккуратно сложенные салфетки. Чонгук любезно придержал дверь, пропуская Тэхена вперед, их взгляды встретились, и лёгкая улыбка украсила обоих. Они шагнули на свежий воздух, насыщенный ароматами осенних листьев и сладковатой свежестью только что прошедшего дождя. — Куда теперь? — спросил Тэхен, закинув руки в карманы пальто. — Вперед. Куда ноги приведут, — хитро прищурился Чонгук, оборачиваясь к нему. — Главное, чтобы компания была подходящая. Тэхен засмеялся, слегка толкнув Чонгука плечом: — О, значит, компания устраивает? — Ещё как, — без промедления ответил Чонгук, напуская на себя серьезный вид, но его улыбка выдала всё. Они шли по улицам, обсуждая мелочи жизни: последние фильмы, любимые книги, случайные забавные ситуации, что происходили с ними в последнее время. Чонгук поведал, как однажды случайно пролил краску на важный заказ, а потом выкрутился, превратив это в необычный арт, который клиент полюбил ещё больше. — Тебе бы за это медаль дали, — пошутил Тэхен, искренне смеясь. — А тебе — за то, что не умираешь от смущения каждые пять минут, — парировал Чонгук, дразня его за лёгкий румянец на щеках. — Невозможно, когда рядом такой... — Тэхен замялся, остановился и посмотрел на Чонгука с чуть прищуренными глазами. — Какой? — с вызовом спросил Чонгук, наклонившись к нему. — Ты и сам знаешь, — пробормотал Тэхен, быстро отворачиваясь, будто ему вдруг стало слишком жарко. Чонгук рассмеялся, но тут же мягко потрепал его по плечу, как бы показывая, что он не против этой милой искренности. Они дошли до небольшой площади, где фонари мягко освещали мокрую мостовую, отражая их свет в тонких лужах. Чонгук вдруг замедлил шаг, остановился и повернулся к Тэхену. — Слушай, а ведь с тобой совсем не скучно, — сказал он, глядя ему прямо в глаза. — С тобой тоже, — ответил Тэхен, чувствуя, как его сердце неожиданно начинает стучать быстрее. Они оба улыбнулись. Этот момент, хоть и был простым, казался им каким-то особенным. Словно мир на секунду затаил дыхание, оставляя их двоих наслаждаться этим мигом безмятежного счастья. Гуляя по оживленным улочкам, украшенным огоньками и ароматами уличной еды, они неожиданно наткнулись на уютный ларек с мороженым. Чонгук, сияя своей привычной озорной улыбкой, мгновенно остановился и, не задумываясь, заказал два рожка: ванильный для Тэхена и шоколадный для себя. Протягивая рожок Тэ, он с игривым тоном заметил: — Смотри, чтобы не капнуло. Но, конечно, в следующую секунду сам же приложил свое мороженое к носу Тэхена, оставив на его коже смешной сладкий след. — Чонгук! — воскликнул Тэхен, театрально возмущаясь, но тут же рассмеялся, пытаясь стереть пятно рукой. — Эй, не спеши. Тебе идет, — поддразнил Чонгук, искренне наслаждаясь моментом. Они продолжили шагать по улице, неспешно поедая мороженое, обменивались шутками и короткими взглядами, полными тепла. Атмосфера была настолько легкой и естественной, что Тэхен даже не сразу заметил, как пальцы Чонгука скользнули к его руке. Ладони соприкоснулись, и, прежде чем он успел удивиться, их пальцы переплелись в мягком, но уверенном движении. Тэхен поднял взгляд на Чонгука, в глазах которого светилась беззаботная искорка, и вместо слов просто улыбнулся. Этот момент принадлежал только им двоим, пропитан сладостью мороженого и теплотой взаимного понимания. Но, спустя несколько минут Чонгук замер. На его лице промелькнула тень – едва уловимая, но такая непривычная. — Чонгук? — осторожно позвал Тэхен, заметив, как пальцы Чона невольно сжались. Не отвечая, Чонгук сделал шаг вперёд, затем резко повернулся, и потянул Тэхена за собой. Его хватка была твёрдой, но не грубой, скорее, решительной. — Куда мы? — спросил он, но Чонгук только улыбнулся, его лицо озарила какая-то загадочность. — Потерпи немного, увидишь. Тэхен шел следом, чувствуя, как сердце учащенно бьется. Он не мог отвести взгляд от широкой спины Чонгука, которая казалась такой надежной. Его мысли блуждали где-то между восхищением и неловким смущением, когда он представил Чонгука без этой толстовки и куртки. — Что за мысли у тебя в голове, Тэхен? — пробормотал он себе, покачав головой, стараясь не краснеть. Чонгук, тем временем, завел его в тихий переулок, где вокруг не было ни души. Тэхен замер, когда Чонгук внезапно остановился, развернулся к нему и с легкостью, но невероятной нежностью прижал его к стене одного из зданий. — Чонгук... — голос Тэхена дрогнул, но он не мог отвести взгляда от его глаз. Чонгук взял его за руку, легко сжал её, а потом наклонился ближе, прошептав: — Тэхен… Если я сейчас делаю что-то не так, ударь меня. Правда. Но... моё сердце говорит, что я должен. Не дав Тэхену времени ответить, он коснулся его губ своими. Этот поцелуй был мягким, осторожным, словно Чонгук боялся спугнуть момент. Руки Тэхена сначала замерли в воздухе, но затем он обвил их вокруг шеи Чонгука, прижимая его ближе. Это был поцелуй, который говорил больше, чем любые слова. Тепло рук Чонгука на его талии, их медленное движение, дыхание, смешивающееся между ними — всё это заставляло время остановиться. Когда они отстранились, оба тяжело дышали, а их лица были освещены смущением и радостью. — Ты... ты очень смелый, — прошептал Тэхен, слегка улыбаясь. — А ты — невероятный, — ответил Чонгук, всё ещё держа его за талию. — Спасибо, что не ударил. Они рассмеялись, и этот смех был таким лёгким и искренним, что казалось, весь мир стал чуточку светлее. Чонгук снова приблизился, и прежде чем Тэхен успел что-то сказать или понять, он вновь впился в его губы. На этот раз в его движениях было больше страсти, больше жадности, словно он пытался впитать в себя всё тепло и сладость, что исходили от Тэхена. Поцелуй стал глубже, и Тэхен, забыв обо всём, кроме этого момента, тихо простонал, неосознанно сжимая куртку Чонгука пальцами. Чонгук, услышав этот звук, едва заметно усмехнулся в поцелуй, а затем слегка прикусил губу Тэхена, заставив его открыть глаза и удивленно посмотреть на него. — Ты слишком вкусный, Тэхен, — пробормотал Чонгук, глядя прямо в его глаза, где читалась смесь смущения и удовольствия. — Чонгук... — прошептал Тэхен, его голос дрогнул, но не от страха, а от какого-то нового, необъяснимого чувства, которое заставляло его сердце бешено стучать. Чон только сильнее притянул его к себе, чтобы почувствовать тепло его тела, свободной рукой нежно поглаживая его по спине. — Прости, если я слишком настойчив, — добавил он, но в его голосе не было ни капли раскаяния. — Ты... — Тэхен попытался ответить, но мысли путались, а слова тонули в новом поцелуе, который он уже сам начал. Эта встреча была для них обоих чем-то большим, чем просто прогулкой. Она стала моментом, когда двое людей открыли для себя, как важно быть честным с самим собой и своими чувствами.

***

Чонгук, поправив ремешок сумки через плечо, кивнул в сторону ближайшей улицы. — Идём ко мне? У меня, кажется, есть вино… или чай, если предпочитаешь что-то потеплее. Тэхен, всё ещё немного смущённый и потерянный в происходящем, медленно кивнул. — Чай звучит замечательно. Путь до дома Чонгука прошёл в непринуждённых разговорах. Тэхен всё ещё ощущал легкий жар на губах после их поцелуев, а сердце едва успевало замедлить ритм. Когда они зашли в квартиру, Тэхен сразу заметил, что помещение было наполнено теплотой и уютом, характерным для человека творческого. На стенах висели картины, а у одной из стен стоял большой мольберт с незаконченной работой. — Ух ты, — выдохнул Тэхен, медленно проходя по комнате. Его взгляд блуждал по картинам — портреты, пейзажи, абстрактные узоры. Каждая деталь была тщательно проработана, а цвета передавали что-то неуловимое, но трогательное. Однако больше всего внимание Тэхена привлек один холст, аккуратно стоящий на полке у окна. На нём был он сам. Тэхен. Ещё с первого взгляда он узнал себя. Его черты, его взгляд… всё было невероятно реалистичным, но при этом в изображении была какая-то мечтательная мягкость, которую он раньше не замечал в себе. — Чонгук… это… — Тэхен замялся, почувствовав, как его щеки заливает румянец. Чонгук, который в этот момент ставил чайник, обернулся, заметив, куда смотрит Тэхен. Он слегка поджал губы, а потом робко улыбнулся. — Да, это ты, — сказал он, подходя ближе. — Я нарисовал тебя после нашей первой встречи. Ты долго не выходил у меня из головы. И… я просто не смог удержаться. Тэхен посмотрел на него, чувствуя, как его сердце начинает стучать всё быстрее. — Ты… правда? — Правда, — уверенно ответил Чонгук, его голос звучал тепло, но в глазах читалась лёгкая неуверенность. — Ты тогда сидел у окна с таким спокойным и мечтательным видом, и я вдруг понял, что хочу сохранить это на холсте. Тэхен перевёл взгляд на портрет и тихо произнёс: — Это… это невероятно. Я никогда не думал, что кто-то может… видеть меня так. Чонгук, подняв руку, осторожно прикоснулся к плечу Тэхена. — Я просто нарисовал то, что увидел, — шепнул он. — Ты не представляешь, как красиво ты выглядишь в моих глазах. Тэхен посмотрел на него, а затем снова на портрет, чувствуя, как внутри него разливается тепло, которое он не мог объяснить словами.

***

Время будто остановилось в уютной квартире Чонгука. Они сидели на диване, напротив окна, через которое едва пробивался свет фонарей. Разговоры были неторопливыми, обо всём и ни о чём. Тэхен рассказывал, как в детстве мечтал стать космонавтом, а Чонгук смеялся, вспоминая, как однажды чуть не испортил семейный портрет, на который по случайности упал. Но больше всего их разговоры были наполнены тёплыми взглядами. Никто из них не говорил об этом вслух, но оба прекрасно понимали — между ними зародилось что-то большее, чем просто дружеское влечение. Их связь ощущалась в каждом взгляде, каждом лёгком касании. Чонгук незаметно наблюдал за тем, как Тэхен смеётся, как он отворачивается, чтобы спрятать смущение. Ему нравилось всё в этом человеке — его манеры, мягкость, даже его лёгкая неуклюжесть, когда он проливал чай на себя в спешке. Вскоре ночь перешла в раннее утро. За окном начинал пробиваться первый свет рассвета. Тэхен зевнул, наклоняя голову в сторону, и, прежде чем осознал это, уже оказался с головой прижатым к плечу Чонгука. — Извини, — пробормотал он, пытаясь приподняться, но Чонгук удержал его мягким движением. — Тэхен, всё в порядке. Если хочешь спать, спи. — Но я… — начал было Тэхен, но не смог договорить, потому что веки сами собой начали опускаться. Чонгук тихо усмехнулся, глядя на его лицо. Аккуратно сняв ближайший плед с дивана, он укрыл их обоих. — Спи, — шепнул он, и в его голосе звучала такая мягкость, будто это слово было оберегом. Сам Чонгук тоже почувствовал, как его глаза закрываются, и он позволил себе расслабиться. Подобравшись поближе к Тэхену, он осторожно обнял его, чувствуя тепло их общих объятий. Когда солнце окончательно поднялось, его первые лучи застали двоих спящих людей, укрытых пледом, в самых безмятежных позах.

***

В уютной квартире Чонгука царила полная гармония. Он и Тэхен всё ещё мирно спали, укрывшись пледом, как будто весь мир остановился ради их покоя. Но в это время в кафе «Эспрессо мечты» творился настоящий хаос. Чимин, умудрившись споткнуться на ровном месте, с грохотом уронил одну из чашек прямо перед гостем, который выглядел не слишком довольным. — Я всё уберу, извините! — пробормотал Чимин, собирая осколки с пола. За стойкой Хосок, пытаясь справиться с потоком заказов, сжимал зубы. Его помощник едва успевал, и атмосфера накалялась. — Где, черт возьми, Чонгук?! — прошипел Хосок, снимая фартук и хватаясь за телефон. — У него была утренняя смена! Он вообще знает, что значит ответственность? — Может, он заболел? — осторожно предположил Чимин, едва удержавшись от того, чтобы не уронить поднос. — Заболел? Да он, наверное, просто проспал! — Хосок разозлённо нажал на номер Чонгука и приложил телефон к уху. Тем временем у Чонгука. В тишине комнаты громко зазвонил телефон. Чонгук, сонно моргнув, медленно потянулся к нему. Глаза ещё не привыкли к свету, но имя на экране он узнал сразу: Хосок. — Чёрт, работа! — выдохнул он, подскакивая с дивана. Но в этот момент его взгляд упал на Тэхена, который всё ещё мирно спал, укрытый пледом. Чонгук закусил губу, пытаясь решить, как поступить. Телефон продолжал звонить. Он ответил: — Алло... — ЧОНГУК! — раздался яростный голос Хосока. — Ты вообще в курсе, который час? Кафе на грани хаоса, а ты где? — Эм... — Чонгук нервно почесал затылок. — Я... тут... занят. — Занят?! — голос Хосока стал ещё громче. — У нас очередь из гостей, Чимин устраивает шоу с разбитыми чашками, а я тут, как понимаешь, не Барри Аллен, чтобы всё разрулить в одиночку! Чонгук быстро встал, жестами пытаясь не разбудить Тэхена, и пошептал: — Слушай, Хосок, ты же справишься ещё немного, да? Я скоро буду, обещаю! — Чонгук, если ты не появишься через полчаса, я сделаю твоё лицо новой эмблемой нашего кафе с надписью "Опоздавший месяца"! — Ладно, ладно, я уже бегу, — пробормотал Чонгук, сбрасывая звонок. Он взглянул на Тэхена, который, будто почувствовав отсутствие тепла, немного подтянул плед к себе и сладко вздохнул. Чонгук тихо засмеялся. — Прости, Тэхен, — прошептал он, оставляя записку на столе: "Мне пришлось убежать на работу. Мы ещё увидимся. PS: Ты спишь так мило, что я чуть не забыл, что опаздываю". Чонгук быстро оделся и выбежал из квартиры, направляясь к кафе, где его уже явно ждала "тёплая встреча".

***

Чонгук едва успел войти в кафе, как его тут же встретил Хосок. Тот стоял у стойки, скрестив руки на груди и сверля Чона взглядом, от которого даже самый смелый человек предпочёл бы сбежать. — Ты... — начал Хосок медленно, а затем неожиданно схватил со стойки тряпку и кинул её в Чонгука. — Эй! — воскликнул Чонгук, пригнувшись. — Это уже нападение на сотрудника! — Нападение?! Это наказание за то, что я тут в одиночку героически борюсь с армией любителей капучино, пока ты где-то прохлаждаешься! — Хосок схватил ещё одну тряпку и швырнул её в сторону Чонгука, который увернулся с грацией балерины. — Я всё объясню! — закричал Чонгук, но Хосок уже начал маршировать в его сторону, размахивая рукой. — Объяснишь?! Объяснишь, когда вымоешь весь пол, обслужишь каждого гостя и исправишь тот бардак, что оставил после себя Чимин! Чонгук, понимая, что дело плохо, схватил тряпку и, как бы оправдываясь, начал протирать столы. — Слушай, я просто был немного... занят! — Занят? — Хосок прищурился, а затем резко схватил чизкейк с ближайшего подноса. — А теперь займись этим! Прежде чем Чонгук успел осознать, что происходит, чизкейк со свистом пролетел через весь зал и с силой ударился ему прямо в пах. — ОЙ! — воскликнул Чонгук, распахнув глаза от удивления. Он застыл на месте, а затем медленно посмотрел вниз. — Ну ты извращенец, Хосок! — заявил он громко, хватаясь за пирог и скидывая его на пол. Весь зал, включая гостей, разразился смехом, а Хосок, покраснев от злости, уже мчался на Чонгука с угрозой в глазах. — Ты что сказал?! Иди сюда, я тебе покажу, кто здесь извращенец! Чонгук, как ошпаренный, рванул к другой стороне кафе, лавируя между столами и стульями. — Эй, эй, спокойно, это была шутка! — кричал он, смеясь, но не останавливаясь. Чимин, наблюдавший за этим шоу из угла, тихо вздохнул: — И это наш старший сотрудник... Один из гостей, утирая слёзы от смеха, пробормотал: — В этом кафе явно не скучно. Тем временем Чонгук и Хосок продолжали свою "гонку", превращая рабочий день в настоящее комедийное шоу.

***

Тэхен проснулся от солнечных лучей, пробивающихся сквозь полупрозрачные шторы. Он лениво потянулся, ощущая необычайное тепло, но тут же его взгляд метнулся к пустому месту рядом. Чонгука не было. — Чонгук? — позвал он, садясь на диван. Ответа не последовало. Лёгкое чувство тревоги сжало его сердце, пока он не заметил записку, аккуратно оставленную на столе. Тэхен облегчённо улыбнулся. Его сердце, ещё минуту назад трепетавшее от волнения, вновь обрело покой. Он посмотрел на записку ещё раз, мягко усмехаясь: " Эх Чонгук..." Он встал с дивана, поправил волосы и направился на кухню. — Раз уж я тут один, почему бы не приготовить себе что-нибудь? — пробормотал он, осматриваясь. Кухня Чонгука была уютной, чистой, с множеством мелочей, которые словно отражали характер хозяина. Найдя яйца, хлеб и кофе, Тэхен приготовил себе простой завтрак: тосты с яичницей. — Надеюсь, он не будет против, — тихо рассмеялся он, поставив чашку с кофе на стол. Покончив с завтраком, Тэхен решил принять душ. В ванной всё было так аккуратно организовано, что он почувствовал себя немного неловко, нарушая этот идеальный порядок. — Где же полотенца? — пробормотал он, осматривая шкафчик. Среди множества сложенных полотенец он выбрал одно новое, ещё запакованное. — Ну, думаю, это можно использовать. Выйдя из душа, Тэхен закутался в полотенце и посмотрел на своё отражение в зеркале. В голове крутились мысли о Чонгуке: о его заботе, теплоте и той искренности, которая так завораживала. — Как быстро он стал таким важным... — прошептал он, улыбаясь. Тэхен, решив не покидать уютного жилища Чонгука, почувствовал лёгкую скуку. Он уже изучил все картины, любовался каждой из них вновь и вновь, пробежался взглядом по деталям, которых не замечал раньше, и даже попытался угадать, в каком настроении Чонгук был, когда писал их. После этого он сел на диван, достал телефон, полистал соцсети и даже немного послушал музыку, но всё равно чувствовал, что время тянется невыносимо долго. Он бросил взгляд на телевизор. — Ну, почему бы и нет? Может, хоть это поможет скоротать время, — сказал он сам себе и взял пульт. Он стал листать каналы, находя то фильмы, то новости, то кулинарные шоу. Остановился на романтической драме, где главные герои как раз переживали момент своего первого признания в любви. Тэхен невольно усмехнулся, вспомнив вчерашний вечер с Чонгуком. — Так похоже, — пробормотал он, облокотившись на подушку. Время тянулось медленно. На часах уже было почти пять вечера, а Чонгук всё ещё не вернулся. Тэхен уже стал думать, что, возможно, стоило выйти прогуляться или хотя бы позвонить ему, но быстро отбросил эту мысль. — Нет, не хочу мешать. Он, наверное, весь в делах, — сказал Тэхен, устало потирая глаза. От дневной тишины и уюта квартиры его стало клонить в сон. Решив, что время быстрее пройдёт, если он немного подремлет, Тэхен улёгся на диван, натянул на себя плед и закрыл глаза. Он думал, что будет долго ворочаться, но воспоминания о теплоте Чонгука, его мягком взгляде и нежных словах быстро убаюкали его. Через несколько минут Тэхен уже мирно спал, время от времени прижимая плед к себе, будто инстинктивно чувствуя в нём некое присутствие Чонгука. Солнце уже начало клониться к закату, окрашивая комнату в тёплые оранжевые тона, когда дверь тихо щёлкнула, и в квартиру вошёл Чонгук... Чонгук тихо прикрыл за собой дверь, стараясь не шуметь. Он поставил пакет с продуктами на кухонный стол, снял обувь и куртку и прошёл в гостиную, где ожидал застать Тэхена бодрствующим. Но вместо этого он замер на пороге: Тэхен мирно спал на диване, укрывшись его пледом. Его лицо было таким спокойным, что Чонгук невольно улыбнулся. Свет заката мягко ложился на Тэхена, оттеняя его нежные черты лица. Подбородок слегка приподнят, ресницы создавали лёгкую тень на щеках, а губы приоткрылись совсем чуть-чуть, будто напоминая о поцелуях, которыми они обменивались всего вчера. "Такой милый," — подумал Чонгук, осторожно подходя ближе. Он присел на корточки рядом с диваном, положив локти на колени, и пристально посмотрел на Тэхена. Его взгляд словно впитывал каждую черту — пухлые линии губ, мягкие скулы, аккуратный нос. Чонгук чувствовал, как внутри разливается тепло. "Вот бы каждый день начинать с такого вида и заканчивать им же," — мелькнуло у него в голове. Он чуть склонил голову, пытаясь подавить желание провести пальцами по щеке Тэхена. Губы Чонгука непроизвольно растянулись в мягкой улыбке, а глаза блеснули теплом. — Щёчки такие… мм, так бы и затискал, — прошептал он себе под нос, едва не касаясь взглядом спящего. Его взгляд скользнул к губам Тэхена, и в голове вспыхнула шальная мысль. "Если я его поцелую сейчас, это будет странно? Хотя… кто узнает?" Он покачал головой, смеясь над собой, но желание всё ещё оставалось. Лицо Тэхена во сне был таким безмятежным, что Чонгуку хотелось замереть в этом моменте. — Эй, Тэхен, ты даже во сне умудряешься быть идеальным, — тихо пробормотал он, снова усмехнувшись. Чонгук тихо выдохнул, вставая с корточек. Будить Тэхена ему не хотелось, даже несмотря на то, как сильно он соскучился за этот день. Он решил пойти на кухню, разложить продукты и приготовить что-то лёгкое, чтобы Тэхен проснулся в тёплой и уютной атмосфере. Но прежде чем уйти, он ещё раз задержался на мгновение, аккуратно поправил плед, чтобы укрыть Тэхена лучше, и снова любовно посмотрел на его лицо. "Ты даже не представляешь, насколько я счастлив, что ты появился в моей жизни," — подумал он, направляясь к кухне. На кухне было уютно и тепло. Чонгук стоял у плиты, сосредоточенно перемешивая рис с кусочками курицы в ароматном сладком соусе. Пар поднимался из кастрюли, заполняя комнату аппетитным запахом. Он был так увлечён процессом, что не заметил, как в дверях появилась сонная фигура Тэхена. Тэхен, слегка растрёпанный после сна, мило потирал глазки, пытаясь избавиться от остатков дремоты. Он тихо прошёл на кухню, остановился возле дверного проёма и, прислонившись к косяку, посмотрел на Чонгука. — О… Ты пришёл, — пробормотал он, голос звучал ещё мягче от недавнего сна. — Я ждал тебя, думал, посплю, чтобы время скоротать. Чонгук, услышав знакомый голос, повернул голову, и его лицо сразу озарилось широкой улыбкой. — Я так и понял, Тэ, — ответил он с лёгкой ноткой нежности в голосе, откладывая лопатку в сторону. — Выспался? Тэхен сделал пару шагов ближе и сел на стул у кухонного острова, положив подбородок на ладони. — Хм, кажется, да, но что-то ты мне снился… — сказал он, хитро прищурившись, будто поддразнивал Чонгука. Чонгук усмехнулся, продолжая работать с едой. — Надеюсь, я там вёл себя хорошо? Тэхен слегка улыбнулся, лениво покачивая ногой. — Лучше некуда. Готовил что-то вкусное, как и сейчас, — он вдохнул аромат, доносящийся с плиты, и глаза блеснули от удовольствия. — Это пахнет невероятно. Чонгук бросил на него короткий взгляд и снова улыбнулся. — Это для нас обоих. Ты наверняка проголодался. — Ты угадываешь мои мысли, — сказал Тэхен, заправляя волосы за ухо. — Чем я могу помочь? — Ну… — Чонгук сделал вид, что задумался. — Можешь просто сидеть и выглядеть мило, этого достаточно. Тэхен рассмеялся, его смех прозвучал мягко и музыкально. — Справлюсь с этим без проблем, — подколол он, снова облокачиваясь на ладони. Чонгук только покачал головой, но в его глазах светилась радость. Он выложил рис с курицей на две тарелки и поставил их на стол. — Готово, — с лёгким взмахом руки произнёс он. — Приятного аппетита, мистер "Сонная мордочка". Тэхен засмеялся, а затем, глядя на Чонгука, добавил: — Спасибо, мистер "Сделал мой вечер лучше".

***

Ночь накрыла город своим мягким покровом. После ужина, полного смеха и теплых разговоров, Чонгук и Тэхен наконец отправились спать. Как-то естественно получилось, что они оказались вместе на одной кровати. Тэхен, слегка смущённый, всё же не сопротивлялся, когда Чонгук лёг рядом, а потом обнял его за талию. Тёплые руки Чона обвили его, словно обещая защиту и комфорт. Тэхен почувствовал, как его сердце замерло на мгновение, а потом начало стучать чуть быстрее. — Удобно? — шепнул Чонгук прямо у его уха, голос был мягким, почти сонным. — Очень, — ответил Тэхен, почти мурлыкая, и чуть ближе придвинулся к нему. Чонгук улыбнулся и уткнулся носом в волосы Тэхена. Его дыхание было ровным и спокойным, успокаивая и Тэ. Так они и уснули, ощущая тепло друг друга. Чонгук спал с лёгкой улыбкой, его рука по-прежнему лежала на талии Тэхена, будто боялся отпустить. Тэхен, прижавшись к нему всем телом, впервые за долгое время почувствовал себя абсолютно счастливым. Наступило утро, но солнечные лучи, пробивавшиеся сквозь шторы, казалось, не торопили их. Они оба всё ещё спали, наслаждаясь каждым мгновением этой близости. Чонгук слегка пошевелился во сне, прижимая Тэхена чуть крепче, словно его подсознание знало, как важен для него этот человек. Тэхен тоже сделал лёгкое движение, уткнувшись лицом в подушку и тихо вздохнув. Время текло медленно, а в их маленьком мире всё казалось идеальным. Тэхен открыл глаза первым, осознав, что солнце уже встало, а Чонгук всё ещё спит, крепко обнимая подушку вместо него. Он улыбнулся, глядя на него — такой расслабленный, спокойный, и чуть взъерошенные волосы делали его ещё милее. Но Тэхен понимал, что ему пора идти. Он тихо выскользнул из постели, стараясь не разбудить Чонгука. Быстро привёл себя в порядок, накинул пальто и уже был готов уходить, но перед этим подошёл к кровати, где всё ещё спал Чонгук. Склоняясь над ним, Тэхен мягко коснулся его губ своим поцелуем, лёгким, почти незаметным. Но Чонгук вдруг шевельнулся, сонно открыв один глаз, и, будто машинально, поцеловал его в ответ, затем вновь повернулся на другой бок и продолжил спать, даже не осознавая, что только что сделал. Тэхен прижал ладонь к своим губам, пытаясь сдержать смех, и с тихой радостью вышел из квартиры. Утренний Париж встретил его лёгким солнечным светом и удивительным спокойствием. Воздух был свежим, будто наполнен надеждой. Тэхен шёл по улицам, наслаждаясь этой редкой тишиной большого города. Его мысли всё ещё крутились вокруг Чонгука, и улыбка не сходила с его лица. Проходя мимо цветочного киоска, он купил маленький букет белых ромашек, не зная зачем. Он просто захотел принести немного красоты в этот день. — Ах, Париж, ты сегодня просто волшебный, — прошептал Тэхен, направляясь домой. На душе было тепло, как будто утро подарило ему новую порцию счастья. Тэхен, вернувшись домой, скинул пальто на диван и направился в гостиную, где стояло его любимое пианино. Дом встретил его привычной тишиной, но на этот раз она казалась приятной, как будто специально созданной для музыки. Он сел за инструмент, провёл пальцами по клавишам, ощущая их прохладу. Сначала он просто играл, вспоминая мелодии, что давно выучил, но постепенно его руки начали выстраивать что-то новое. Это была не случайная импровизация, это была мелодия, которую он слышал в своей голове с того самого дня, как впервые встретил Чонгука. Мелодия была мягкой, трепетной, но в ней чувствовалась сила — словно два человека, которые нашли друг друга, не нуждаясь в словах. Тэхен закрыл глаза, полностью погружаясь в процесс, позволив звукам вести его. Когда он остановился, чтобы перевести дыхание, вдохновение словно продолжало пульсировать в воздухе. Он встал, взял листок с нотами и сел за стол. Ручка в его руке начала скользить по бумаге, вырисовывая новые такты. Музыка текла из его сердца, и он улыбался, осознавая, что каждая нота — это Чонгук. "Эта песня о нём," — подумал Тэхен, чувствуя, как тепло разливается по груди. Он писал о немой любви, той, что не требует слов, чтобы быть понятым. Любви, что просто существует, трепетной, искренней, настоящей. Пальцы быстро заполняли пустые строчки листа, будто боясь упустить этот момент. Закончив очередной такт, Тэхен откинулся на спинку стула и посмотрел на лист. — Немая любовь, — тихо прошептал он, — ей действительно не нужны слова. Он снова сел за пианино, чтобы сыграть новую мелодию, добавить последние штрихи. Звуки наполнили комнату, а вместе с ними и его душу. Тэхен аккуратно поставил последнюю точку на нотном листе, отодвинул его на середину стола и тяжело выдохнул, будто сбросил с плеч неведомую тяжесть. Он улыбнулся сам себе, глаза сияли радостью и вдохновением. Теперь, когда мелодия была завершена, она словно ожила внутри него, кружа, наполняя каждую мысль. — Это оно, — тихо сказал он, пробуя напевать первые строки, ловя правильный ритм и интонацию. Его голос был мягким, почти шёпотом, но каждый звук передавал всю гамму эмоций, что он вложил в эту мелодию.

***

Тэхен весь день провёл в своей квартире, проигрывая новую мелодию раз за разом. Он напевал её, менял небольшие нюансы, словно полировал бриллиант. Музыка звучала в его голове так чётко и ясно, будто уже стала частью его души. Но пока он наслаждался творческим процессом, время пролетело незаметно, и солнце уже клонилось к закату. Тэхен бросил взгляд на часы и ахнул: почти шесть вечера. — О, нет! — прошептал он, хватая телефон. Он набрал номер Чонгука, задержав дыхание, пока слышал гудки. — Алло? — раздался знакомый голос, немного уставший, но всё равно тёплый. — Чонгук! Привет, это я, Тэхен, — быстро произнёс он, пытаясь скрыть свою неловкость. — О, Тэхен, привет, — голос Чонгука звучал бодрее. — Ты как раз вовремя. У нас тут полный завал, но я всегда рад отвлечься, когда это ты. Тэхен улыбнулся, услышав эти слова, и продолжил: — Прости, что отвлекаю. Просто... я закончил свою мелодию и хотел сыграть её для тебя. На другом конце раздался короткий смешок. — Ты специально ждал, пока я буду на работе, чтобы я ещё больше захотел услышать её? — Нет! — воскликнул Тэхен, заливаясь лёгким румянцем, хотя Чонгук не мог этого видеть. — Просто потерялся во времени. — Понимаю, — ответил Чонгук, и в его голосе слышалась улыбка. — Но сейчас я всё ещё на работе. У нас тут адское количество заказов, и Хосок опять угрожает мне тряпкой. Тэхен рассмеялся, представляя эту картину. — Ладно, тогда я не буду мешать, — тихо сказал он, но его голос выдавал разочарование. Чонгук быстро подхватил: — Эй, ты не мешаешь. Я закончу через пару часов. Если хочешь, можешь прийти в кафе, а потом пойдём к тебе. Что скажешь? Тэхен задумался на секунду, а потом уверенно ответил: — Хорошо, я зайду. — Отлично, жду тебя. И приготовься, если твоя мелодия не понравится, я заставлю тебя слушать мою ужасную игру на гитаре. — Твоя игра не может быть ужасной, — засмеялся Тэхен. — Ты меня переоцениваешь, — ответил Чонгук, улыбнувшись. — До встречи, Тэ. Когда звонок завершился, Тэхен вздохнул с облегчением. Он подошёл к зеркалу, посмотрел на своё отражение и почувствовал, как тепло наполняет его сердце. Вечер обещал быть особенным.

***

Вечерний воздух был свежим, а небо уже украсили первые звёзды. Тэхен подошёл к двери кафе, за которой тускло горел свет. На входе он увидел знакомое лицо — Хосока, который как раз запирал дверь, раньше он мельком видал тут его. — О, ты как раз вовремя, — сказал Хосок, одарив Тэхена широкой улыбкой. — Этот бездельник переодевается, но ты можешь зайти. Тэхен тихо рассмеялся, слегка смущённый. — Спасибо, Хосок-хён. Хосок только махнул рукой, пропуская его внутрь, и добавил: — Если он начнёт много говорить, просто скажи ему, что у тебя ограниченное время. А то этот парень может заболтать до утра. Тэхен снова засмеялся, чувствуя себя ещё более расслабленным. Он вошёл в пустую кафейню. Все столики были убраны, и по помещению всё ещё слышался слабый аромат свежезаваренного кофе. Свет был приглушённым, создавая уютную атмосферу. Откуда-то из подсобки доносился глухой шум, и Тэхен догадался, что это Чонгук заканчивает свои дела. Через минуту двери подсобки открылись, и Чонгук появился, потирая шею. Его волосы были слегка растрёпаны, а на лице играла мягкая улыбка. — Тэхен! — радостно сказал он, заметив его. Тэхен обернулся на голос и сразу почувствовал, как его сердце дрогнуло. Чонгук выглядел по-домашнему: в простой футболке и джинсах, но Тэхену казалось, что от него исходит особое тепло. — Ты успел, — добавил Чонгук, подходя ближе. — Я уже думал, что ты передумал. — Как будто я мог, — ответил Тэхен, чувствуя, как его голос слегка дрожит. Чонгук улыбнулся и жестом пригласил его сесть за один из столиков. — Секунду, я сделаю нам кофе. Только для тебя. Всё равно никто не помешает. Тэхен кивнул, наблюдая, как Чонгук с лёгкостью и уверенностью управляется с кофемашиной. В этот момент он подумал, насколько же естественно Чонгук выглядит в своей стихии, даже в мелочах. — Вот, держи, — Чонгук поставил перед ним кружку с ароматным латте. — Спасибо, — тихо сказал Тэхен, беря кружку в руки. Её тепло приятно согревало его ладони. — Итак, ты обещал сыграть мне свою мелодию, — напомнил Чонгук, садясь напротив. — А я, как честный слушатель, обещаю быть объективным. — Если честно, я немного нервничаю, — признался Тэхен, опуская взгляд на кружку. Чонгук наклонился ближе, его глаза мягко блестели в свете ламп. — Тэхен, твоя музыка — это ты. И я уверен, что она такая же красивая, как и ты сам. Эти слова заставили Тэхена замереть. Его сердце пропустило удар, и он почувствовал, как его лицо покрывается лёгким румянцем. — Спасибо, — прошептал он, не смея поднять глаза. — Ну что, пойдём? — предложил Чонгук, вставая. Тэхен, улыбнувшись, легко кивнул на предложение Чонгука: — Да, давай ко мне. Он крепче сжал в руках кружку с латте, тепло которой приятно согревало его пальцы. Покидая кафе, он почувствовал на себе лёгкий вечерний ветер, который всколыхнул его волосы. Чонгук тем временем остался запирать двери. — Подожди минуту, — сказал Чонгук, вытаскивая ключи из кармана и бросая взгляд на Тэхена. Тэхен, чувствуя, как его сердце немного учащённо бьётся, отошёл в сторону, наслаждаясь этим моментом. Вечерний Париж в тёплых огнях казался каким-то волшебным. А рядом был Чонгук — человек, который за столь короткое время стал для него таким близким. — Всё, готово! — бодро произнёс Чонгук, подойдя ближе. — Теперь твоя очередь показывать свои владения. — Владения? — с улыбкой переспросил Тэхен, глядя на Чонгука. — Ты сильно преувеличиваешь. Чонгук пожал плечами, слегка толкнув его в плечо. — Кто знает. Может, я увижу нечто выдающееся. Тэхен только хмыкнул, но взгляд его выдал лёгкое смущение. Они шли бок о бок по улицам Парижа, наслаждаясь ночной тишиной. Латте в руках Тэхена постепенно остывал, но это было уже неважно — тепло их общения грело куда больше. Чонгук периодически бросал взгляд на Тэхена, замечая, как свет фонарей мягко освещает его профиль. — Ты всегда такой? — неожиданно спросил Чонгук. — Какой? — удивлённо ответил Тэхен, взглянув на него. — Такой… уютный, — ответил Чонгук, слегка смутившись, но скрывая это за улыбкой. Тэхен хмыкнул, прикрывая рот ладонью. — Ты это к чему? — Просто кажется, что рядом с тобой всё становится проще, — честно признался Чонгук. Слова Чонгука заставили сердце Тэхена дрогнуть. Он не знал, что ответить, поэтому просто пошёл чуть быстрее, чтобы скрыть своё смущение. — Вот, мы пришли, — тихо сказал Тэхен, останавливаясь перед своим домом. Чонгук внимательно оглядел фасад, делая вид, что оценивает: — Ну что ж, неплохо. Могу жить тут бесплатно за компанию. — Ты слишком самоуверен, — рассмеялся Тэхен, открывая дверь. Они поднялись наверх, и Тэхен, пропустив Чонгука первым, закрыл за ними дверь. — Добро пожаловать, — мягко сказал он, глядя на Чонгука. — Спасибо, — ответил тот, обводя взглядом уютную квартиру. — Ну что, покажешь, где это самое легендарное пианино? Тэхен засмеялся и кивнул в сторону гостиной. — Вон там. Чонгук последовал за ним, снимая куртку. Атмосфера между ними была тёплой, почти домашней. Тэхен, чувствуя лёгкую дрожь в руках, медленно прошёл к пианино. Чувство волнения не отпускало его, но он сдержал его, садясь на стул. Он тихо выдохнул, собираясь с мыслями, и бросил быстрый взгляд на Чонгука, который, не спеша, оперся локтями на пианино, с интересом наблюдая за ним. — Готов услышать? — прошептал Тэхен, голос его был лёгким, но в нём сквозила неуверенность, как будто он не был до конца уверен, что это будет достаточно хорошо для Чонгука. Чонгук кивнул с легкой усмешкой на губах. В его взгляде была не просто поддержка, но и искреннее восхищение. Он знал, что это будет что-то особенное. Тэхен на мгновение прикрыл глаза, ощутив, как его сердце колотится в груди. Когда пальцы коснулись клавиш, всё остальное исчезло. Он погрузился в музыку, как в океан, в котором можно было тонуть и плавать одновременно. Ноты сами нашли своё место, плавно перетекая одна в другую, как неведомый поток, который ведёт его. Он играл, как будто его руки сами танцевали по клавишам, следуя волнам чувств, которые захлестывали его. Чонгук, стоя напротив, не мог оторвать взгляда. Он закрыл глаза, позволив музыке заполнять его. Он ощущал каждую ноту, каждый аккорд, и они касались его глубоко. В сердце разливалась такая теплота, что казалось, всё вокруг исчезло, кроме этих звуков. Тэхен продолжал играть, и Чонгук, словно не в силах сдержать эмоции, прошептал на французском, почти не замечая, как произносит слова: — Это великолепно. Тэхен на секунду остановился, почувствовав, как внутри что-то дрогнуло от этих слов, но тут же продолжил, почувствовав, как Чонгук его поддерживает. Их взгляды встретились, и Тэхен не смог скрыть лёгкой улыбки, продолжая играть, более уверенно. Музыка лилась из его души, и с каждым аккордом ему становилось всё легче и легче. Чонгук сидел, закрыв глаза, и с каждым мгновением музыка становилась для него чем-то очень личным, почти интимным. Он чувствовал, как его сердце наполняется чем-то теплым и спокойным. Это была не просто мелодия. Это был язык, на котором говорили только они двое. Тэхен закончил играть, и когда последний аккорд стих в воздухе, его сердце всё ещё билось сильно и быстро. Он сидел, слегка дрожа от переполнения эмоций, не в силах сразу расслабиться, так как все чувства, что он вложил в эту мелодию, будто вернулись к нему с удвоенной силой. Он выдохнул, шумно, пытаясь вернуть себе равновесие. Тишина, которая наступила после музыки, была почти осязаемой, но именно её нарушил Чонгук, шепотом, который был полон восхищения. Его голос был мягким и тёплым, и от этого Тэхену становилось ещё теплее внутри. — Я будто... Перенёсся в сказку, — сказал Чонгук, голос его был низким, исполненным того самого чувства, которое не передать словами. — Это чудесно, Тэхен, это определённо должен услышать мир... Хотя, я бы не прочь остаться единственным слушателем этой мелодии. Тэхен не смог сдержать свою улыбку, но она была смущённой. Слёзы подступили к глазам от того, как важно для него было услышать такие слова. Он не ожидал, что его музыка вызовет в Чонгуке такие эмоции, и эта нежность буквально сжала его сердце. — Да... Я хочу, чтобы эта мелодия осталась нашей, — прошептал Тэхен, его голос дрожал от искренности, от того, как много значила эта встреча и эти чувства, что он вложил в свою музыку. — Нашей историей... Чонгук усмехнулся, его глаза блеснули, когда он перебил Тэхена, добавив в разговор что-то мягкое, но с намёком на лёгкую дерзость. — Любви? — перебил и дополнил он, не скрывая свою лёгкую ухмылку. Тэхен покраснел, чувствуя, как его щеки пылают, и в тот же момент ударил Чонгука по плечу, смешно дуя губки, слегка нахмурившись, будто пытаясь скрыть свою смущённость. — Не смущай... Молчи, — шепчет Тэхен, и его голос становится ещё тише, но в нём чувствуется лёгкая неловкость, которая только делает всё более трогательным. Чонгук тихо засмеялся, и это смех был полон тепла. Он подошёл ближе, не отводя взгляда от Тэхена, и так же шепотом сказал, почти с шутливой серьёзностью, вкрадчиво и мягко: — Ты — моя музыка, Тэхен. И, похоже, я тоже хочу, чтобы эта мелодия осталась нашей. Тэхен снова покраснел, но в этот раз уже не стеснялся. Он знал, что в этом разговоре всё искренне, что это не просто слова, а чувства, которые они оба переживали. Он поднял голову и встретился взглядом с Чонгуком, в которых светились те самые эмоции, что не требовали объяснений. Это была не просто мелодия, а их история, и, возможно, только начало. Они долго и безмолвно смотрели друг другу в глаза. Взгляды их переплетались, создавая невидимую нить, которая связывала их сердца. Время словно остановилось, и вокруг них исчезли все звуки, оставив лишь тихое биение их сердец, которое с каждым мгновением становилось все громче. И вот, поддавшись внезапной волне страсти, которая вспыхнула между ними, они не смогли больше сдерживаться. Это было как магия — искра, вспыхнувшая в воздухе, заставила их забыть обо всем, кроме этого момента. Их губы встретились, и в этот миг мир вокруг них растворился. Чонгук, полон нежности и решимости, подхватил Тэхена под бедра, словно он был самым хрупким сокровищем, и, закрыв клавиши пианино вставленным в пазы боковых стенок бруском фигурного профиля, с прикрученными к нему на петлях откидным клавиатурным клапом, посадил его на поверхность инструмента. Тэхен тихо застонал, его голос был полон наслаждения. Этот танец любви, полный страсти и нежности, стал их собственным произведением искусства, где каждая нота звучала в унисон с их сердцами, а каждый взгляд был полон обещаний и надежд. Тэхен, с лёгким трепетом, положил ладони на щеки Чонгука, его пальцы бережно касались гладкой кожи, как будто боялся, что если отпустит его, этот момент исчезнет. Он слегка подтянул Чонгука, заставляя их тела сблизиться ещё больше, отдаваясь этому поцелую целиком, теряя всякое представление о времени, месте и всём, что было до этого. Все мысли рассеивались, оставляя лишь безбрежное ощущение близости, где нет ничего, кроме их двух душ, соединённых в этом бесконечном моменте. Чонгук, ощущая каждый удар сердца, притянул Тэхена ещё ближе. Его рука скользнула по бедру, сначала мягко, а потом сжимая, заставляя его почувствовать пульс этого мгновения, которое уже не было возвращением. Тэхен почувствовал, как его дыхание сбивается, когда Чонгук, притянув его к себе, прошептал с искренним отчаянием: — Тэхен... Не могу себя сдерживать, скажи, что тоже хочешь этого. Слова были полны напряжённого ожидания, словно сама вселенная затихла в момент, когда его голос коснулся его уха. Тэхен замер, его сердце ускорило ритм, и он, не выдержав, ещё крепче прижался к Чонгуку, чувствуя, как каждое слово этого признания прокачивает в нём что-то глубокое, что невозможно скрыть. Он встретился с взглядом Чонгука и, отвечая с той же страстью, прошептал, чувствуя, как его тело отзывается на каждое прикосновение. — Да, Чонгук, я тоже, — прошептал он, опуская смущённый взгляд вниз. Каждая клеточка их тел взывала к одному, к возможности быть рядом, поглощёнными друг другом, без остатка, полностью и без всяких преград. Тэхен мог чувствовать, как Чонгук буквально тянет его к себе, как если бы это был момент истины, когда не существует ничего, кроме этого желания чистого, страстного и беспокойного. Это было не просто влечение, но нечто большее, глубокое. Их тела и души, переплетённые в едином порыве, искали друг друга, стремясь к более интимному, более глубокому соединению. Каждый взгляд, каждое прикосновение вызывало отклик в теле, превращая их желание в что-то невыразимо реальное. Они оба искали не только физического влечения, не только наслаждения от телесной близости. Это было намного больше это было стремление быть полностью понятыми, быть в едином дыхании и так близко, что не оставалось места для сомнений. Их поцелуи становились всё более настойчивыми, губы искали друг друга, руки скользили по телам, словно пытаясь разжечь огонь, который невозможно потушить. В этот момент они были готовы отдать всё, чтобы стать одним целым, чтобы каждое движение было откликом на желания другого, и чтобы, наконец, ощутить, что они не просто влюблены, а по-настоящему сливаются в одно целое, растворяясь друг в друге, в этом страстном, бесконечном мгновении. — Чонгук, снимай... — голос Тэхена дрожал, сдерживаемая страсть звучала в этих словах, как будто каждый звук был напряжённым выдохом, тяжёлым от невыразимого желания. Его руки, уверенные и неторопливые, но полные волнения, скользнули к краю футболки Чонгука. Они не колебались, не стеснялись. В этом моменте не было места для сомнений или стеснения. Тэхен с нетерпением тянул ткань вверх, ловя взгляд Чонгука, чтобы увидеть его реакцию, и в этот момент он почувствовал, как сердце ускоряется, ведь под одеждой скрывалось то, что он ждал так долго. Он давно мечтал увидеть каждую деталь, каждую линию тела Чонгука. Хочется почувствовать, как оно будет отозваться на его прикосновения, как будет откликаться на его взгляд, который не скрывает восхищения. Он хотел наслаждаться каждым изгибом, каждой чертой, каждым контуром, который был скрыт за тканью. Это был момент чистой, неукротимой потребности. Тэхен, словно теряя всякую способность к сдержанности, стремился к этому телесному откровению, его руки легко, но настойчиво продолжали двигаться, с нетерпением освобождая Чонгука от последней преграды, чтобы наконец прикоснуться к тому, что вызывало в нём это желание. Чонгук усмехнулся, наблюдая за действиями Тэхена, его взгляд был наполнен игривым огнём, едва сдерживаемым внутренним желанием. Он наслаждался каждым моментом, каждой секундой, каждым движением, что Тэхен делал, чтобы приблизиться к нему, но теперь пришла его очередь. В порыве страсти он потянулся к Тэхену, ловко схватил края футболки, и, с лёгким напряжением, сорвал её с его тела. Ткань, не успев опуститься на пол, оказалась отброшена в сторону, как ненужное препятствие. Чонгук не мог сдержать улыбки, когда его руки вновь скользнули вниз, уверенно и решительно, снимая с Тэхена брюки. Он ощутил, как тело Тэхена дрогнуло от его прикосновений, и это возбуждало его ещё больше. Каждый момент, каждая деталь, каждый взгляд между ними заставлял их стремиться к тому, чтобы наконец оказаться друг в друге, без лишних слов, без барьеров. Тело Чонгука теперь оказалось так близко, что, казалось, они могли просто раствориться в этом моменте, в этой страсти, которая их объединяла, не оставляя места для всего остального мира. Наконец, Чонгук, медленно и уверенно стянул с себя джинсы, оставляя их на полу. Затем, с легким вздохом, он снял и боксеры, полностью освобождаясь от ненужной одежды, которая сковывала его не маленьких размеров достоинство. В этот момент он почувствовал, как воздух касается его кожи, принося ощущение контраста между холодным и горячим. Словно в танце, с игривой улыбкой, он снял и нижнее белье, Тэхена, издав довольное мычание. Чонгук ощутил, как его сердце забилось быстрее, а в воздухе повисло напряжение, полное ожидания и нежности. — Ты великолепный, Тэхен, неужели это мой подарок под конец года, — Улыбка на лице Чонгука стала шире, он вовсе не думал, что всё так обернётся, что простой покупатель в его кафе, в его смену, станет для него чем-то большим. Его руки бескорыстно и властно блуждали по талии, бёдрам, ягодицам Тэхена, но остановиться ладони решили именно на упругих половинках, с удовольствием и с силой сжимая, как что-то самое желанное, — Ты весь прекрасный.. Я не могу передать словами, Тэхен, — его дыхание опаляет ушную раковину Тэхена, на что Тэ сладко и протяжно стонет, чуть ли не скулит от этих жарких и смущающих комплиментов, он вовсе не знает куда спрятать свой взгляд, но лишь бы не смотреть на Чонгука, этот чёртов соблазнитель доводит его до белых точек и звёздочек перед глазами, а лучше сказать сердечек. — Чонгу-у-ук.. Прошу.. — тяжёлое дыхание Тэхена выдаёт его состояние, тело жаждет Чонгука, а возбуждение с каждой секундой только сильнее растёт, затмевая последние адекватные отголоски разума, — Я весь горю.. Чонгука лишь забавляет всё это, но он будет не он, если не выполнит просьбу этого милашки, как же он может дразнить такое чудо света, которое просто упало ему на голову мягким облачком, и приподняв немного Тэ, он усаживает его поудобнее, дабы закинуть его ноги себе на плечи, поза до безумия откровенная, ему это нравится, а вот Тэхен чертовски смущён. Всё вокруг больше не имеет значения, каждый вздох, каждый взгляд имеет особую ценность, особую роль в этот момент, этим двоим и вправду не нужны слова, чтобы описать своё восхищение, достаточно одного быстрого взгляда. Тэхен обвив руками шею Чонгука, уткнулся носом тому в плечо, а дыхание напрочь сбивает, в голове мысли плывут и не связываются в одно целое, Тэхен тает, а Чонгук этим наслаждается. — Тэхен, смазка и презервативы есть?, — на его вопрос ответа не последовало, лишь тихое мычание и короткий кивок в стороны, Чонгук вскинув одну бровь, посмотрел в ту сторону, а там стояла маленькая тумба, и он понял всё без слов, нехотя отстраняясь от Тэ. — Тебя следует сначала растянуть, не хочу сделать больно, — В его голосе слышалась искренность, он искренне не хотел причинять боль Тэхену, он хочет чтобы они оба получили удовольствие, и они получат, — Хочу сделать тебе невероятно приятно, хочу войти в тебя всей длинной, чтобы ты почувствовал всё до малейшего сантиметра. От слов Чонгука у Тэхена задрожали ноги, честно признать у него не было никогда секса с мужчиной, но, он должен признать, что доверяет полностью своё тело Чонгуку, он знает, что Чон сделает всё правильно, всё как надо, и ему не будет сильно больно. И вот, Чонгук уже снова нависает над Тэхеном, снова закидывает его ноги на свои плечи, пока открывает зубами презерватив и раскатывает скользкий латекс по своему стволу. В свободной же руке у него находится тюбик со смазкой, а Тэхен гулко сглатывает, наконец решаясь признаться. — Чонгук.. Я.. У меня никогда не было секса с мужчиной, я девственник и не опытный.. Извини, — дует губы Тэхен, поднимая взгляд на Чонгука, хоть и боится всем нутром отрицательную реакцию. Но через пару мгновений он слышит смех. Тихий, такой мелодичный, и совсем не насмешливый, а искренний, — Не стоит за это извиняться, карамельный, я сделаю всё аккуратно и постараюсь чтобы тебе было по минимуму неприятно, — Улыбка с его лица не сползала, а Тэхен улыбнулся в ответ. Чонгук придвинув Тэ ближе, наконец открывает крышку тюбика со смазкой, выдавливая содержимое на свои пальцы, а после остатки и лишнее капает на розовенькую дырочку Тэхена, от чего Тэ тихо проскулил, приоткрыв рот в немом стоне, — Чонгук.. Оно холодное... Чон лишь кивает и сразу же прикладывает свои пальцы к дырочке Тэ, растирая жидкость и тем самым согревая, паралельно хорошенько смазывая, а после, Чонгук медленно нагнувшись, шепчет прямо на ушко Тэхену: — Расслабься сейчас, я войду одним пальцем, не вздумай напрягаться, — дабы отвлечь Тэхена ещё больше, он прикусывает мочку уха Тэ, пока его палец медленно погружается во внутрь, каждая фаланга входит на удивление легко, может смазка хорошая, а может Тэхен просто создан для него, — Вот так.. Умничка. Тэхен стонет, жмурясь, но следует указаниям Чонгука, не напрягается. А быть честным, пока ему это приносит только мелкий дискомфорт, но это только начало, он знает. Через несколько минут в ход пошёл и второй палец, который Чонгук так же погрузил без проблем, хоть и были некоторые трудности, ибо Тэхен запищал, явно испугавшись, но ожидание не оправдано, Чонгук нашёл точку "G", так быстро, так четко, от чего после испуга, на лице Тэ расплылась гримаса удовольствия, и он протяжно, но тихо простонал, лаская слух Чонгука. — Ч-чонгук.. Ещё хочу.. Мне понравилось, — судорожно вздохнул Тэхен, его взгляд был полностью затуманен как и разум, и он откинул голову назад, чувствуя как пальцы Чонгука наращивали темп, попадая точно по простате, доставляя Тэ новые порции удовольствия. Пошлые звуки разлетались по комнате, словно мелодия, такая естественная, и то как хлюпала смазка, разбавляя томные вздохи Чонгука и сладкие стоны, скулеж Тэхена. Терпение у Чонгука не железное, но он должен хорошо растянуть Тэ, чем в принципе и занимается, входя уже третьим пальцем, начиная двигать фалангами более быстро, а ощущение того, как эти стенки сжимают его пальцы сводит с ума, ибо он хочет почувствовать это своим членом, он хочет войти в Тэхена глубоко, дать понять что он теперь его собственность, он хочет вдалбливаться в хрупкое тельце, срывать с этих любимых и пухлых губ сладкие, чарующие стоны. Ритм ускорялся, а стенки сфинктера становились всё податливее, в конечном итоге Чонгук с характерным хлюпаньем вытащил пальцы с Тэ, на что Тэхен снова простонал, желая ощутить в себе Чонгука, только не пальцы, а член. — Войди.. Хочу, хочу почувствовать твой член, — На лице Тэ было прекрасно видно смущение, сильное смущение, до покраснения ушей и щёк, но он больше не мог терпеть, ему понравилось ощущать пальцы Чонгука в себе, а ещё, он прекрасно знает, что ему понравится в себе его орган. — Будь терпелив, Тэ, не хочу сделать больно, так что без резких движений, и, расслабься, Тэ, я же вижу как ты напряжен, — качает головой Чонгук, пока обхватывает рукой свой член, проводя пару раз вверх вниз по стволу, а после, с томным выдохом подставляет головку члена к колечку мышц и плавно толкается. Оба стонут в унисон, и это мелодия растворяется в тишине, что последовала после. — Ты безумно узкий.. Просто невероятно, так сжимаешь меня, — Усмехается Чонгук. — С одной стороны мне это даже нравится. С этими словами он входит глубже, а Тэхен, откинув голову назад, протяжно скулит, поддаваясь бёдрами навстречу, тая от нежности со стороны Чонгука, то, как он совмещает страсть и нежность - просто невероятно. Тэ упокоил свои руки на плечах Чона и прижал чужое тело ближе, наконец полностью расслабившись. Чон вошёл во всю длину. — А-ах..Ч-чонгук...Мх.. — Тэхен задыхается в ощущениях, закатывая глаза в экстазе, когда Чонгук наконец делает пробные толчки а после и вовсе ускоряет темп. Дабы не задерживаться на таком скучном и медленном начале. — Да.. Мм.. — слова Тэхена перемешиваются со звуками шлепков двух тел друг о друга и хлюпанья смазки, и это сводило ещё больше с ума, а Чонгук и не думал останавливаться, лишь быстрее вбивается в хрупкое тельце, укладывая свои ладони на бёдра Тэ и крепче сжимая их, насаживая с бешеной скоростью на свой член, ибо он не может больше терпеть, он так жаждал этого тела, а Тэхен не уступает, ответно двигает бёдрами, он разделяет желание Чонгука и так же сильно хочет его. — Быстрее.. Чон.. Ещё... На лице Чонгука расплывается игривая улыбка и он ускоряет темп толчков, входит он глубоко и размашисто, а волосы, которые мешали пару минут назад и лезли в глаза, слиплись на лбу от пота, слишком жарко, их двоих явно никто не сможет потушить, только не сейчас и не сегодня. Но спустя несколько минут, Чонгук замедляется, дабы избежать быстрой концовки, паралельно всему завлекая Тэхена в чувствительный, нежный поцелуй, трепетно сминая каждую губу Тэхена, забывая обо всём, и думая только об этом прекрасном юноше, а Тэхен тает в этих руках, тает в этом поцелуе, теряется в чувствах и сладко постанывает, Чонгук же ловит эти сладкие звуки устами, наслаждаясь этим. — Давай насладимся сполна, Тэ, — Чонгук шумно выдает тому в губы и смотрит точно в глаза Тэхену, пока возобновляет быстрые и безжалостные толчки, сам Тэхен от внезапности Чонгука скулит, чуть ли не скрывая свой голос, хотя он уверен, что на утро, у него точно будет болеть горло, но сейчас это совсем не важно, он не может контролировать себя, ему слишком хорошо и он это показывает всем телом. Чонгук входит резко, но даже при этом, бережно относится с ним, не делает чего-то лишнего, и Тэхену это нравится, — Чонгук.. Я не могу больше терпеть, мне слишком хорошо.. И вот, как бы Тэ не старался себя сдерживать, как бы не хотел продлить этот момент, изливается себе на животик, пачкая и чужой торс, тело его обмякает в чужих руках, но по-прежнему чувствует как член Чонгука вбивается в него с большей силой, — Тэ, я тоже почти... — Чонгук издаёт протяжное мычание и тоже изливается в презерватив, выходя медленно из Тэхена. Латекс он завязывает узелком и выкидывает в ближайшую мусорку, а после снова подходит к Тэ, предварительно взял салфетки, дабы бережно вытереть животик Тэхена. — Ты просто великолепно справился, учитывая, что это был твой первый раз, — с игривой улыбкой шепчет Чонгук, его глаза сверкают озорством. Тэхен, наконец пришедший в себя, застенчиво покраснел, его лицо покрылось лёгким румянцем, и он нахмурился, отчего губки забавно вытянулись вперёд. — Эй.. молчи… всё, не смотри на меня, отвернись, — его голос едва слышен от смущения, а глаза стыдливо избегают встречаться с взглядом Чонгука. Чонгук тихо рассмеялся, заметив, как сильно Тэхен смущён, и с любящей нежностью взял его на руки, словно хрупкую игрушку. Придвинув Тэ поближе он легко подхватил его, не позволяя ему сопротивляться, и направился к кровати. В его глазах была решимость скорее обнять этого милого и дорогого человека, прижать к себе, ведь оба они устали после насыщенной страстью ночи, полные тепла и нежности друг для друга. Тэхен и Чонгук лежали в кровати, оба выдохнув, ощутив, как тело расслабляется после этого сумасшествия. Чонгук обнял Тэхена сзади, прижимая его к себе, а Тэхен уютно устроился в его объятиях, ощущая, как тепло и покой окутывают их обоих. Молчание между ними было тихим и спокойным. Тэхен положил свою голову на подушку, ощущая, как руки Чонгука мягко держат его, и почувствовал необыкновенную благодарность за этот момент. Он все-таки оказался здесь, с человеком, с которым ему хотелось быть, с тем, кто понимал его без слов. Чонгук, в свою очередь, чувствовал, как его сердце успокаивается рядом с Тэхеном, как будто он нашел место, где ему действительно хорошо. После нескольких минут тишины, Тэхен, слегка повернувшись, шепчет: — Спасибо. За всё. Чонгук улыбается и отвечает: — За что? Мы ведь только начали. Нам ещё много всего предстоит. Тэхен кивает и, закрыв глаза, тихо смеется. Он знал, что эти моменты будут ценными, и ему очень хотелось, чтобы их было как можно больше.

***

Тихая ночь окутывала их мягким светом, и в комнате стояла гармония, наполненная теплотой и взаимным ощущением значимости. Чонгук и Тэхен, не говоря ничего, просто наслаждались этим моментом, словно мир вокруг замер, оставив только их двоих. Прошло несколько минут, и Тэхен, все еще в объятиях Чонгука, нежно коснулся его руки. — Знаешь, — сказал он тихо, — я раньше думал, что не могу найти место, где буду по-настоящему собой. Но сейчас... с тобой... я чувствую, что, наконец, нашел. Чонгук молча смотрел на него, его взгляд был мягким и полным понимания. Он не мог ничего сказать, потому что сам ощущал те же самые чувства. Чонгук, немного приподняв голову Тэхена, коснулся его лба своим, так же нежно и с любовью. — Ты всегда был собой, Тэхен, — прошептал он. И это было именно то, что они оба хотели. Никаких масок, никаких страхов, просто два человека, которые нашли друг друга в этом безумном мире. Тэхен улыбнулся, чувствуя, как в его сердце разливается легкость и спокойствие. И хотя ночь опустилась на город, а за окном мир продолжал жить своей суетной жизнью, в их маленьком мире царил покой, любовь и уверенность в том, что все будет хорошо. — Я люблю тебя, Тэ. — И я, я тоже полюбил тебя, Чонгук, сильно, до безумия, за такое короткое время.