Вина уцелевшего

— Джейс, перестань так на меня смотреть. — Прости. Джейс отвел взгляд всего на мгновение, а затем снова посмотрел на Виктора. Было слишком сложно сосредоточиться на чем-то другом. Виктор обреченно вздохнул и поднес к губам чашку с кофе. К тем самым губам, которые Джейс целовал вечером. Уму непостижимо. — Ты хочешь что-то сказать? — Виктор не выдержал и отвлекся от созерцания города за окном. Он сидел на краю подоконника, а Джейсу оставалось глазеть на него снизу вверх со стула, как на неприкосновенную статую. — Я много чего хочу сказать вообще-то, — Джейс экстренно глотнул кофе, потому что в горле пересыхало каждую минуту. Состояние шока не отпускало его с момента пробуждения. Сейчас Джейс не понимал, откуда в нем взялась смелость поцеловать Виктора в ответ. На решение ему отводилась пара секунд, иначе Виктор принял бы замешательство за отказ, и их отношения превратились бы в еще большую головоломку. Так что Джейс сделал то, о чем и так мечтал, но теперь надо разобраться с тем, что делать дальше. — Можешь начать, — предложил Виктор. — Лучше постепенно, иногда я не успеваю за хаотичностью твоих мыслей. — Я… ну. Джейс как-то не брал во внимание необходимость продумать диалог на случай непреднамеренных поцелуев с Виктором. А импровизировать трудно. — Почему ты сделал это? — он начал с малого. Виктор легонько покачивал ногой, в верхней точке задевая мыском голень Джейса. Вопреки ожиданиям его совершенно не смущала близость, и он не попытался прикинуться утром, что ничего не случилось. Виктор выглядел абсолютно спокойным, словно произошел их пятидесятый поцелуй, а не первый. Джейс хотел быть хотя бы наполовину таким же невозмутимым, но уже третий раз ловил себя на нервном подергивании ногой. Немудрено, что в масштабе пережитой катастрофы поцелуй не способен произнести яркое впечатление на Виктора, но вот Джейс крайне взволнован. — Сложно объяснить, — коротко ответил Виктор, пожав одним плечом. — Просто захотелось поцеловать тебя в моменте. — Просто… — Джейс схватился за голову и тяжело вздохнул. — Это совсем не просто, Виктор. Нисколько. Между нами произошло много чего, особенно за последний год, и это все усложняет. — Ты злишься на меня? — осторожно спросил он. — Нет… ни в коем случае, Вик. Виктор хмыкнул, смотря в свою кружку. — Если честно, я ждал, что ты оттолкнешь меня, — вдруг серьезно признался Виктор. — Я насильно тебя поцеловал. И, в конце концов, я не Мэл. — Причем здесь Мэл? — Джейс нахмурил брови в недоумении. — Мне казалось, что в твоем вкусе красивые женщины вроде нее. Я не подхожу под описание. Джейс тоже половину жизни думал, что предпочитает женщин, но потом у него выделилось достаточно времени для самопознания, и вот уже всё не так однозначно. Он до сих пор не уверен, нравятся ли ему мужчины в целом, или Виктор единственное и неповторимое исключение. Желания проверять эту теорию не было, Джейса более чем устраивало любить только Виктора. — Мои вкусы… стали очень гибкими, Виктор, — ответил Джейс. — Возможно они всегда были такими. Я слишком много работал, чтобы подробно исследовать свои предпочтения. Брови Виктора поднялись от удивления. Значит, еще остались вещи, способные пробудить в нем интерес. Он прочистил горло и оставил пустую кружку. Джейс проследил за движением взглядом, а затем сказал: — Знаешь, а я не рассчитывал, что ты увидишь во мне кого-то кроме партнера по исследованиям. Возмущение вспыхнуло в глазах Виктора. — И поэтому ты весь вечер флиртовал со мной? — с претензией в голосе поинтересовался он. — Чт… — Я часто наблюдал за этим со стороны и вижу, когда ты включаешь свое обаяние. — Я не… — Джейс не мог найти слов в свое оправдание. Да, он флиртовал с Виктором, потому что надеялся остаться безнаказанным. Кто знал, что тот давно препарировал Джейса и рассмотрел под микроскопом. — Разве что немного. Я ведь и раньше такое проворачивал, но ты всегда меня игнорировал. Я был уверен, что лишь коллега для тебя. — Джейс, мы давно не коллеги, — Виктор напомнил об очевидном. — Думаю, наши отношения вообще сложно описать. И ты флиртовал со всеми, с чего бы мне не игнорировать тебя? — Со всеми? Раздражение отразилось в прищуре ярких глаз Виктора красноречивее десятка фраз. Джейс вздохнул, пригладив на бок взъерошенную челку. В лучшие годы ему нравилось быть в центре внимания и собирать смущенные улыбки дам, потому флирт внедрился в его речь как скользкий паразит. Теперь, когда Джейс не беспокоился ни о дамах, ни о блистательном образе, он перестал следить за незнакомками вокруг. И остатки навыков флирта в полной мере доставались только Виктору. Нужно лишь как-то доказать ему, что всё изменилось, и прошлый Джейс Талис трагически погиб при падении. Он будет самым верным и преданным партнером, какого можно представить. Джейс готов расти выше, гнуть старые привычки и искать компромиссы ради Виктора. Им придется разобраться в лабиринте чувств друг к другу и придать форму запутанным связям. Больше месяца они находились в подвешенном состоянии, но так не может продолжаться дальше. Напряжение между ними похоже на застывший перед грозой воздух, когда вот-вот должна ударить молния. Провести так остаток жизни означало испытывать постоянный дискомфорт, а Джейс считал, что они оба достаточно настрадались. Виктор сам сделал первый шаг, теперь идти будет проще. — В любом случае… — Джейс ухватился за ускользающую тему разговора, — …я считаю тебя привлекательным, Виктор. И не нужно сравнивать себя с Мэл или кем угодно. Ты — это ты. — Привлекательным? — Виктор сложил ногу на ногу и окинул взглядом свое тело. — Даже здоровым я не выгляжу как предел мечтаний, а кривая спина тем более не прибавляла очки привлекательности. Ты посадил зрение за время моего отсутствия? — Всё прекрасно с моим зрением, спасибо за беспокойство, — с ехидством парировал Джейс. — Ты нравился мне и в период болезни… и даже в теле вестника. — Какой кошмар, — Виктор скривился. — Ну может не в последней форме… — неуверенно добавил Джейс. — Она жуткая. — Джейс, я думаю, мы достаточно обсудили степень моей привлекательности. — Она на высоте, Вик. И я не пытаюсь тебе льстить. — Хорошо, — Виктор обреченно выдохнул. Джейс страдальчески изогнул брови, готовясь перейти к цели разговора. — Виктор, что мы будем делать дальше? Нужно встать на колено и предложить ему встречаться? Сводить на свидание? Можно поцеловать его? Как им называть друг друга? Джейса по горло озадачил один поцелуй, а что будет, когда они продвинутся к новым рубежам? Они вообще туда продвинутся? Или все останется на уровне поцелуев? Джейс ведь понятия не имел, как строятся отношения между мужчинами. Вряд ли это сильно отличалось от общих представлений, но не хотелось показаться невеждой. До этого Джейс ломал голову над тем, как не нарушить перемирие с Виктором, теперь его главной задачей стало не разочаровать его на старте нового уровня отношений. — Дальше тебе придется поторопиться, иначе опоздаешь в мастерскую, — Виктор беспощадно напомнил о поджидавшей работе. Джейс обернулся взглянуть на часы и обнаружил, что у него и правда не осталось времени. — Мы продолжим разговор? — Джейс с досадой опустил плечи. — Я не против, — Виктор мягко улыбнулся. — Виктор, я… — Джейс встал, поравнявшись с Виктором. Снова хотелось поцеловать его, но Джейс не знал, было ли у него право. Для признания в любви тоже не время, так что он просто протянул руку и погладил Виктора по затылку, продолжив: — Буду с нетерпением ждать вечера. Джейс выжмет из ограничений своей ноги максимум и доберется до дома так быстро, как сможет. Мысли зудели от нетерпения, ему поскорее хотелось вывести Виктора к разговору о чувствах. Поцелуи ведь не всегда означали любовь… Взгляд Виктора вдруг стал пронзительным и печальным, улыбка растаяла на лице. В его глазах не горел огонь с тех самых пор, как он попрощался с Джейсом в лаборатории. Так странно, что в умирающем от болезни Викторе жизни было больше, чем в том, что стоял здесь сейчас. У Джейса получилось воскресить его тело, но словно в тот же момент он убил в нем всё счастье. Непривычно нежно Виктор коснулся ладони Джейса на своих волосах и тихо произнес: — Я тоже буду ждать, Джейс. Джейс с трепетом вдохнул глубже, робея, как ребенок. Он впервые проживал настолько сильные чувства. Мимолетно мазнув пальцами по шее Виктора, Джейс отступил и собранно сказал: — Тогда до встречи. — Хорошего дня, Джейс, — ответил Виктор. День обещал быть замечательным. Джейс не мог усидеть на месте, но для мастерской это стало скорее плюсом, чем минусом. Целиком погрузившись в работу, он воспользовался возможностью трезво всё обдумать. Вчера в голове было слишком пусто, шок вытеснил любые мысли. Сразу после того, как остатки поцелуя растаяли на губах, всё перемешалось, и в буре насыщенных эмоций Джейс не мог различить что-то одно. Бесцветный фильтр, наложившийся на жизнь из-за перечня глубоких травм, доводил восприятие событий до примитивных реакций. И вдруг нескончаемая черная полоса стала на порядок светлее. К этому нужно заново привыкнуть. Джейс помнил как в тумане бродил по зданию Совета те несколько дней, когда приходил в себя от убийства Виктора. Кто-то приносил еду к нему в комнату, кто-то осматривал его тело и грубые шрамы, кто-то пересказывал хронику прошедших месяцев и просил остановить озверевшую Амбессу со сворой вооруженных псов. Где-то среди безлицых фигур мелькали Кейт и Мэл, но с ними диалог никак не складывался. Едва Джейс вернулся, и все ждали, что он разберет слепившиеся в безобразный клубок проблемы, но он думал о Викторе и о том, что было бы лучше, если бы тот спустил на Джейса всю коммуну с копьями в руках, чем в бездействии ждал, пока огненный луч пройдет сквозь его тело. Страх в глазах Виктора не принадлежал хекс-ядру. Он не предвидел, что Джейс без объяснений оборвет его жизнь. В тот момент Виктор не знал, за что был приговорен к такой казни, но все равно дал Джейсу еще один шанс. Плюсом к остальной сотне вторых шансов. Оттого поцелуй казался нереальным, нагло украденным из самого защищенного хранилища. Телом Джейс отреагировал быстрее, чем разумом, полное понимание настигло его только сегодня. Виктор правда поцеловал его. По собственному желанию. Сколько бы Джейс ни вращал эту мысль под разными углами, она все равно казалась невероятной. Он посылал множество осторожных намеков, но Виктор никак не отвечал на них, и пора было смириться, а затем наступил странный день, который с каждым часом становился все безумнее. Сначала в кураже от атмосферы вечеринки Джейс пригласил Виктора потанцевать и был так счастлив нетвердыми шагами кружиться с ним по рассыпанному на полу конфетти. Это ощущалось как что-то правильное, не подвластное внутренним сомнениям. Виктор не знал, каково плыть по течению мелодии, и Джейс без всякого умысла решил исправить досадное упущение. На светских встречах Виктор прятался в тени, держась подальше от танцевальных площадок, но за показным безразличием плохо скрывалось желание быть как все и огибать в старомодных напыщенных движениях сверкающие блестками юбки наряженных дам. Насколько бы важной и увлекательной ни была работа над хекстеком, Джейс любил развлекаться время от времени и не сомневался, что Виктор тоже, но его останавливали болезнь и нежелание ловить на себе лишние взгляды из-за не соответствующего статуса, в чем он был убежден, опираясь на свое происхождение. А теперь статусы не имели значения, самое худшее уже произошло, так что оставалось искать удовольствие и причины держаться на плаву в простых вещах. Для Джейса хватило одного короткого танца с Виктором, чтобы вспомнить, ради чего он продолжает жить. Может в первые дни в этой вселенной и казалось, что жизнь здесь принесет лишь мучения, однако не так сложно привыкнуть к новым обстоятельствам. Тоска по дому никуда не делась, она стала оковами на оставшиеся годы жизни, но не существовало идеального «долго и счастливо». Джейс знал, что принес бы гораздо больше боли близким людям, корчась за решеткой «Тихого омута» или в изгнании далеко в чужих краях. Лучшее, что он мог сделать для них — исчезнуть. Джейс не хотел, чтобы его мир продолжал вращаться вокруг хекстека. Он и так пожертвовал всем, что мог. Он отдал ему Виктора. И не было надежды на прощение за предательство. Но тепло губ Виктора не иллюзия. В животе всё сжималось от одного воспоминания о властном взгляде, которым он смотрел на Джейса перед тем, как поцеловать. Виктор так уверенно подошел и дернул Джейса за плечи, словно проворачивал такое с завидной регулярностью. Первый поцелуй представлялся как несмелое трепетное касание губ, но Виктор повелевал непредсказуемостью. Ошеломление парализовало Джейса в тот момент, он даже не ответил на поцелуй, безвольно стоял на месте, позволяя Виктору терзать свои губы и горячо гладить ладонями по плечам и шее. Кожа и сейчас вспыхивала от одних воспоминаний. Джейс днями гадал, как бы повел себя Виктор в такой ситуации, но не мог предположить, что его порыв превзойдет любые ожидания. Будто он сдерживался годами, а потом отпустил себя и с разбега бросился в пучину. Джейс слабак, он ни за что бы не остановился вчера. Виктор вылил канистру масла в огонь. Его губы были потрясающе мягкими, темными и припухшими, когда Джейс прижался к ним во второй раз. Кончики пальцев впивались в бока Джейса параллельно с тем, как поцелуи становились жарче. Финальным выстрелом в самообладание стал влажный язык, провокационно лизнувший губы… Мурашки пробежали по коже от представлений о том, как пикантно это должно выглядеть со стороны. По видимому, весь предыдущий опыт обнулился, раз несколько минут почти приличных поцелуев заняли весь спектр восторга Джейса: от предвкушения до возбуждения. То, что у Джейса пока не вышло объяснить словами, хорошо легло в движения губ. Возможно, они не так молоды для стеснения, или просто Джейс терпел слишком долго, но он не сдерживался и сминал губы Виктора как странник, нашедший чистый ручей в пустыне. Ни одна из прошлых любовниц не сводила Джейса с ума до такой степени. Невозможно было остановиться или насытить голод. Все извинения, сожаления, мольбы о прощения, невысказанные слова о любви Джейс надеялся отдать в поцелуях, хотя после столь бурного пролога он обязательно признается Виктору в подходящей обстановке. Джейс не соврал, сказав, что для него это не ошибка. Им предстоит обсудить многое, но они сумеют сохранить друг друга, Джейс был уверен. А потом он будет мучить Виктора до тех пор, пока единственными звуками, которые он сможет произнести, не останутся просящие вздохи. Только в следующий раз Джейс не хотел бы доводить его до слез, и пусть Виктор списал все на нахлынувшие чувства, этого недостаточно, чтобы оставить его резкую печаль без внимания. Нельзя, чтобы он переступал через себя в чем угодно ради Джейса. Первым пунктом в плане разговора сразу наметилось выяснить, не разочарован ли Виктор в поцелуе. — У тебя появились лишние пальцы? Джейс резко дернулся и выронил инструмент, не заметив, как к нему подкрался Луи. — Чтоб тебя… — тихо выругался Джейс и наклонился, чтобы поднять ключ. — Напугал. — Не мог смотреть, как ты закручиваешь гайку вместе с пальцем, — проворчал Луи. — Чего ты тут лыбился сам себе? — Тебе почудилось. — Ну нет, обычно ты такой хмурый, что мои болваны боятся к тебе подходить, — Луи встал перед Джейсом, подперев руки под бока. — Помирился со своим мальчиком? — Я не… Боже, перестань! — Джейс потянулся потереть переносицу, надеясь скрыть смущение, но вовремя обнаружил перепачканные черным маслом пальцы. — У меня нет никакого мальчика. — Жена сказала, что он ходит какой-то расстроенный, — Луи присел на край железного ящика. — А ты просто сияешь. Непорядок. — Ты теперь следишь за Виктором? — Делать мне больше нечего. Жена носила в лавку Бензо кучу старого хлама с чердака и потом щебетала мне про «интеллигентного юношу с грустными глазами», — Луи предпринял неудачную попытку спародировать голос своей жены. Джейс набрался терпения и напомнил себе, что Луи нес чепуху не со зла, а потому что разбухал от любопытства. К тому же до возвращения домой осталась всего-то пара часов. — Если так беспокоишься, спроси Виктора сам, — Джейс вернулся к своей работе. — Твоя забота делать его счастливым, — фыркнул Луи. — Старайся лучше. И он пошел искать следующую жертву в мастерской, чтобы разогнать скуку. Облегчение наступило вместе с тишиной. Джейс не нуждался в советах, он и без того из кожи вон лез, чтобы вдохнуть в Виктора жизнь. Но это не так просто, потому что Джейс и являлся причиной, по которой жизнь Виктора разрушена. По крайней мере, больше не нужно скрывать чувства и притворяться. Джейс надеялся, что диалог с Виктором станет более открытым, раз уж теперь все карты сброшены на стол. Настрой Джейса был боевым, когда он вернулся домой. Даже усталость отошла на второй план, он готовился с порога ворваться в обсуждение их следующих планов друг на друга. — Виктор, Луи медленно сводит меня с ума, — скинув ботинки, поделился Джейс и прошел в квартиру. — Работа с тобой была благословением по сравнению с… Джейс осекся, войдя в кухню. В воздухе витал едковатый запах чистящего средства. Пол был дочиста вымыт, кухонные принадлежности расставлены по местам. Взглядом сложно было найти хоть одну забытую крошку. Скатерть на столе лежала идеально ровно, стулья стояли по линии, даже складки на шторах совпадали по ширине. Походило на тихую истерику, а не уборку. — Вик? — Джейс позвал снова. В спальне было открыто окно, и аромат чистого постельного белья разносило по квартире сквозняком. Кровати застелены, покрывала расправлены, свежие выглаженные рубашки ждали Джейса на вешалке. Неудивительно, что и в ванной он встретил сверкающую чистотой плитку и натертые до блеска краны. Но не Виктора. Каждый видимый уголок квартиры был вычищен до первозданного состояния, что вызывало тревогу, а не радость. Никто в уравновешенном состоянии не стал бы заниматься подобным. Джейсу стало не по себе от нахождения в пустой стерильной обстановке. Он перешел в гостиную и заметил на подлокотнике кресла аккуратный сверток ткани: синее полотно с красной изнанкой, немного потертое, но без дырок. Однажды Джейс принес плед в лабораторию, потому что Виктор мерз в холодные дни и не замечал, как начинал дрожать. Это не только напоминание о тех временах, но и частичка дома, всё ещё ждавшего где-то вдали за звездами. Джейс не замечал сентиментальность Виктора раньше, и тем не менее он забрал с собой плед вместо того, чтобы выкинуть. Удивительно, что ткань все еще была мягкой после нескольких трансформаций. Под пледом на кресле лежал блокнот с эмблемой Талисов. Сердце дрогнуло, когда Джейс дотронулся пальцами до символа, знакомого с детства. Ему не удалось сохранить полученное наследие в двух вселенных, и это приносило боль. Отец бы разочаровался, узнав, что Джейс всё потерял. Кузнец из него получился бы куда лучше, чем ученый, и молотки уже не казались провальной перспективой для существования. Звук поворота ключа в скважине отвлек Джейса от мыслей о семье, и он положил блокнот обратно. Виктор вошел в квартиру с небольшой картонной коробкой в руке, держа ее за розовый бант сверху. — Виктор, — Джейс улыбнулся, отпустив все тревоги. — Привет. — Джейс, — в замешательстве ответил Виктор. — Мы виделись утром. — Да, но уже вечер. Ты куда-то ходил? Виктор кивнул и продемонстрировал Джейсу печать на коробке из той кондитерской недалеко от Академии. — Прямиком из Пилтовера? — удивился Джейс. — Именно, — Виктор неспешно подошел к нему. — Мне нужно было проветрить голову, решил заодно прихватить тебе пирожных. — Обожаю тебя, — выдохнул Джейс. — М-м, сделаю вид, что не расслышал. — Тогда я повторю: обожаю тебя, Виктор. Ты самый чудесный партнер. — Джейс, — Виктор не впечатлился, но Джейсу нравилось донимать его. — Просто возьми, — он протянул коробку. Джейс понял, что все еще держит в руках плед, и вернул его на место. — Почти как новый, — прокомментировал Джейс, кивнув на плед. — Аркейн как-то умудрился соткать его обратно из клочков. — Аркейн пересобирал мое тело трижды, а тебя удивляет уцелевшая ткань? — Виктор саркастично поднял бровь и скрестил руки на груди, избавившись от пирожных. — А тебя нет? — Нет, — нахмурился Виктор. — Хорошо, что мне досталось хоть что-то, иначе пришлось бы бродить по местным улицам без одежды. Джейс чуть не выронил коробку из рук. — Я не задумывался об этом раньше, — прокомментировал он. — И не надо, — Виктор вздохнул. — Наслаждайся пирожными. Он отстраненно прошел мимо Джейса, направляясь в спальню. — А ты? — окликнул его Джейс. Виктор зажато встал на месте. Вот он снова смотрел на Джейса уставшим бледным взглядом. — Я не голоден. — Тогда просто выпьем кофе, м? Виктор задумался, бросив взгляд на дверную ручку. — Хорошо, — наконец кивнул он. — Давай выпьем кофе. Джейс отложил разговор о чувствах, заметив, что Виктор не в лучшем расположении духа. Он рассеянно крутил в руках кружку с недопитым кофе и не поднимал на Джейса глаз. Виктор съежился в кресле, поджав под себя ноги и стараясь занять меньше места. Можно подумать, что вчерашний вечер привиделся Джейсу. — У тебя все нормально? — осторожно спросил он. — Угу, — промычал Виктор, потерев шею. — Ты… расстроен из-за вчерашнего? — Нет, — Виктор покачал головой. — Я же сам тебя поцеловал. — Да, но иногда можно пожалеть о поступках… — Джейс погрустнел, понимая, что наверное поторопился с выводами. — Не в этом случае. Виктор все же обратил на Джейса взгляд и продолжил: — Всё в порядке, Джейс. Это не случайность. Я отдавал отчет своим действиям. — Я переживаю, — Джейс нервно усмехнулся. — Знаю, — Виктор улыбнулся ему. — Ты слишком много думаешь. — Потому что раньше я действовал бездумно. — Не стоит вдаваться в крайности. Побереги себя. — Меня пугает твоя забота, — в шутку ответил Джейс. — Я привык получать выговоры. Ресницы Виктора часто затрепетали, нежная улыбка с оттенком ностальгии тронула губы. — Это было не всерьез, Джейс. Чаще всего, — уточнил Виктор. — Ты вел себя немного надоедливо и часто отвлекался, поэтому я старался быть строже, — Джейс возмущенно открыл рот, и Виктор остановил его взмахом руки. — Но ты давно изменился. Стал мудрее. Тебе не нужно мое наставничество. Я знаю, что ты отлично справляешься и без меня. — Я предпочитаю справляться вместе с тобой, — вставил Джейс. Виктор издал тихий невеселый смешок. — Ни с чем бы не пришлось справляться, если бы я не принес нам столько бед. — Мой вклад в общие беды равен твоему, Вик. — И ты в одиночку разгребал последствия, — Виктор посмотрел на Джейса ясным сосредоточенным взглядом. — А я облажался. Джейс резко выдохнул и недовольно нахмурил брови, жалея, что нельзя достать мозг Виктора из черепной коробки и промыть его в растворе от самокритичных мыслей. — Что мне сделать, чтобы ты перестал так думать? — требовательно спросил он. — Просто не обращай внимания и расскажи мне, как прошел твой день, — Виктор пожал плечами. — Не уходи от темы. — Забудь, Джейс… — Нет, я не забуду, пока ты не перестанешь делать из меня хорошего парня, а себя превращать во вселенское зло, — Джейс встал и поставил свою кружку на полку над камином и машинально провел пальцем по дереву. Ни следа от пыли. — Виктор… Я надеюсь, ты не стал мыть потолок? — от удивления он сам сменил направление разговора. — Ты преувеличиваешь. Я всего лишь прибрался в свободное время. — Мы даже не используем камин, — пробормотал Джейс и комфортно сел в кресле, рассматривая крепкое каменное сооружение. — Наверное стоит попытаться разжечь его? — он повернул к Виктору голову. — Зимой пригодится. — Да, — Виктор слабо кивнул, понизив голос. — Попробуем позже. — Я добуду где-нибудь дрова, — заключил Джейс. — Итак, ты хочешь послушать о том, как прошел день в мастерской? — О, я фанат Луи, — Виктор оживился. — А он твой. Сегодня Луи сказал мне… И Джейс начал говорить без умолку все, что приходило в голову, как это бывало по ночам в лаборатории в особо загруженные периоды. Разве что по прошествии нескольких месяцев в разлуке и одного почти свершившегося конца света разговоры с Виктором не воспринимались как данность. Был лишь один шанс спасти его и весь мир одновременно. Джейсу повезло, что не пришлось жертвовать чем-то одним. Говорить с Виктором можно бесконечно и бесконечно восхищаться его расслабленным сонным видом, но Джейс вовремя остановился. Не в последний раз он утолял свою потребность в общении, сбрасывая на Виктора лавину слов. И все же ночь отнимала остатки сил, приглашая ко сну. Джейс гораздо реже сталкивался с кошмарами в отличие от Виктора, но порой они добирались и до него. Обстановка была мрачной и безлюдной, похожей на погибший в другой вселенной Пилтовер, но без окаменевших останков горожан и заржавевших манекенов Виктора. Небо затянуло плотными тучами, земля была мертвой и иссушенной, ни одна птица не нарушала криком пугающую тишину. Джейс обнаружил себя стоящим у основания разрушенных хексврат. Вокруг простиралась серая пустота, окутанная дымкой, в которой проглядывали очертания зданий. Вершину хексврат тоже скрывал густой туман. — Он не мог далеко уйти, быстрее! Джейс обернулся на возникший из ниоткуда знакомый голос, и в следующее мгновение его едва не сбила пробежавшая мимо Кейт в сопровождении двух миротворцев. Они были одеты в усиленную форму и несли в руках массивные винтовки. Хватило одного взгляда, чтобы Джейс узнал в оружии свое изобретение. Повеяло неприятным холодом. — Кейт! — Джейс позвал её, но она убежала достаточно далеко. Джейс последовал за ней по потрескавшейся дороге между пустых домов. Пыль и мелкий мусор мелькали перед глазами, заставляя часто моргать. На мгновение Джейсу показалось, что он потерял Кейтлин из виду, но услышал, как она жестко отдает приказ: — Взять его. Джейс нырнул в проулок между домов, а когда обернулся, то увидел, что всё исчезло, из декораций осталось только серое поле с сухостоем и свинцовое небо над головой. Пилтовер растворился в одну секунду. Кейт стояла впереди, на прокатанной среди травы грунтовой дороге, направив винтовку на человека, сгорбившегося у ее ног. — Отвечай, тварь! — она с силой пнула его в живот, и он тяжело повалился на бок. Джейс замер, впервые увидев Кейт в нечеловеческой ярости. Всё её тело напряглось в твердой стойке, острый взгляд смотрел на пленника сквозь оптический прицел. Кейт держала указательный палец на спусковом крючке. Поспешив подобраться ближе, Джейс опустил взгляд, чтобы рассмотреть человека. Темно-синяя ткань, перевязанная кожаными ремнями была его единственной одеждой. Бледная кожа на ногах почти до колен покрылась коркой из крови и грязи, словно он долго бежал прежде, чем без сил распластаться на земле. Джейс не видел лица, но стройную спину и волнистые волосы с белыми прядями и так узнал безошибочно. — Виктор? Пленник мгновенно поднял голову и посмотрел на Джейса широкими от ужаса глазами. — Джейс? — едва слышно прошептал он. Половина его лица окрасилась в красный из-за крови, лившейся из раны на голове. Джейс рефлекторно шагнул назад, потеряв дар речи. — Зачем ты убил этих людей, а? — Кейтлин напомнила о себе, и Виктор отвлекся на нее. — Решил, что ты лучше всех нас? — Я не… Виктор не успел договорить, потому что Кейт ударила его прикладом по голове. — Ненавижу тебя! — она схватила его за волосы, и заставила посмотреть на нее. — Ты не заслуживаешь даже смерть. Джейс не контролировал ни свое тело, ни голос. Он не мог закричать, а Кейтлин не обращала на него внимания. Ноги не слушались, сколько бы Джейс ни пытался сдвинуться с места, и, посмотрев вниз, он увидел, что они стремительно каменели. — Что за… — Джейс попытался освободиться, но протянул руки и понял, что пальцы превратились в серый камень с вкраплениями растекшегося золота. В панике он поднял глаза и заметил, что Виктор тоже смотрит на него. Одними губами, испачканными в крови, он прошептал: «Джейс». Джейс подавился криком, беспомощный хрип застрял где-то в горле. Кейтлин Кирамман безжалостно наносила удар за ударом по скорчившемуся на земле Виктору, и Джейс был вынужден наблюдать за тем, как на сухую землю брызжут капли крови. Он не мог пошевелить даже шеей, тело окончательно окаменело, но глаза видели, как Виктор протянул руки, пытаясь ползти, и Кейт отдавила ему ладонь ботинком. Виктор вскрикнул, двое миротворцев, безучастно наблюдавших за сценой пыток, взяли его под руки и поставили на колени. Крови было так много, что за ней стерлись черты его лица. Она текла по щекам и из уголков губ, срывалась с подбородка, сползала вниз по шее, сочилась из ран на изодранных руках. Кейтлин с омерзением посмотрела на Виктора и вскинула винтовку. — Надеюсь, ты будешь страдать на том свете, — ядовито произнесла она и надавила на спусковой крючок. Громкий выстрел оглушил Джейса перед тем, как в глазах потемнело, а в следующую секунду он открыл веки в своей спальне. Пробуждение произошло мгновенно. Джейс болезненно застонал, закрыв лицо рукой, и перевернулся на бок. Если ему и снились кошмары, сюжет всегда складывался по одному сценарию — Виктор умирал, а Джейс не успевал спасти его. Он постарался вдохнуть глубоко и медленно выдохнуть, чтобы сердце хоть немного успокоилось в груди. Когда-то у мозга должны закончиться идеи для отвратительных снов. Полежав немного, Джейс встал с кровати с намерением убедить возникшее предчувствие в том, что это лишь сон. После ночи без движения нога плохо гнулась, поэтому он вышел из спальни, опираясь на стену, но не стал терять время и возиться с ортезом. Виктор нашелся тут же, он стоял у окна в свободной белой рубашке и с завязанными в хвост волосами. Джейс точно знал, что хочет сделать, и направился к нему. Без предисловия, не дав ему обернуться, Джейс крепко обнял Виктора со спины. — Джейс… — Виктор тихо охнул. — Что случилось? Джейс ткнулся лбом в сгиб его шеи и судорожно вдохнул запах. — Очень плохой сон, — пробубнил он, касаясь губами мягкой кожи. Виктор шумно сглотнул и дрожащим голосом спросил: — Он связан со мной? — М-уху, — невнятно ответил Джейс, закрыв тяжелые веки. Ему нужно стереть из головы мучительные образы. Так много крови, испуганный Виктор, утратившая контроль Кейтлин. Воображение решило специально превратить в палача дорогого Джейсу человека, чтобы сон стал еще невыносимее. Ладонь Виктора добралась до макушки Джейса, осторожно погладив волосы. — Мне жаль, — тихо сказал он. Джейс помотал головой. — Ты не виноват, — Джейс еще теснее обвил Виктора руками и вздохнул. — Спасибо, что остался здесь. Не вернулся обратно. Виктор, я не смогу защитить тебя там. — Тебе не нужно защищать меня, Джейс. — Но я хочу защищать тебя. Виктор аккуратно развернулся к Джейсу лицом в кольце рук. Джейс мотнул головой, пытаясь смахнуть с глаз челку, чтобы она не мешала наслаждаться видом. Утонченные пальцы Виктора подоспели на помощь и зачесали волосы наверх. Внимательно изучив лицо Джейса, Виктор опустил ладони на его плечи и загадочно ответил: — Джейс, в этой истории я злодей. Кто же их защищает? — Такие же злодеи? — с ухмылкой спросил Джейс. Терпение, без того заштопанное с десяток раз, трещало по швам. Теперь Джейс знал, каково целовать Виктора, и этим хотелось заниматься в любую свободную минуту. Виктор сдержанно улыбнулся его словам. — Нет, Джейс. Ты самый настоящий герой. Такие как ты спасают принцесс и получают счастливый финал. — Принцесс, значит, — Джейс игриво поднял бровь. — А что насчет тебя? — Злодеи должны быть наказаны по закону жанра, — Виктор смахнул с плеча Джейса пылинки. — Тогда я как герой имею право тебя наказать? — взгляд Джейса опустился прямиком на губы Виктора. На самом деле он бы быстро сбросил геройский плащ и убил за возможность еще раз поцеловать его. — Джейс… — предостерегающе произнес Виктор. Момент сложился идеально, и Джейс незамедлительно потянулся вперед, готовясь взлететь прямиком к небесам… — Твой завтрак стынет, — Виктор оборвал его в нескольких сантиметрах от желанной награды. Джейс состроил грустную гримасу. Голод сильно уступал в необходимости поцеловать Виктора прямо сейчас. Преступно выглядеть так лакомо и дразнить, но не подпускать ближе. Неохотно Джейс отпустил Виктора. — Успел приготовить завтрак? — спросил он. — Ты вообще спишь? — Время от времени, — Виктор похлопал его по груди, прося немного пространства. Нахмурившись, Джейс отошел в сторону, хотя все его тело как магнит тянулось обратно к Виктору. Плохие сны случались и раньше, но сегодня неприятное предчувствие остро покалывало затылок. Джейс не думал, что владеет сверхъестественным чутьем, зато доверял интуиции. Виктор вел себя не просто подозрительно, в последние дни его поведение поражало неожиданными поворотами. — Виктор, ты хорошо себя чувствуешь? Виктор растерянно взглянул на Джейса и сомнительно честно ответил: — Я… да. — Мне показалось, что у тебя не всё в порядке с аппетитом и сном. Ну, или хуже обычного, — Джейс старался говорить непринужденно, чтобы не сердить Виктора излишней заботой. С его независимостью порой сложно совладать. — Может быть, — неуверенно ответил Виктор, хотя даже на фоне его привычной бледности Джейс различал явно нездоровый вид. — Не всегда получается договориться с новым телом, — он беспечно улыбнулся. — Аркейн постарался на славу, когда создавал его, — Джейс открыто окинул взглядом Виктора с ног до головы. — Прояви уважение. Виктор закатил глаза, не попавшись в ловушку сладких речей Джейса. Но попытаться стоило. На кухне Джейса ждал накрытый стол и свежесваренный кофе. Становилось неловко от того, что Виктор чаще всего был тем, кто не давал им умереть от голода, хотя прекрасно знал, что Джейс способен готовить съедобные вещи. Джейс поторопился с выводами о балансе бытовых обязанностей, но для него подобный опыт стал первым. Или может Виктору просто нравилось занимать себя чем-то. Пока Джейс заканчивал с завтраком и приводил в порядок свой заспанный вид, Виктор полностью собрался и напряженно расхаживал по гостиной из стороны в сторону. Нервозность проскальзывала в том, как он кусал губы и до боли знакомым движением расчесывал свое предплечье. Джейс больше не мог игнорировать знаки. — Виктор, не хочешь остаться дома? Ты плохо выглядишь. Виктор резко помотал головой и наконец прервал хаотичное хождение. — Я в порядке. — Непохоже на то, Вик, — Джейс осторожными шагами сократил расстояние до него. — Я могу побыть с тобой… — Нет, — четко отрезал он и с глубоким вдохом закрыл глаза, сделав паузу, а затем снова необъяснимо испуганно посмотрел на Джейса. — Я должен идти, Джейс. Джейс подозрительно прищурился. Где-то на подкорке разума предчувствие превратилось в огромный предупредительный знак. Нельзя удерживать Виктора против воли, но именно это Джейс и хотел сделать. — Джейс, нам пора, — Виктор прервал ход его мыслей. — Да, — медленно кивнул Джейс и продолжил стоять на месте. Он чувствовал, что Виктор хочет что-то сказать, но со всей силой сдерживает внутри. В тишине они неотрывно смотрели друг на друга несколько секунд, и Виктор сдался первым. — Джейс, пока ты не ушел… — он растерялся после первых слов и обхватил себя за плечи, не имея возможности опереться на трость. — Я хотел сказать тебе спасибо. — За что? — опешил Джейс. — За всё, — Виктор тихо усмехнулся. — Я устану перечислять, так что просто за всё. Он расцепил руки и, замешкавшись, протянул их к Джейсу, чтобы обнять. Джейс удивился тому, с какой силой Виктор вцепился в него, и ответил на объятия. Что-то не так, Джейс больше не сомневался. Дыхание Виктора было нетвердым, в частых вдохах сочился страх. Джейс ненавидел чувствовать себя слепым к тому, что лежало на поверхности, но Виктор — самая сложная задача в его жизни. Он годами шел к тому, чтобы добиться его доверия, а затем похоронил весь прогресс парой идиотских решений. Поэтому сейчас Виктор откровенничал, когда сам этого хотел. Джейсу не удалось выпросить у него хоть какое-то объяснение, но в этих долгих отчаянных объятиях Виктор прятал немую мольбу. Если бы Джейс только мог прочитать ее. Одновременно всё выглядело как обычно и пугало затишьем. Наверное, потому что Джейс привык к упрямому Виктору, который боролся за свою жизнь, невзирая ни на что. Перемены сложно принять. С тяжестью в сердце Джейс попрощался с Виктором на перекрестке дорог и смотрел ему в спину до тех пор, пока тот не скрылся из виду. Складывалось ощущение, что он, как и во сне, был безвольным наблюдателем грядущей боли. Работа не клеилась с первых попыток открутить прикрученное и смазать заржавевшее. Мозг Джейса занялся поиском ответов на вопросы, которые нельзя игнорировать. Виктор сменил гнев на милость, больше не рвался отыскать способ перемещения в их вселенную, не спорил, не давал никаких комментариев о будущем. Как бы Джейсу ни нравился их поцелуй, в нем не чувствовалось ни капли романтики, лишь отчаяние. Виктор сделал это не из-за любви. Его поступки походили на необдуманные беспорядочные мазки на холсте, в которых он пытался выразить то, что не получалось сказать. Джейс отложил взятую деталь и оперся рукой о полку стеллажа. Природа не зря подкинула ему способность мыслить логически, но он постоянно забывал ей пользоваться. Затуманенный сахарной пудрой разум парил в фантазиях, не обращая внимания на плодящиеся тревожные знаки. Танцы в баре? Компульсивная уборка? Внезапный поцелуй без всяких предпосылок? Плохой сон и отказ от еды? Любимые пирожные Джейса, без повода добытые из Пилтовера? Даже незрячий прочитал бы то, что Виктор писал между строк. Он отвлекал внимание Джейса и маленькими шажками отдалялся от него к выходу. «Я должен идти, Джейс». — Черт! — громко выругался Джейс под грохот свалившейся с полки детали. — Я идиот. — Ты чего? — Луи поднял голову. — Луи, мне нужно идти, — панически проговорил Джейс, его сердце набирало обороты. — Прямо сейчас. — Что случилось? — старик утер рукой лоб. — Ты бледный как смерть. — Нет времени, я потом объясню, — Джейс рьяно замотал головой и бросился к выходу, спотыкаясь о разбросанные устройства. — Не сломай вторую ногу, дурак! — крикнул ему вслед Луи. Джейс еще не испытывал пределы своей травмы с помощью бега, и боль быстро разлилась по ослабевшим мышцам. Боль, которая стала настолько неотъемлемой частью жизни Джейса, что он и не подумал замедлиться. Плевать, если следующую неделю он будет хромать или вообще не встанет на ноги. Главное успеть найти Виктора. Проклиная беспощадный рельеф Зауна, Джейс добрался до лавки Бензо так быстро, что едва не задохнулся от резкой остановки. Легкие и сердце сплавились в один пульсирующий болезненный ком в груди, пот стекал по вискам, и рука дрожала, когда Джейс потянулся к двери. Пусть он будет необоснованно тревожным глупцом, так и не научившимся понимать людей, лишь бы Виктор встретил его внутри. Колокольчик зазвенел так же, как и раньше. Джейс почувствовал всё тот же запах пыли и старых книг. Половицы у входа протерлись и скрипели, из-за разбитого окна на чердаке было слышно, как под крышей тонко воет ветер. Ничего не изменилось, Джейс так привык приходить сюда к Виктору, что больше не чувствовал себя здесь чужим. — Привет, Джейс. Чудес не существует. Не в жизни Джейса. — Экко, где Виктор? — обессиленно выговорил Джейс. — Разве он не с тобой? За прилавком стоял Экко, настороженно смотря на Джейса. — Как давно… — Джейс закашлялся от нехватки воздуха. — Как давно он ушел? — Недавно… — Экко засуетился, по-видимому испугавшись вида Джейса. — Он сказал, что ему нужно отлучиться до конца дня. Я думал, у вас какие-то дела. — Боже… — Джейс! Джейс вылетел из лавки, громко хлопнув дверью. До смешного предсказуемо Виктор устроил себе пышные похороны, а Джейс не заметил что-то настолько очевидное. Как всегда. Он окружил себя мечтами о том, что все наладилось, и Виктор по волшебству прилетел к нему на крыльях любви. Как можно поверить, что он так легко оправился от терзающей его вины. Виктор обещал Джейсу, что не вернется обратно один, но не обещал, что не подстроит всё так, чтобы Джейса больше ничто не держало здесь. Страх мешал последовательно мыслить. Джейс метался взглядом по раскинутой паутине улиц и понятия не имел, куда идти, но чувствовал, что у него почти не осталось времени. Если Виктор еще жив, то не надолго. Джейс сразу отмел вариант с возвращением в квартиру — Виктор не просто так оставил за собой нетронутую чистоту. Для прощания с жизнью, он бы выбрал такое место, где Джейс бы не смог его отыскать. Первой мыслью было бежать к дамбе, где однажды он нашел Виктора мечтательно смотрящим на мутную воду с высоты. Неизвестно, собирался ли он действительно убить себя или лишь размышлял об этом, но даже тогда он предпочел бороться с этим в одиночестве, а не просить помощи у Джейса. Вряд ли он придет туда второй раз, скорее, будет надеяться, что Джейс возьмет ложный след. Джейс попытался сосредоточиться и подумать о том, что еще он мог пропустить в разговорах с Виктором. Он точно должен был оставить хлебные крошки, просто Джейс редко всматривался в детали. Все протекало спокойно, Виктор поддерживал отвлеченные темы и избегал говорить о событиях в хексвратах. Казалось, что он сосредоточился на настоящем, но на самом деле просто ушел в тень. Джейс будто слышал тиканье невидимых часов у себя в голове, которые давили на него всем весом утекающего времени. Когда Виктор в последний раз говорил об их вселенной? Когда он высказывал свои сожаления о том, что сделал? Джейс отчаянно часто дышал, переворачивая ячейки воспоминаний. Что-то случилось совсем недавно, он помнил подобный разговор… «Если бы я сразу все понял, то остался бы лежать на руинах коммуны, которую создал». Единственная зацепка засветилась в суматохе мыслей. Виктор окончательно сдался, увидев пустырь на дне подземелий Зауна. Он говорил, что должен был умереть там, и совсем не метафорически. Джейс набрал побольше воздуха в легкие и рванул вперед. Расстояние ощущалось мучительно огромным, а Джейс быстро выдыхался и не мог бежать так, чтобы нога не подгибалась на каждом касании земли. Он, не глядя, пробежал мимо уличных забегаловок, предлагавших провести ночь женщин, татуированных амбалов с хмурыми лицами, и добрался до спуска в пещеры. Неоновый знак всё так же тускло светил в темноте, помогая глазам быстрее привыкнуть к контрасту с солнцем снаружи. Джейс хрипло дышал, оглядываясь по сторонам, и начал медленно спускаться вниз. Что если он ошибся, и Виктора здесь нет? В таком огромном пространстве будет трудно найти человека, который не хотел быть найденным, но Джейс верил в остатки своего везения. Добравшись до водонапорной башни, он судорожно выдохнул весь воздух из легких и прикрыл веки. — Я до последнего надеялся, что ты не поступишь со мной так, Виктор, — опустошенно произнес Джейс, открыв глаза. Одна из вертикальных ламп знака на башне мигала, то создавая тень, то отгоняя ее лиловым неоном. Одинокую фигуру, сидевшую на краю обрыва, непросто заметить сразу. Джейс скорее почувствовал его присутствие. С потолка пещеры бесшумно спорхнуло несколько летучих мышей, и затем они скрылись во тьме внизу. — Я до последнего надеялся, что не найдешь меня, Джейс. — Вот как. Виктор медленно обернулся, и у Джейса все внутри сжалось от того, что любое неловкое движение могло оборвать его жизнь в считанные секунды. — Виктор, почему? — надломленным голосом спросил Джейс. Виктор понурил голову и несколько раз глубоко вдохнул прежде, чем встать на ноги. Он все еще оставался на краю. — Потому что так будет правильно, — спокойно ответил он. — Правильно? — переспросил Джейс, не веря ушам. — Так ты подумал, что я буду жить счастливо, если ты убьешь себя? — Я думаю, что ты наконец-то будешь жить своей жизнью, Джейс, — без эмоций произнес Виктор. Джейса трясло от обиды и ужаса. Виктор дал ему надежду, чтобы потом вырвать её из груди вместе с сердцем. — А чем я сейчас живу по-твоему? — резко спросил Джейс. — Попытками вернуть мне долг за каждое нарушенное обещание. Джейс поперхнулся воздухом от возмущения и со злостью уставился на Виктора. — Долг? — Ты постоянно говоришь о том, как тебе жаль, — Виктор устало мотнул головой. — И просишь прощения за тот выстрел. Я знаю, что ты остался со мной в аномалии из-за чувства вины, Джейс, и не возвращаешься обратно по этой же причине. Но ты ничего мне не должен. Безмолвно открыв рот, Джейс никак не мог осознать услышанное. Картина мира Виктора абсолютно не совпадала с реальностью. Его восприятие решений Джейса исказилось так, что ни в одной из граней не осталось правды. И с этими мыслями он прожил больше месяца, думая, что Джейс крутится вокруг него против воли. — Какой еще вины, Виктор? — прошипел Джейс. Ярость затлела в груди. — Я остался с тобой, потому что хотел. — Хотел? — Виктор разочарованно усмехнулся. — Ты возненавидел меня, Джейс. Как ты сказал, все, что я сделал с людьми в коммуне, я сделал один. Я видел, с каким отвращением ты смотрел на меня, когда мы сражались в зале Совета. — Боже, Виктор! — Джейс вспылил и в порыве шагнул ближе. Виктор мгновенно напрягся, сдвинувшись еще на сантиметр назад. Поняв, что его намерения были не шуткой, Джейс отступил и продолжил: — Нельзя воспринимать всерьез то, что я наговорил тебе, размахивая молотом. На меня свалилось много всего. Я… я не отдавал себе отчет. — Джейс… Пожалуйста, дай мне все закончить. Единственное, что я могу исправить. — А что ты предлагаешь делать мне? — Вернуться домой и не терять годы жизни рядом со мной, — холодно ответил Виктор. — Поверить не могу… — Джейс до боли сжал пальцами переносицу. — Ты серьезно думаешь, что меня с тобой связывают только ошибки прошлого? — Я не вижу других причин для тебя оставаться здесь. — Виктор, черт возьми, я люблю тебя! — Джейс повысил голос, и эхо разлетелось под сводом пещеры. В тайнах не было смысла, если Виктор собирался убить себя. Признание легко слетело с языка, и Джейс продолжил: — Вот почему я остался с тобой внутри аномалии. Вот почему я пришел сюда, когда понял, что вся твоя забота оказалась гребанным прощальным подарком, о котором я не просил! Я не хочу никуда возвращаться, Вик. Мне плевать, какая это будет вселенная, я хочу быть с тобой. Виктор безучастно смотрел на Джейса, ни один мускул не дрогнул на его лице. Полное безразличие. Мысленно он уже лежал у опоры башни в луже крови, сломанный и мертвый. — Ты мне не веришь? — догадался Джейс. — Джейс… — За кого ты меня принимаешь? — Джейс задыхался от едкой обиды. — Виктор, ты правда уверен, что я буду в лицо врать тебе о своих чувствах в такой момент? Я плохо обращался с тобой в прошлом, но один единственный раз я прошу тебя поверить. Виктор, отойди от края, и мы обо всем поговорим. — Пожалуйста, уйди. Я не хочу говорить. Виктор отвернулся, отказываясь смотреть на Джейса. Это было так больно, что Джейс стиснул зубы, чтобы сдержать слезы. Горький ком подкатил к горлу. До сегодняшнего дня он был уверен, что они с Виктором почти добились понимания, и вдруг всё оказалось ложью. Воздушные замки, которые Джейс воздвиг в голове, превратились в дым. Наивный золотой мальчик понадеялся обрести любовь, но она одним ударом поставила его на колени. Какая разница, что будет дальше, если Виктор предпочел смерть вместо жизни с Джейсом. — Хорошо, — выдавил он, нарушив молчание. — Хочешь умереть? Так тому и быть. Виктор поджал дрожащие губы и слабо кивнул, поверив, что Джейс оставит его и просто вернется домой. Нальет себе кофе, откроет свежую газету и насладится отдыхом. Наверное, именно так Виктор всё и представлял. Вместо этого Джейс твердой походкой подошел к краю обрыва на расстоянии от Виктора и посмотрел вниз. — Что ты делаешь? — нервно выпалил Виктор. — Выбираю местечко получше, — колко ответил Джейс и повернул к нему голову. — Справедливый конец для создателей хекстека, да? — Джейс, отойди… — Виктор воспрял на глазах. — С чего вдруг? Если ты еще не понял, я действительно последую за тобой куда угодно, Виктор. Джейс мог бояться темноты и одиночества, но смерть не пугала его. Стоя на краю высокого обрыва, он не чувствовал ничего. Скорее всего, он даже не умрет сразу, а будет обездвиженным от переломов медленно истекать кровью, но что с того? Этот шаг будет самым простым в его жизни, если Виктор сейчас спрыгнет. — Нет… — Виктор побледнел. — Умрешь ты, умру и я, — жестко сказал Джейс. — Ты знаешь, что я не блефую. Идеально сыгранное безразличие Виктора сменилось искренней болью на его лице. Он понял, что Джейс не лгал. Чувства, от которых хекс-ядро жаждало избавить всё человечество, взяли верх. Слезы брызнули из глаз, Виктор процедил воздух сквозь зубы, теряя остатки самообладания. Скованными шагами он попятился назад от края. Пусть это был нечестный шантаж, но только он помог отрезвить Виктора. — Я убил их, Джейс, — вымученно произнес он. — Виктор, послушай меня… — Я убил их всех. Виктор сбивчиво пятился назад, а Джейс встал так, чтобы преградить ему путь к обрыву. — Убил. Я убил невинных людей. Он мотал головой и без устали бормотал одни и те же слова. Сердце Джейса разрывалось, но он должен был держать себя в руках и остановить истерику Виктора. — Виктор, пожалуйста, послушай меня, — попросил Джейс и, не торопясь, направился к нему. Он не слышал Джейса, не видел, куда идет. Все его существо поглотила невыносимая боль. Она копилась в нем неделями, росла, твердела и прорывалась сквозь измученную душу. Финальная оболочка лопнула, безысходность захлестнула Виктора, и он не мог с ней справится. — Я убил их… — Виктор врезался спиной в каменную стену и остановился. — Все хорошо, Виктор. Тебе нужно успокоиться, — еще пара шагов, Джейс был максимально осторожен. — Я здесь и выслушаю тебя. Расскажи мне все. Оставшиеся полметра Джейс преодолел рывком, схватил Виктора обеими руками и не встретил сопротивления. Виктор обмяк как тряпичная кукла и позволил делать с собой что угодно. — Убил всех… Его ноги дрожали, колени подкашивались. Джейс чувствовал, как Виктор сползает в его руках, и плавно сел вместе с ним на твердую землю. Голова Виктора упала ему на плечо, Джейс обнял его, слушая отчаянную мантру. — Я навредил тебе, Джейс. Потерял всё, что любил… Я не могу ничего вернуть. Джейс стиснул челюсти, глаза жгло от слез, и он держался, но соленые капли все равно сорвались с ресниц. Боли Виктора было так много, Джейс хотел забрать ее всю, поглотить его страдания, лишь бы ему стало легче. Тело Виктора содрогнулось, он давился словами, пока не охрип, и тогда они сменились рыданиями. — Все хорошо, — Джейс размеренно гладил Виктора по голове, успокаивающе водил ладонью по спине, качал его в своих объятиях. Рубашка на плече Джейса намокала от слез Виктора, он рыдал в голос, всхлипывал и заходился слезами снова. Джейс дышал ртом, чтобы не расплакаться тоже. — Пожалуйста, Виктор, ты должен жить, — прошептал ему на ухо Джейс. Виктор сжал в кулаках рубашку Джейса, прижимаясь ближе. Он долго старался быть сильным и не просил о поддержке. Джейс думал, что будет достаточно окружить его заботой и отвлекать рутиной, но раны были слишком глубокими. Как бы сложно ни было, они переживут это вместе, справятся, как годами справлялись со всеми тяготами. Джейс будет здесь, поймает Виктора с любого обрыва и укроет в своих руках. Необратима только смерть, и она все еще тянула к Виктору когтистые лапы. Постепенно слезы сменились редкими всхлипами и судорожным дыханием. Виктор дрожал, но не от холода, и Джейс ни на секунду не убирал от него свои руки. Когда Виктор окончательно затих, Джейс аккуратно попробовал поднять его голову. Не встретив возражений, он оторвал его от своего плеча и обхватил лицо руками. Виктор выглядел изможденным и полностью разбитым. Глаза покраснели и опухли от слез, соленые дорожки застыли на щеках, на нижней губе появилась ранка от того, с какой силой он кусал её. Джейс посмотрел в наполненные горечью глаза Виктора и прижался лбом к его лбу, спросив: — Пойдем отсюда? Мрак пещеры делал лишь хуже, Джейсу хотелось скорее вытащить Виктора на свет и отвести домой. Пока он не знал, что нужно делать, но и сидеть здесь плохой вариант. Виктор сглотнул и ответил кивком. По дороге к дому Джейс боялся, что Виктор в любой момент упадет без чувств. Он тяжело передвигал ногами и неотрывно смотрел вниз, позволив Джейсу вести себя за руку. Ему пришлось быть суровым в пещере, но сейчас он ласково обернул запястье Виктора ладонью и держал его, пока они не добрались до безопасного места. — Пожалуйста, умойся, а я принесу тебе воды. Хорошо? — Джейс посмотрел в опущенное лицо Виктора и дождался положительной реакции в виде слабого движения головы. Джейс принес наполненный стакан в ванную и проследил, чтобы Виктор выпил достаточно жидкости. Она должна облегчить головную боль после стольких пролитых слез. Виктор вяло умылся и остался стоять на месте, опустив руки по бокам. Джейс не винил его в потере самостоятельности и сам промокнул полотенцем кожу. — Идем, — он потянул его за собой. Похоже, Виктор продумал свою жизнь ровно до самоубийства, так что Джейсу придется взять на себя управление вместо погрузившегося в транс сознания. Всего пара минут, и от Виктора мог остаться только труп с раздробленными костями. Чертов вещий сон был предупреждением. Со звенящей пустотой в голове Джейс подтолкнул Виктора к кровати, и тот послушно забрался на нее, обхватив себя за колени. Джейс встал над ним, тяжело вздохнув. Прошлые старания почти довели Виктора до смерти, и неясно, как обращаться с ним так, чтобы не сделать хуже. Джейс не сталкивался с недугами разума, но Виктор точно был чем-то болен. И в его случае бинты и мази бесполезны. Неизвестность пугала Джейса, он боялся не справиться и упустить Виктора. Навсегда. — Ты разочарован? Виктор так долго молчал, что Джейс не сразу отреагировал на его тихий голос. — Э-э… Нет, — Джейс ущипнул себя за переносицу, собирая мысли воедино. — Нет, Виктор я не разочарован. Просто пытаюсь понять, почему все так сложилось. — Прости. — Ты правда хотел умереть? — быстро спросил его Джейс. Виктор повел плечами и вытянул губы в линию. — Нет, — он помотал головой. — Но жить стало слишком трудно. — Почему ты не поговорил со мной? — Я не думал, что имею право жаловаться на то, что сотворил сам. — Виктор…— Джейс сел на кровать и вытянул затвердевшую от нагрузок ногу. — Мы опять потеряем друг друга, если не начнем говорить честно. Я стараюсь быть честным. Но ты не веришь ни одному моему слову. Джейс небрежно начал расстегивать ремни ортеза. Весь достигнутый за недели прогресс оказался бесполезен. Для Виктора ничего не значили старания Джейса, но чего еще можно ждать от постоянных предательств. Джейс нарушил слишком много обещаний. — Я ждал, что ты отвернешься от меня, — вдруг заговорил Виктор. — Виктор, поверь, если бы я ненавидел тебя, то собственноручно отдал бы миротворцам. Но я сказал, что люблю, и это не ложь ради твоего спасения. Никому другому я не признавался в любви. Я бы выбрал момент получше, но все пошло не по плану. Виктор хмуро взглянул на Джейса. — Как ты можешь меня любить? — Легко. Я встретил человека, с которым захотелось провести всю жизнь, и полюбил его, — Джейс неопределенно взмахнул рукой. — Но опоздал с признаниями на пару лет. Оцепенение Виктора спало, признаки сознания проявлялись в рассеянном взгляде. — Я делал всё, чтобы ты оставил меня и вернулся обратно. Я поцеловал тебя, думая, что ты испытаешь отвращение… — И с громкими криками сбегу от тебя в другую вселенную? — Джейс не удержался от грубости. — Вроде того. — Что ж, это было глупо и сработало в обратную сторону, — он взял себя в руки и успокоился. — Я подчеркну в последний раз: Виктор, я не вернусь туда. Тем более не таким способом. Твоя смерть не станет мотивацией, она убьет и меня тоже. — Я поступил с тобой ужасно, Джейс, — Виктор спрятал лицо за дрожащей рукой. — Мне очень жаль. Долгожданная искренность пришла вместе с осознанием случившегося. Джейс не мог злиться на Виктора за то, что тот не был человеком последний год. В его голове помещалась собственная вселенная с чужими сознаниями. Ожидаемо, что разум Виктора превратился в кашу. — Тебе нужно прийти в себя, Виктор, — мягко сказал Джейс. — Я не требую от тебя извинений через час после того, как ты чуть не прыгнул с высоты. И мне тоже следует привести в порядок голову. Джейс отодвинул защелку на лодыжке и стянул ортез, отставив его в сторону. Погоня за Виктором выжала из него все соки. Решив, что лучше всего будет оставить его на время, Джейс с шипением встал на ноги и сказал: — Отдохни. Я буду за дверью, так что обязательно говори, если что-то нужно. — Джейс? — Виктор резко схватил его за руку, не дав сделать ни шагу. — Да? — Ты можешь остаться? Пожалуйста. Ожидая чего угодно, кроме просьбы побыть здесь, Джейс завис и не сразу нашел ответ. — Конечно, — заторможенно выговорил он. — Спасибо. Виктор сам отполз к стенке и забрался под одеяло, оставив Джейсу место с краю. Все еще не понимая, что происходит, Джейс лег на кровать и в ожидании уставился на Виктора. Поразмыслив, он перебрался ближе, повернулся на бок и виновато заглянул Джейсу в глаза. — Мне кажется, что я сойду с ума, если буду один, — объяснился Виктор. — Я сопротивлялся этому, Джейс, но очень устал. — Я не могу потерять тебя, Вик, — озвучил Джейс и поправил его растрепавшиеся из хвоста волосы. — Прояви ко мне милосердие. Влага собралась в уголках глаз Виктора, и одна слеза перекатилась через переносицу, упав на подушку. Без лишних фраз он скользнул рукой по талии Джейса и прижался к нему всем телом, выдохнув горячий воздух в ключицы. В этот раз он наконец-то поверил. Джейс лег на бок, забрав Виктора в плен рук, и опустил веки.