ivy

Кастиэль просматривал счета, отправленные бухгалтером, которого он нанял, когда основанный им и его другом Кроули театр стал успешным в их и нескольких соседних районах. Раньше он вполне справлялся сам. И не то чтобы он не доверял Чаку, просто привык держать под контролем всё, что касалось дела его жизни. – Если ты не появишься в гримёрной через минуту, – раздался голос с порога, – то костюмы на «Ромео, Джульетту и месть повстанцев» будут отвратительного кислотно-розового цвета. Кас поднял голову и посмотрел на друга. – Наоми снова решила добавить в пьесу кричащий футуризм? Кроули кивнул. – Она говорит, что всё «заиграет новыми красками», – он обозначил кавычки пальцами и медленно подошёл к столу, – если мы сделаем костюмы неоновыми. – Ты говорил ей, что тогда мы скатимся в трэш? Это и так новое прочтение пьесы, что люди воспринимают обычно в штыки, а тут ещё… – он показал объёмы костюмов, которые предлагала Наоми. – Нет-нет, не будет этого. Спокойные цвета, никакого неона. – Тогда тебе придётся поговорить с ней лично, – развёл руками Кроули. – Она никого не слушает. – Я поручил Ханне передать эскизы швее, – проворчал Кас и начал набирать номер, – какого чёрта она лезет, куда не просили? – Да, алло, – послышался бодрый голос после пары гудков. – Ханна, что у вас там происходит? Кроули говорит, что Наоми снова лезет не в своё дело. – А, да, – Ханна рассмеялась. – Ты бы видел её наброски, умереть не встать. Всё неоновое. Всё! – Передай ей телефон, пожалуйста, – терпеливо попросил Кас. – Не переживай, я уже всё разрулила. Было непросто, но я смогла. Кастиэль замолчал. Кажется, его малютка Ханна, которую он взял на роль личной помощницы ещё зелёной девчушкой, стала взрослой и самостоятельной. Это было впервые, когда она смогла справиться с несносным характером Наоми. – Молодец, – похвалил он. – И проверь расписание репетиций на неделю, пожалуйста. Мне нужна вторая половина следующей пятницы. – Хорошо, – Ханна отключилась. – И когда она успела вырасти? – усмехнулся Кас. – Вообще-то прошло шесть лет, – сказал Кроули и вальяжно развалился в кресле. – Той малышки уже нет, теперь это прекрасная девушка, к которой, – он понизил громкость голоса, – кое-кто катит свои яйчишки. – Кто?! – возмутился Кастиэль и тут же себя приструнил. – А знаешь, если Ханне нужна будет моя защита, она попросит. Кроули рассмеялся. – Я пошутил. В театре никто бы не посмел. Кас наградил его строгим взглядом и вернулся к счетам. – Пам-пам, – Кроули постучал пальцами по коленям, – пам-пам. – Что? – не выдержал Кас. Кроули пожал плечами. – Ничего. – Тогда какого ты ещё здесь? – Грубиян, – обиделся Кроули. – Во-первых, я твой лучший друг, а во-вторых, такой же владелец этого театра. Не надо портить со мной отношения. – Но это ты вломился в мой кабинет, – Кастиэль отложил счета в сторону, потому что понимал, что поработать ему сейчас не дадут. – Что тебе нужно? Кроули поднял в воздух правую руку с выпрямленными указательным и средним пальцами. – Две вещи, – сказал он. Кас подозрительно прищурил глаза. – Это относится к театру? – Опосредованно. Кас вздохнул. – Это как? Кроули коварно улыбнулся. – Ну ты же у нас директор театра, значит, к театру эти вещи относятся, но не напрямую. – Господи, – прошептал Кас, подняв глаза к потолку. – Господа нет, – сказал довольный Кроули и подвинулся ближе к столу, сев на край кресла. – Итак, начнём с таинственного друга твоего старшего брата. – Нет. – У тебя нет права отказаться. Кастиэль посмотрел на него внимательным взглядом и вздохнул. – Ты не дашь мне спокойно поработать? – Именно! – обрадовался Кроули, словно причинять другу неудобства было его любимым занятием. – Ладно, – сдался Кас. – Валяй. – Хочу знать все подробности. – Я тебе уже рассказал все подробности. Он бывший коллега Майкла, и мы с ним переспали. Всё. – Э, нет-нет, – Кроули покачал указательным пальцем. – Ты вернулся после рождественских выходных с забитой им головой и теперь постоянно погружен в себя. Прошло три месяца! Если бы это был просто случайный секс, ты бы не зависал посреди репетиции спектакля. – Я не знаю, что тебе сказать, – признался Кас. – Сам не понимаю, что происходит. Но да, если тебе станет от этого легче, выходит, что для меня это был не просто секс. Кроули присвистнул. – Это ж каким надо быть в постели, чтобы парализовать твой мозг на столько недель! Кастиэль не сдержал смешок. – Ты не представляешь. Что там второе? Кроули загадочно улыбнулся и протянул ему визитку. – Помнишь того доктора, что посетил наш рождественский спектакль два раза? Кас покрутил в руках визитку. Конечно, он помнил его. Со второго спектакля он возвращался с огромным букетом цветов. – Он попросил передать тебе, – сказал Кроули. – Беспокоился, что ты мог случайно выбросить визитку, которую он прикладывал к букету. – Выбросить? – усмехнулся Кас. – Нет, она лежит дома. – Тогда в чём дело? – До Рождества у меня не было сил, чтобы набрать его, из-за ежедневных спектаклей. А сейчас… – А сейчас мистер Образцовый Трахаль не даёт этого сделать. Кас посмотрел на него мрачным взглядом. – Не зови его так. – Если ты скажешь, как его зовут, не буду. Кастиэль вздохнул. – Дин Винчестер. – Вау! – Кроули полез в телефон. – Держу пари, он есть в друзьях Майкла на фейсбуке. – Прекрати, – Кас выхватил у него телефон. – Я сказал тебе не для того, чтобы ты начал выяснять, кто он такой. Я пытаюсь выкинуть его из головы, ладно? Кроули задержал на его лице взгляд и протянул руку, чтобы забрать телефон. – Ладно, не стану искать. Но ты должен написать этому, – он наклонился над столом, чтобы прочитать имя с визитки, – Эфраиму. Ну и имя. – Сказал Кроули. – Не язви мне, дорогуша, – Кроули поднялся с кресла. – И обязательно расскажи, что он тебе ответит. Бедняга ждал твоего сообщения с Рождества. Кас махнул рукой, прогоняя друга, и уставился в набор цифр на визитке. Кроули был прав: ему следовало написать Эфраиму. Он вбил его номер в телефонную книгу, открыл окно сообщения и тут же замер. А с чего нужно начинать диалог, когда игнорировал человека столько недель? Он пару раз набрал и тут же стёр сообщение, разозлившись на себя. Они казались ему глупыми. Тяжело и раздражённо вздохнув, он откинул телефон на стол рядом с собой и уставился в сложенные руки. Подумать только, ему оказывал активные знаки внимания красивый мужчина, который в другой ситуации обязательно привлёк бы его. Эфраим и привлёк, только потом Кастиэль поехал встречать Рождество с семьёй, и там этот чёртов Дин решил прописаться в его голове. Как же это бесило! Кас знал, что не мог влюбиться в него, потому что не знал его достаточно хорошо, но ведь чем-то же он зацепил его. Ему хотелось верить, что просто сексом. И отчасти это было правдой, потому что он до сих пор помнил его запах, его сильные руки, которые впивались в его бёдра, его плечи и гладкую грудь, его твёрдый... Кас резко схватил телефон и, не раздумывая, напечатал сообщение Эфраиму. 13:34. От: Кастиэль; Кому: Эфраим. Привет, это Кастиэль. Не мог написать раньше, завал в театре. Он отбросил телефон, словно тот мог его обжечь, и принялся грызть ноготь на большом пальце. Нужно срочно отвлечь себя от мыслей о Дине, потому что это выходило уже за рамки. Кас не мог позволить себе думать о нём столько времени, как какой-то помешанный фанат. Телефон завибрировал, и экран вспыхнул. 13:36. От: Эфраим; Кому: Кастиэль. Привет, я очень рад, что ты написал. Надеюсь, что теперь ты сможешь уделить мне время. Кас улыбнулся. 13:37. От: Кастиэль; Кому: Эфраим. Зависит от того, что ты предложишь. 13:37. От: Эфраим; Кому: Кастиэль. У меня есть несколько идей. Слушай.

***

Эфраим оказался лёгок и приятен в общении и скоро предложил встретиться и выпить по чашке кофе. Так как близился день премьеры нового спектакля и Кастиэль был полностью погружен в репетиции – и попытки забыть одного говнюка, – было решено вместе позавтракать. Они уселись за столик у окна, прямо на солнечную сторону, и Эфраим так мило щурился от света, когда подносил чашку к губам. Его светлые волосы отливали золотом, а голубые глаза искрились, и Касу нравились его острые скулы, которые двигались при каждом глотке. – Значит, это новое прочтение классики, – Эфраим положил локти на край стола и чуть подался вперёд, показывая, что ему интересно послушать. Кас кивнул. – Именно. – Но что за месть повстанцев? – Эфраим улыбнулся одним уголком губ. – Что-то из «Звёздных войн»? – Боже, нет, – рассмеялся Кас и покачал головой. – Эм, это история про диктатора Монтекки, истребившего боровшегося против его власти Капулетти и всю его семью и ещё не знающего, что дочь его врага выжила и готовит план мести. – Вау, – прошептал с восхищением Эфраим, – хороший бы получился сериал. А кого будешь играть ты? – Отца Джульетты. Он приходит к ней в воспоминаниях. Небольшая роль. – Держу пари, что это будет впервые в истории, когда взгляды зрителей будут прикованы не к Ромео, а к отцу Джульетты. Кас смущённо улыбнулся и почувствовал, как чуть покраснели его щёки. – И зря, – сказал он, пытаясь справиться со смущением. – Ромео играет очень симпатичный молодой человек. – Ну да, – буркнул Эфраим, – ты-то у нас старик. – Иногда кажется, что да, – задумчиво пробормотал Кас и пошевелил плечами, сбрасывая подступающую задумчивость. – Расскажи мне о своей работе. – Я педиатр. – Должно быть, это весело. – Точно, – сказал Эфраим, поводив маленькой ложкой по дну почти пустой чашки. – Я выбрал себе работу, на которую не могу прийти в плохом настроении. Кастиэль сочувственно покивал и почувствовал, как в кармане завибрировал телефон. – Не против, я отвечу? – спросил он, вытащив телефон. – Могут писать насчёт театра. Перед премьерой всегда много дел. – Да-да, конечно. Я пока принесу нам ещё по чашке. Эфраим встал и удалился к прилавку, а Кас открыл сообщение. 09:01. От: Кроули; Кому: Кастиэль. Если мистер Очаровашка пригласит тебя на настоящее свидание, ты обязан согласиться. 09:02. От: Кастиэль; Кому: Кроули. Серьёзно, Кроули? Мистер Очаровашка и мистер Образцовый Трахаль? 09:02. От: Кроули; Кому: Кастиэль. Если бы ты дал мне больше вводных данных, я бы называл их по-другому. 09:03. От: Кастиэль; Кому: Кроули. Ты знаешь их имена. 09:03. От: Кроули; Кому: Кастиэль. Ой да кто будет запоминать всех, кто прыгает в твою койку? Точно не я. Кастиэль закатил глаза. Его друг как никто другой знал, что в его койку прыгают довольно редко. 09:04. От: Кроули; Кому: Кастиэль. Насчёт свидания я серьёзно. Хочешь выбросить Трахаля из головы, соглашайся. 09:05. От: Кастиэль; Кому: Кроули. Если пообещаешь, что перестанешь его так называть. 09:06. От: Кроули; Кому: Кастиэль. Ты согласишься и так. Потому что не стал отрицать, что он Очаровашка, а значит ваше недосвидание проходит неплохо. Кас усмехнулся и закрыл чат с другом. – Даже не знаю, что слепит сильнее, – сказал подошедший Эфраим, поставил на стол две чашки и уселся напротив. – Солнце или твоя улыбка. Кастиэль улыбнулся ещё шире. Он забыл, каково это, когда кто-то делает ему комплимент, и тут же вернулся в воспоминаниями в тот момент, когда Дин говорил про его глаза. – Сказал тот, кто практически сияет в свете солнца, – пробормотал он и кивнул на волосы Эфраима. Тот тихо рассмеялся. – Очень приятно это слышать. Судя по улыбке, всё в порядке? – он кивнул на телефон. Кас поспешил его убрать. – Это был мой друг и, по совместительству, партнёр. Ты должен был видеть его в театре. Он не играл в рождественской постановке, но это он закатил глаза, когда увидел, как ты несёшь мне цветы. Эфраим рассмеялся громче. – Ага, помню. Он тоже актёр? Кастиэль сделал глоток и прикрыл глаза, ощутив приятный жар от кофе, спускающемуся по пищеводу вниз. – Да, он будет играть отца Ромео. Эфраим задумался. – Знаешь, а внешне он подходит на роль диктатора. Кастиэль усмехнулся. – Только внешне. На самом деле, это у меня репутация деспота. – Ни за что не поверю, – Эфраим покачал головой. – Скорее ты тот, кто требует, чтобы всё было идеально. – Возможно, – загадочно улыбнулся Кас. Ему не хотелось выворачивать свою душу перед Эфраимом, потому что это была их первая встреча вне стен театра – даже не свидание. И потому что о его перфекционизме, иногда граничащем с психиатрией, знали только близкие люди. – Если честно, я уже перестал надеяться, что ты напишешь, – признался Эфраим. – Прошло ведь три месяца. А потом встретился с Ханной, мы разговорились, и я решил попытать счастье ещё раз. – Ты знаком с Ханной?! – удивился Кас. – Она племянница моего одноклассника, – Эфраим хлебнул кофе. – Разве не она передала тебе мою визитку? Кас нахмурился. – Не она, – сказал он и пометил в голове, что нужно спросить, какого чёрта визитка оказалась у Кроули. – А знаешь, это не важно, – добавил он и расслабился. Он разберётся с этим потом. – В конечном итоге, мы здесь, – он улыбнулся. Эфраим улыбнулся в ответ и опустил взгляд в чашку. По выражению его лица и тому, как он закусил губу, Кас понял, что он хочет о чём-то спросить. – Я понимаю, что у тебя дела в театре, – сказал Эфраим через несколько секунд. – Но не хочешь ли ты сходить со мной на свидание? – он огляделся. – В смысле, на нормальное, не в кофейне рано утром перед рабочим днём. Кастиэль почувствовал, как к нему подбирается это странное ощущение того, что если он согласится, то перечеркнёт некую фантомную возможность, что Дин снова появится в его жизни, и постарался задушить это ощущение в зародыше. Дин провёл с ним одну ночь и, скорее всего, продолжил свою жизнь, полную таких ночей, давно позабыв, кто такой Кас. – Отличная идея, – сказал он, вложив в голос, пожалуй, больше энтузиазма, чем требовалось. Но Эфраим счастливо улыбнулся ему, и Кас решил, что даст тому, что происходило между ними, шанс. В театр он приехал за пятнадцать минут до начала репетиции, с хорошим настроением, пусть это и стоило ему нескольких песен, которые теперь застрянут в его голове на целый день. Едва он открыл свой кабинет, как зазвонил телефон. На экране высветилось имя Майкла. – Как поживает самый великий актёр на планете? – бодро начал он, не здороваясь. Кас усмехнулся. – Прекрасно. Ты? – Ещё лучше! Ты же помнишь, что на следующей неделе я праздную день рождения? – Конечно, – Кастиэль включил громкую связь и, повесив куртку, уселся в своё кресло. – Ты же мой любимый брат. – Хотел бы я, чтобы Габриэль с Бальтазаром это услышали. – Я не сказал, что самый любимый. Майкл рассмеялся. – В общем, я собираю компанию. И так как это юбилей, приедут твои братья и сестра. Пойдём в бар, напьёмся – ты в деле? – Я уже освободил для этого вечер следующей пятницы. Выезжаю в обед. – Боже, ты лучший! – воскликнул Майкл. – Габриэль полчаса ломался, прежде чем сказал мне, что уже взял билет. Кас фыркнул. – Иначе он бы не был Габриэлем. – Точно, – Майкл отвлёкся на чей-то голос и что-то пробормотал полушёпотом. – Мне пора идти, но я уже с нетерпением жду пятницу. И можешь привезти своего Кроули, если плюс-один ещё не появился. – Майкл, – Кас закатил глаза, – мне некогда заводить плюс-один. Мы приедем. Он отключился и не успел положить телефон на стол, как раздался голос: – Куда едем? Кас поднял голову и посмотрел на Кроули, точнее – на его голову, заглядывающую в его кабинет. – В Толедо. День рождения Майкла. Кроули коварно улыбнулся и вошёл внутрь. – Берёшь меня своим плюс-один, потому что дорожишь нашей дружбой, или боишься, что если поедешь с Очаровашкой, то там будет Трахаль? – Боже, – прошептал Кас и прикрыл глаза ладонью. – Бога нет, – Кроули уселся в кресло. – Ну? – Мне нет дела до Дина, – сказал Кастиэль. – А Эфраима пока рано знакомить с семьёй. – «Пока рано»? – протянул Кроули. – Вау! Значит, намечается свидание? Кастиэль кивнул. – Во вторник. Заедет за мной после репетиции. Кроули заулыбался так, словно это его собрались вести на свидание. – Вот и славно. Зачем тебе какой-то Дин Винчестер, который молчит три месяца, когда у тебя есть Эфраим, который ждал тебя три месяца? Кас фыркнул и покачал головой. Он не собирался снова говорить о Дине. – Кстати, – вспомнил он, – как визитка оказалась у тебя? – Ханна попросила передать. А что? – Просто интересно, почему она не подошла сама. Кроули усмехнулся. – Шутишь? Ты ходишь мрачнее тучи несколько месяцев, кто осмелится сунуться к тебе по личному вопросу? Ханна молода, но не дура, – он встал с кресла. – Пошли, репетиция начинается через две минуты. Кастиэль взял телефон и последовал за другом, на ходу думая о том, что ему следовало прекратить не только говорить о Дине, но и думать. Их отношения – хоть он это отрицал, но где-то в глубине души часть него на что-то надеялась даже сейчас, спустя три месяца тишины, – были обречены. У них были разные цели в жизни. Дин вряд ли относился к тем людям, кто хотел серьёзных отношений, да и зачем они ему, когда он может получать ночи и исчезать бесследно. Кастиэль же хотел отношений, крепких и надёжных. Он хотел видеть рядом с собой не только любовника, но и друга, понимающего и ценящего его. А на эту роль больше подходил Эфраим, чем Дин.

***

– Нет, Кроули, не так, – сказал Кас и поднялся на сцену. – Нужно подвинуть Джека, – он взял актёра за плечи, – сюда, – и подтолкнул подальше от края сцены. – Подсветим прожектором, и тогда его реакция будет выразительнее. Кроули кивнул и что-то пометил в своём планшете. – Гай, дай свет! Осветитель завозился, и через несколько секунд прожектор обхватил Джека мягким жёлтым светом. – Намного лучше, – сказал Кас, вернувшись к Кроули в зал. – Теперь мы видим сцену раскрытия личности Джульетты и реакцию Ромео, не крутя головой из стороны в сторону. – Сцену заново! – скомандовал Кроули. – А тебе пора собираться. Мистер Очаровашка скоро будет тут. – Ещё одну сцену, – Кас наклонился вперёд, уперевшись локтями в колени. – Ханна, – позвал он сидящую на два ряда позади помощницу, не сводя взгляда со сцены, – посмотри, приехал ли Эфраим, пожалуйста. Если да, скажи, что мне нужно ещё минут десять. Ханна встала и тихо вышла из зала. – Бекки! – выкрикнул Кроули. – Больше энергии! – Я устала! – крикнула актриса в ответ. – Мы можем закончить на сегодня? – Закончим, когда ты покажешь мне убедительную игру! – Кроули повернулся к Касу. – Говорил тебе не ставить её на эту роль. Кас посмотрел на время. – Возможно, нам, действительно, стоит закончить, – и обратился к сцене: – Вы хорошо поработали сегодня! Можете расходиться. Кроули закатил глаза и пошёл за направляющимся к выходу из зала Кастиэлем. – Устроишь сегодня потрахушки? – спросил он. Кас остановился и посмотрел на него строгим взглядом. – На первом же свидании?! Кроули усмехнулся. – Как избирательно работают твои принципы. На первом свидании ни-ни, но если это друг твоего брата… – Заткнись, – перебил его Кас. Они спускались по лестнице вниз, и он увидел болтающего с Ханной Эфраима. – И нет у меня никаких принципов. Просто действую по ощущениям. – То есть, Дин ощущается как тот, с кем необходимо переспать при первой же возможности? – веселился Кроули. Кас шикнул на него и помахал Эфраиму. Тот широко улыбнулся. – А он хорош, – пробормотал Кроули. – Разоделся-то как. – Кастиэль! – воскликнул Эфраим и направился ему навстречу. – Как репетиция? Кас улыбнулся, позволил себя обнять – игнорируя шевелящего бровями друга – и тоже отметил, что Эфраим выглядит великолепно. – Всё хорошо. Я только возьму плащ, дай мне минуту. Свидание вышло неплохим. Правда, неплохим. Эфраим отвёл его в дорогой ресторан с большим выбором вин и потрясающей кухней и был заботлив и внимателен. Кас смеялся над его шутками весь вечер и, сидя в его машине, везущей его домой, думал о том, что раньше бы он даже не задумался, стоит ли заводить с ним отношения. – Знаешь, мне давно не было так хорошо, – сказал Эфраим у порога его дома. – С тобой весело. Кастиэль улыбнулся. – Мне тоже было хорошо. Взгляд Эфраима опустился на его губы. – Я могу тебя поцеловать? Он кивнул, и Эфраим, склонив голову чуть вниз, коснулся его губ своими в трепетном поцелуе. Кас не сразу додумался закрыть глаза, а когда прикрыл веки, на обратной стороне вырисовался красивый профиль лица Дина. Как же он это ненавидел. – Я напишу тебе, – пообещал Эфраим, нехотя отпуская руку Кастиэля и пятясь к машине, и тот понял, что пропустил момент, когда его взяли за руку. Он улыбнулся Эфраиму, помахал на прощание и зашёл внутрь. Во встретившей его тишине мягко щёлкнул выключателем и посмотрел на длинный коридор, ведущий на кухню, с висевшими на стенах фотографиями семьи. В доме стояла тишина. Кас почувствовал, как к горлу подбирается рыдание, и прислонился спиной к двери. Сейчас он бы не смог объяснить и самому себе, почему ему так плохо.

***

– Наконец-то, сходил к парикмахеру, – сказал Кроули вместо приветствия, кинул сумку на заднее сиденье и принялся искать в плеере Каса приемлемую музыку. – Вот, – улыбнулся он, когда нашёл плейлист семидесятых. – И я рад тебя видеть, – сказал Кас и вырулил на дорогу. Кроули отмахнулся. Когда играла его любимая музыка, он забывал обо всех на свете. Телефон Каса запиликал противным рингтоном, и он даже не успел взглянуть в его сторону, как Кроули уже открывал сообщение. – Никаких телефонов за рулём, – ответил он на вопросительный взгляд друга. – Ого! Мистер Очаровашка продолжает подниматься в рейтинге. – Каком рейтинге? – спросил устало Кас. – В рейтинге очаровательности, – Кроули показал ему экран телефона. 13:49. От: Эфраим; Кому: Кастиэль. Весёлого уикенда! Напиши, если буду тебе нужен. Кас тяжело вздохнул, забрал телефон и кинул его в подстаканник. – Не понимаю, зачем он тебе нужен, если твоя реакция на него такая, – Кроули громко вздохнул и закатил глаза. Кастиэль невесело улыбнулся. – Думаю, что мне нужен как раз именно такой как он, – сказал он, задумчиво глядя на дорогу. – Милый, добрый, нежный. – К чёрту милоту, доброту и нежность, когда они не вызывают ничего, кроме раздражения, – пробормотал Кроули и отвернулся к окну. – Я раздражен не на него, – признался Кас и закусил нижнюю губу. – На себя. – Что? – Кроули посмотрел на друга. – В Эфраиме столько удивительных качеств, и он очень привлекательный. И я бешусь на себя за то, что не могу не то чтобы полюбить, даже испытать банальную симпатию. Всё, что я чувствую, это уважение и благодарность. Вряд ли на этом можно построить что-то. – Нет, я просто обязан увидеть этого Дина, – пробурчал Кроули. – Каким же нужно быть красавчиком, чтобы затмить мистера Очаровашку! Кас фыркнул и покачал головой. – Боюсь, что он будет там, – признался он через несколько секунд молчания. – И ещё больше боюсь, что не будет. Кроули похлопал его по плечу. – Ты можешь извлечь для себя выгоду в обоих случаях. – О чём ты? – Ну, смотри, – Кроули повернулся к нему туловищем, – если Дин будет там, то ты сможешь разобраться с ним. Расставить все точки над «i». Если не будет – ты не увидишь его морду и не будешь страдать ещё больше, и то, что случилось на Рождество, навсегда останется там, в гостевой комнате родительского дома. Кас посмотрел на него с недоверием. – Можешь положиться на меня, – Кроули сел прямо. – Если он придёт, то мы покажем ему, чего он лишился навсегда. Кас усмехнулся. – Можешь набрать Эфраиму ответ? – попросил он. – Поблагодари, – продиктовал он, когда Кроули взял телефон, – и напиши что-то типа «договорились». – Умница, – похвалил Кроули и показал набранное сообщение. 13:57. От: Кастиэль; Кому: Эфраим. Спасибо. Договорились. Им пришлось заехать сначала к матери, чтобы оставить вещи, так как ночевать они планировали у неё, и пообедать тут же, поскольку она наготовила на целую ораву. Кастиэль подозревал, что она надеялась, что все дети соберутся у неё на следующий день. В бар они отправились сильно позднее назначенного Майклом времени. Это был обычный бар, с длинной стойкой, парой бильярдных столов и кучей высоких столиков с барными стульями. Людей было тоже много. Майкл владел автомастерской, достаточно популярной в Толедо, – неудивительно, что он знал стольких людей. – Вижу Гейба, – сообщил Кроули Касу на ухо и подтолкнул в правильном направлении. – Вон там! Габриэль стоял у барной стойки и оживлённо размахивал руками перед лицом какого-то парня, который, судя по одежде, был официантом. – Ну наконец-то! – воскликнул он, когда увидел приближающихся к нему Каса и Кроули. – Майкл несколько раз спрашивал, где тебя носит. Он обнял сначала брата, потом Кроули и, оставив руку на его плече, взглянул им за спины. – Вас только двое? – А кого ещё ты ожидал увидеть? – усмехнулся Кас. Габриэль обменялся с Кроули загадочными взглядами. – Да так, никого. – Поверить не могу! – воскликнул Кас и повернулся к другу. – Ты рассказал ему про Эфраима? Кроули состряпал виноватое лицо и развёл руками. – Нечаянно взболтнул. Прости, дорогуша. Кас вздохнул и покачал головой. А чего он ожидал? Между его другом и братом была какая-то странная дружба с намёком на что-то большее, чего никогда не могло произойти из-за проживания в разных точках страны. Габриэль даже разрешал называть его Гейбом, что было под запретом для всех, кроме Кроули. Иногда Кас подозревал, что Габриэль зазывает его к себе в Лос-Анджелес только потому, что надеется, что Кроули тоже последует за ним. – Ладно, проехали, – сказал Кас и повернулся к Габриэлю. – Но больше никому ни слова! Габриэль показал, как закрывает рот на замок и кладёт ключик в карман. – Но вообще он на меня надавил, – ухмыльнулся Кроули. Лицо Габриэля возмущённо вытянулось, он полез в карман, достал ключик и открыл им свой рот снова. Кас закатил глаза. – Я всего лишь спросил, тебя самого понесло! – воскликнул Габриэль. – «Эфраим то, Эфраим сё, что за имя такое долбанутое»! – Хэй, – возмутился уже Кас. – Нормальное имя. И у нас было всего одно свидание, так что ничего серьёзного. – Настолько несерьёзно, что он ждал твоего сообщения месяцы, – Габриэль воодушевлённо вздохнул и, взяв Кроули под руку, повёл их вглубь бара. – Ты и это ему рассказал?! Кроули обернулся и отрицательно замотал головой. – Выложил всё до мельчайшей детали, – хохотнул Габриэль. Кас решал, кому из них хорошенько влепить, когда на весь бар прогремел голос их старшего брата. – Вот и он! – воскликнул Майкл, и все в баре обратили на него внимание. Кастиэль разулыбался, наблюдая, как Майкл пробирается к нему, и крепко обнял его. – Я уже думал, что ты решил не приезжать, – сказал Майкл и махнул рукой Кроули. Тот всё ещё стоял в обнимку с Габриэлем. – С днём рождения, – чуть покачнувшись, Кастиэль отстранился от брата и заметил за его спиной Бальтазара, Анну и ещё одну девушку. Было так приятно снова оказаться в кругу семьи. Пусть они впятером были настолько разными, что это неизбежно приводило к стычкам, Кас бы не променял их ни на какую другую семью в мире. – Это Руби, – представила незнакомку Анна после приветственных объятий. – Моя девушка. Кастиэль посмотрел на неё полным гордости взглядом и протянул руку. – Рад, наконец, познакомиться. Руби улыбнулась и ответила на рукопожатие. – Взаимно. Анна много о тебе рассказывала. Кас прижался носом к голове сестрёнки на секунду, и они все двинулись в сторону большого дивана, стоящего в углу. Это был шумный вечер. Кастиэль перезнакомился с кучей народу, и все утверждали, что знали о нём ещё до знакомства, потому что Майкл часто о нём рассказывал. Бальтазар поднял бокал с какой-то янтарной жидкостью, призвав всех последовать за ним, прокричал несколько слов, и веселье продолжилось. Кас разговаривал с Рафаэлем, помощником Михаила, когда Габриэль встал с места и прокричал: – О, ещё один запоздавший гость! И посмотрел прямо на него. Касу не нужно было поворачиваться, он понял по взгляду брата, кто направлялся к ним. – Боже, боже, боже, – засуетился Кроули и, подскочив с места на другом конце дивана, поспешил к своему другу, втиснувшись между ним и Рафаэлем. – Это он? – Это он, – ответил Габриэль, наклонившись к ним, и Кас стукнул его по плечу. – Немедленно прекратите оба! – Дин! – воскликнул Майкл и развёл руки в стороны для объятий. – Всё-таки смог вырваться. Дин обнял его и похлопал по спине, что-то прошептав на ухо, и его взгляд безошибочно нашёл на диване Кастиэля. – Добрый вечер, – обратился он ко всем и уселся возле Майкла. – Матерь божья, – выдохнул Кроули и поиграл бровями. – Теперь я понимаю твою одержимость. – Пожалуйста, хватит, – взмолился Кас. – Я не хочу проводить вечер в разговорах о нём. Может, сыграем в бильярд? – О, я догадываюсь, как бы ты хотел провести вечер, – ухмыльнулся Габриэль и еле увернулся от ещё одного удара. – Пошли уже. Они заняли ближайший свободный стол, и Кас, взяв кий и наклонившись над столом, сделал первый удар. Он не знал, что чувствовал, да и выпитый алкоголь притуплял его когнитивные способности. Он только знал, что от взгляда зелёных глаз его бросило в жар и что его разозлило, когда он не обмолвился с ним ни словом. – Сделай удар с другой стороны стола, – сказал Кроули, толкнув плечом друга. – Зачем это? – нахмурился Кас. – Надо, – поддержал Габриэль. Кастиэль обошёл стол и наклонился для удара. И в этот момент, когда он поднял взгляд на Кроули и Габриэля, а те показали ему большие пальцы, сияя одинаковыми ухмылками, понял, чего они добивались. – Засранцы, – пробормотал он, сделал удар и отошёл к другому краю стола. – Зато его взгляд сразу приклеился к твоей заднице, – Кроули беззаботно пожал плечами. – Круто, – Кас поставил кий на место, – я за пивом, – и направился к бару, не дожидаясь ответа. Он пытался успокоиться и просто наслаждаться праздником, но мало того, что Дин присутствовал здесь и Кас это чувствовал всем телом, так ещё и Кроули и Габриэль решили сделать из этой неловкой и напряжённой ситуации повод для веселья. Как будто он недостаточно страдал. Кас сделал заказ и, пока ожидал бармена, мельком взглянул в сторону дивана. Дин сидел всё там же, возле Майкла, и, попивая пиво медленными глотками, не сводил с него взгляда. Кас резко отвернулся. Ему хотелось сейчас оказаться дома, в безопасности от этого притяжения, что повисло между ними, стоило их глазам встретиться. – А здесь есть запасной выход? – спросил он у бармена, когда тот поставил перед ним бутылку пива. Бармен указал ладонью направление, и Кас, прихватив пиво, направился туда. Ему хотелось на свежий воздух и чтобы вокруг не было ни души. Прохладный ночной ветер полоснул его по влажным от пота вискам, когда Кас ступил в тёмный переулок, освещаемый только тусклой лампой над дверью, и он прислонился к кирпичной стене здания, шагнув в полумрак, чтобы его не было видно. Вообще-то было довольно прохладно, но из-за алкоголя он не ощущал холода. Наоборот, он приятно остужал его разгорячённое в тесном и набитом людьми баре тело. Дверь за спиной открылась, выпустив на пару секунд шум вечеринки, и тут же захлопнулась. Кастиэль прикрыл глаза, прислонившись затылком к стене. – Здесь холодно, – раздался голос. – Господи, просто исчезни, – пробормотал Кас и резко повернул голову. – Ты следишь за мной? Дин стоял под тусклым светом лампы, сложив ладони в передние карманы джинсов, в замшевой куртке, которая очень ему шла, и смотрел прямо на него. – Нет, просто случайно заметил, как ты выходишь сюда раздетый, – его взгляд скользнул по его телу. – Надень, – он начал снимать с себя куртку. Кас развернулся к нему всем телом. – Как я мог забыть, что ты галантный. Дин накинул на него куртку и плотнее закутал, не убирая ладоней с лацканов. Каса окунуло в запах его духов и ту ночь, что они провели вместе, и он почувствовал, как внутри зарождается возбуждение. Чёртов алкоголь! – Как поживаешь? – просто спросил Дин. Кастиэль посмотрел в его глаза и еле сдержал стон возмущения. Дин был очень хорош, крепкий, статный, безумно красивый. Это было нечестно давать ему одну ночь, чтобы потом он месяцами мучился, вспоминая её. – Прекрасно, – он отвернулся, опустив взгляд на бутылку в своей руке. – Ты? Дин усмехнулся и встал рядом с ним, плечом к плечу, тоже прислонившись спиной к стене. – Неплохо, – его ладонь скользнула по ладони Каса и осторожно взяла бутылку. – Там Габриэль и Майкл обсуждают какого-то парня, – сказал он, прочитав этикетку, и задумчиво нахмурился. – Вроде бы его зовут Эфраим. – Оргх, в этой семье никто не умеет держать язык за зубами, – процедил Кас и от негодования шлёпнул кулаком по своей ноге. – Тебя что, заводят странные имена? – спросил Дин. – Меня заводит, когда за мной красиво ухаживают, – огрызнулся Кас. – Что Кроули успел разболтать? Дин усмехнулся. – Он сказал, что это странно, что ты не привёл своего бойфренда на вечеринку, – он повернул голову. Кас посмотрел в его лицо. – Он мне не бойфренд, – сказал он честно. – Мы были всего на одном свидании. Дин кивнул и опустил голову вниз, чтобы скрыть улыбку. – Надеюсь, что ты не пригласил его сюда не из-за меня. Кас закатил глаза. – Я, конечно, понимаю, что ты уверен, что всё в этом мире вертится вокруг тебя, но нет. Причина не в тебе. Дин рассмеялся и посмотрел на него тёплым, согревающим в порывах прохладного ветра взглядом. – У тебя всё такой же острый язычок, – прошептал он и наклонился так близко, что его дыхание коснулось виска Каса. – Мне это очень нравится. Кастиэль сделал шаг назад и вежливо улыбнулся. – Спасибо за куртку, – он протянул ему его вещь. – Я пойду, пока меня не потеряли. Он взглянул на него ещё разок и поспешил зайти в бар. Потому что будь он проклят, если снова поведётся на его очарование, а потом будет страдать месяцами. Вечеринка продолжалась почти до утра, и Кас успел протрезветь к окончанию, когда уже большинство гостей разъехались и на танцполе покачивались несколько парочек под медленную музыку. Абсолютно пьяный Майкл растянулся на диване и спал. – Ну и кто повезёт его домой? – спросил сидящий в обнимку с неизвестной Касу девушкой Бальтазар. – Очевидно, что не ты, – проворчал Габриэль, прислонившийся к плечу дремавшего Кроули. – Я отвезу, – сказал уставшим голосом Кастиэль. – Золотце, – Бальтазар потянулся и погладил его по голове. – Если что, мне звоните в последнюю очередь, – он подмигнул братьям и сестре и направился с девушкой на выход. – Ловко он, – Анна зевнула и осторожно разбудила Руби. – Нам тоже пора. – Вы где остановились? – спросил Габриэль. – В отеле. Заедем к маме завтра, – она встала и, поцеловав каждого брата, наклонилась и что-то прошептала Майклу. Тот только пробурчал что-то сквозь сон. – Всех люблю. Кас проводил их грустным взглядом и встал с дивана. Нужно было вызывать такси и поднимать Майкла. – Ты лучший, – подбадривал его Габриэль, сидя на диване и наблюдая за его попытками разбудить Майкла. – Ты сможешь. Кас, ты самый лучший из нас. – Заткнись, – отбрил его Кас и услышал голос за спиной: – Помочь? – Конечно, – ответил за него Габриэль. Кастиэль обернулся. – Я за рулём, – сказал Дин. – Ты же пил. Дин покачал головой. – Пиво было безалкогольным. Мне ещё ехать в Детройт. Он встал с другой стороны и закинул руку Майкла себе на шею, и они вдвоём потащили его к машине. – Эй, подвезите нас! – крикнул Габриэль и начал будить Кроули. Уже знакомая Касу Импала насквозь пропахла духами Дина, и он морщил нос, пытаясь избавиться от навязчивого аромата. Не хватало ещё, чтобы он въелся в его память. – Открыть окно? – спросил Дин, неверно растолковав его гримасу. Кас кивнул. Они ехали по ночному городу в тишине, нарушаемой только хихиканьем, доносящимся с задних кресел, где сидели Кроули и Габриэль. Кас был уверен, что они туда сели не для того, чтобы помочь Майклу, а чтобы поиздеваться над ним. Кас взглянул мельком на Дина: тот был сосредоточен на дороге и так идеально смотрелся за рулём, будто был рождён, чтобы вести именно эту машину. – Приехали, – сказал Дин, и Кас повернул голову. Они стояли у родительского дома. Габриэль и Кроули принялись с шумом вылезать из машины, и Кас воспользовался тем, что они их не слышат. – Ты поедешь в Детройт сразу? Дин посмотрел на него недоумённо и кивнул. – Не уезжай, – скомандовал Кастиэль и выскользнул из машины. – Ты что творишь? – спросил его Кроули, когда он нагнал их у крыльца. – Поеду ночевать к Майклу, – пояснил Кас и пошёл наверх за сумкой с вещами. – Лучше не оставлять его одного в таком состоянии. – Не забудь презервативы, – хохотнул Габриэль. – И не делайте это в одной комнате с нашим братом! Кас шикнул на него. Не хватало ещё разбудить маму. – Он поможет мне уложить Майкла и уедет. – Конечно, – хмыкнул Кроули. Кас спустился вниз, взял ключ и вышел из дома. – И что это значит? – спросил Дин, когда он закинул на переднее сиденье сумку, а сам уселся назад к брату. – Я заночую у Майкла, что ещё это может значить? Дин усмехнулся и завёл двигатель. – Я мог бы справиться с ним сам. – Ты бы остался с ним, пока он не проснётся, несмотря на поездку? Дин не ответил, и Кас аккуратно опустил голову брата себе на плечо.

***

Квартира Майкла встретила их тишиной, прерываемой только свистом сквозняка из-за открытой двери балкона. – Он весит целую тонну, – прокряхтел Дин, таща на себе Майкла. – Ты сам вызвался нести его в одиночку, – усмехнулся Кас и повёл их по коридору прямо в спальню брата. – Сюда. Дин опустил Майкла на кровать, заботливо уложив его голову на подушку, а Кас стянул с него обувь. – Ты иди, а я помогу ему раздеться, – сказал он. – Он ненавидит спать в одежде. Дин вышел из комнаты, и Кас смог перевести дыхание, пока укрывал брата. Дин отсутствовал в его жизни три месяца, а теперь его было так много, что немного кружилась голова. Когда он вошёл в гостиную, Дин стоял у открытого балкона и смотрел куда-то вдаль. – Можешь ехать, – сказал он спокойным тоном и прошёл к кофемашине – квартира Майкла была небольшая, и гостиную от кухни отделял только островок. Дин усмехнулся, но ничего не сказал, предпочтя молча наблюдать. Кастиэль ощущал его взгляд каждым кончиком волос на затылке и от нечего делать открыл шкафчик и взял в руки первую попавшуюся бутылку. – Желаешь продолжить веселье? – спросил Дин насмешливо. Кас повернул к нему голову – он успел скинуть куртку и закатать рукава рубашки так, что стали видны вены на его предплечьях, – и тут же отвернулся. – Нет, – он вернул бутылку на место. – Из-за алкоголя я, бывает, совершаю необдуманные поступки. – Я помню, – улыбнулся Дин. Кас проигнорировал его слова и, подойдя к кофемашине, включил её. – Тебе не жарко? – спросил Дин. Он всё ещё не снял плащ и так не хотел этого делать. Ему было приятно внимание Дина, безусловно, но и поддаваться соблазну он не желал. С него хватило тех месяцев невыносимой тоски по нему. – Я останусь так, – сказал он уверенным тоном и повернулся к нему. Дин стоял по другую сторону кухонного островка. – Повезло, что балкон открыт, – усмехнулся он и сделал медленный шаг, начав обходить островок. Кастиэль почувствовал себя в опасности. Если он его не остановит, то случится то, о чём он будет потом жалеть бессонными ночами. – Тебе не пора домой? – спросил он, постаравшись придать голосу спокойствия. Дин покачал головой. – Я могу остаться. Ещё пара шагов. Кас нервно сглотнул. – Тебя никто не просил. Дин улыбнулся. – Я очень хороший друг и не могу оставить Майкла в таком состоянии одного. Ещё шаг. – Но он не один, я здесь, – возразил Кас и чуть не подавился воздухом. Дин замер в двух шагах от него. В полумраке – никто из них так и не зажёг свет, и темнота не накрыла помещение плотным полотном только из-за лунного света, просачивающегося сквозь окна, и индикаторов кухонных приборов, – глаза Дина были совсем чёрными. – Пожалуйста, уезжай, – попросил Кас шёпотом. Дин улыбнулся какой-то дьявольской улыбкой. – Чего ты так боишься? Он сам не знал, чего боялся. Просто разум вопил ему бежать, в то время как тело и сердце молили остаться. – Я ничего не боюсь, – бросил он и резко развернулся. Его взгляд упал на зеркальную поверхность панели кофемашины, и в ней отразилось его полное паники лицо и мужская фигура за спиной. – Ты можешь сказать мне, чтобы я не трогал тебя, – прошептал Дин. – Но ты не сделал этого ни разу. Он осторожно коснулся его плеча, ожидая, что Кас его оттолкнёт, но тот просто стоял неподвижно. – Скажи, что не хочешь, чтобы я прикасался к тебе, – сказал Дин. Кас не смог бы этого произнести вслух, даже если бы захотел – его язык прирос к нёбу. Дин сделал последний шаг – его грудь прислонилась к спине Каса, и тот почувствовал жар его тела, – и положил ладони на тумбу по бокам от него, заключив в ловушку своего тела. – Я скучал, – прошептал он, коснувшись губами уха. Кас прикрыл глаза: дыхание Дина скользило по его шее. – Я тоже, – признался он и почувствовал, как его шеи касаются чужие губы. Это было прекрасно. Всё его тело, напряжённое с того самого момента, как их глаза встретились в полумраке того клуба, словно ждало только этого прикосновения. Он откинул голову назад, предоставляя ему доступ, и вцепился пальцами в столешницу. Столько дней вспоминать ту ночь, мечтать о ещё одной, тосковать и изводить себя разными «а что, если», в конце концов, пообещать себе забыть его, только чтобы, оказавшись на расстоянии вытянутой руки, сразу же сдаться. Возможно, он будет корить себя за это потом, но он точно уверен, что будет корить ещё сильнее, если сейчас остановится. – Дин, – не сдержал Кас стона. Дин развернул его и притянул к себе за талию, сразу же вовлекая в поцелуй. Его запах и вкус его рта были такими же, какими Кас их помнил. Он прильнул к его телу, прогнувшись в пояснице и откинув голову чуть назад, и Дин наклонился вслед за его губами, лишь бы не разрывать поцелуй. Кас застонал ему в рот от возбуждения. – Постой, – он остановил его, положив ладонь на его грудь и на миг скользнув мизинцем в вырез расстёгнутой на несколько пуговиц рубашки, и отошёл на шаг назад. Взгляд Дина стал ещё темнее, когда он начал медленно снимать с себя плащ и расстёгивать рубашку. Его руки по очереди стянули сначала один рукав, потом другой и расстегнули ширинку брюк, опустив их вниз вместе с бельём. – Иди сюда, – поманил его Кас. Дин бросился к нему, как терзающийся жаждой в пустыне путник. Они теперь целовались с ещё большей страстью. Его руки были везде, Кас едва не стонал в голос от его ласк. Как же он смог прожить эти три месяца? Он положил ладони на его ремень и дёрнул пряжку – та, звякнув, распалась на две части. – Ты ненасытный, – улыбнулся Дин, наблюдая за тем, как его руки расстёгивают ширинку и тянут бельё вниз. – Давай же, – пробормотал Кас торопливо. Дин усадил Каса на тумбу, вытащил свой член и обхватил ладонью вместе с членом Кастиэля, прижав друг к друг. Кас откинул голову назад и громко застонал. – Тише, – Дин накрыл его рот своей ладонью, но сам не удержался и громко ахнул, когда сделал пару движений рукой. Кас накрыл его рот своей ладонью тоже. Они двигались быстро, снедаемые разгоревшимся между ними настоящим пламенем страсти, и сдавленно пыхтели в ладони друг друга. Оргазм накрыл Каса первым, заставив прижаться к Дину всем телом, и только спустя некоторое время он понял, что Дин кончил практически вслед за ним. – Ты просто монстр, – рассмеялся он и показал ему свою ладонь. На ней алели следы его зубов. Надо же, Кас и не заметил, как укусил его. – Значит, я был очень хорош, – самодовольно улыбнулся Дин. – На троечку, – фыркнул Кас и, спрыгнув с тумбы, начал одеваться. – Иди сюда, – Дин схватил его за ладонь, притянул к себе, поднял указательным пальцем подбородок и нежно поцеловал. – У тебя странная привычка сразу убегать, – улыбнулся он. – Я хочу спать, – прошептал Кас и, правда, почувствовал усталость. Этот день был слишком длинный. – Хорошо, – Дин кивнул и отпустил его. – Я поеду домой. – Хорошо, – повторил эхом Кастиэль и еле успел себя одёрнуть – захотелось обнять себя руками. Дин привёл свой внешний вид в порядок и, подхватив куртку с дивана, направился к двери. Кастиэль остался смотреть на него с кухни. – Кстати, – перед самым выходом Дин обернулся, – мой номер телефона, – он достал из нагрудного кармана куртки какой-то белый свёрток. – Вдруг захочешь позвонить. Кас возвёл глаза к потолку, но, как только дверь за ним закрылась, стремительно подошёл к консоли. Там лежала салфетка из бара. Получается, Дин весь вечер хотел дать ему свой номер? Он оторвал кусочек с номером, быстро затолкал его под чехол телефона и оглянулся, словно совершил что-то криминальное. Задумываться о том, что заниматься сексом на столе, где его старший брат готовит себе завтрак, ему не хотелось, и он завалился спать на диван. Нужно было попробовать поспать, пока не проснётся Майкл.