Часть 3
25 июня 2025 г., 15:52
Приготовления к предстоящей свадьбе всё больше раздражали Чонгука. Альфа умышленно сбрасывал звонки от будущих родственников и намеренно избегал отца, который только и говорил о налаживании деловых связей между их семьями. Лишь работа помогала Чону абстрагироваться от надвигающейся проблемы. А возможность каждый день видеть понравившегося омегу придавала Чонгуку небывалых сил. Он буквально бежал на съёмки, чтобы своими глазами лицезреть фотосессии с Пак Чимином. Но тот игнорировал даже банальное приглашение на обед, заверяя, что вовсе не голоден. Желание утащить этого парня в какую-нибудь подсобку и там насладиться им становилось всё яростнее. Чон ходил с вечным стояком, пытаясь скрывать его удлинёнными пиджаками. Но трудно контролируемый огонь, разгоравшийся во взгляде всякий раз при виде Пака, замечал уже весь персонал. Госпожа Со тоже ежедневно наведывалась на съёмки, внимательно следя и за процессом, и за всеми передвижениями омеги. В голову Чона закрадывались нехорошие мысли относительно этой альфы. Похоже, она присмотрела его себе и теперь стерегла, как долгожданную добычу. Чувство ревности, доселе Чонгуку незнакомое, жгло нутро.
— Директор Чон, завтра у вас семейная встреча с родителями госпожи Кан, — напомнил ему секретарь Ан, выводя альфу из долгих размышлений. — Нужно ли мне заказать цветы или что-то ещё?
Чону нужно было любым способом пережить завтрашний приём. Но после него обратного пути назад уже не будет, и свадьба окажется неизбежной. Альфа посмотрел на улыбающегося фотографу Пака и внутри всколыхнулась неведомая волна. Ему во что бы то ни стало необходимо укротить этого омегу, а дальше будь что будет.
— Закажите цветы и клюшку для гольфа из новой коллекции, — отдал распоряжения Чонгук, прекрасно осведомлённый об увлечениях будущего тестя. — И ещё… — Чон в предвкушении закусил нижнюю губу. — Забронируйте столик на двоих в «La Yeon» на восемь часов вечера.
— Вы будете ужинать с кем-то из партнёров? Или с госпожой Кан? — уточнил секретарь, тут же заглядывающий в рабочие расписание начальника. — В восемь у вас тренировка.
— Сегодня обойдусь без неё, — коротко бросил Чонгук, не желая никому рассказывать о своих планах.
— Хорошо, — хмыкнул омега и достал телефон, сразу же созваниваясь со службой доставки.
Чонгук подошёл к фотографу, который просматривал в камере наиболее удачные кадры, и тот вздрогнул, когда альфа наклонился и тоже заглянул в экран.
— Господин директор! — молодой бета в очередной раз поклонился и услужливо протянул ему камеру.
— Всё в порядке, мне просто интересно, — ответил Чон, улыбаясь и переводя взгляд на невозмутимого Пака, который, воспользовавшись неожиданной паузой, погрузился в изучение своего телефона. Альфа сжал в карманах кулаки, пытаясь сдержать бушевавшие в душе эмоции. Его продолжали открыто игнорировать, причём с недавнего времени более активно. И Чону было невдомёк, с чем именно это связано. — Господин Пак, не устали? В последнее время у вас плотный график.
Омега замер, продолжая пялиться в мобильный, но поджатые губы говорили о том, что он совсем не расположен к разговору.
— Я привык. Мне нравится работать, — проговорил он, наконец отвлекаясь и испытующе оглядывая павильон.
Кроме фотографа и Чона, здесь ещё присутствовал осветитель, собирающий оборудование в коробки. Госпожа Со, как и секретарь Ан, видимо, вернулись на свои рабочие места.
— Понимаю. Но раньше вы почти не занимались подобным. Наверное, сложно вот так сразу сменить основную профессию? — Чонгук выводил омегу на элементарное общение, чтобы стать хотя бы немного ближе.
— Находиться под объективами камер привычно для меня, ведь я уже несколько лет выступаю на сцене. К тому же мне нравится внимание.
— Конечно, — Чон улыбнулся, надеясь вызвать ответную реакцию у Пака, но тот лишь скептически хмыкнул.
«Да что с ним, чёрт побери, такое? Я будто со стеной разговариваю! Неужели я ему совсем не интересен?»
— Давайте на сегодня закончим, — предложил Чонгук, желая остаться с дерзким омегой наедине.
Фотограф обрадованно начал складывать вещи, а Пак без всякого стеснения стянул с себя рубашку и украшения, предназначенные для съёмок. Сложив всё это в коробку, он надел чистую футболку и причесал волосы. Чон неотрывно следил за ним, получая несказанное удовольствие от одного лишь вида.
— С вашего позволения мы пойдём, господин директор! — поклонившись, сказал фотограф и ретировался вместе с оператором.
— Вы очень красивый, Чимин-щи, — выдохнул альфа через пару минут, когда омега тоже собрался уйти. — Сегодня пятница, хочу пригласить вас в ресторан на ужин. Исключительно как руководитель.
Омега скривил губы, а потом демонстративно провёл по ним кончиком языка, вызвав у Чона спазм в паху от внезапного притока крови к и без того эрегированному члену.
— Думаю, вам лучше пригласить на ужин свою невесту, господин директор. У вас ведь скоро свадьба. Искренне поздравляю вас с этим событием. Хороших выходных! — омега с улыбкой победителя вышел из павильона, оставляя Чона наедине со своим неутолённым желанием с горьковатым ванильным послевкусием.
***
Ч: «Хён, прости, но я не смогу поехать за город. Кажется, у меня течка начинается». Чимин сбросил сообщение Хосоку и, поджав ноги к животу, укрылся одеялом. Омегу ломало со вчерашнего вечера. После загруженной недели организм всё-таки сдался и отреагировал по-своему, даже принятые накануне блокаторы не особо помогли. А Пак так надеялся немного отдохнуть в выходные. От растущей температуры ноги ослабели, поэтому омега заранее принёс себе запас воды и льда в контейнере. Тянущая боль внизу живота становилась лишь сильнее, стоило Чимину изменить позу или пошевелиться лишний раз. Его то знобило, то бросало в жар, а временами от болезненных ощущений приходилось даже постанывать, закусывая зубами подушку. Х: «Мне приехать? Тебе что-то нужно?» Забота друга всегда была к месту. Хосок помогал ему и с восстановлением после тяжёлой пневмонии, и с массажем, и с нужными лекарствами, которые стоили немалых денег. Но сейчас Хосок сам нуждался во внимании, поэтому Чимин сделал всё возможное, чтобы друг побыстрее сблизился с Сокджином. И течка в качестве отговорки прекрасно подошла. Ч: «Всё нормально, я принял таблетки. Поезжай без меня и хорошо отдохни!» Х: «Но ты ведь совсем один…» Ч: «Это всего лишь течка, Хося. Я справлюсь». Новый болезненный приступ заставил Чимина ещё сильнее свернуться в позу эмбриона, пережидая тяжёлые минуты. Х: «Звони мне в любое время, я приеду!» Омега глубоко вздохнул, немного расслабляясь после спазма, и рука сама потянулась в пижамные штаны. Ухватив напряжённый член, Чимин принялся дрочить, издавая приглушённые стоны. Но этого оказалось ничтожно мало, поэтому омега просунул в себя два пальца, благо смазки было предостаточно, и принялся с силой насаживаться на них. Кончив через пару минут, он отвалился на подушку, тяжело дыша и прикрывая глаза. Почему-то в момент пика своего оргазма Чимин вдруг представил рядом Чон Чонгука, с силой вдалбливающего его в простыни. И это видение было таким приятным, что омега ещё несколько раз излился себе на живот, воображая, что в нём находятся пальцы директора, а не свои собственные. Чон Чонгук оказался наглым обманщиком, впрочем, как и большинство альф-чеболей, позволяющих себе погуливать на стороне. Чону предстояло жениться на одной из самых разбитных тусовщиц Кореи, и Чимин ему искренне сочувствовал. Но это не отменяло факта будущего торжества, которое должно было состояться совсем скоро. Возможно, альфе просто хотелось пуститься во все тяжкие перед началом сложной семейной жизни, но, скорее всего, тот привык к такому разгульному образу, судя по его посещению самых дорогих клубов и ресторанов города. Становиться омегой на одну ночь Чимин не собирался, но всё чаще признавался себе, что самоуверенный альфа ему нравится. С первого дня его работы в «JK Media» стало понятно, что тот к нему неравнодушен. Пак постоянно ощущал на себе его задерживающийся томный взгляд и исходящие флюиды. Именно они спасали омегу от пристального внимания госпожи Со, которая и не скрывала своей в нём заинтересованности.***
После двух мучительных суток Чимину легче не стало, но начиналась новая рабочая неделя, и его ожидали дальнейшие съёмки. Омеге с трудом удалось соскрести себя с постели и дойти до ванной комнаты, где он принял душ и почистил зубы. Но узрев себя в зеркале, понял, что идея поехать в офис явно преждевременна, да и надоевшая за эти дни слабость никак не уходила. Чимин проковылял до комнаты и с трудом заменил грязные простыни на свежие. Надев майку и шорты, залез под одеяло и накрылся им с головой. Приступы боли хоть и стали реже, но омегу по-прежнему скручивало до такой степени, что было трудно дышать. Дотянувшись рукой до телефона, брошенного на тумбочке, Пак отыскал в контактах номер госпожи Со и позвонил ей, уведомив, что приболел и пару дней отлежится дома. Он намеренно не стал звонить директору Чону, боясь, что тот неожиданно нагрянет, желая поухаживать за больным сотрудником. Госпожа Со вошла в его положение и пожелала скорого выздоровления. Чимин выключил телефон и, подтянув ноги к животу, постарался заснуть. Проснулся он от долгого звонка в дверь. Будто кто-то нарочно приложил палец к кнопке, вынуждая хозяина квартиры выйти. Чимин поморщился, приоткрывая глаза, и посмотрел на настенные часы, которые показывали полдень. Он проспал несколько часов, и это придало сил, хотя тело всё ещё оставалось слабым. Трель звонка начинала раздражать, и омеге пришлось заставить себя дойти до входной двери. Но, глянув на экран монитора, где чётко вырисовывался профиль обеспокоенного директора Чона, Пак пожалел, что вообще поднялся. Сейчас омега больше походил на приведение из ужастика, чем на живого человека. — Чимин-щи, откройте! Я слышу, что вы дома! — встревоженный голос директора раздался из динамика, и Чимин потёр лицо руками, чтобы немного прийти в себя. «Вот ведь какой настырный… Если я его впущу, неизвестно, чем это закончится». Чимин и правда боялся своей реакции на приставучего альфу. Тело его уже приняло, но мозг продолжал сопротивляться. А инстинкты ведь никто не отменял. Пискнул электронный замок, и на пороге возник Чон Чонгук, нагруженный пакетами из аптеки и супермаркета. — Здравствуйте, директор! — омега посторонился, впуская Чона в квартиру, и прислонился к стене, ища опору. — Я уже от лифта почувствовал твой аромат. Почему ты мне не позвонил? — хрипло спросил альфа, оставляя пакеты на кухне и возвращаясь к Паку. Он оглядел его с ног до головы, шумно дыша, и задержался на лице, которое наверняка было слишком бледным. Карие глаза за секунды стали чёрными, превращая Чона в беспощадного хищника. Чимин ухватился пальцами за края своей майки, словно она могла защитить его от происходящего. — Зачем так мучиться, когда есть я? — произнёс альфа, нависая над беспомощным Паком и обдавая его своим горячим дыханием. Насыщенный запах имбиря сразу же проник в ноздри омеги, и уйти от такого соблазна было невозможно. — Просто позволь мне… — Обещайте, что после этого вы оставите меня в покое, — выдавил из себя Пак, которого совсем не держали ноги. Альфа подхватил его на руки и понёс в комнату. — Я не могу обещать того, что придётся обязательно нарушить, но заверяю, что делаю это, потому что ты мне очень нравишься, Чимина, — прошептал он на ухо омеге и бережно уложил того на кровать, принявшись спешно раздеваться. Пак расслабленно наблюдал за всеми манипуляциями своего директора, терпеливо ожидая, когда тот накроет его собой и поможет наконец утихомирить эту ужасную боль. — Вы очень к-красивый, господин Ч-чон, — растягивая слова, проговорил Чимин и лукаво улыбнулся. Пожар, который с трудом потушил душ, разгорался внутри с новой силой. Но теперь рядом с ним был альфа, и тело мечтало лишь о немедленном удовлетворении желания. — Это ты у меня самый красивый, Чимина, — опустившись на постель и начав с предварительных ласк, прохрипел Чонгук. От одного лишь взгляда на его совершенное тело омега был готов расплыться лужицей. Но тут горячие губы накрыли рот Чимина, и он отключился от внешнего мира, не замечая больше ничего вокруг.***
Чонгук с дурацкой улыбочкой, не сходящей уже несколько минут с его лица, следил за тихо сопящим ему в грудь омегой. Неутомимость Чимина не удивила его. Внутри парня и в обычной жизни горел живой огонь, что уж говорить о сексе. А после двухдневного воздержания омега, дорвавшийся до близости, выплеснул из себя весь собравшийся запал, который теперь потихонечку угасал. Чонгук убаюкивал его в своих объятиях, до сих пор не веря, что добился-таки своего. Но он ведь Чон Чонгук, а тот всегда добивался того, кого хотел. Сейчас он мог пожалеть лишь об одном, что вовремя не воспользовался презервативами. Но он никогда не видел зрелища прекраснее, чем сидящий на его узле омега. Во вторник после обеда они наконец соизволили встать и разобрать принесённые Чоном продукты. Альфа решил приготовить суп с морскими ушками для восстановления сил у Чимина, а сам перекусил сэндвичами с ветчиной. После их бесконечного марафона они с омегой почти не разговаривали. Чонгук был уверен, что Пак не жалеет о сделанном. Но слова, сказанные им вчера, чётко отпечатались в мозгу альфы. — Как ты себя чувствуешь? — поинтересовался он, помешивая кашу в небольшой кастрюльке. Чонгуку уже давно не приходилось готовить самому, за него это делала домработница, но для Чимина хотелось постараться. — Я в порядке, — ответил омега, нервно кусая губы. В его белокурой головке, похоже, готовился план отступления, что было не по душе Чонгуку. Он не хотел вот так просто расставаться с человеком, с которым ему было хорошо. — Завтра можешь не выходить на работу, тебе нужно прийти в себя. — Я уже нарушил контракт, думаете, смогу туда вернуться? — выпалил омега, теперь кусая ноготь большого пальца. «Так вот, что его тревожит… Мучившая совесть…» — Не беспокойся об этом. В конце концов, я твой начальник и могу всё уладить. Это останется между нами, — заверил его Чонгук, снимая кастрюлю с плиты и доставая глубокую тарелку. — Садись, поешь. — Да от меня за километр вами разит! На кой чёрт вы мне метку-то поставили? Что мне теперь с ней делать?! Чон нахмурился. С меткой действительно вышла промашка, в порыве страсти альфа не удержался и впился в шею Чимина клыками, оставляя на нëм свои следы. Но они жили в свободном обществе, и омеги больше не имели чьей-то принадлежности. — Можешь избавиться от неё, если хочешь. А запах… Он скоро выветрится, — успокоил его Чон. — Как у вас всё просто, — с дерзостью в голосе ответил парень. — Я был сам не свой, но вы-то должны были позаботиться о безопасности! Наверняка таких, как я, у вас сотни! — Не преувеличивай, Чимини. Омег у меня было много, не отрицаю, но это в молодости. Сейчас я более разборчив. — Хоть на этом спасибо! — сложив руки на груди и отворачиваясь к окну, заявил Пак. Его скулы ходили ходуном, омега ожидаемо злился. — Благодарю за заботу, но вам пора, господин директор! — Поешь сначала, тогда я уйду. Чимин засунул в себя несколько ложек каши и запил всё зелёным чаем. Неудивительно, что этот парень был таким худеньким, ел он не больше птички. Чонгук усмехнулся, когда вспомнил о Юнги. Тот тоже постоянно сидел на диетах, но беременность превратила его в очаровательного омегу с румяными щёчками. — Мне было очень хорошо с тобой, Чимина, — искренне признался Чон. — На самом деле я был всего лишь с одним омегой в его течку, и это было также спонтанно. Ему требовалась помощь, он мучился от болей. Но с тобой всё по-другому, Чимин. — Ещё скажите, что я особенный, — фыркнул омега, глядя ему в глаза. — Любите помогать страдающим омегам? Да ни за что не поверю! Помните нашу встречу в гримёрной? Вы были уверены, что я прыгну к вам в койку. Даже не сомневались в этом, — Чимин нагнулся прямо к лицу альфы. — Берёте от жизни, что хотите, золотые детки. Скажите, вы взяли меня на работу, чтобы добиться своего? Только не врите, я за километр чувствую ложь. — Ты мне правда понравился. Не я один утверждал твою кандидатуру, госпожа Со, например, очень тебя хвалила. — Такая работа не падает с неба, её нужно заслужить. — Послушай, Чимин, я знаю о твоём прошлом. Там были исключительно богатые альфы, и я могу тебя понять. Чтобы подняться выше, нужны средства. У тебя хорошая квартира в дорогом районе, — Чон обвёл глазами современно обставленную кухню, — хорошая машина, модные шмотки. Ты ездишь отдыхать на дорогие курорты. Так чем ты отличаешься от меня? Ответь. Злость омеги сменилась растерянностью. Он принялся привычно кусать пухлые губы. — Слышать правду неприятно в любом случае. Да, я использую людей в своих интересах и всегда добиваюсь желаемого. Но я не конченная сволочь, которая готова продаться за деньги, у меня их и так достаточно. Мой друг женат и его омега обычный парень из Тэгу, из абсолютно бедной семьи, но Тэхён полюбил его таким, какой он есть, и постоянно делает Юнги-а счастливым. Им тоже хорошо вместе. Слова Чона, видимо, задели омегу за живое. Бешеный темперамент Пака уступил место вдумчивости. Несмотря на своё низкое происхождение, этот парень знал себе цену и смело шёл к задуманной цели, используя все средства. Одно это вызывало в Чоне гордость. Уверенность, с которой Чимин смотрел в завтрашний день, и притянула к нему Чонгука. А ещё невероятная красота и талант, которыми, к счастью, бог его не обидел. — А как же ваша невеста? Не похоже, что вы влюблены в неё. — Это, наверное, моя единственная проблема сейчас, — усмехнулся Чон. — Мы с Юри выросли в одной среде и, кажется, что нам легко вместе, но она ужасно капризная и безрассудная, с ней невозможно находиться рядом. Наш брак нужен исключительно для бизнеса. — Не знаю, могу ли я говорить это… Кан Юри связана с нехорошими людьми. Она ведёт двойную жизнь и умело это скрывает, — заявил вдруг Пак. — Что тебе известно? — Чон стал само внимание. — Я несколько раз видел её в закрытых клубах. Она там работает, — омега откашлялся, — стриптизёршей. Она сидит на наркотиках, Чонгуки-щи, и точно подмочит вам с отцом репутацию. Поверьте мне. — Вот же чёрт! А я всё думал, куда она деньги спускает, — Чон охнул, повалившись на стул. — Попрошу службу безопасности пробить всё о ней. Если у меня будут доказательства, я смогу отменить эту ненавистную свадьбу! Настроение Чонгука заметно поднялось. Он притянул к себе опешившего, но не отстранившегося Чимина, и поцеловал того в свежую метку. Смирившись с судьбой, Чон уже перестал надеяться на лучшее, но теперь у него появилась надежда. Он больше не хотел прогибаться под родителей, а собирался жить своей жизнью. Жизнью, в которой с ним рядом будет Чимин.
