Love Thriller

      Стоя под горячим душем, Кихен тщетно пытался остудить голову. Состояние немного заземляло то, что помимо него в квартире находился еще Чжухон, но если быть предельно откровенным, ему больше хотелось вернуться к себе домой. Нужно было немного передохнуть от всего происходящего, и хотя у него в запасе был день перед общим сбором, вряд ли получится успокоиться. Ю понадеялся на свою организованность, когда решил так рано выйти из больницы, он и сам понимал, что ему стоило заставить рассудок работать более трезво, но тем не менее думать ни о чем другом, кроме Хенвона в больнице не получалось. На кого вообще его оставили? Да, Минхек, как оказалось, хранил в своем шкафу некоторые скелеты, но тем не менее, достаточно ли было его одного, чтобы защитить в крайнем случае? Может быть стоило снова обратиться за помощью к Хосоку. — Так не пойдет, — пробубнил себе под нос следователь, прикладываясь виском к покрытому влагой кафелю.       Одно было точно — нужно как можно скорее разобраться с этим Го Ендоном, чтобы вздохнуть спокойно. Кихену совершенно не нравилось, что его жизнь начала крутиться вокруг убийства одного человека, и что чувства выходили из-под тщательного контроля. Как он посмел раз за разом забирать дорогих ему людей? Со смерти матери прошло достаточно времени, чтобы оставленный на душе рубец покрылся неровностью шрамов. Смерть Лин Юн была ужасной, было отвратительно ощущать себя настолько беспомощным перед ситуацией, но, как бы это холодно ни звучало, она не была настолько близка, чтобы создать эффект разрывающейся бомбы. Не смогла. Зато оставила широкий разрез на побелевшем рубце, позволяя этому проклятому похищению добраться туда, куда не добралась прошлая смерть. Выносить это уже не было сил. Ю чувствовал в себе смесь из злости и отвращения. Вспоминая эти фиолетово-желтые пятна, расползшиеся по телу возлюбленного, его пальцы, черт возьми, без ногтей, последний поцелуй, пропитанный металлическим вкусом, его сломанную руку, покрасневшее кольцо вокруг шеи, широкий разрез, который точно оставит после себя пожизненный шрам. Как этот Го Ендон посмел сделать нечто подобное?       Кулак без силы ударил по стене. На самом деле, сколько бы злости Ю не испытывал, он так ни разу и не смог увидеть лицо этого ублюдка вне рамок фотографии. Он не знал человека, не знал, как себе стоило представлять его мимику, поведение. Он мог только предполагать, представляя, как бывший волк, спасается от погони. Хотя и спасаться не придется. Кихен просто сделает это. Как что-то обязательное и нужное, забудет обо всем и больше никогда в жизни не станет вспоминать это время в красках. Возьмет с собой из него только Хенвона, и пусть тот только заикнется о возвращении к своим делам. Хотя нет, не так, пусть говорит, пусть ставит Ю в странные, нелепые, может даже тяжелые ситуации, пусть делает, как знает, заставляет ругаться и спорить, но открывает глаза, каждое утро, а не лежит в палате под искусственным светом в запахе спирта и медикаментов.       Силком вытащив себя из душа, который с каждой новой секундой все больше напоминал клетку для беснующегося зверя, Кихен переоделся в домашнюю одежду, но вместо того, чтобы пойти отдыхать, решил навести свой собственный «правильный» порядок в чужой квартире. Он не был тут всего пару дней, а на кухне уже появились несколько пустых банок от энергетиков, кофе и алкоголя. Спрашивать у Ли, почему все это стояло на кухне, а не в его комнате, как было заведено местными правилами, Кихен не стал. Да и встречаться сейчас с Чжухоном не хотелось. Казалось, что одно неаккуратное слово, и его взвинченность подорвется сильнее, чем то обещала сделать бомба в чужом теле.       Взяв в руки швабру, и за одно включив телевизор с кулинарным утренним шоу, чтобы заглушить поток мыслей в голове, Ю принялся за дело. Смоченная тряпка ровно скользила по полу, пока не наткнулась на препятствие в виде журнального столика между диваном и монитором. — Да блять, — выругался про себя Кихен, гадая, насколько странно он будет выглядеть, если решит пару раз ударить кулаком по деревянной поверхности. Вероятно, что очень странно.       Решив, что его желание отмыть здесь все выше, чем смирение с неподвижным и неодушевленным предметом, парень отложил швабру в сторону, переворачивая стол на ребро, чтобы пройтись под ним достаточно основательно. Как раз в этот момент передача, за которой Ю более менее следил, мысленно запоминая новый рецепт, закончилась. — А теперь к новостям, — проговорил диктор, привлекая к себе внимание. — Недавно был найден мертвым соучредитель компании XXX, Ким Тэен. Его нашли убитым в его квартире с семью ножевыми ранами на теле. Убийцей называют одного из преступных деятелей, держащих город в страхе последние несколько лет… — женский голос продолжал говорить всю информацию ровно, быстро и монотонно. — Если вы обладаете полезной информацией, настоятельно рекомендуем вам обратиться в полицию. На сегодняшний день стоимость сведений доходит до десяти миллионов вон.       Кихен оперся на тонкую основу швабры, смотря на неясную и мутную фотографию, где был изображен Чжухон в своей черной толстовке, полным отрешения взглядом. За все время он успел забыть, что они вообще-то самые разыскиваемые преступники. Это казалось даже немного забавным. Все перестало восприниматься таким острым, как виделось, пока он работал следователем. Да, со стороны казалось, что вот они — преступные авторитеты, способные внушить страх всем в этой стране. Никто не защищен от них, никто не знает, как они выглядят. Но что было на самом деле? На самом деле ничего сверхъестественного, как оказалось, в этом нет. Они просто продолжали жить свои жизни, лишь иногда встречаясь и отрываясь от повседневности ради обсуждения плана. Даже если моментами жизнь самого Кихена начала походить на какой-то боевик, на самом деле в ощущениях ничего не поменялось. Вода не стала чище или грязнее, небо не стало другого цвета, едва не потеряла своего вкуса. Это просто было жизнью. Не такой, как принято в обществе, но жизнью.       Тяжело вздохнув про себя, Ю сменил канал, после чего продолжил стучать шваброй по полу, понимая внутри себя, что он больше не может относиться к преступникам так, как до этого. Хорошо работать следователем, когда ты можешь четко разделить грани дозволенного и недозволенного, но сейчас, в своих глазах, Кихен больше не видел той красной линии, за которую не стоит переходить. — Ого, Кихен, ты затеял генеральную уборку? — спросил голос позади. — Может быть мне чем-то помочь? — Не мешайся, — коротко отозвался на вопрос Ли следователь, не выпрямляя спины и не разворачиваясь. Хотелось побыть наедине. — Как хочешь, — вздохнул Чжухон, судя по звукам шагов, отправившийся к холодильнику. — Тебе бы лучше отдохнуть. Ты же только вернулся из больницы.       На это Ю предпочел промолчать. Отдохнуть для него — это занять голову и руки чем-то другим, а не лежать на кровати, бессмысленно пытаясь уснуть, когда голова боролась с желанием вернуться в больницу, чтобы просто ждать, верить и молиться. Ему нужно было просто что-то сделать, чем-то заняться, как-то сократить время до момента, когда он сможет без опасений взять Че за руку и вытянуть из того стерильного помещения в другое, только уже сделанное им самим.       Все плохо. Все очень и очень плохо. Ли, хоть и ушел сразу, как взял очередную банку энергетика, ставя под сомнение тот факт, что он вообще когда-то спит, но после его слов мысли снова закрутились. Кихен обессиленно упал на диван, закрывая лицо ладонями. Он просто продолжал бегать от самого себя. Наверное, со стороны этого не было заметно, ведь бороться со своими страхами — это единственное, что у Ю получалось достаточно неплохо. Не думать, не видеть, игнорировать. Но прямо сейчас он поймал себя на очередной тяжелой и накрученной мысли. Да, они с Хенвоном теперь в отношениях, да, они уже пару раз успели заняться сексом, целовались, казалось бы, достаточно. Вот только этих воспоминаний было бы сейчас куда больше, они бы были куда ярче, если бы парень не ограничивал себя. Как оказалось, принять факт своей влюбленности — не тоже самое, что принять в себе то, что он может быть таким: требующим прикосновений, постоянных разговоров, внимания. Тем более ситуация становилось непонятной, когда Ю привык мыслить стереотипами: есть девушка, если они в отношениях — это он должен о ней позаботиться, проявлять ласку, любовь, делать безумные поступки во имя своих чувств. Если продолжать думать так, никаких противоречий не возникало. Но вот перед ним красивый молодой мужчина, рядом с которым расслабиться — это самое простое, что возможно сделать, сердце стучит, как бешеное, а в голове только одно желание — не расставаться, не отпускать, и держать так крепко, насколько это вообще возможно. И противоречие было лишь в том, что Кихен в своих фантазиях и предположениях мог видеть себя таким рядом с девушкой, но привыкнуть к тому, что рядом с ним мужчина — пока что получалось не так хорошо. Его сознательно-бессознательная часть старалась найти четкую середину между любовью и более понятной, более стереотипной крепкой дружбой. И эта часть с дружбой, будто бы ждала, что его начнут попрекать, призирать и ненавидеть за излишнее проявление привязанности к любимому человеку.       Откинувшись на диван, Ю устало вздохнул. Раз уборка перестала помогать отвлечься от внутренней тревоги и желания переписать то, что уже стало частью воспоминаний, то единственным решением было достать из холодильника баночку соджу. Может быть хотя бы так он сможет уснуть и выспаться до того, как придется снова отложить все свои тревоги и опасения в сторону. Было бы куда легче, если бы сейчас Хенвон был рядом, чтобы подхватить Кихена в его безрадостных мыслях о том, что он похож на старика закостенелых взглядов, и выслушать. В конце концов Че явно был более открыт к их отношениям, он бы, наверное, смог понять и сказать, что все в порядке, и Ю правда можно вести себя влюбленным дураком рядом с ним. Хотя и не то что бы у парня получалось вести себя как-то иначе. Все же возлюбленный был прав и плохой из него актер.       Держав в руках уже открытую бутылку с горячительной жидкостью и думая о том, как бы Че его обнял, посмеиваясь над возникшей дилеммой «правильности и неправильности», действительно дал бы разрешение на то, чтобы отпустить себя, в груди снова все сжалось от боли. Пока что Хенвон не сможет так сделать, также как и Кихен не сможет выговориться, утоляя свои тревоги. Придется ждать и раз за разом переваривать эту кашу в голове, пока возлюбленный не придет в себя.

***

      И все же Кихен успел еще несколько раз пожалеть о том, что так рано вышел из больницы. Днем уснуть было трудно даже после порции алкоголя, ночью не спалось из-за мыслей, так что с утра, когда они с Чжухоном выходили из дома, Ю чувствовал себя так, словно успел, и убить Го Ендона, и воскресить Хенвона, и самостоятельно раскрыть все оставшиеся преступления этого мира. Одним словом — каким чудом он не уснул в машине, понять было сложно, но возможно. Глаза просто не закрывались, безэмоционально наблюдая за переменчивым окружением и тонкой полосой рассвета, показавшейся из-за домов.       В противовес улице, зайдя уже в привычное место, следователю показалось, что вновь наступила ночь, хотя в этот раз экран был не единственным источником света в логове авторитетов. И для чего же в этот раз включили лампы на потолке, Кихен не понимал, ровно до момента, пока последний из небольшой группы не появился в поле зрения.       Чангюн вошел в зал через минут десять после того, как Ю сел на свое место, протирая глаза, чтобы те не покрывались мошками. «Хотел, как лучше, получилось — как всегда» — фраза явно созданная для описания жизни следователя. Он ведь в самом деле был полон решимости набраться сил и отдохнуть, чтобы с трезвым и холодным рассудком, подать свою месть. Но на деле же уснуть без понимания, что с утра он сразу сможет проверить состояние Хенвона оказалось не так уж просто. — Я принес, — без приветствий вздохнул Им, бросая свою сумку на стол перед всеми.       С тяжелым звуком бьющегося металла, отдаленно напоминавшего что-то знакомое, Кихен приподнял брови, замечая кивок от неразговорчивого Водителя в свою сторону. Похоже, что честь узнать, что же это такое, досталась именно ему. — Что там? — спросил Ю прежде чем потянуться к блестящей молнии. — Проверь, подходит ли. Если не сможешь с ней совладать, достану что-то другое, — без ответа на вопрос ответил Чангюн, внезапно занимая место рядом, тесня Чжухона, который уже хотел было законно занять один из стульев.       Переглянувшись для начала с Шону, пальцы дрогнули от предположения, но все же Кихен взял себя в руки, приоткрывая рюкзак.       Да, он оказался прав. В сумке лежала самая настоящая винтовка. Явно новая. Не такая, какие Ю приходилось видеть в период обучения в армии. Там его не сильно то и горели желанием выпускать на настоящее поле боя, хотя некоторых снайперов отправляли либо на границы с Северной Кореей, либо сразу в горячие точки, где правительство хотело укоренить собственные позиции. Разумеется тайно. На самом деле, пусть Кихен и мог похвалиться такой «крутой» специализацией, вот только единственное, где он принимал участие — это совместные учения с США. И все же. Этого должно было хватить, чтобы пришить всего одного человека.       Взяв в руки оружие, следователь не мог до конца поверить в то, что вообще его держал. Вес в руках уже давно не ощущался так явно, и что-то в груди возликовало. Словно маленький ребенок, который удостоился дорогой коллекционной игрушки. Так что на то, чтобы проверить все досконально, и, наконец, признать то, что такой хорошей винтовки он никогда не видел, ушло пару долгих минут. — Подойдет, — кивнул Кихен, поворачиваясь к Иму. — Но где ты ее достал? — У меня свои связи, — пожал плечами парень. — Главное, чтобы ты не промахнулся. — Смотря с какого расстояния, — выдохнул в ответ Ю, невольно задумываясь на тот счет, что было не так с этим авторитетом.             Судя по тому, как резво Чангюн вызвался остаться рядом с Че в момент, когда не было понятно, взорвется ли бомба, можно было сказать, что они были как минимум хорошими друзьями. Но за все прошедшее время два интроверта если и взаимодействовали между собой, то это были короткие фразы и взгляды. Может быть, Кихен не мог этого отрицать, просто это был их стиль общения между собой. — Боюсь, расстояние будет приличным, — выдохнул Шону, указывая на план здания, выведенного на экране, а также одну из камер, снимающих улицу. — Мы выяснили расписание Го Ендона. Все будет происходить быстро. Завтра он должен будет проехать через этот участок дороги, чтобы добраться до своего офиса. Тогда же Чангюн остановит его, перекрыв путь. Тебе надо будет попасть ему прямо в голову, либо через окно, либо, если повезет, мы сможем выманить его, чтобы отрыть больший обзор, — проговорил мужчина, заставляя Ю хмуриться.       «Не слишком ли все быстро?» — пронеслось в его голове, пока в руках лежало оружие. Да, он меткий стрелок. Если потренируется — попасть не будет проблемой. Вот только времени на тренировки почти не оставалось, если все произойдет именно завтра. Но с другой стороны, растягивать все это не хотелось. Палец непроизвольно несколько раз стукнул по скобе, уже порываясь нажать на курок. — С какого этажа ты сможешь попасть без подготовки? — спросил Сон, рассматривая сомнение на чужом лице. — Если без подготовки… Самое высокое — с пятнадцатого. При учете ветра, более реально с десятого, — проговорил Кихен, но на это бывший начальник только покачал головой. — Слишком низко. Пусть это здание еще не заселено полностью, но в нашем распоряжении будут только этажи начиная с семнадцатого. Это единственное место на этом перекрестке, в которое можно проникнуть не привлекая внимания. В остальных, либо слишком мало этажей, либо это полностью заселенный дом, либо придется избавляться от видео со всех камер, — вздохнул Сон. — Я попробую. Потренируюсь, — стойко произнес Ю. — Это вполне возможно, если освежить навыки. — Я могу выделить тебе одно из моих зданий. Если увести оттуда людей, можно использовать, как тренировочный плац, — выдохнул Им, вливаясь в группу поддержки. Пусть и неожиданной с его стороны. Что именно успело измениться за эти пару дней? Кихен бы хотел спросить об этом прямо сейчас, вот только были и более насущные вопросы. — Не слишком рискованно, что Чангюн сам поведет машину? — спросил Ю, рассматривая изучающим взглядом сразу двоих своих напарников, пока Чжухон все же нашел себе место с другой стороны стола. — Я просто сыграю роль взбесившегося ребенка, на которого родители повесили свои долги, — пожал плечами младший, подставляя ладонь под подбородок. — Если Го Ендон после этого умрет, то ко мне лишних вопросов не будет. — По-моему как раз наоборот, — нахмурился Ю, уже представляя, как следователи с огромным счастьем решат повесить все дело на скандалиста. Хотя… — У меня достаточно денег, чтобы до меня не дотянулись. Так что все в порядке, — с полной уверенностью в своей правоте заявил Чангюн, вызывая только тяжелый вздох.       И ведь не поспоришь. У кого деньги — у того власть, у кого власть — тому законы не писаны. Поможет, видимо, только показательное убийство, и то не факт. Хотелось бы посмеяться с того, что в их разномастной компании был директор крупного конгломерата, но, наверное, без такого человека и авторитетов бы и не было. Немного совестно, что счет от Паколя тоже пришел в руки главного спонсора их совместной мести, но такую бы цену Ю вряд ли потянул бы в одиночку. Хотя спросить с самого пациента — тоже неплохая идея. — В итоге мы отказались от варианта его похитить и отомстить в полной мере, — вздохнул Чжухон, отклоняясь в сторону на своем стуле. — Не очень весело, как по мне. — Мне кажется, что никому из нас это уже не надо, — покачал головой Шону, отходя к ноутбуку, чтобы более детально осветить план проникновения в нужное здание. — Просто скорее бы уже закончить это, — тяжело вздохнул он, бросая уставший взгляд на экран.       Да, праздником тут и не пахло. Один из членов команды сильно пострадал, второй рвется мстить вопреки принципам, а остальные уже хотят законный отдых после половины потраченной на это дело жизни. Впрочем. Кихен тоже не чувствовал в себе слишком сильного ликования. Он отплатит Го Ендону с холодной головой. За то, что произошло с Хенвоном, за убийство матери и Лин Юн, за сломанное детство, за все, что успел натворить этот человек.

***

      Уже давно Ю не приходилось лежать на холодном бетоне, смотря в оптический прицел. Наверное, настоящие профессионалы посмеялись бы с него, потому что ни у кого бы даже мыслей не возникло тренироваться ради выстрела с семнадцатого этажа по цели, находящейся прямо возле здания, но вот Кихен лучше заново все вспомнит, прежде чем будет говорить о своей точности. В конце концов права на ошибку у него нет.       Через увеличительное стекло стрелок точно видел выставленные на небольшом участке мишени. Да, первые пули не попадали точно в цель, хотя и достигали крайних кругов, но с каждым часом практики все становилось куда лучше. А главное — это был достаточно действенный метод, чтобы отдалить себя от лишнего. Ничего кроме учета ветра, который именно сегодня был достаточно сильным, шелестящих подвешенных листов и коробки патронов рядом. Чтобы не мешать прогрессу, те были самыми настоящими. Отдача, звон гильз, падающих на пол. Кихен уже успел потратить около сотни за все время пребывания в этом месте, но, с позволения хозяина оружия, израсходованный материал можно было не считать.       К середине дня следователь все же прервался на то, чтобы перевернуться на спину около выставленной винтовки и прикрыть глаза. Солнце слегка слепило редкими бликами и нужно было дать глазам отдохнуть. А еще лучше немного подремать. И может быть Ю бы это и сделал, если бы не звук шагов со стороны приехавшего на этаж лифта, который отвлек от созерцания усталости.       Запахло сладким запахом курицы. Забавно, что последние дни его фактически все кормят. Обычно это Ю был тем, кто напоминает друзьям, напарникам и приятелям о важности правильного рациона, а не наоборот. Но смотря за тем, как Чангюн в домашних спортивках и серой толстовке приносит ему обед, промелькнула мысль о том, что не так уж и плохо иногда лениться в своей порядочности.       Присев на полу, Кихен принял пакет с едой, после чего уже думал, что парень уйдет отсюда по своим более важным делам, но вопреки ожиданиям остался, так еще и присел напротив. — Тут курица и кола, — уведомил Им, хотя по запаху и так все было понятно. — Тебе лучше не переусердствовать. Если не хочешь отвлекаться, на третьем этаже есть холл с диванами. До завтра тут никого не будет, так что можешь делать, что хочешь. — Мне казалось, что ты меня недолюбливаешь, — поднял бровь парень, разворачивая содержимое, от которого рот наполнился слюной. Когда он в последний раз ел свое любимое блюдо? Вероятно, что уже пару недель прошло, если не месяц. В обычное время хотя бы раз в неделю, Кихен любил устраивать себе подобный небольшой праздник. — Так и было, — без раздумий ответил Чангюн, беря в руки палочки, под укоризненный взгляд воруя один из кусочков. — Я уже все тебе сказал в прошлый раз, но вы начали встречаться с Хенвоном, и тогда у меня возникло только больше вопросов, — не изменяя себе, ровным тоном проговорил Им. — И каких же? — сложил руки на груди Кихен, опасаясь, что от этого диалогу у него в принципе начнется несварение. — Для меня Хенвон-хен, как старший брат, так что естественно, что мне бы не хотелось, чтобы он оказывался в плохих руках. Сексуальное напряжение между вами читалось слишком явно, а вот в искренность происходящего не верилось.       «Приплыли,» — тяжело вздохнул про себя Ю, прикладывая пальцы ко лбу, чтобы немного размять залегшие между бровями складки. Только допросов по поводу чувств ему не хватало, когда следователь и так понимал, что они с Че, словно пошли с другого конца отношений. — Но я убедился в обратном после того инцидента, — выдохнул Чангюн, теперь же подворовывая принесенной колы. — Эй, ты же мне еду принес, — не мог не возмутился такому поведению парень, отбирая свою банку обратно. — Почему ты тогда решил остаться? — спросил интересующий его вопрос Ю, на скорость перехватывая еще один румяный кусок курицы, к которому уже потянулись чужие палочки. Может немного по ребячески, но когда дело касалось хорошего блюда, лучше быть всегда начеку. — Будь на моем месте Чжухон или Минхек, они бы сделали также, — просто ответил парень, теряя желание подворовывать угощение. — Да и в целом, я ему многим обязан, так что вернул долг. — Долг? — переспросил Кихен, заинтересовываясь той частью жизни Хенвона, о которой пока что выяснить лично не успел. — Ничего такого, — вздохнул Им, откидываясь на подставленные руки. — Он часто вытаскивал меня из драк, да и в целом, он из тех людей, кому можно рассказать о чем хочешь, и это останется в секрете. Может быть потому что он обязательно постарается забыть об этом на следующий же день, — посмеялся парень. К слову, когда Им вел себя именно так, было куда проще осознать, что на самом деле он самый младший в их компании. С улыбкой его и так достаточно плавные черты лица приобретали большую детскость, и ямочки у уголков рта только укрепляли это ощущение.       Не улыбнуться с такого лестного отзыва на своего возлюбленного, также не получилось. Да, пусть Че определенно выглядел надежным парнем, без учета его неловкости и залипаний в пространство, но услышать подтверждение об этом со стороны более давнего знакомого, было приятно. Правда теперь вернуться к нему хотелось еще сильнее. Пришлось заесть этот порыв еще одной порцией курицы. — Хенвон рассказывал, что он меня недолюбливал, настолько сильно? — решил продолжить этот тайный разговор за чужой спиной Кихен, решая, что хочет услышать подробности, даже если это будет что-то не слишком веселое. — Я бы сказал, что достаточно, — хмыкнул Им, заговорчески приподнимая палочки. — Я тебе этого не рассказывал, но помнишь, как в конце школы у тебя вечно пропадали тетради и сменка? — он улыбнулся, позволяя Кихену закончить мысль в своей голове.       Не рассмеяться с этого было никак нельзя. Да, в тот момент, встреть он обидчика, парой ударов бы не обошлось. Школьник постарался бы приложить все свои силы, чтобы поставить того на место. Но сейчас, представляя, как Хенвон решил вымещать свои эмоции, подворовывая обыденные предметы, заставляя Ю закипать от злости, ничего кроме приступа смеха это не вызывало. — Да ладно? Он даже постарался, чтобы не попасться ни в одну из моих ловушек! — удивленно воскликнул Кихен. — Удивительно, что его вообще с такими навыками поймала полиция, — сквозь смешки проговорил следователь, чувствуя странную радость, что неизвестным хулиганом оказался именно Че, заодно убеждаясь в том, что котелок у него работал и в подростковом возрасте. В гениальности своих попыток выяснить преступника, Ю не сомневался. — Но лично мне больше нравится другая история, — поддержал начавшийся задор обсуждения Им. — Когда мы его вернули после двухлетнего игнорирования всех планов, он был настолько недоволен своим первым выходом в слежку, что каждую секунду отписывался, насколько не хочет этим заниматься. Он был так увлечен этим, что мы с Чжухоном решили посмотреть по камерам, что происходит. Так вот, раза три он споткнулся о ступеньки и один раз вписался в столб из-за того, что не отрывался от телефона. Эти кадры до сих пор где-то есть, — посмеялся со своих же слов Чангюн.       С каждой секундой атмосфера все больше и больше напоминала обсуждение забавных видео с котиками, но никак не описание жизни одного человека. — Ты просто обязан мне это прислать, — довольно проговорил Кихен. — Буду ему показывать каждый раз, как не уберет посуду в раковину, — хмыкнул на собственный план Ю, удовлетворенно принимаясь за оставшуюся часть курицы. Кажется, даже с Чангюном можно было найти общий язык, хотя раньше так не казалось, или скорее, Ю и не пытался, просто принимая то, что он кому-то не нравится. Может это и было правильным в большинстве жизненных ситуаций, но сейчас Кихен определенно пожалел, что раньше даже не пробовал найти подход к Иму. Хотя, у него особо и не было на это времени.

***

      Назначенный час приближался все быстрее и быстрее. По расчетам Чжухона, машина должна была проехать через поворот около девяти часов утра, так что в шесть, минуя гущу толпы людей, бегущих на работу и по своим делам, они с Шону пробрались в нужный дом. Только ступив на чистый от офисов этаж, Кихен ощутил, как все внутренности каменеют. Это не было таким уж плохим ощущением, учитывая, как долго он собирался с мыслями и заставлял себя думать только об одном. Вот только на то, чтобы расставить оборудование, присмотреться к окружению через прицел, ушло не больше часа. За это время Ю успел также разобрать и собрать винтовку заново, пару раз перенести ее для большего удобства, и в конце концов присесть возле окна, больше не зная, чем себя занять. Кроме всех более обычных факторов, придется учесть и наличие прозрачной поверхности, через которую планировался выстрел. Может быть даже было бы легче, отправься они сразу на крышу, но для незаметности, лучше выбрать то, что будет отражать солнечный свет, и не даст различить силуэты. — Волнуешься? — спросил Шону, занимая место рядом, пока Ю достал банку с кофе из рюкзака, чтобы восполнить свои недоспанные часы. — Нет, — выдохнул Кихен. — Просто хочу с этим разобраться и вернуться в больницу, — проговорил он, отпивая напиток. — От Минхека ничего не слышно? — Только прислал это фото, — пожал плечами Сон, открывая в телефоне картинку, на которой счастливое лицо Ли фотографируется с изрисованным гипсом на руке больного.       На подобный вид Ю только нахмурился, находя некоторую несправедливость в том, что не он первым начал от скуки рисовать на непредназначенной для этого поверхности. Но ради справедливости, парень не пожалел своих навыков изображая там целый пейзаж. Одному Богу известно, почему Минхек в итоге не стал художником или кем-то в этом роде. — Еще одна причина вернуться быстрее, — пробубнил про себя Кихен, отпивая еще напитка.       Сидеть оставшиеся пару часов в тишине не особо хотелось, но и о чем говорить следователь не мог придумать. Ситуация с Чангюном повторялось, но тот вчерашним днем хотя бы сам предложил тему для обсуждения, в то время, как Шону был более молчаливым. Или скорее они уже привыкли к такому поведению во время работы, несмотря на то, что сейчас ситуация отличалась. — Что с Хосоком? Он не ведет себя подозрительно? — спросил первое, что пришло в голову Ю, хотя в порядочности Шина и не сомневался. — Да нет, все в порядке. Я бы сказал, что меня смущает, как он лениться расследовать наше убийство Ким Тэена. Особо не приходится отговаривать его от каких-то действий, — проговорил следователь в ответ. — В любом случае этим делам суждено запылиться в архиве, — слегка меланхолично продолжил он, перебрасывая изучающий взгляд на Кихена. — Что думаешь делать после? Думаю, в отсутствии Го Ендона, нам ничего не помешает вернуть тебя в следственный отдел.       Вопрос застал врасплох. Пусть некоторые наработки на эту тему у Ю были в голове, но тем не менее задумываться об этом более основательно парень не успевал. С их непрекращающимися делами, похищением, убийством, появлялось больше более насущных вопросов, на которые Кихен пытался ответить хоть как-то. — Не знаю, — честно ответил он. По сути заняться чем-то совершенно иным он вряд ли сможет, да и если вернется на свое место, можно будет составить компанию Шону в закрытии всех хвостов. Но вряд ли Ю сможет продолжить держать свою эффективность, как минимум потому что удалось побывать в шкуре преступника не в голове, а в реальности. Он не сможет также категорично и без зазрения совести сажать виновных за решетку. — Ну, я не настаиваю. У тебя есть полное право попробовать себя в чем-то другом, — заметил небольшую перемену в настроении Сон, уводя разговор в сторону. — Пока что я просто хочу отдохнуть об этого безумия, — согласился со словами старшего парень, решая не развивать эту тему дальше. — У меня тоже есть вопрос, — Кихен немного подумал, прежде чем продолжить. — Не знаю, как точно его сформулировать… — слегка протянул парень, и правда очень тяжело составляя слова в голове. — Мне казалось, что ты немного выбиваешься из всех авторитетов… То есть… Как оказалось, что ты оказался в том приюте, почему продолжил этим заниматься? — он вздохнул, понимая, что все заданные вопросы, во-первых, были слишком личными, а во-вторых все равно не могли дать ответа на суть того, что Ю ощущал. Просто Шону был бы последним, на кого бы Кихен стал думать, если бы расследование зашло в то русло, в котором удалось бы ближе подобраться к авторитетам. Вероятно, он бы скорее подумал, что из их тройки Вонхо окажется «предателем», но никак не Сон. — М-м, — задумчиво протянул Шону, подпирая голову рукой. — Я же не мог оставить этих пятерых, да и мне в целом было удобно, потому что мы с тобой работали в одном направлении. На самом деле, я единственный, кому посчастливилось найти приемную семью. Мои родители тоже умерли из-за этого Го Ендона, поэтому я бы не смог оставить все так, как есть. — Что? Как? — удивленно поднял брови Кихен, даже не подозревая раньше, что не только его семья пострадала из-за этого человека. Он привык думать, что у всех так или иначе одна история, раз они оказались в приюте: родители наркоманы, алкоголики или преступники. Но если задуматься об этом плотнее, то подробно он знал только историю Хенвона, история Чангюна сама то и дело всплывала наружу, и предположить, что на него перекинули долги его родители не сложно, но живы они или нет — вопрос открытый. Об остальных же Ю фактически ничего не знал. Даже о Минхеке, несмотря сколько времени они провели вместе. Не поздновато ли он начал выяснять цельные мотивы своих коллег по преступлению? — Если честно, я сам не в курсе, чем они ему насолили, — вздохнул Шону. — Я больше склоняюсь к тому, что они стали непреднамеренными свидетелями чего-либо, но сколько бы я ни искал, так и не смог узнать. Впрочем, сейчас меня это мало волнует, — он поставил руки за спину, слегка отклоняясь в сторону. — Я уже давно привык к своим приемным родителям, к тому же у меня есть над чем поломать голову помимо слепой мести, — слегка посмеялся тот.       И Кихен вполне мог его понять. Какими бы острыми чувства ни были в прошлом, годами они сглаживаются, словно камни на морском дне. В нем самом пусть порой и вскипала злость, до сих пор было тяжело рассматривать нюансы такого личного дела, он продолжал трепетно относиться ко всему, что с этим связано, но если говорить про ненависть… Вряд ли можно утверждать, что она такая же как когда-то. Разве что фитиль начал искриться новыми действиями этого ублюдка. — Я с ним разберусь, — серьезно проговорил Ю, укладывая ладонь на напряженное плечо бывшего напарника. — Он получит свое. — Конечно, — кивнул Сон. — Я в тебе не сомневаюсь. Иначе бы не доверил это место, — улыбнулся он, следом широко зевая.       Время и правда было ранее, и учитывая, что они успели встретиться с остальными до начала этой «операции», каждому пришлось подниматься в три утра. Единственное, о чем сейчас мог мечтать Кихен — это увидеть, как кровь прыскает на асфальт из чужой головы, а затем вернуться в больницу к Хенвону. Интересно, будет ли он злиться на то, что они сработали без него, или же также вздохнет с облегчением, когда этот груз спадет с плеч?       Долгожданный момент медленно, но верно приближался, оставляя после себя чувство нарастающего беспокойства. Совсем не время сомневаться в своих силах, и Ю честно старался оставаться расслабленным, но смотря за тем, как солнце уже поднялось над домами, а машин на дороге становилось куда больше, чем ранним утром, он не мог не думать о том, какие варианты развитий еще могут быть. Например, Чангюн не сможет остановить нужный автомобиль вовремя, Го Ендон в последний момент изменит свой маршрут, интуицией почувствовав неладное, или его там вовсе не будет. Произойти могло все, что угодно, а пальцы кололо от мысли, что наконец-то этот ублюдок получит по заслугам. — Цель выехала. Я вывел изображение на экран Чангюна, не оплошайте, — проговорил Чжухон в наушнике, заставляя Кихена глубоко вздохнуть.       Поднявшись со своего уже порядком насиженного места, Ю в последний раз посмотрел в окно, через которое ему надо будет стрелять. Несколько высоток среди более низких домов выглядели немного странно, когда они только прибыли на место, но все же вид отсюда открывался незаслуженно красивый. За стеклом точно оставалась приятная прохлада осени, которой Кихен насладиться вдоволь, как только окажется вдали от всего происходящего. Он наконец-то сможет почувствовать себя свободным ото всего, что так долго висело на его душе грузом. Первый и последний раз он увидит убийцу своей матери через прицел винтовки.       Опустившись на пол, Ю положил руки на оружие, сразу начиная наблюдать за всем, что происходило снизу. По подсчетам, исходя из разрешенной в городе скорости, Го Ендон должен быть на месте через пять минут, но все же начать следить заранее — никогда не помешает. — Волнуешься? — вновь повторил свой вопрос Шону, переминая ладони между собой. — Нет.       И в данный момент, как и моментом раньше, Кихен не врал. Ему казалось, что все его чувства и внутренности вмиг оледенели, больше не выказывая никаких вспышек. Поволнуется он тогда, когда начнет думать об этом перед сном и точно придет к выводу, что есть неидеальные пробелы в этом плане, и что нужно быть готовым, что их план раскроется какому-нибудь дотошному следователю. Но за решетку парень не стремился. Он обязательно создаст еще с десяток планов по тому, как избежать наказания и скрыться от чужих глаз. Нужно было верить своему разуму, а разум говорил, что он достаточно умен для того, чтобы уйти безнаказанным. Тем более, когда за плечами есть поддержка в виде его бывшего начальника. — Подъезжает, — уведомил Ли, заставляя снайпера слегка напрячься, отыскивая взглядом нужную машину.       Серая BMW резко затормозила, когда черный внедорожник, на котором приехал Им на скорости вынырнул из-за угла, перекрывая движение и преграждая ей путь. Было видно, как парень выходит из своей машины, начинает что-то орать, ломиться в дверь, отыгрывая свою часть на пять с плюсом. Наблюдать за этим было увлекательно, учитывая, что в другой момент Кихен бы даже не смог себе представить, как злиться этот малообщительный директор. Вот только было одно но… — Застрелить его через окно не получится, — монотонно проговорил Ю, внутренне молясь на то, чтобы их план сыграл, как положено. — На стеклах тонировка. — Если Чангюн не сможет его выманить, попробуй застрелить на глаз, — проговорил Шону, но вот Ю очень сомневался в том, что это будет правильным решением. Если с первого раза не получится, этот человек явно приложит куда больше усилий к тому, чтобы сохранить свою жизнь в безопасности. И кто знает, может быть следующей целью на похищение станет дорожный скандалист.       Напряжение в воздухе нарастало с каждой секундой того, что происходило снизу. Кихен выжидающе водил по скобе, кажется начиная что-то нашептывать себе под нос, но заметить, что именно, не получалось. Все внимание уходило на то, чтобы не упустить даже маленькой щели приоткрытой двери.       Тяжело сглотнув, Ю начинал хмуриться. Неужели у Има не получалось вывести Го Ендона из себя, или хоть как-то заставить того что-то сделать? Во всяком случае второе действующее лицо уже появилось. Водитель этого человека вышел из машины, пытаясь силком оттащить Чангюна в сторону, но пока что тот держался, достаточно профессионально вырываясь из чужой хватки. И вот, Кихен глубоко вздохнул.       Дверь заднего сидения приоткрылась, а мужчина начал выходить. Темная макушка показалась из-за тонировочного стекла. Уверен ли был Ю в том, что вообще хотел видеть этого человека? Нет. Но пока что было рано спускать курок. — Выходит, — проговорил он, уведомляя о происходящем Сона, который и без того наблюдал за всем через бинокль.       Палец лег на спусковой крючок. Все начало происходить словно на замедленной пленке. Следователь не мог вспомнить, когда в последний раз он был сосредоточен настолько же сильно. Ощущение, что никогда вовсе. И после этого, вероятно, никогда такого не случиться.       Грудь обожгло жаром. Наконец-то Го Ендон вышел из своей машины, показательно хлопая дверью. Одного лица в профиль хватило, чтобы утолить все оставшиеся нотки интереса к тому, как выглядел этот ублюдок в жизни, и, не задумываясь ни на секунду, Ю нажал на курок. Пуля вылетела со свистом, прорываясь через стекло, совершенно невидимая глазу, но Кихен старался поймать ее взглядом, не отрываясь от прицела, пока из головы его жертвы не хлестанула кровь. Люди, ранее снимающие на видео происходящий дорожный скандал, начали бегать из стороны в сторону, кто-то уже набирал скорую, полицию, в то время, как водитель с Имом просто замерли на месте.       В ушах продолжал стоять звук выстрела, треска окна, чувство отдачи, ударившей по плечу прямо в набитый вчерашними тренировками синяк, пульсировало в теле, но боль отрезвила голову. Кихен резво поднялся на ноги. — Все готово, — бросил он, на скорость закидывая винтовку в чехол из-под гитары, пока Шону отбежал в сторону, забирая пустую гильзу из-под пули, не оставляя тем самым никаких лишних следов. Хотя, судмедэкспертам и так не будет сложно определить, из какого именно оружия стреляли. Но было без разницы. В конце концов, кому, как не следователям по спец делам знать, как избавиться от оружия так, чтобы его в жизни не нашли. — Уходим, — скомандовал Шону, первым убегая в сторону лестничного пролета, пока Ю на пару секунд задержался, пытаясь рассмотреть тоже, что видел, с высоты семнадцатого этажа через прицел.       На то, чтобы спуститься по длинной лестницы вниз ушло минут пять. За это время не успел бы приехать никто. От ближайшего участка до сюда было десять минут езды на машине. Чангюн останется, как свидетель, так что ждать его было бессмысленно. Он разберется со всем остальным, пока Кихен вместе с Шону уедут тихо и бесшумно. Хотя, сложно было утверждать о бесшумности, когда сердце в груди Ю стучало не то от того, насколько быстро он буквально летел вниз по ступеням, не то от того, насколько красивой была точка в этой грязной и дурацкой истории.       Залетев на задние сидения машины, парень успел только скинуть с плеч чехол, как Шону уже вдавил педаль газа отъезжая в сторону. Машина, к слову, тоже была разовой. Этим утром в принципе не было ничего не одноразового — одноразовое оружие, одноразовые перчатки, одноразовая пуля и одноразовое желание Кихена воспользоваться приобретенными когда-то навыками. Сейчас, когда целый район оставался позади, Ю смог выдохнуть, наблюдая за тем, как сильно на самом деле тряслись его руки. — Сейчас у них должно быть полная неразбериха, — сухо посмеялся следователь, неожиданно мечтая о баночке пива, горячей ванне с лепестками роз и эфирными маслами. — Они ведь еще могут предположить, что это сделал я. — Едва ли у них хватит времени еще и на то, чтобы искать убийцу, — проговорил Шону. — Большая часть тех, кто мог бы захотеть отомстить посажены за решетку, остальная же начнет разрывать организацию по частям. Ты и ведь и сам это знаешь, — в голосе Сона все еще чувствовалось напряжение, но тем не менее сейчас его езда была более ровной и медленной, чем пару минут назад. — Знаю, но все же, — выдохнул Ю. — Хотелось бы верить, что по мою голову не придут. — Будь спокоен, мы с Чжухоном проследим за этим, — твердо произнес мужчина, вселяя в грудь Кихена веру в тоже самое.       Машина завернула в один из закутков, останавливаясь, пока водитель повернулся, осматривая своего бывшего подчиненного. — Дальше, как планировали, — выдохнул мужчина. — Встретимся на нашем месте через четыре дня, через пару дней можешь вернуться к себе домой. Сейчас поедешь в больницу? — Да, — вздохнул Ю, неожиданно вновь ощущая себя слегка потерянным. — Скажи, если Хенвон придет в себя, и не забудь переодеться, — кивнул Сон, повторяя все оставшиеся детали, за что, в целом, Кихен был благодарен. Ему казалось, что понемногу отпускавшее напряжение, медленно, но верно, превращает его мозги в кашу. — Естественно, — прикрыл глаза парень, следом выбираясь из машины.       Закрыв дверь с легким хлопком, Ю проследил за тем, как Шону уезжает дальше по улице, оставляя напарника наедине с городским шумом и одновременно тишиной. Стоило бы уйти с улицы и добраться до места, где лежала сменная одежда, но Кихен позволил себе замереть на пару минут, снова вытягивая из кармана припрятанные сигареты. Во всяком случае это была последняя порция никотина, которую Ю собирался выкурить в своей жизни. Возможно.