Безрассудная смелость

Не могу сказать, что я умела флиртовать, однако Николас общался вполне дружелюбно. Хотя может ему просто было неловко отшить меня, все же вечер прошел весело. После всех испытаний на прочность, что преподносил мне Реддл я действительно смогла отдохнуть. Вот только не стоит забывать где я нахожусь и кто за мной следит. Об этом я вспомнила вскоре. По видимому Реддл нашел новый способ ловить меня в замке, потому что вновь когда я шла одна по коридору на моём пути возникла гордая осанка. Том сегодня выглядел слегка помятым, что было для меня совершенно непривычно. Белая рубашка в складках, рукава засучены, а слегка вьющаяся челка спадала на глаза. Его внешний вид похоже отражал настроение, потому что выглядел он нервным. — Колин! — его громкий голос разнёсся по пустому коридору. Меня даже передёрнуло от ненависти, что проскользила в нем. — Том? — я решила выбрать тактику «не нарывайся». — Что-то случилось? Он в один миг пересёк расстояние между нами и навис как коршун над бедной мышкой. Его грудь вздымалась от частоты дыхания, а губы были поджаты. — Кто дал тебе право лобызаться с этим гнусным псом?! — кричал Том. Мне стало страшно и одновременно не понятна его реакция. О чем он говорит? Первым порывом было закрыть ему рот остроумной фразой: мол это не его дело. Но слишком страшен он в гневе. Это уже не привычный мне азарт. Сейчас он напоминал себя в выручай-комнате, откуда мне благодаря удаче удалось уйти живой. Так что я решила опустить момент, что его это не касается и определить проблему. — Ты кажется что-то перепутал, я ни с кем не… — понятия не имею, что значит «лобызаться». Реддл грубо схватил меня за грудки и прижал к стене. Его гнев был осязаем, так что я прикусила язык, а тело бросило в дрожь от страха. — ЛОЖЬ! Решила поиграть со мной? Отказала мне, но при этом кинулась к этой грязной псине! Сравниваешь меня с отродьем вроде Фоули? Слова, что произносил Реддл были для меня абсолютно бессмысленны. Сначала в моей голове мелькнула мысль, что Том приревновал меня (самоноднянно конечно) к Николасу, но Фоули? Юстас? Да мы с ним разговариваем и то редко. Ни о каких «лобызаниях» и речи идти не может. И все, опять же, благодаря Реддлу. Так что я была совершенная сбита с толку. — Ты несёшь чушь, Том. Отпусти меня! — паника приближалась, потому что Том наседал все сильнее, тем самым вдавливая меня в стену, что есть мочи. Действительно я совершенно забывала каким страшным человеком он был и что мог со мной сделать. Рука Тома легла на мою шею, я видела как напряжены его мышцы и боялась пошевелиться. Он не душил меня, но чувство скованности я ощущала. — Том, перестань пожалуйста, — я шептала, а слезы уже собирались в уголках глаз. — Заруби на своем любопытном носу, Колин, никто не смеет играть со мной. Я кажется ясно дал понять, чтобы ты не нарывалась, однако похоже у тебя вошло в привычку бесить меня. Что ж, я знаю чем ответить, — резко его рука освободила мою шею и он стрелой двинулся в сторону лестницы. У меня ушло пару секунд на осознание куда он движется. — Том! Стой! Он шел очень быстро, направляя в сторону башни Гриффиндора, а я была уверена, что сейчас этого волшебника не смог бы остановить сам Дамблдор. Но я не могла позволить пострадать Юстасу просто потому, что Том сошел с ума и на придумал себе что-то. Так что схватив его за руку и перекрыв дорогу на верх я стала щебетать: — Подожди, ты не так все понял, между нами с Юстасом ничего не было! Прошу тебя, не трогай его. Как назло сегодня все слишком вовремя вернулись в спальни и ни единого студента не было видно в коридорах. — Защищаешь своего драгоценного, как это благородно, — Том отмахнулся и поспешил вверх по лестнице. Я не знала, известен ли ему пароль, но он двигался так уверенно, что сомнений не возникало. — Он мой друг! — я вновь возникла перед Томом. — Пожалуй это понятие слегка расплывчато, — медленно протянул Реддл, а я взорвалась, потому что уже не могла сдержать свои нервы в страхе за Юстаса: — Да какая тебе разница? Какое тебе дело с кем я общаюсь? Что тебе от меня нужно, Реддл, — шипела я со всей злостью. Том затормозил и обернулся в мою сторону. Его глаза были налиты гневом, он несколько секунд молчал и я за это время успела придумать массу вариантов своей смерти, самым правдоподобным казалось — упасть с лестницы и разбиться. Уверена, Реддл легко сможет избежать наказания. Поэтому когда он протянул руку к моему лицу, я непроизвольно дернулась. Но Реддла это не остановило, он вновь обхватил мою шею рукой и наклонился так близко, что мы соприкоснулись лбами. Том был очень горячим, словно гнев вырывался из него в виде пламени. Я же похоже наоборот, была холодна, а лицо бледное. Слишком боялась. Том глубоко вздохнул, словно остужаясь и прошептал: — Агнес, если кто-то трогает мои вещи — он вскоре об этом жалеет. И эта псина не исключение. — Но...но… Том, я не твоя вещь. Я человек, — голос мой однако получился не таким воинственным каким я хотела. Оттого это прозвучало жалко. — Ты же умная, уверен ты уже догадалась кому принадлежишь, — я хотела открыть рот, чтобы возразить, но Реддл посмотрел мне прямо в глаза и продолжил громче — я всегда добиваюсь того, чего хочу. А я хочу чтобы ты присоединилась ко мне. Ты и сама этого хочешь, просто пока твоя нежная натура не готова себе в этом признаться. Но знай, Агнес, я не отступлю. Его слова повергли меня в ужас, ведь могло ли произойти что-то ещё на столько ошеломляющее? Темный Лорд хочет в свои ряды грязнокровку. — Это просто невозможно! Я не могу! Я грязнокровка! Твои чистокровные друзья этого не поймут! Том засмеялся. — Вот видишь, ты уже согласна, дело за малым. — НЕТ! — мой крик разнёсся по всей школе, так что я испугалась и понизила голос. — я не собираюсь заниматься темной магии и становится преступницей. Я просто хочу чтобы ты оставил меня в покое! — Агнес, душа моя, какие преступление? Мы лишь продвигаем новые, правильные, ценности. Это незаконно? Спорить с ним было бесполезно. — Мне все равно, это не отменяет того факта, что я не могу и не хочу присоединяться к вам. Том вздохнул и и его рука ослабила давление на моей шее. — Это неизбежно, я не могу упустить такую пташку. Тебе будет проще смириться и перестать водиться со всяким отребьем. Я оттолкнула его и стала отступать. Я итак сделала много чего ужасного, но вступать его ряды — это просто безумие. Я никогда не соглашусь на подобные бесчинства. Никогда не буду такой, как они — Пожиратели Смерти. От страха я оступилась и, не почувствовав под ногой опору, стала падать назад, в миг в голове стали рисоваться картинки моих переломанных костей, как рука Тома обхватила мою талию и потянула к себе. Он прижал меня так крепко, что я ощутила все его мышцы сквозь тонкую ткань белой рубашки, его дыхание обожгло мою щеку и стыд быстро подкрался. От страха я слишком сильно вцепилась в его плечи, так что похоже моё лицо стало цветом факультетского герба. Он ещё раз слегка сжал мою талию, а потом стрелой двинулся в направлении гостиной Гриффиндора. И я поняла, что он намерен довести дела до конца. А допустить этого совершенно не могла. — Том, если ты не тронешь Юстаса — я присоединюсь к тебе! Реддл остановился сразу, как я закончила предложение, его молчание было долгим, однако, дало свои плоды. С непроницаемым лицом он начал спускаться обратно, а проходя мимо меня, сказал: — Собрание завтра, за час до отбоя, жди у входа в подземелье. После чего его и след простыл.

***

Я не могла смириться со своим решением. Весь день меня мучали разные мысли, так что я была ещё более рассеянная на уроках. Ведь согласиться на подобное было просто предательством всей светлой стороны. А обманывать Тома я была не в силах. Участвовать в его коварных планах было просто невозможным для меня. Но и рисковать Юстасом, который непонятно почему вообще попал в наш конфликт с Томом, я не хотела. Меня разрывало на части. С одной стороны, это весьма по Гриффиндорски, принести себя в жертву за друга. К тому же и толку от меня мало, скорее подобью авторитет Реддла своим присутствием. С другой стороны, по Гриффиндорски не идти на поводу у врага. Предать светлую сторону ради призрачной надежды безопасности пожалуй ужасно. И хоть Юстас мне дорог, мой страх и ненависть к их деятельности казался сильнее. Я была сбита с толку и совершенно не знала, что делать. А время собрание приближалось неумолимо быстро. Меня тошнило от самого факта своего возможного присутствия, ещё больше пугал час расплаты, что может наступить не явись я туда. С Реддлом шутки плохи и он это может счесть оскорблением. И если жертвовать собой хотя бы благородно, то вот подставить друга — подло. Каждый шаг к подземелью заставлял чувствовать себя ещё более ужасно. Я не могла собраться, меня воротило, но я двигалась. До собрания оставалось всего пять минут и я ждала спутника, который сопроводит меня в мир предательства. Разве можно поддаваться шантажу? Конечно нет, вот только, как бороться с шантажистом я не знала. Все это совершенно противоречило тому, чему меня учил отец. Взрослый мужчина стоял по центру кухни и недовольно качал головой. А девочка напротив стояла опустив голову и сдерживая слезы. Вся кухня была разукрашена в яркие краски малинового варенья. Деликатес окрасил и белое платье девочки, а так же слегка попал на личико. У мужчины не получалось злится на эту маленькую, рыжую девочку, которая незаметно пыталась подтолкнуть осколки банки под стол: — Агнес, я же запретил тебе есть сладкое до обеда. Почему ты не послушала? Девочка перестала подталкивать осколки и подняла свои глаза на отца. Он казался ей очень рассерженным, а таких людей она боялась. Девочка сразу вспомнила, как сильно ее била мама, если та ее злила. Получать наказание не хотелось, поэтому она сказала: — Но это была не я! Я только захотела варенье, а банка сама полетела ко мне с полки. Честно, честно! Наверно это сделала Дениз! Мужчина недовольно поджал губы и присел на стул, даже не убирая с его поверхности капли варенья. Рукой он подозвал к себе девочку и та, тяжело вздохнув, поплелась к нему не твердой походкой. — Агнес, нужно всегда уметь брать ответственность за свои поступки. Я понимаю, иногда это довольно страшно, но лишь от тебя зависит исход событий. Пойми, добрыми людьми не рождаются, ими становятся. Разве было бы хорошо, если бы я наказал твою сестру? Сомневаюсь, что ты бы радовалась. Ты в будущем будешь сталкиваться с подобным, когда нужно выбрать, как поступить: правильно и столкнуться с последствия, или же плохо и избавиться от них. Выбор будет за тобой и если ты хочешь быть хорошим человеком — следует выбирать правильный путь. — Я хочу быть хорошей! — В таком случае, ты знаешь, что делать. И девочка взяла тряпку и стала отмывать варенье со стола и пола. Я не имею права поступить иначе. Это моя ответственность, из-за меня Реддл хочет насолить Юстасу. Это из-за моих поступков он зовёт меня в свои ряды. Значит, разобраться с этим нужно мне самой. И когда стрелка часов остановилась на 12, у подземелья меня уже не было, там остался лишь пергамент с местом встречи.

***

Чёрное озеро завораживало своей глубиной и неизвестностью. На берегу было спокойно и ожидание проходило в наслаждении видами природы. Шаги Тома я не услышала, поэтому дернулась от неожиданности, когда его рука легла на мое плечо: — Я знал, что ты не придешь. Многие так стремятся попасть в наш круг, ты же отнюдь, избегаешь. Почему? Его голос пробирал до мурашек, Том был так спокоен, хотя я ждала бешенного и разъеренного хищника. Даже не знаю, что хуже. — Мне претит ваш род деятельности, — я говорила тихо, потому что не могла сосредоточиться на мысли. Том стоял слишком близко ко мне и я каждой клеточкой ощущала его тепло. Поверни голову и я столкнусь с этими карими глазами. — Мы не занимаемся ничем плохим, Агнес. Лишь вольнодумство, но оно в Хогвартсе не под запретом. Боюсь ты накрутила себя. Пожалуй в этом есть и моя вина, я испугал тебя своими действиями. Том сожалеет? Я уже была в полном замешательстве и обернулась, чтобы убедиться, что это ОН стоит сзади меня. Мы почти стукнулись носами, но я увидела, что этот спокойный и красивый парень правда был Томом Реддлом. — Почему ты меня зовёшь? Я не подхожу к вашим стандартам. Том ласково провел ладонью по моей щеке, так что я сосредоточилась лишь на этом прикосновении. — Я просто хочу видеть тебя рядом с собой. Тебя, сильную и смелую. Огненную последовательницу, что станет моей самой верной… На миг… Лишь один миг я представила эту картину. Как мы вместе стоим взявшись за руки, а все эти чистокровные слизеринцы преклоняют перед нами колени. — НЕТ! — я отпрыгнула от него в ужасе, это были не мои мечты и не мои желания. Том захохотал, как в каком-то банальной ужастике, но справедливости ради, хорошее настроение у злодеев и впрямь пугает. — Странно, что ты смогла распознать ложь. Эйвери вот летал в облаках долго, а вы примерно одного уровня интеллекта, — смеялся Том. Я как ребенок топнула ногой от злости: да как он смеет сравнивать меня со своими жестокими Пожирателями. — Наверно ты просто не так хорошо разбираешься в людях, — гордо произнесла я, ущемлять его эго всегда казалось плохой идеей, но сдерживаться не получалось. Хорошее настроение Тома как ветром сдуло: — Ты ошибаешься, я вижу тебя на сквозь, — Том сделал шаг, но я не отступила. — слабая девочка, которая строит из себя героя. Вот только ничего не получится, Агнес, ты уже попалась и тебе не сбежать. — О чем ты говоришь? — мой голос слегка дрогнул, потому что от Реддла сейчас исходила реальная угроза. — Дамблдор как-то сказал мне, что «любовь» исцеляет и помогает в трудные минуты найти выход. И как бы я не проклинал себя в будущем за эти слова — он оказался прав. Ведь благодаря этому глупому чувству ты сейчас стоишь здесь, благодаря своей любви ты не сбежала, а пришла объяснится. Мне плевать, согласишься ты вступить в наши ряды или нет, ты уже привязала себя ко мне самым верным способом. Меня сковал страх. Неужели он и впрямь увидел это, то что я показательно отрицаю и боюсь? Том Реддл нашел моё слабое место. И не в близких, как я боялась, а во мне. Это было низко и отвратительно. Я была отвратительная себе, потому что не могла возразить. Ведь Реддл всегда чувствует ложь. — Полагаешь, что раз ты мне симпатичен, то я опущу глаза на все твои поступки? Никогда. Ты не первый парень и уж точно не последний в моей жизни, — хотя каждое моё слов точно уменьшало количество отведенных мне дней. — Разумеется нет. Ты же из Гриффиндора, а вы находите жертвенность очень благородной. Пожалуй у тебя бы хватило сил перебороть себя, однако… — Том притих, а я внимательно смотрела за каждым его действием, что-то подсказывало мне, что это не все козыря в его рукавах. Том наконец встретился со мной взглядом и сказал четко и прямо. — Но сможешь ли ты бороться если твои чувства окажутся взаимными? Моя челюсть распахнулась от шока. Я глупо захлопала ресницами не в силах что-то ответить на подобную дерзость. — О да Агнес, на днях я понял, что мой интерес к тебе весьма преувеличен. Мне нужна была причина, почему я так жажду тебя. И я конечно ее нашел. Разумеется для меня это лишь короткое увлечение и оно не продлится больше пары месяцев, но согласись, теперь моё предложение для тебя стало ещё более заманчивым? — Том подмигнул и ухмыльнулся. — Это просто бред! Ты сошел с ума. Это что, признание в любви? Звучало паршиво, — пожалуй я хотела защититься этими грубыми словами, потому что не могла придумать ничего более разумного. В голове маленькая Агнес кричала «тревога» и била во все колокола. — Подумать только, — хохотнул Реддл. — а ты девушка с запросами. Что ж, гордость я уважаю. — Я не стану с тобой встречаться. Да и как ты сам сказал, твой интерес не долговечен, а портить свою карму за жалкие пару поцелуев я не собираюсь. Я гордилась собой. Это было круто. Даже легкую улыбку сдержать не смогла. Ах, да. Том любит вызовы. Увернуться не удалось и он поймал меня за плечи. Его лицо вновь оказалось в опасной близости, сердце опять разогналась до сумасшедшей скорости. Щеки загорелись и я поняла, что проиграла. — Не бойся, душа моя, тебе понравится, — его губы приблизились и я даже не стала сопротивляться. Он сладко сминал их, а я таяла в его руках полностью соглашаясь с поражением. Он был слишком горячим и напористым. Его ладони гуляли по моей спине все сильнее прижимая к своему торсу. А мои руки наконец решили исследовать его тело. Оно было изящно. Под тонкой тканью рубашки его мышцы напрягались, сжимая меня в тесных объятьях. Я перешла к шее, на секунду обхватила ее так, словно хочу его удушить. И я хотела. Но не могла. Наконец я достигла его лица, аккуратно коснувшись кончиком пальчика скулы, на что он дрогнул и со всей силы сжал мою ягодицу. Так что я от испуга прикусила губу. Он в ответ мою. Солноватый вкус растекался во рту и я решила, что могу продолжить. Ведя линию вдоль скул я перешла к бровям и наконец достигла затылка, прижимая его ещё ближе к себе. Это был жаркий поцелуй, полный чувств. Но все же это не значило, что между нами и впрямь будет что-то вроде отношений и любви. Скорее пубертат застал меня в неподходящий момент. Хотя казалось бы поздновато. Мы оторвались друг от друга, но не отстранились. Я взяла слово первой: — Я не буду с тобой. — Почему? — от его голоса с хрипотцой я чуть ли снова не набросилась на него с поцелуем. — Ты пытал моего друга, ты хотел убить его. И я грязнокровка. Я не хочу отбиваться от твоих недалёких друзей. — Мы уже говорим фактами, это радует. — Значит, ты принял факт моего отказа? — моё сердце возмутилось моему же предположению и Реддл уловил сбившийся ритм. Улыбка хищника ему шла. — Тебя никто не тронет, — возражать его словам я не могла. — Ты обещаешь никогда не причинять вред моим друзьям и близким, — на удивление твердо сказала я. — И мне! — Разве я хоть раз причинил тебе боль? — серьезно спросил Том. Ответить мне было нечего. — Я не собираюсь избавляться от твоего ручного пса, но будь уверена, я всегда узнаю, если ты перейдешь грань. — Я тебе уже говорила, между нами ничего нет. С чего ты это вообще взял? Ты подослал кого-то следить за нами? Кто это был? Кто меня оклеветал? — Слишком много вопросов, Колин. Тебе пора, уже отбой, — Том отстранился. — И что, мне даже не полагаются никакие привилегии, за то, что я встречаюсь со старостой школы? — пошутила я. — Не переживай, ты получишь свое.