Мортиновы и Огневы

Началась часовая война. Она должна была играть две роли. Нет смысла описываться всё то, что происходило, когда Елена разрывалась между Осталой и Эфларой. Я могу представить вам лишь ключевой момент, который привёл ей к той самой жизни. Вокруг слышны взрывы, крики и кровь. Девушка бежит по правая сторону от неё Диара, по левую Феликс. Оба думают, что она за них, но так ли это? Вот шаг, рывок вперёд и бронзовый ключ в её рука. Третий. Золотой, хрустальный и бронзовый ключи в её руках. Обернувшись, она увидела эти взгляды. Елена застыла на месте, сжимая холодный материал в руке. Казалось, вокруг них образовалась тиши. За Дэлш и Драгоцием появилась белоснежная макушку. Лёгкий кивок и ключи полетели, оказавшись в руках Нортона Огнева. Всё то время, что она была на Эфларе, она успела восстановить отношение с Нортоном, и оба они проработали план. После этого Елена осмелилась вернуться в Змиулан, и там её ждал злой Феликс. Были крики и драка, но Елена никогда не выиграла бы ему. Он прижал её к стене и сжал шею. В глазах её потемнело, и очнулась она только на больничной койке. В голове ужасно болело, а в коридоре слышались крики. Вновь крики. Как она устала от них. Первым зашел сам Драгоций. В его взгляде не было ни капли сочувствия или жалости. — прости Бросил он небрежно и ушёл. А следом сразу же появился Алес. Его губа была разбила в кровь. Алес, как же давно она его не видела. Брат криво и грустно улыбнулся, сел на край кровати. Девушка не могла говорить, но она заплакала. Алес долго сидел с ней и что то рассказывал. Как он жил без неё, иногда смеялся, А Елена выдавила улыбку. Она скучала по голосу брата, по его улыбке и глазам, которые готовы убить любого. Она хотела спросить на счёт отца, но не могла. Тот, будто прочитав мысли, произнёс. — Он не смог сегодня прийти. Но уверяю, папа обязательно навестит тебя. Алес ушёл лишь спустя час и пообещал, что будет навещать каждый день. Примерно через десять минут после этого зашла Мелисса. Она с хладнокровным видом стояла в дверном проёмё. Елена отвела взгляд. — Врачи сказали. У тебя повреждена трахея. Больше ни слова. Она не осмелилась подойти ближе и просто поддержать. Перед ней лежала дочь. Её дочь, которая пусть и непутевая, пусть сбежала из дома, но она была её. Мелисса не смогла пересилить свою гордость. Когда то она тоже была предателем. Семья ведь вышла за муж, за простого бродягу. Она могла бы понять Елену, могла бы простить и пригласить вернуться домой. Тишина стала давить на нервы, точно так же, как и крики ранее. Женщина ушла. Она ушла, ни сказав больше не слова. Только Алес в коридоре видел, как смахнула слезу от собственной бессильности перед собой. Только стены палаты слышали немой оклик: Мама. Август и Алес навещали Елену каждый день до её восстановления. Голос, когда то высокий сопрано стал на порядок ниже. Когда её выписывали, Мелиссы и Алеса не было. Был Август. Елена проплакала на его плече больше часа и не хотела терять его снова. — Приходи к нам как - нибудь. Наши двери всегда для тебя открыты. Это был переломный момент. С того времени Феликс исчез из её жизни так же внезапно, как и появился. Феи всей душой возненавидели её за то, что та воспользовалась Часовой войной и украла ключи. Но в Ратуши доказать это не смогли, ведь они остались у Огнева. Тем самым мужчину изгнали на Осталу на двенадцать лет, а Елена за свои заслуги перед Эфларой стала участником Совета Радосвета и директором Школы Светлых Часов. Уже через год умерла Микка, и на хрупкие плечи девушки свалился парнишка. Марку было четыре года. Елена любила его всей душой, как собственного сына.