ivy

Когда Кастиэль отправлялся в родительский дом на празднование Рождества, у него были определённые ожидания: приготовленный матерью ужин, что пыталась угодить каждому из пятерых детей; изводящий расспросами о личной жизни Майкл; не способный хоть на минуту прикрыть рот Габриэль, который наверняка будет рассказывать о своих любовных похождениях; Бальтазар, реагирующий на всё закатыванием глаз и сарказмом; уклоняющаяся от расспросов о бойфренде Анна и ставший традицией совместный просмотр рождественских фильмов. Прокол шины, определённо, не входил в эти планы. Сначала Кас услышал странный шум снаружи, лампа датчика давления на приборной панели загорелась красным, а потом заднюю часть машины начало заносить, и ему, проехав несколько ярдов и вырулив на обочину, пришлось остановиться. Он знал, как менять колесо, и уже делал это пару раз, но не в такую погоду, как сегодня. Буря накрыла побережье Огайо от Кливленда до Толедо ещё ночью, и хоть сейчас немного распогодилось, мело ещё знатно, и ему совсем не хотелось покидать тёплый салон. – Давай, ленивая задница, – сказал Кас своему отражению в зеркале заднего вида. – Ехать осталось не больше двадцати минут. Ты справишься. Конечно, он мог набрать кого-нибудь из братьев. Но Габриэль его на смех поднимет, если он позвонит ему по такому пустяку, рейс Бальтазара отложили, и поэтому он должен был прилететь только на следующий день, а Майкл...Что ж, Кас был тем младшим братом, которого он опекал больше остальных, и ему это давно надоело. Ещё была малышка Анна, которая никогда не упускала шанса выгодно выделиться на фоне старших братьев. Так что, как бы Кастиэль ни устал, решать свои проблемы приходилось самому. Сделав глубокий вдох и долгий выдох, он закутался в пальто плотнее и вышел из машины. Порыв ветра мгновенно взъерошил его волосы, а лицо закололо от острых снежинок. – Твою мать, – выругался Кастиэль и направился к багажнику. В последние недели в его театре аншлагом гремели рождественские спектакли, и ему так и не удалось наведаться к парикмахеру, а потому отросшая чёлка постоянно лезла в глаза и щекотала лоб, и это злило невероятно сильно. Вытащив домкрат, ключ и запасное колесо, он устроился около заднего крыла. – Ослабить болты, – проговаривал он вслух, пока работал ключом, – приподнять машину, – пока использовал домкрат. – А теперь, – он вцепился руками в колесо, – надо снять тебя с оси, – и резко, что есть силы, потянул его на себя. «Оказалось, прикладывать столько усилий и не требовалось», – с грустью подумал Кас, повалившись с колесом в обнимку на снег и глядя на то, как с серого неба падают хлопьями снежинки. Его пальто теперь было не только в снегу, но и в мазуте, который разукрасил и тыльную сторону его руки. Он почесал нос, смахнул волосы с лица и уже собрался подниматься на ноги, когда за спиной послышался хруст снега под шинами и чей-то голос: – Нужна помощь? Кастиэль, всё ещё лежа на снегу, повернул голову и посмотрел исподлобья. Первой он заметил нахальную ухмылку – которая, конечно, была очень красива, как и её обладатель, но всё же чересчур нахальная, – и только потом обратил внимание на всё остальное. И на брови, из-под которых светились озорством глаза, и на щетину на квадратном подбородке, и на блестящую, словно только отполированную, Импалу. Будь сегодня другой день – не день после череды ежедневных спектаклей, не день, когда замело снегом весь штат, не день, когда его чёртова машина решила, что в его жизни слишком мало проблем, не день, когда эта чёлка задумала лишить его зрения, – он бы вежливо отказался. Но сегодня было Рождество, а Кастиэль устал так сильно, что уже не думал, что доедет до родительского дома. – Да, пожалуйста, – почти проскулил он. Незнакомец ухмыльнулся ещё шире, вышел из машины, прихватив куртку, и, подойдя к нему, наклонился так близко, что Кас смог разглядеть веснушки на его лице и зелёные омуты глаз. – Я Дин, – сказал незнакомец и потянул колесо, намереваясь забрать его, чтобы Кас мог подняться. – Я Кастиэль, – прохрипел тот, вцепившись в колесо, как в круг спасения. Дин усмехнулся. – Можешь отпустить. Кас опустил взгляд на свои руки и резко отдёрнул их, будто обжёгся. – Так-то лучше, – Дин отнёс колесо к багажнику. – Едешь в Толедо? – крикнул он всё ещё лежавшему на снегу Касу. – Да, – отозвался тот и только сейчас сообразил, что было бы неплохо подняться. – Ты? – Вообще-то собирался к брату в Детройт, но эта буря, – Дин вернулся и присел на корточки, – сорвала все планы, – пробормотал он недовольно и поставил запасное колесо на ось. Кас, всё это время пытающийся незаметно отряхнуть снег с пальто, сочувственно поджал губы. – Не думаю, что тебе стоит ехать сегодня в Детройт. Безопаснее остановиться в Толедо. Дин перестал затягивать болты и поднял глаза. – Есть предложения? – улыбнулся он обворожительно. Кастиэль почувствовал, как вспыхнули щёки. – Я... Кхм... В Толедо много хороших отелей. Дин фыркнул и вернулся к работе. – Только не переживай так сильно, – усмехнулся он. – У меня есть, где переждать бурю до утра. – Я и не переживал, – нахмурился Кастиэль. Дин встал на ноги и, всё ещё улыбаясь, протянул ключ. – Принимай работу, босс. Кас взглянул на ключ и схватился за него ладонью. Дин же отпускать его не торопился. Они пялились друг на друга, держась за чёртов ключ, и Кастиэлю казалось, что прошли не то что минуты – часы. – У тебя красивые глаза, – наконец, прошептал Дин. Кас резко дёрнул ключ на себя. – Спасибо за помощь, – пробормотал он невнятно и направился к багажнику, чтобы убрать все инструменты на место. Дин усмехнулся и покачал головой. – Что, даже номер свой не дашь? Кастиэль бросил на него настороженный взгляд. – А должен? Дин снова усмехнулся и, прислонившись бёдрами к заднему крылу, сложил руки на груди. – Было бы, – он пожал плечами, – ну не знаю, вежливо с твоей стороны. Кас хлопнул крышкой багажника. – Для эгоцентричного говнюка и благодарности много. Дин рассмеялся и посторонился, чтобы пропустить его, когда Кастиэль направился к водительскому сиденью. Он сел за руль и хлопнул дверью. Не то чтобы Дин ему не приглянулся, просто он знал этот тип парней и предпочитал с ними не связываться. Кас завёл двигатель и, услышав, как в окно постучали, тяжело вздохнул и опустил стекло. – Да? – спросил он с явным раздражением. Дин скользнул взглядом мимо него, бегло осмотрев салон, и посмотрел в его глаза в упор. – Надеюсь, у тебя есть салфетки, – он осторожно коснулся кончиком указательного пальца его щеки. – И про глаза я не шутил. Кастиэль замер, не в силах найти слов для ответа, и проводил взглядом Дина до машины. Тот сел внутрь, козырнул ладонью и, заведя Импалу, сорвался с места. Кас перевёл взгляд на зеркало заднего вида: полоса мазута украшала его лицо от носа до виска, волосы растрепались, щёки были пунцовыми, а гримаса на лице просто свирепой. – Ты победитель по жизни, Кастиэль Новак, – пробормотал он и потянулся к бардачку за салфетками. Осталось проехать не более десятка миль, и его встретят горячий душ и горячая еда. – И никаких говнюков, – сказал Кастиэль себе и вывел машину на дорогу. Огни дома он заметил издалека, несмотря на бурю. В этом году его мать превзошла саму себя. Видимо, миссис Миллиган, их соседка, сотворила со своим домом нечто поистине грандиозное. Кастиэль оставил машину на подъездной дорожке, рассчитывая, что даст кому-нибудь из братьев ключ, чтобы загнали в гараж, пока сам будет приводить себя в порядок, и направился к входной двери, таща на плече небольшую спортивную сумку. Он едва успел подняться по ступеням на крыльцо, когда дверь распахнулась. – Наконец-то, – прошептала Амелия и притянула сына в объятия, – мы уже начали волноваться. Майкл даже рвался поехать искать тебя. – Всё в порядке, мам, – Кас убрал волосы матери от своего лица, – у меня просто прокололо шину. Амелия отстранила его от себя. – Ты поэтому не отвечал на наши звонки и сообщения? – спросила она строгим голосом. Кастиэль еле сдержался, чтобы не закатить глаза. Он сунул руку в карман пальто, но не обнаружил там телефон, хотя точно помнил, что забирал его с собой, когда выходил из машины. – Вот дерьмо, – выругался он себе под нос. – Кастиэль! – воскликнула мама. – Прости, мам, но, видимо, я выронил телефон, когда менял колесо. Амелия участливо кивнула и завела сына в дом. – Я накрываю на стол через полчаса, – сказала она, забирая пальто, – ты успеешь привести себя в порядок? Кас даже кивнуть не успел, когда на него налетел ураган рыжих волос. Он по инерции сделал шаг назад и обнял сестру, уткнувшись носом в её затылок. Он не видел крошку Анну больше полугода и, так как она была любимицей всех братьев, очень соскучился. – Мы ждали только тебя, – заявила Анна, отстранившись. – Где тебя носило? И что с тобой случилось? – добавила она, оглядывая его неряшливый и помятый вид. Кас погладил сестру по голове, отмечая изменения в её причёске и макияже.Теперь она красилась не так ярко, как раньше. – Это очень долгая история. Я могу сначала хотя бы принять душ? – Даже наш гость уже здесь, – игнорируя его слова, продолжала Анна. – Гость? – переспросил Кас. – Майкл пригласил своего друга присоединиться к нам, – послышался голос сверху, и Кастиэль поднял голову. По лестнице вниз спускался Габриэль. Кас не видел его с прошлого Рождества, так как тот жил в Лос-Анджелесе, и даже не подозревал, что успел соскучиться по нему так сильно. – Иди сюда, – улыбнулся Габриэль и притянул младшего брата в объятия. – Как твой Колумбус? – Хорош тем, что ни один из Новаков не маячит на периферии, – пошутил тот, и Габриэль рассмеялся. – Да, – согласился он, – Лос-Анджелес известен тем же. – Думаю, – вмешалась Амелия, – Кастиэлю нужно отдохнуть с дороги. У него сейчас нет сил на расспросы. – И даже на любимого брата? Кас обернулся. Опираясь плечом на дверной косяк и сложив руки на груди, на пороге гостиной стоял Майкл. – Думаешь, ты мой любимый брат? Майкл рассмеялся. – Боже, Кастиэль, куда тебя занесло? – спросил он, оглядев брата с ног до головы. – Я всего лишь менял колесо, – устало заявил он. – Всё в порядке. – Ну, если так, – сказал Майкл и, наконец-то, заключил брата в объятия. – Мне нужно тебя кое с кем познакомить, – добавил он, отстранившись. Кастиэль поморщился. – А это не подождёт? Майкл посмотрел куда-то поверх его головы и улыбнулся. – Секунду назад у тебя был шанс улизнуть, но теперь... Дин, иди сюда! Кас разочарованно вздохнул и обернулся. И тут же потрясённо застыл. По длинному коридору, ведущему из холла в бывший кабинет отца, к ним шёл тот самый говнюк, который помог ему с колесом, а потом нагло подкатывал. «Горячий говнюк», – подумал он и потряс головой, отгоняя непрошенные мысли прочь. – Кастиэль, – Майкл мягко подтолкнул его к Дину ближе, – это мой давний друг... – Эгоцентричный говнюк, – тот обольстительно улыбнулся и протянул руку. – Также известен под именем Дин. – Приятно познакомиться, – сквозь зубы проговорил Кас и вяло пожал его ладонь. – Мне кажется, или мы с вами где-то встречались? – деланно вежливым тоном поинтересовался Дин. Кастиэль почувствовал, как начинает вскипать. – Не могу быть уверен, – ответил он притворно-вежливо, – мне запоминаются только интересные люди. Дин тихо рассмеялся. – Что происходит? – вмешался Майкл. – Ничего, – отрезал Кас и повернулся к нему. – Я иду к себе. Мне срочно нужен душ. – Превосходная идея, – шепнул Дин за спиной. Кас закатил глаза. – Увидимся за ужином, семья, – сказал он, забрал у матери свою сумку и поспешил наверх, оставив остальных глазеть ему вслед. – Что? – услышал он возглас Дина, когда уже скрылся из виду. – Я встретил его по пути сюда. Я не знал, что он твой брат.

***

Кастиэль вышел из душа и почувствовал себя чуть лучше. Сил и желания спускаться вниз на ужин всё ещё не наблюдалось, но зато теперь он был готов отражать нападки семьи из-за случившегося в холле десятью минутами ранее. Он протёр запотевшее зеркало и уставился на своё отражение. Сейчас бы залезть под одеяло и проспать до утра, а не вот это всё. Но мама очень любила эти рождественские вечера, когда за столом собирались все дети, а Кас очень любил маму. Когда он вернулся в свою комнату, на кровати его ждала Анна. – Значит, ты знаком с Дином, – улыбнулась она. – Это напряжение между вами заметили все. Кас фыркнул. – Габриэль всё равно поднимет эту тему за столом, ты точно хочешь знать заранее? – спросил он и прошёл к сумке, принимаясь доставать оттуда одежду и аккуратно вешать на плечики. – Так я смогу помочь тебе защититься, – Анна спрыгнула с кровати и подошла к нему. – Ничего интересного привезти не мог? – спросила она, разглядывая развешенные им две рубашки и одинокие брюки. – Что-нибудь обтягивающее помогло бы заткнуть этого Дина на те несколько секунд, пока бы он пытался не капать слюной. – Боже, что за бред, Анна? – воскликнул Кас. – Этот засранец, конечно, подкатывал ко мне там на дороге, но это ещё не значит, что... Пожалуйста, давай перестанем говорить о нём. – Эх жаль... Он так на тебя смотрит. – Он друг Майкла, – отрезал Кас. Анна замолчала и спустя пару секунд понимающе поджала губы. – Ты прав. С репутацией наших братьев не стоит надеяться, что кто-то из их друзей может оказаться хоть на сотую долю таким же милым, как ты. Кастиэль наградил её хмурым взглядом. – Я не милый. Анна потянулась и потрепала его за щёку. – Ещё какой, – промурлыкала она. – Поэтому ты мой любимый брат. Кас не смог сдержать улыбку и мягко оттолкнул её руку. – Ладно, подлиза, – сказал он. – Можешь выбрать, что я надену. – Было бы из чего, – пробормотала Анна себе под нос и потянулась за рубашками. – Как дела в Чикаго? – спросил Кас, наблюдая за тем, как она прикладывает к его груди то одну рубашку, то другую. Анна посмотрела ему в глаза. – Нормально. Кас вздохнул. – Я могу понять твоё желание скрывать бойфренда от наших братьев, но от меня? – он покачал головой. – Я же твой любимый брат. – Не смей использовать против меня мои же слова, Кастиэль, – Анна погрозила ему пальцем.– И… – она вздохнула, прикрыла глаза и выдала скороговоркой: – Что, если это не бойфренд? Анна приоткрыла один глаз: Кас смотрел на неё сверху вниз. – Ты боишься моего осуждения? – спросил он и не сдержал смешок. Анна фыркнула. – Ты не понимаешь, – сказала она. – Мама всегда шутила, что если от кого и дождётся внуков, то скорее всего от меня. И я понимаю, что это всего лишь шутка, – она беспомощно взмахнула руками, – но не могу отделаться от ощущения, что подвела её, начав отношения с девушкой. – Боже, Анна, – рассмеялся Кас, – ты самая адекватная из нас и последняя, кто может подвести маму. И никакие внуки не смогут осчастливить её, если она будет видеть, как ты несчастна. Анна робко улыбнулась. – Почему ты считаешь себя менее адекватным? – спросила она и, наконец, пихнула ему в руки насыщенно-голубую рубашку. – Под цвет глаз, – прокомментировала она. Касу пришлось согласиться. – Я живу своим театром, – сказал он. – Никаких отношений, никаких друзей за пределами труппы нет. Это тянет на адекватность? Анна пожала плечами. – Может, ты просто нашёл своё место? Кас улыбнулся. – Но иногда всё же бывает одиноко. В те вечера, когда я не приползаю домой с желанием умереть от усталости. Анна усмехнулась. – Ладно, надевай свои унылые брюки и не менее заурядную рубашку, – сказала она и попятилась к двери, – и спускайся вниз. Мы и так слишком долго тебя ждали. Она вышла из комнаты, как обычно, оставив дверь нараспашку. Кас закатил глаза, стянул свитер, наэлектризовав волосы, и взялся за джинсы. – Вау, бесплатный стриптиз? – услышал он возглас и повернул голову: в гостевой комнате, что находилась по другую сторону коридора и где тоже была открыта дверь, стоял Дин и, ухмыляясь, беззастенчиво пялился на него. – Благодарность подъехала поздно. Кас обошёл кровать, крикнул: – Сгинь! – и хлопнул дверью, услышав приглушённый смех. – Мудак, – добавил он полушёпотом и продолжил переодеваться.

***

Дин поджидал его в коридоре, когда Кас вышел из комнаты спустя пять минут. Вальяжно облокотившись плечом на дверной косяк и перекидывая в руке чётки, он оглядел Кастиэля с ног до головы и, улыбнувшись какой-то своей мысли, жестом предложил идти вперёд. – Что тебе нужно от меня? – проворчал Кас, не тронувшись с места. – Неужели галантность уже не в моде? – спросил Дин. Кас фыркнул. – Ты не похож на галантного человека. – Откуда тебе знать, какой я? Кастиэль не ответил, сделал пару шагов вперёд и развернулся: – Ты знал, кто я, ведь так? – спросил он. – Я не заметил, чтобы ты удивился, когда увидел меня. Дин усмехнулся. – Конечно, я знал. Твоё имя не часто услышишь. – У меня обычное имя, – запротестовал Кас, просто чтобы не соглашаться с ним. Дин обворожительно улыбнулся. – В тебе нет ничего обычного, – он ещё раз оглядел Каса с ног до головы. – Рубашка, кстати, огонь. – Господи, – пробормотал себе под нос Кас и направился вниз. Дин не отставал. Кастиэль услышал восторженный возглас Анны, когда спускался вниз, и увидел в прихожей Бальтазара, который снимал с себя пальто и отряхивал кудри от снега. – Ты сказал, что прилетишь только завтра, – причитала Амелия. – Это называется сюрприз, мама, – пробормотал Бальтазар, обнял её ещё раз и, наконец, посмотрел на Кастиэля. – О, кто-то привёз домой бойфренда! Кас оглянулся, наткнулся взглядом на ухмыляющегося Дина и почувствовал, как покраснел всем лицом. – Очаровательно, – прошептал Дин. – Это друг Майкла, – Кастиэль спустился к брату и обнял его. – И у меня нет бойфренда. – Большое упущение всех геев Колумбуса, – усмехнулся Бальтазар, и Кас, стоя рядом с остальными, почувствовал, как приятно находиться в таком тесном контакте с семьёй. – Давайте не будем ждать, пока еда остынет, – поторопила всех Амелия и, взяв Бальтазара под руку, повела в столовую. Кас уселся на своё привычное место и оттуда наблюдал, как Майкл знакомит Бальтазара со своим другом, как рассаживаются за стол остальные, как этот чёртов Дин садится по правую руку от него. – Добрый вечер, – улыбнулся он. Кас посмотрел на него и заметил, как его взгляд медленно скользнул по его лицу вниз, на губы, подбородок, обнажённую шею и на оголённый участок груди, виднеющийся из-за не застёгнутого наглухо ворота. Он закатил глаза и отвернулся к Анне, которая сидела с другой стороны. – Ты была права, – шепнул он и постелил тканевую салфетку себе на колени. Анна самодовольно улыбнулась и наклонилась к нему, чтобы сидящий напротив неё Габриэль не услышал. – Собираешься что-то с этим делать? – А должен? Анна наклонилась вперёд, беззастенчиво оценила внешность Дина, который в этот момент вёл беседу с сидящим во главе стола Майклом, и откинулась на спинку стула. – Иногда кусочек пирога слишком заманчивый, чтобы потом жалеть о калориях. Кастиэль сморщил лицо и понял, что сделал это не потому, что ему неприятен Дин, а потому что он не хотел, чтобы Анна подумала иначе. – Что-то не так? – встревожилась Амелия, заметив выражение лица сына. Все посмотрели на него. – Нет, мам, – Кас откашлялся и постарался улыбнуться. – Всё прекрасно. – Не похоже, – усмехнулся Габриэль и задушенно вскрикнул, дёрнув ногой под столом и бросив в сторону Анны презрительный взгляд. Анна мило улыбнулась в ответ. – Как твой театр? – спросил Бальтазар. – Когда нам ждать приглашения на премьеру нового спектакля? Кастиэль посмотрел на него с удивлением. – Только не говори, что бросишь все дела в Нью-Йорке, чтобы посетить провинциальный любительский театр, когда у тебя под боком Бродвей, – сказал он. – Но на Бродвее не выступает мой братишка. Кас фыркнул, потому что знал, что Бальтазар лжёт. За последние четыре года он посетил его театр всего лишь однажды. – А зря, – сказал Габриэль. – Потенциал у тебя есть, да и в кино бы ты смотрелся отлично. С таким-то щенячьим взглядом. Бальтазар закатил глаза. Майкл устало вздохнул. Дин постарался замаскировать смешок кашлем. – Знаешь, – сказал Кас Габриэлю, – не все гонятся за успехом и славой. Кому-то достаточно спокойной жизни в глуши. Габриэль посмотрел на него недоверчивым взглядом и приоткрыл рот, чтобы задать следующий – наверняка каверзный – вопрос. – А не расскажешь нам о своём новом проекте? – спросила резко Анна, и Кас был ей бесконечно благодарен за это. Габриэль посмотрел на неё, развалившуюся на стуле со скрещенными руками на груди, и гаденько улыбнулся. – Я продюсирую новый бойбэнд, и очень скоро вы все о нём услышите. – А я думал, что нулевые не вернутся, – усмехнулся тихо Бальтазар. Кас посмотрел на Габриэля и не смог удержаться. – И со сколькими из них ты уже успел переспать? – Кастиэль! – воскликнула Амелия. Габриэль самодовольно улыбнулся. – Всё ещё выбираю задницу потуже. Анна долго и протяжно вздохнула, словно ей было физически тяжело переносить всё это. – О, Боже, – прошептала Амелия и повернулась к плохо скрывающему смех Дину. – Я прошу прощения за этот цирк. – Ничего, у меня тоже есть брат, – сказал Дин, – и я знаю, что такое братские отношения. – Кстати, – Габриэль обратил внимание на Дина, – что там случилось между вами на дороге? – спросил он, указав пальцем на Кастиэля и проведя между ними незримую линию. Кас не скучал по этому ублюдку ни секунды. – Я увидел его стоящим на обочине и помог сменить колесо, – ответил тот и с такой лёгкостью выдержал цепкий взгляд Габриэля, что Кас невольно им залюбовался. Всего на мгновение. – А что? – спросил Майкл, видимо, почувствовав намерение Габриэля усмотреть в произошедшем большее. – К слову, – он взглянул на Дина, – спасибо, что помог ему. Габриэль поднял ладони в воздух. – Ничего, – сказал невинно и подмигнул Касу. – Я надеюсь, – обратилась Амелия к Кастиэлю, – ты не станешь тянуть с покупкой нового телефона, раз уж потерял свой. – Нет, мам, – Кас почувствовал себя школьником и покраснел. Тема разговора плавно перетекла в другое русло – обсуждали давнюю конкуренцию Амелии с миссис Миллиган, – и Касу стало спокойнее. Обсуждать случившееся на дороге при братьях не хотелось. – А тебе не нравится, когда всё внимание направлено на тебя, – прошептал Дин так, чтобы его услышал только Кастиэль. – А тебе, значит, нравится? – съязвил Кас. Дин усмехнулся. – У тебя острый язычок, Кастиэль, – он посмотрел прямо ему в глаза. – Мне нравится. Кас покраснел ещё гуще. – Дин, – нарочито громко, чтобы перебить остальные голоса, произнёс он, – расскажи нам о себе. Все тут же замолчали, готовые выслушать гостя и задать ему интересующие их вопросы, а Анна рассмеялась. – Эм... – Дин от такого внезапного внимания заколебался. – Какое красноречие, – прошептал Кас, и смех Анны стал ещё громче. – Милая, ты в порядке? – забеспокоилась Амелия. Анна поспешила сделать глоток воды и замотала головой. – Дин работал со мной, когда ещё жил в Толедо, – ответил за друга Майкл. – Кажется, это было… двенадцать? – он дождался кивка Дина, – Да, двенадцать лет назад. И был лучшим механиком уже тогда. Дин поднял в воздух бутылку пива и отсалютовал ему. – Но тот факт, что он работал с тобой, – сказал Кас, – не говорит нам о нём ровным счётом ничего. – Так уж ничего? – усмехнулась Анна. – Анна, – Амелия одарила дочь строгим взглядом. – Что, мама? Мы все знаем, каким был Майкл в те годы, – возразила та. – Не думаю, что Дин сильно отличался. Кастиэль счастливо улыбнулся, от уха до уха, и Дин, наградив его пронзительным взглядом, ответил: – Ты права. В молодости мы совершали много чего, за что сейчас стыдно, но на то она и молодость, да? Майкл ободряюще похлопал его по плечу. – А помните, как Майкл пьяный танцевал с собакой? – воскликнул Габриэль, отвлекая внимание на брата. Все дружно рассмеялись и принялись вспоминать детали. – Это всё равно не было рассказом о тебе, – сказал Кас как бы между прочим. Дин смерил его долгим взглядом. – Если хочешь узнать обо мне, просто спроси, – прошептал он и слегка наклонился к нему. – Ты знаешь, где моя спальня, – добавил ещё тише, чтобы Майкл и Анна не услышали. Кас вспыхнул и резко повернулся, глядя в его незаслуженно красивые глаза убийственным взглядом. – Только в твоих мечтах. Когда тарелки были опустошены, а десерт съеден, Амелия предложила переодеться в пижамы и устроиться в гостиной за просмотром фильма. К удивлению Кастиэля, Дин вызвался помочь с уборкой, даже несмотря на попытки Амелии протестовать. Хоть Кас и начал подозревать, что это могло быть вызвано намерением говнюка лишний раз его позлить – Дин постоянно оказывался за его спиной в опасной близости, толкал его бедром, проходя мимо, и нахально улыбался, – а не дружелюбным порывом. Кас поставил последние две тарелки друг на друга и, потянувшись за стоящим посреди стола подсвечником, столкнулся с ладонью Дина, стоящего рядом и ухмыляющегося. И каким-то образом – может, дело было в освещении или вине, что Кастиэль бесконтрольно пил за ужином, – это ухмылка придала зелёным глазам особый блеск, который попал прямо в слабое место в груди Кастиэля и разозлил его сильнее. – Ни черта не смешно, – прошипел он, оттолкнул его руку и взял подсвечник. Дин еле слышно рассмеялся и, взяв те две тарелки, поплёлся за ним на кухню. – Мам, иди отдыхай, – сказал Кас, мягко отодвинув Амелию от раковины. – Я сам всё вымою. – И пропустишь просмотр кино? – недоверчиво спросила она. – Я тебя умоляю, – Кастиэль расстегнул манжеты и закатал рукава до локтей, – Габриэль и Анна будут спорить, какой фильм поставить первым, минимум двадцать минут. Я наверняка ещё успею переодеться в пижаму. Амелия посмотрела на него, потом на Дина и молча вышла из кухни. – Почему ты всё ещё здесь? – спросил Кас и, взяв в правую руку губку, а в левую – тарелку, тоже взглянул на Дина. – Почему не с Майклом? Дин прислонился поясницей к тумбе и пожал плечами. – Может, с тобой мне веселее? – Господи, – выдохнул Кас, поставил чистую тарелку на столешницу и приступил ко второй. – Я серьёзно, Майклу вряд ли понравится, что ты катишь свои яйца к его младшему брату. Дин фыркнул. – Не знал, что мне требуется его разрешение, чтобы проявить к тебе интерес. Кас закатил глаза и всунул вторую тарелку ему в руки. – Раз уж ты здесь, то будь хотя бы полезен. Дин как-то таинственно улыбнулся и, взяв полотенце с крючка, принялся вытирать посуду насухо. Они стояли плечом к плечу, Кастиэль подавал ему тарелки мокрой рукой, а Дин вытирал их и складывал на полку. И временами одаривал вызывающим взглядом, чем невероятно раздражал. И если уж быть совсем честным, хотя бы сейчас, когда он в лёгком алкогольном опьянении, то Дин его заводил. Своим нахальством, напором, насмешками, показной вежливостью. Кастиэля никогда не привлекали подобные ему мужчины, он предпочитал заводить отношения с милыми парнями, которые никогда бы не позволили себе такого поведения и, что ещё хуже, намёка на секс в первый день знакомства. Но Кас уже догадывался, что Дин своим поведением пытается просто привлечь его внимание, потому что заинтересован им не в контексте отношений. Он хотел его и не скрывал этого, каждый раз разглядывая настолько откровенно, что у Каса мурашками покрывался затылок, а тело горело. Он прикинул в голове, когда занимался сексом в последний раз, и, с ужасом придя к тому, что было это летом, решил, что если Дин сделает первый шаг, то он им воспользуется. В конце концов, Дин из тех мужчин, кто спит со всем, что движется, а Кастиэль слишком уважает себя, чтобы позволить себе влюбиться в такого. Они оба хотели секса, и никто из них не хотел заводить отношения друг с другом. Это была честная сделка. Кас кивнул сам себе и поспешил наверх переодеться в пижаму: споры Анны и Габриэля стихли в гостиной, а значит, вмешался Майкл и сделал выбор за всех. Комната освещалась огнями гирлянды на ёлке и светом, исходящим от телевизора, а не разглядеть то, как часто Дин смотрел на него, Касу удалось бы, только будь он слепым. Он честно отсидел полтора часа и направился на кухню. После вина немного мучила жажда. Он тихо проскользнул внутрь и, не включая света, подошёл к холодильнику. Сейчас хотелось охлаждённой воды. И совсем не хотелось в свете из холодильника заметить силуэт сбоку, отчего он испугался настолько, что выронил бутылку прямо на чужую ногу. – Вот дерьмо! – послышался голос Дина. Кас поспешил включить свет. Дин прыгал на одной ноге, ступню второй держа в руках. Кас не сдержал смешка. – Тебе смешно? – возмутился Дин. – Очень, – улыбнулся Кастиэль. Он поднял бутылку с пола и протянул ему. – Приложи к ноге. Дин одарил его недружелюбным взглядом, но бутылку принял и, усевшись на стул, приложил её к ступне. Кас ещё раз залез в холодильник и вытащил бутылку воды уже для себя. – Ты за мной сюда шёл? – спросила он, утолив жажду. Дин покачал головой. – Только в твоих мечтах. – Я могу уронить и эту бутылку, – мрачно сказал Кас, что заставило Дина рассмеяться. – На самом деле, – признался он, – я устал от компании. У меня небольшая семья, и я не привык к такому скоплению людей. Кас покивал и, притворившись на секунду, что раздумывает, сказал: – Оргии не считаются? Дин кинул на него непонимающий взгляд. – Однажды Габриэль залез в ноутбук Майкла, когда тому было около двадцати, – пояснил Кас. – Там были занятные фото его друзей и подруг. Думаю, что если разыщу их сейчас, то смогу отыскать на них тебя. Дин ухмыльнулся. – Так сильно хочешь увидеть меня голым? Кас закатил глаза. – Спокойной ночи, Дин, – сказал он и направился к выходу. – Стой, – послышалось за спиной, и Дин буквально возник перед ним, да так молниеносно, что он едва не уткнулся носом в его грудь. Первой его посетила мысль о том, что Дину безумно шёл этот стиль деревенского лесоруба. Второй – что они находились слишком близко друг к другу и даже не пытались отстраниться. Дин смотрел ему прямо в глаза, Кас чувствовал жар его тела и то, как колеблется воздух около его пальцев, словно Дин не решался взять его за руку. Он опустил взгляд на губы напротив, приоткрыл рот, чтобы что-то сказать, но так и застыл, потому почувствовал, как на его талию ложится чужая ладонь. Кастиэль облизал свои губы и уже в следующую секунду оказался прижат к стене чужим телом. Дин тяжело дышал, его свободная рука теперь сжимала ткань пижамных брюк на бедре Каса, и Кас чувствовал, как сильно его хотят. Он замер, ощущая бедром очертание чужого члена, и распахнул глаза, глядя из-под дрожащих ресниц на губы Дина. – Что я говорил про глаза? – прошептал Дин и, наклонившись, наконец, поцеловал его. Кас ответил незамедлительно, вцепился в его волосы пальцами одной руки, а другой принялся расстёгивать рубашку, как вдруг Дин замер и слегка отстранился. – Мы не можем делать это здесь, – прошептал он хрипло. – Твоя семья в паре метров от нас. – Тогда поднимемся наверх, – запыхавшись, ответил Кас. – В твою комнату. В мою могут войти без стука. Дин кивнул и сделал шаг назад. Они оба поправили одежду и поспешили на второй этаж, оглядываясь, чтобы убедиться, что никто не видел их вместе. Едва Дин закрыл за собой дверь, Кас тут же принялся избавлять его от одежды, попутно целуя губы, шею, грудь и наслаждаясь его стонами. До кровати они добрались уже абсолютно голыми. – Только тихо, – попросил Кас, взбираясь на Дина сверху. – Не хочу, чтобы кто-то нас услышал. – Поверь мне, – Дин сел в постели и, притянув его к себе за талию, заставляя прижаться грудью к его груди, прошептал горячо, – молчать ты не сможешь. И резко перевернул его на спину. Это был самый страстный секс в жизни Кастиэля. То, как они двигались, как касались друг друга, просто сжигало его изнутри. Он позволил Дину брать его в разных позах, и каждая из них дарила ему такое блаженство, что хотелось кричать. Он впивался зубами в подушку, в плечо Дина и даже в собственное запястье, лишь бы заглушить крики. Первый раз он кончил от ощущения влажного рта на своём члене, второй – лёжа грудью на столике, третий – сидя на краю кровати. Какой по счёту был текущий заход, он уже не знал. Лишь наслаждался тем, как сладко Дин вжимал его в стену, вцепившись в бёдра и прижавшись грудью к спине. Кас плюхнулся спиной на кровать, слушая, как Дин избавляется от презерватива, и попытался перевести дыхание. Он не знал, сколько сейчас время, в спальне не было часов, а окна были закрыты плотными занавесками. – Ты меня вымотал, – прохрипел Дин, растянувшись рядом. Кастиэль похлопал его по плечу и поднялся, разглядывая беспорядок на полу. Их одежда, одеяло и подушки, выпавшие из шкафа книги, несколько статуэток, которые стояли на журнальном столике до того, как Дин нагнул его над ним, чтобы хорошенько трахнуть. Кас улыбнулся и завёл руки назад, перенеся на них вес тела. – Зачем ты приехал на рождественский ужин семьи друга с кучей презервативов? – спросил он, повернувшись к Дину и вопросительно выгнув бровь. Тот широко улыбнулся. – Никогда не знаешь, где тебя настигнет голодный до секса парень. Приходится быть готовым всегда. Кас закатил глаза и встал с кровати, принимаясь подбирать свою пижаму. Дин неотрывно следил за тем, как он одевается. – Раздеваешься ты быстрее, – заметил он. Кастиэль снова улыбнулся и кинул в него подушку. – Было приятно иметь с тобой дело, – сказал он перед тем, как выйти из комнаты, и Дин отдал ему честь, козырнув ладонью, совсем как в машине. В коридоре уже начинало светать, и он быстро прошмыгнул к себе в комнату и подошёл к окну. На горизонте алело небо. Подумать только, он трахался с этим засранцем до самого рассвета. Скажи ему кто-нибудь об этом в тот момент, когда он увидел его на дороге, он бы не поверил. Кастиэль улыбнулся – в который раз – своей мысли и, быстро приняв душ, залез под одеяло. Уснул он за считанные секунды.

***

Анна ворвалась в комнату, казалось, через секунду после того, как голова Каса коснулась подушки. – Ты ушёл спать самый первый, – возмутилась она. – Почему ты до сих пор в постели? Кас широко зевнул, не пытаясь прикрыть рот ладонью, и сладко потянулся. – Мы все ждём только тебя, – Анна ещё раз потрясла его за плечо. – Мама сказала, что мы не начнём открывать подарки, пока все не спустятся. – Хорошо, хорошо, – Кас резко сел в постели. – Мне нужно почистить зубы, и я готов. Анна так же стремительно вылетела из комнаты, и Кас услышал, как она ворвалась в комнату к Габриэлю. – Мы все ждём только тебя, Габриэль! – воскликнула она. Кас покачал головой и, сопротивляясь огромному соблазну остаться под одеялом, встал с кровати. Ему понадобилось минут десять, чтобы прийти в себя. И постараться не придавать значение тому, что произошло ночью. – Ты будешь вести себя так, словно между вами ничего не было, – сказал он своему отражению. – Он для тебя не более, чем случайный секс. Когда он вышел из комнаты, облачённый в спортивные штаны и просторную футболку, его уже поджидал Дин. – Доброе утро, – улыбнулся тот и протянул ему телефон. Кас уставился на него недоверчивым взглядом. – Что? Но как ты... – Твоя мама упомянула об этом за ужином, – Дин всунул телефон ему в руки и пожал плечами. – После твоего ухода я не мог уснуть и решил поискать его. Кас снял блокировку. – Хочешь сказать, что он пролежал в снегу всю ночь и всё равно работает? – скептически спросил он. Дин усмехнулся. – Ты выронил его в салоне своей машины. Я нашёл его под водительским сиденьем. Кастиэль метнул в него острый взгляд. – Рылся в моей машине? – Поставил её в гараж, потому что никто этого не сделал. – Ладно, – он кивнул. – Мне очень приятно. Спасибо. И за телефон, и за машину. Дин искренне улыбнулся. – Пойдём вниз? – спросил он. Они спускались плечом к плечу, временами поглядывая друг на друга, и зашли в гостиную, где уже расположились все обитатели дома, последними. – Ну наконец-то, – проворчал Майкл. – Теперь можем вручить друг другу подарки. Кас улыбнулся и присел на подлокотник кресла около Габриэля. – Кое-кто уже получил подарок прошлой ночью, а, Кастиэль? – заговорщически прошептал тот и посмотрел на брата выразительным взглядом. Кас вмиг побледнел. – О чём ты? – вмешался Бальтазар, который сидел к ним ближе всех. – Ни о чём, – отрезал Кас и схватил Габриэля за руку. – На кухню, живо, – и потащил его за собой. – Вы куда? – крикнула им вслед Амелия. – Принесём всем кофе, – соврал Кас, прежде чем втолкнуть брата в кухню. Как только дверь закрылась, он уставился на него грозным взглядом. – Говори. – Что говорить? – прикинулся дурачком Габриэль и облокотился поясницей на тумбу. Кас сделал глубокий вдох. – Ты что-то видел? Или что-то слышал? Габриэль улыбнулся своей фирменной улыбкой озорного мальчишки, из-за которой в детстве ему сходили с рук все пакости. – К счастью, видел только тебя, – сказал он и сделал паузу, играя на терпении брата. Кас вопросительно вскинул брови. – Выходящим из спальни Дина. – Вот дерьмо, – выругался Кас и принялся ходить из стороны в сторону. – Фу, как грубо, – Габриэль покачал головой. – Почему ты не спал? Было совсем рано, а ты отнюдь не жаворонок. – Пытался сохранить честь всех своих братьев и сестры, – сказал серьёзным тоном Габриэль, – но не успел дойти до тебя, Дин Винчестер оказался проворнее. – Пошёл ты, – огрызнулся Кас и принялся усердно думать, что ему делать. – Ты же теперь разболтаешь всем, да? Габриэль пожал плечами. – Хочу ли я испортить утро Рождества скандалом и истерикой мамы? Нет. Хочу ли я увидеть, как вытянется лицо Майкла, когда он узнает, как позабавился с его любимым братцем его лучший друг? Ещё как! – Они не лучшие друзья, а бывшие коллеги, – Кастиэль сделал глубокий вдох. – Что ты хочешь за своё молчание? Габриэль засунул обе ладони в карманы пижамных штанов и самодовольно улыбнулся. – Твою душу, естественно. – Оргх, не смешно, – Кас подошёл к раковине и набрал воды. – Расслабься, Боже, – Габриэлю, видимо, надоело играть роль придурка, и он хлопнул Каса по плечу. – Ну разок перепихнулся с другом брата. С кем не бывает? Кас взглянул на него исподлобья. – А что бы почувствовал ты, если бы я переспал с твоим другом? Габриэль ухмыльнулся и поиграл бровями. – Ты решил заняться коллекционированием? Кас со стуком поставил стакан на стол. – Шучу-шучу, – Габриэль поднял ладони. – Я буду молчать, обещаю. И ничего за это не прошу. – Чт… – Кас посмотрел на него недоверчивым взглядом. – Я тебе не верю. – Но, – продолжил Габриэль, – будет условие. – Ничего за это не прошу, – подразнил его Кастиэль. – Это правда, – возмутился Габриэль. – От тебя ничего не требуется. Я только оставляю за собой право подкалывать тебя за это до конца моих или твоих дней. – С твоим языком наиболее высока вероятность скорейшего приближения конца твоих дней. Когда они вернулись в гостиную, половина подарков уже была вручена и открыта. Кас уселся в кресло с чашкой кофе и молча наблюдал за остальными. И старался особо не задерживать свой взгляд на Дине. Несмотря на то, что он улыбался ему каждый раз, стоило им встретиться глазами. Дин уехал ещё до обеда. Горячо поблагодарил Амелию, обнял Майкла на прощание, махнул остальным рукой и задержал свой взгляд на Кастиэле. Это показалось ему странным, и он провёл ещё несколько часов, раздумывая о том, что Дин после проведенной вместе ночи вёл себя совсем по-другому. Нахальности и след простыл. Он был... милым?