Безрассудная смелость

Я всегда боялась людей злоупотребляющих алкоголем или чем-то по серьезнее. Казалось, что у них совсем нет границ. Я обходила стороной валяющихся на тротуарах мужчин, от которых пахло далеко не приятным парфюмом, всегда кривилась от табачного дыма и как ненормальная шарахалась от людей, что шатались на детских площадках в поисках «клада». К счастью жили мы в более менее приличном районе и таких людей я встречала редко. Однако каждый раз запоминался. И вот казалось бы, при таком отвращении к подобным «увлечениям» мой отец был уверен, что я даже под дулом пистолета не стану ничего пробовать. Все изменилось в этом мире. Теперь послушная девочка с лёгкостью поддавалась на уговоры друзей «выпить кружку» в волшебном баре. И я уверена, если бы негодяи Нотт и Малфой дымили своими изысканными курительными трубками мне прямо в лицо я бы не скривилась ни на секунду, конечно из-за страха, но все же. Однако если все это можно списать на возраст и то, что здесь я полностью свободна от надзора отца, то вот Реддл явно нарушение всех возможных правил. Это был мой наркотик. Он отключал мозг, путал мысли и обострял чувства. Теперь я уже всерьез думала, что он колдует какой-то специальный аромат вокруг себя, других причин так терять голову рядом с ним я не видела. А может это любовное зелье? Амортенция. Конечно. Иначе и быть не может. Скорее всего он использует его как парфюм и я поэтому схожу с ума. Другой причины почему я растеклась перед ним, как ветренная девка я не увидела. И сейчас, сидя в комнате, пыталась найти себе оправдание. Ещё больше пугала неизвестность, я под страхом смерти не хотела бы, чтобы о нас с Томом узнал Дамблдор. И хоть сейчас возможно это его бы не потревожило, потом он наверняка стал бы меня презирать. Может поэтому и не говорил о моем перемещении. Боялся, что я сорвусь с места раньше времени. Из-за поганого Реддла я совсем забыла задуматься о важных вопросах. Почему меня не узнали в будущем? Если у Дамблдора есть мозги, чтобы не болтать лишнего, то вот с Хагридом не ясно. Я конечно не считаю его глупцом, но уверена он бы наверняка озадачился и как-то себя выдал. А может я просто не замечала? Пожалуй поздно об этом думать. Собравшись с силами я отправилась на уроки, переживая, как будет себя вести Реддл.

***

Никак. Абсолютно. Реддл меня игнорировал. Ну точнее сказать, не делал первый шаг в мою сторону. Конечно я тоже ни разу с ним не заговорила, но и он даже не смотрел в мою сторону. Это было очень странно, хоть и безумно радовало. Все таки афишировать наши, с позволения сказать, отношения казалось плохой идеей. Даже ужасной. И всё-таки, как девушку его поведение меня слегка обижало. Я полагала, что он объявится на выходных, но нет. Их я провела, как обычно. На работе. Дельва разумеется заметила мою озадаченность, но надо отдать должное, спросила лишь раз. Подруга стала более усидчивой и меньше лезла в мои личные дела, чем заставляла её любить ещё больше. И вот когда я от злости почти начала скрипеть зубами мне Малфой передал записку. Сказать, что я была ошарашена — ничего не сказать. Да и его бледная рожа не кривилась, как обычно. — Здравствуй, Колин, Том просил тебе передать, — Малфой не брезгуя протянул пергамент. Я только кивнула и осторожно приняла посылку. Всё-таки Реддлу следует пойти на работу дрессировщика, надо посоветовать, когда мы будем проходить собеседование на будущую профессию. Думаю ему понравится, там все равно нет должности «Повелитель мира». Дельва тоже была изумлена, с ней конечно и до этого слизеринцы общались уважительно, пару раз даже звали погулять в Хогсмиде, но сейчас ситуация была и впрямь удивительная. Подруга уставилась на меня и молча ждала пока я разверну пергамент:

«Агнес Колин, я буду очень признателен, если ты составишь мне компанию на сегодняшней прогулке. Если ты принимаешь мое предложение, то встретимся в 18:00 у Черного озера.

С нетерпением жду нашей встречи.

Том М. Реддл.»

— О, Мерлин, Агнес прошу, не мучай меня. Что там? — Дельва всеми силами держала себя в руках, чтобы не вырвать пергамент из моих рук. — Том приглашает на свидание, — с тревогой сказал я. — Ой, бедняжка, ты так испугалась. Не переживай, мы сделаем из тебя самую настоящую леди, — Дельва уже завладела запиской и стала перечитывать, словно убеждаясь, что мои слова правда. — Агнес, да он такой галантный. «С нетерпением жду нашей встречи». Можно я покажу это Юстасу? Он обычно говорил мне «хватить тухнуть, пойдем щекотать кальмара» или «пойдем соберём флоббер-червей, чтобы подкинуть профессору Виклкост». Пожалуй у меня стало меньше вопросов, по поводу того, почему эта пара рассталась. Дельва и впрямь любила романтику, странно, что я этого не замечала, потому что она давала списывать Юстасу только после того, как он сочинит в ее честь стихотворение.

Ты ловка, как лукотрус

Голос твой, как пикси звук

Знает каждый в мире трус

Что у Дельвы сильный хук.

— Не говори ему пожалуйста, Юстас терпеть не может Реддла. Полагаю это взаимно. Дельва грустно вздохнула и кивнула. — Не переживай, подруга, уверена, он не перестанет с тобой дружить если вы с Реддлом начнёте встречаться. Ну что, пошли наводить красоту! Я отказалась от предложенных Дельвой нарядов, уверена Реддл итак догадался, что я бедна, это только даст ему повод посмеяться надо мной и моим желанием его обольстить. Но подруга с помощью чар слегка освежила мое синее платье и сделала мне макияж. Ярко красная помада хорошо сочеталась с моими волосами. Не смотря на глубокую осень, на улице светило солнце, так что локоны казались огненно рыжими. А румяна освежили мое бледное лицо. Мне понравилось, что получилось, Не ярко, но при этом я выглядела уже не серой мышкой, а милой девушкой. Волосы Дельва уложила в простую прическу, заколола передние пряди зелёной заколкой. — Не стоит, Дельва, у меня есть резинка. Но подруга не дала мне снять украшение. — Пусть это останется у тебя, она конечно не драгоценная, но зелёный тебе к лицу. Я купила её в магловском магазине, может для тебя это что-то значит. Заколка была красивая, в виде веточки с листиками. — Спасибо, Дельва. Мы обнялись и я поспешила на свидание. Только с каждым шагом на сердце становилось все тяжелее. Том не общался со мной неделю, а сегодня позвал на свидание, да причем так вежливо и нормально, что совершенно сбивало с толку. Может ему что-то нужно? Он никогда не поступает не обдуманно и даже если где-то в глубине его гнилой души живёт симпатия ко мне, то ее явно душит его холодный рассудок. Том тоже пришел раньше, я увидела его силуэт. Он был в черной мантии, как и все ученики, что сейчас наслаждались редким для осени явлением — солнцем, но его осанка пожалуй тоже была отличительной чертой. Юстас как-то сказал, что он проглотил метлу, но думаю Реддл боялся очутиться на одном уровне с нами, обычными волшебника. Его поза так и кричила: ему на всех плевать, он лучший. Подойти незамеченной мне разумеется не удалось, Том обернулся и его лицо украсила улыбка, казалось бы меня должно было это расслабить, но только больше встревожило. Поразительно, но я не знала с чего начать разговор, забавно, ведь в нашу последнюю встречу я совершенно не стеснялась. Чуть в трусы ему не залезла. От воспоминаний моё лицо вмиг покраснело и Реддл впервые повел себя, как джентльмен, а не тиран. — Привет, Агнес. — Здравствуй, Том, — мой голос был тихим, но не из-за страха, я впервые столкнулась с подобной неловкостью. С Фредом мне было проще общаться на разные темы, да и он не допускал ситуаций, чтобы смутить меня. Но Том не дал моим мыслям вернуться к рыжему парню. Реддл подошел ближе и нежно коснулся локона: — Ты прекрасно выглядишь, — я уже открыла рот, чтобы поблагодарить за комплимент, как он продолжил. — однако, эта побрякушка здесь лишняя. — Почему? — мой голос за секунду изменился от «неловкого шепота» до «гневного возмущения». — Эта дешёвка, Колин, обычный металл, криво покрашенный и усыпанный битым стеклом. Волшебник не сотворит подобную безвкусицу, — не смущаясь проговорил он. — Вообще-то, она мне нравится. И ты прав, ее сделали маглы, которые прекрасно знают, что дело иногда не в ценности металла, а в том, что из него можешь сделать ты сам. Пожалуй Тому нравилось со мной спорить, он продолжил втаптывать мою точку зрения в землю, да ещё и нагло ухмыляться: — Дешёвый металл ржавеет, вскоре он перестает быть привлекательными. Столкнувшись с водой он покрывается коррозией и отражают свою истинную суть — дешёвая подделка прекрасного. — Мне все равно, это подарок друга, значит он для меня ценнее любого драгоценного камня. Ты не знаешь, что такое настоящая дружба. — У меня больше друзей, чем у тебя, — все сильнее веселясь сказал Том. — Они не твои друзья. Ты их не уважаешь! — я совершенно не умела держать себя в руках в его присутствии, мой голос становился все громче. — Отчего же? — Ты заставил Малфоя передать мне записку зная, как он ненавидит грязнокровок — это все равно что посадить нюхля на цепь и положить перед ним монету. Жестоко. Реддл засмеялся во весь голос, его буквально скрутило от смеха. Это был искренний, чистый смех. И хоть я совершенно не понимала причины, все же залюбовался его выражением эмоций. Он был такой настоящий. Не злым Реддлом, не лучшим учеником, а просто семнадцатилетним Томом. — Жестоко? А-ха-ха, ты серьезно расстроена, потому что я поступил с Малфоем жестоко? Это великолепно! — Том увидел моё озадаченно лицо и выдохнул. — не переживай, я решил проблему с твоей кровью. — Что? — подобное заявление я совершенно не была готова услышать. — Ночью сделал мне переливание крови? И чья я родственница? Надеюсь не Малфоя? — Переливание крови? Не слышал о подобном, — на этот раз он позволил себе лишь улыбку. — Мне хватило слов. — И что ты ему сказал? — Что ты из древнего испанского рода. В Испании есть род одних знаменитых волшебников, Коломбо, они прославились своей изобретательностью в чарах. — Но я не из Испании, я даже испанского не знаю. И мой отец обычный англичанин, он в 16:00 пьет чай и обожает говорить о погоде. Ах да, единственное, что его объединяет с Испанией, так это то, что в детстве его пнул под зад бык. Этого факта хватило? — Мне он был неизвестен, но не переживай, моя история продумана до мелочей. Ты родилась в Испании, у одного герцога, он до безумия любил свою жену, грязнокровку, и хоть вся его семья была против подобного брака, его многочисленное состояние не дало им право возмутиться, — Том начал читать мне лекцию мой «жизни», и я не понимала, как в эту глупость мог кто-то поверить. — Ага, по мне видно, что я жутко богата. -… Герцог Флимонт Коломбо к сожалению обанкротился, а так как его брак был против чистокровных традиций, то и в помощи вся родня отказала. Он надеялся на поддержку супруги, но та, как оказалось, его не любила и поэтому сбежала при первой возможности. Он остался в одиночестве с ребенком на руках, и не выдержав тяготы позора, отправился в Европу. Там ему было тяжело построить новую жизнь, однако он не сдался и стал поднимать с колен новый бизнес, это стоило ему много труда, но когда наконец получилось он стал известен созданием волшебных специй, благодаря которым можно заменить некоторые волшебные ингредиенты для зелий, кстати говоря даже у Слизнорта есть пару мешочков его товара… — Подожди, это глупость, в это никто не поверит! На что Том хмыкнул и достал из кармана мантии свёрток газеты. Он был пятилетней давности. Я не поверила глазам. На первом развороте большими буквами гласила надпись: ФЛИМОНТ КОЛОМБО НОВЫЙ ПРИСПЕШНИК ГРИН-ДЕ-ВАЛЬДА. Успешный бизнесмен встал на сторону зла. — Что это значит? Ты просто украл его историю? — Почти, вообще у него нет детей, но по моей легенде он тебя скрывал, чтобы скрыть правду о гулящей супруге. — И как это связано с газетой? — Не перебивай, когда Грин-де-Вальд пришел переманивать его на свою сторону, он согласился, но взамен попросил спрятать дочь так, чтобы тот тебя никогда не нашел. Ну а где ты в больше безопасности, чем под рукой у Дамблдора? Ну чтобы тебя не донимали журналисты ты слегка сменила фамилию. Ну а кровь у тебя и впрямь не так чиста, ведь твоя гулящая мать была обычной маглой. — Как в это поверили? Это же просто бред сумасшедшего. — Не стоит называть меня подобными словами, — кривясь сказал Том. — и к твоему сведению, чем больше странных подробностей, тем правдоподобнее. К тому же зельеварение единственный предмет, где ты справляешься сносно. Глупцы сами стали подстраивать факты. Так что, я жду благодарности. — Благодарности? Ты это сделал для себя. Я не стесняюсь своей крови. Том нахмурился, похоже ждал он совершенно другой реакции, я же была в шоке, подумать только, как слизеринцы могли повестись на подобную глупость. А главное, если я где-то проколюсь, то виновной сделают меня, мол я выдала себя за наследницу, а бедный Том просто купился на мою ложь. Я думала, что он сейчас начнет злиться и угрожать, но он сделал глубокий вздох и сказал: — Предлагаю поговорить о чем-то не магловском, меня уже тошнит от этого. — О чем же? — как благородно, это можно даже назвать компромиссом, вот только, почему он так поступил? Прежний Том бы стал шантажировать или ещё что по хуже, этот Том только мягко улыбнулся и сказал: — К примеру о Хогвартсе, я обожаю это место. Это не просто школа, это крепость. Министерство Магии даже не представляет, как оно опасно. — Опасно? — Здесь формируются умы будущих работников и всей нации. Именно отсюда исходит главная угроза. Дамблдор может стать директором, для кого-то это покажется слишком мелочной должностью, ведь с такой силой ему дорога в министры, однако он хитрее. Он будет управлять юными волшебникам, вкладывать в их умы свои мысли, желания. Вот кто имеет в руках власть и безконтрольную со стороны министерства армию. Дамблдор стратег. Пожалуй я никогда не задумывалась о подобной роли директора, но и плохого в этом не увидела. Дамблдор прославлял только правильные вещи и поступки, если вся власть и впрямь в его руках — это великолепно. Министерские идиоты год не верил в ЕГО воскрешение, а может и не верят до сих пор, так что у меня нет повода не верить будущему директору. — Я люблю Хогвартс не за это, — мне показалось, что Том заинтересовался. — ну здесь конечно все необычно, я жила среди маглов, но даже с Министерством школа и рядом не стояла. — Ты была в Министерстве Магии? — Однажды, оно похоже на обычное магловском здание, да, кругом волшебники, совы, камины. Но понимаешь, оно не живое, там скука. Просто работа, как в обычном офисе маглов. А здесь столько удивительного. Пожалуй, сама школа пропитана магией. — Ты говоришь о призраках? — заинтересовано спросил Том. — Не только, хотя они добавляют шарма. Том взял меня за руку и подвёл ближе к берегу, в отражении воды я увидела нас и сердце слегка ускорилось. Мы были так близко, не просто физически, но и похоже впервые, душевно. — Что ты о них думаешь? — спросил Том. — О них? Я не знаю всех. Мне довелось вести длительные беседы только с Почти-Безголовым Ником и Серой дамой. Хотя первый меня почему-то избегает, как-то я этого не замечала, а сейчас вот задумалась, — стала я рассуждать вслух. — Ну с Ником понятно, он факультетское приведение, как ты познакомилась с Серой дамой? Мне было очень лестно, что Том счёл наш разговор на столько увлекательным, раз стал задавать вопросы. Ведь мы сейчас говорили не о моем тайном прошлом, а о том, что кому нравится. Такой беззаботный и приятный разговор. — Она просто нашла меня на Астрономической башне и поделилась своей историей, теперь мы с ней здороваемся и иногда обмениваемся парой фраз. Ах, да, это благодаря ей от меня отвязался Пивз. — Своей историей? — глаза Тома загорелись так, словно я сделал что-то жутко удивительное. — И что она тебе рассказала? — Да ничего в целом, о чувствах и все. — Ты не хочешь мне рассказать? — обиженно спросил Том и нахмурился, мне стало неловко, ведь наша беседа текла так замечательно. — Да нет, просто она говорила о том, что ей стыдно и теперь она мучается. — Почему она мучается? — Я не знаю. — Как это? Ты не уточнила? — Том был так заинтересован, что обхватил мои плечи и приблизился, словно в глазах он мог прочесть наш с ней разговор. — Ну она поругалась со своей мамой, Кандидой Когтевран, я не стала настаивать и расспрашивать, не стоит тревожить ее раны. — Да, ты права, — Том отпустил мои плечи и устремил взгляд в сторону озера. — мои отношения с родителями тоже не заладились. Я ее понимаю. Черт. Как под маской злого и бесчувственного может скрываться этот глубокий образ? — Ты хотел с ней поговорить? — аккуратно спросила я. — Да, но знаешь, она не любит заводить знакомства. Ты смогла сделать почти невозможное. — Я не специально, так получилось, — пожала я плечами. Конечно я знала о закрытости Елены, но моей целью не было собрать всех обиженных и подружиться. Они сами ко мне подходят, наверно чувствуют, что я похожа на них. Миртл, Серая дама, я и впрямь магнит для всех несчастных. — Агнес, а ты не могла бы познакомить меня с ней? — неожиданно спросил Том. — Что? — моё удивление было всепоглощающим. — А что такого? — нахмурился Том. — Ты не хочешь делить со мной собеседника? — Да нет, просто, ты просишь? Это странно. — выдала я то, что вертелось у меня на языке и тут же пожалела. Вечер проходил так хорошо, а по итогу, я все испортила. Дура. Но Том не разозлился, наоборот, ухмыльнулся и опустил голову в низ, словно не хотел смущать меня плохо скрываемой улыбкой. — Ну хочешь могу по шантажировать? Если тебе так будет приятнее. — Чем? — Тем, что выкину твою ужасную заколку, — Том закатил глаза. — Давай завтра? Я должна предупредить ее, иначе она просто улетит. — Хорошо, — спокойно согласился Том. — Пойдем в школу, уже темнеет. К школе мы шли уже не взявшись за руки и я не понимала какое впечатление осталось после свидания. Мы поругались, но Том не стал развивать конфликт, он вроде даже в какой-то степени избавил меня от гнева слизеринцев, но по своему. Потом хорошо поболтали. Чувства смешались. Когда мы подошли к большим дверям Том схватил меня за руку, я обернулась и хотела спросить, что случилось, как его губы накрыли мои и он прижал меня к себе всем телом, не давая даже обнять в ответ. Это поцелуй был другого Тома, не того, кто мило беседовал со мной у озера, а того, кто пытал моего друга, издевался, угрожал, он был нахален и очень напорист. Его рука сжимала мои волосы на грани боли, а вторая крепко прижимала к себе. Свидание прошло замечательно.

***

— Мадам, простите, я могу попросить вас ещё об одном одолжении? — мне было неловко вновь просить Елену о чем-то, но ради Тома, вдруг ему и впрямь нужно излить свою боль кому-то? Кто же подойдёт больше не болтливого призрака? Серая дама была в хорошем, на сколько это вообще возможно, расположении духа. Она сразу появилась после моего зова и даже поинтересовалась, как мои дела. — Что у тебя опять случилось? — скорее с издёвкой спросила Елена. — Том очень хотел познакомится с вами, понимаете, у него тоже проблемы с родителями и, простите, я подумала может вы сможете ему помочь советом? — Я не колдомедик, чтобы лечить израненные души, — мрачно сказала она. — Ну пожалуйста! — Скажи правду, зачем тебе это нужно? — Елена оказалась проницательнее, чем я думала. — Просто мне интересно на сколько искренне его чувства ко мне, — смущаясь ответила я. — прошу вас, побеседуйте с ним. Вы же сразу поймёте испытывает он ко мне что-то или нет.