Заяц и Лис

Скрип кровати раздался по всей комнате. Разгоряченные молодые тела жаждали продолжения. Комната поглощенна во мрак, и лишь тонкий лучик лунного света пробивался через шторы. Никита обвив шею шатена, жадно целовал его губы. Давид, нависая над ним отвечал ему тем же. Футболка гетерохрома полетела в сторону, его грудь часто вздымалась, а лицо покрыто румянцем. Роменский смотрел на него сейчас и не мог отвести взгляд. Грудь, живот, шея, руки, все это для кареглазого сейчас выглядело очень сексуально и привлекательно. Призрак неловко целовал шею Берга, проходясь по ней языком, оставляя укусы. Младший извивался постанывая. Его горячее дыхание опаляло ухо актива. Старший заводился еще больше. Стояк уже давно давил на ширинку, отвлекая от сладко пахнущего тела пассива. Давид не знал как продолжать. Он боялся сделать то, что не понравится партнеру и он облажается. Его терзали смутные сомнения, а правильно ли он делает, а правильно ли это. Роменский решил действовать так, как подсказывают его инстинкты и полагаться на реакцию Никиты. Мне рассказывали как это делать, но я не уверен.. Он провел ладонью по груди брюнета. Тыльной стороной указательного и среднего пальца провел по набухшему соску, а после слегка зажал его между пальцами.  Берг выгнул спину издавая протяжный стон. Его поглотило наслаждение от действий со стороны парня. Он сжал простыни, его ноги мелко задрожали. Значит я все правильно делаю. Шатен прильнул к ареоле, обводя ее языком. Гетерохром часто дышал, возбуждение разрывало его на части, его терпение на исходе. — Давид, — дрожащим голосом сказал пассив. — Что? — Давид поднял голову и посмотрел на партнера. — Давай без этого, — Никита потянулся к краю футболки Роменского и потянул ее, пытаясь снять. Кареглазый поднялся снимая футболку и бросая ее рядом на кровать, опустив руки. И что дальше? Сейчас он такой красивый передо мной, так возбужден, так податлив, а я не знаю что делать. Тупица блин. Призрак потянулся к резинке домашних шорт брюнета, оттягивая ее вместе с нижним бельем. Набухший орган сразу же показался из под ткани. Актив покраснел, но взял себя в руки, стягивая с партнера одежду. Так, раздеть я его раздел, а что дальше? Блять, сука.. Давид смотрел на Берга с грустными глазами. Он не знал что нужно делать дальше, растерялся. — В чем дело Давид? — спросил Никита, посмотрев на парня. — Я просто растерялся, — он потирал предплечье — Я никогда таким не занимался, я не понимаю что нужно делать. — Точно, ты же у нас девственник, — гетерохром приподнялся на локтях — Я сделаю все сам, просто сиди. Роменский залился краской не столько от того, что его назвали девственником, сколько от того, что ему стало стыдно, ведь он ничего не умеет и сидит перед партнером как бревно. Старший отклонился назад, подпирая тело руками и начал наблюдать за действиями пассива. Тот в свою очередь встал на четвереньки и протянул активу два пальца. — Поможешь мне? — брюнет улыбнулся — Я не могу растягивать себя на сухую. — Но как я тебе помогу? — шатен в недоумении посмотрел на него с красным лицом. — Просто оближи мои пальцы, — Никита провел по его губам — Открой рот. Давид смутился, но сделал так как сказал партнер. Гетерохром провел пальцами с обеих сторон под языком. Увлажнив фаланги, Берг вошел в кольцо мышц, начиная растягивать себя. Призрак смотрел на это, запоминая и смущаясь. Я не могу просто растягивать себя, надо чем-то рот занять.  Младший часто дыша, потянулся другой рукой к резинке шорт Роменского, и оттянув ее вместе с нижним бельем, жадно облизнулся. — Никита постой! — только и успел крикнуть старший, почувствовав, что член вошел партнеру в горло — Покалечишь же себя. Пассив с жадностью глотал плоть, будто это что-то до безумия вкусное и сладкое. — Ыгх! Никита! — шатен резко отстранил от себя брюнета, тяжело дыша — Прошу, остановись! Никита в недоумении посмотрел на актива, улыбнулся и потянулся к нему. Чмокнув призрака в уголок губ, Берг посмотрел тому в глаза. — Может попробуешь сам?