Tw Blood

Это все абсурдно, но с каждым моментом становилось похожим на правду, которую было крайне сложно было принять. Дома его ждала Жое — белоснежное облачко с изумрудными глазами, чье фото, словно святыня, бережно хранилось на рабочем столе. Её грациозность, временами переходящая в трогательную неуклюжесть, была для него бальзамом на душу. Их встреча была далеко не идиллией — найденный в мокром мешке, едва живой, с поцарапанным бочком и пугливым взглядом, прямо посреди озера… Но именно Жое, этот крошечный комочек белого меха, стала его якорем, когда мир рухнул. Мир, в котором его родители, прежде стоявшие на вершине, внезапно оказались в бездне, увлекая за собой в смертельную пропасть всю семью. Жизнь Се Ляня сжималась в тиски отчаяния, растягивалась и рвалась, как паутина под тяжестью невыносимой боли. Он барахтался, отчаянно цепляясь за какую-нибудь соломинку, пытаясь выбраться из этой бездонной ямы. Но надежды не было. Только пустота. Глубокая, холодная, бездонная яма, из которой он пытался выкарабкаться, сдирая ладони до крови, но оставаясь на месте. Его былое детство, залитое солнечным светом беззаботного счастья, исчезло в один миг. Смерть родителей, внезапная, нелепая, разрушила все, что он когда-либо знал. Разочарование в людях, в мире, в самом себе стало невыносимым грузом. Будущего не было. Только бесконечная ночь, удушающая его своей черной бездной. Резкий, немилосердный удар под дых свалил его на колени, заставил согнуться до земли, трястись от рыданий, из которых вырывались только безмолвные крики отчаяния. Так он прожил год — год мучительной агонии, пока окончательно не потерял надежду, и в тот день, он решил воссоединиться с родителями в смерти. Но жизнь не до конца поиздевалась над ним. В ту ночь ветер, словно злобный демон, рвал на клочья его и без того потрепанный разум, швыряя в лицо ледяные брызги дождя. Небо, свинцово-серое, давило на плечи, усиливая тяжесть отчаяния. Вода озера, ледяная липла к ногам, с каждой секундой забирая тепло, проникая в самую душу. Он шел, словно марионетка, движения его были отрывистыми, решительными, почти бешеными. Но с каждым шагом, с каждым новым касанием ледяной воды, его скорость снижалась, как будто что-то невидимое тянуло его назад, к берегу, к жизни, которую он так ненавидел. Вода, достигнув пояса, словно железным обручем сдавила его, заставляя двигаться ещё медленнее, пока не превратила его в нечто среднее между человеком и застывшей статуей. Он не хотел этого. Не хотел этой холодной воды, не хотел этого ледяного ветра, не хотел этой всепоглощающей пустоты. Но и жить так, как он жил до этого — тоже не мог. Каждый вдох давался с трудом, каждое биение сердца отдавалось тупой болью в груди. Он смотрел на серые волны, на образующуюся пену, не желая двигаться дальше. Но едва он поднял взгляд, как в отдалении, он заметил его: маленький, темный мешок, несчастно покачивающийся на волнах. К тому моменту, когда он добрался до него, вода уже доставала до шеи. Он услышал его: слабый, едва слышный писк. Отчаянное, хриплое мяуканье, пробивающееся сквозь шум волн и ветра. Тот кто был в этом мешке хотел жить. Внутри мешка был котенок. Маленький, мокрый, сжавшийся в комок от холода и страха. Се Лянь не знал, что с ним делать. Приютить его сейчас, когда собственная жизнь казалась невыносимой? Оставить его умирать на произвол судьбы? Ему показалось, что судьба издевается над ним, подбрасывая ещё одну беду. Но это маленький комочек, источающий тепло, и, казалось бы, беззащитный котенок был другим. Он не отступал, сидел рядом, тихо мурлыкая, грея его замерзающую душу своим крошечным телом. Прошло время. У него наконец появилось имя - Жое. Не сразу он понял, что привязался к этому существу. Сначала была лишь забота, страх причинить вред, но затем, медленно и неуловимо, эта маленькая, ласковая жизнь стала лучиком света, пробивающимся сквозь тучи отчаяния. В ту ночь они оба могли погибнуть, но в итоге спасли жизни друг друга. Вспоминая ту ночь, Се Лянь устало улыбнулся. Рядом мурлыкала Жое, больше не мокрый котенок из мешка, а пушистое облачко, свернувшееся калачиком у его ног. Он больше не был сломленным подростком. Жизнь всё ещё бросала вызовы, но он научился с ними справляться. Сидя на полу в прихожей, прямо в пальто, он устало гладил кошку. Подниматься не было ни сил, ни желания. — Представляешь, — пробормотал он, обращаясь больше к себе, чем к Жое, — у меня пациент, кажется, вампир. Звучит бредово, но… слишком много совпадений. Жое понимающе мяукнула, тон её был таким сочувствующим, что Се Лянь тихо рассмеялся. — Умная моя, — прошептал он, поглаживая кошку. — Прямо как будто понимаешь меня. — А ещё что скажешь? — спросила Жое, на этот раз более требовательным тоном. Се Лянь понял: она голодна. Хочешь не хочешь а вставать в таком случае надо.

***

Время шло, постепенно сглаживая острые углы первоначального недоверия. Се Лянь привыкал к присутствию Саньлана, его неторопливым движениям, загадочной улыбке, которая появлялась, словно мираж, в самых неожиданных моментах. Привычка, однако, не исключала бдительности. Напротив, Се Лянь начал замечать детали, которые раньше ускользали от его внимания: странную задержку Хуа Чэна около банка крови, едва заметное изменение в его настроении после ночных дежурств. Был однажды момент, когда этот пациент напротив был очень нервным и когда был в кабинете доктора Се, то будто бы хотел как можно скорее сбежать... Он обходил палаты, проверяя пациентов. Утренний свет, пробивающийся сквозь окна, рисовал длинные, пляшущие тени на стенах, освещая блестящий пол. Се Лянь чувствовал себя спокойнее, увереннее, чем обычно. Внезапно его плечо коснулась рука, и он вздрогнул, резко оборачиваясь. Перед ним стояла молодая женщина, сотрудница банка крови, с бледным лицом и взволнованными глазами. Она задыхалась, как будто пробежала марафон. — Доктор Се Лянь, — прошептала она, — пропали два пакетика… редкой крови. Группа АВ отрицательный. Мы не можем понять, как это случилось. Сказали, что нужно вас оповестить, ведь предположительно, пропажа была в ночь вашего дежурства. В этот момент все, что Се Лянь наблюдал за последние недели, сложилось в голове, как пазл. Он сглотнул, чувствуя, как по спине пробегает холодок. Конечно же, это казалось сумасшествием. Но что, если…