Jingle my bells

Праздник, который обволакивает своей потрясающей атмосферой. Весёлые детишки бегают, напевая рождественские песни, взрослые ругаются из-за больших трат, но в душе также радуются, ведь каждому становится чуточку легче от осознания того, что наконец наступили выходные. На улице взгляд цепляется за яркие гирлянды, которыми украшают магазины, желая привлечь больше покупателей. Всюду разные интересные композиции, ёлки с очаровательными бантиками на ветках, даже камин, полностью сделанный сотрудниками заведения. Глаз радуется, настроение сразу становится таким сказочным, что хочется пуститься в бега, широко улыбаясь и совершенно забыв обо всех вокруг. Укутанный в вязаную шапку и объёмный шарф Чимин, походящий на снеговика, не может перестать восхищаться. Порозовевшие от мороза щеки мило округляются, стоит парню улыбнуться, глаза превращаются в полумесяцы, и, казалось бы, довольно взрослый парень превращается в маленького цыпленка, который словно впервые видит подобную красоту перед собой. Однако единственное, чего не хватает всей этой картине, так это снега. К сожалению, в этом году погода вовсе не радует осадками, разве что дождями, из-за чего весь город окутан не белоснежными сугробами, а неприятной грязью, пачкающей абсолютно все. Из-за этого возникшая праздничная атмосфера вмиг улетучивается и яркий огонёк в округлившихся глазах медленно угасает. Заметив такую быструю смену настроения, Чонгук не может не спросить, в чем причина. — Хен, ты чего такой грустный? — Заглядывая в поникшее личико, чуть наклоняется Чонгук, будучи с тяжёлыми пакетами в руках, полностью наполненными различными украшениями. — Снега в этом году совсем нет, — нехотя отвечает Чимин, обиженно шмыгая замёрзшим носом, вызывая у младшего неконтролируемые приступы умиления, да так, что хочется прямо здесь искусать эти сладкие щёчки и расцеловать пухлые, словно у куколки, губы. — Давай мы пойдём украшать квартиру, а завтра, может, и снег пойдёт? — Предлагает Чон, сжимая ручки пакетов в руке ещё сильнее, дабы не дать слабину и не наброситься на парня с нежностями посреди морозной улицы. Услышав предложение, Чимин воодушевленно смотрит в любимые глаза напротив, после берет парня за рукав куртки и тянет за собой, желая поскорее оказаться дома. Стоит только зайти в помещение, как Пак, не теряя ни секунды, быстро снимает верхнюю одежду, аккуратно оставляет в стороне обувь и, схватив пакеты, отправляется в гостиную. Оставив личное сокровище, парень вновь убегает, на этот раз чтобы вымыть руки и быстро переодеться, и возвращается уже в полной боевой готовности. Благо вчерашний вечер был потрачен на генеральную уборку и сейчас им остаётся только насладиться процессом украшения квартиры. Включив новогодний плейлист, Чимин, пританцовывая и подпевая начинает разбирать покупки, сортируя их по только ему известной схеме. Чонгук, находящийся рядом со старшим, молча наблюдает за происходящим. Тёплая улыбка не сходит с лица, он просто не может не чувствовать трепет сердца при одном взгляде на такого счастливого хена. Решая не мешать мыслительному процессу Чимина, брюнет смиренно ждёт, пока ему не дают чётких указаний. На его долю выходит принести заранее купленную ёлку, пока Пак будет разбираться с гирляндами. Усевшись на пушистый ковёр под ногами, парень сосредотачивает всё внимание на светящейся прелести в руках. Многие из гирлянд остались с прошлых праздников, но также есть парочка новых, одной из которых является "роса". Безумной красоты изделие, напоминающее тысячи сверчков. Проверяя работоспособность гирлянд, Чимин не замечает, как в комнату уже возвращается любимый с увесистой коробкой почти с него ростом. Заказав на маркетплейсе главную красавицу Рождества, Пак всё никак не мог дождаться, желая поскорее взглянуть на неё, но было нельзя. И теперь, сгорая от нетерпения, парень жестоко разделывается с упаковочным скотчем, словно котенок, желающий наконец заполучить полюбившуюся игрушку. Справившись с упаковкой, Чимин восторженно замирает, прикрывая лицо ладонями. Безумной красоты пушистая искусственная ель, так походящая на настоящую. Желая рассмотреть ближе, Пак хочет вынуть часть конструкции, но она оказывается настолько тяжёлой, что запросто перевешивает парня. Заметив это, Чонгук не может не хихикнуть, однако тут же принимается помогать, собирая самостоятельно все части воедино. И вот уже Чимин смотрит на воплощение своей детской мечты в реальность. Рождественская ёлка, ростом как он или даже немного выше. В груди растекается что-то тёплое и до ужаса приятное. Встав на ноги, парень щупает каждую ветку, словно не веря, что это всё не один сладкий сон. Чувства и эмоции сливаются в один большой всплеск и он не может справиться с ними. Буквально прыгая от счастья, Пак тянется за гирляндой, вновь присаживаясь на пол, но на этот раз чтобы начать наматывать ветку за веткой, заставляя ёлку светиться изнутри, словно она только что досталась им из сказки. Первые тридцать минут пара весело смеётся, подпевая песням на фоне и с энтузиазмом, максимально аккуратно наматывая росу. Но проходит часа, как первый моток гирлянды заканчивается, а готова лишь половина ёлки. Спина ужасно болит от постоянного положения вниз головой в скрюченном виде, затекшие кости хрустят при малейшем изгибании, а приятные голоса на фоне уже звучат как шум, из-за чего парни решают выключить плейлист. Всё это время Чимин педантично обматывал каждую веточку, следя, чтобы нити росы не натягивались, боясь, что так они могут порваться, но всему приходит конец и эстафета переходит в руки Чонгука. Тем более, что младший выше ростом и ему будет легче достать до вершины. Именно так успокаивает себя Чимин, распластавшись по полу, вытягивая затекшие конечности и наслаждаясь приятным хрустом. Усталость невольно берет вверх, парень хочет на время закрыть пощипывающие от боли глаза, но сам не замечает, как проваливается в сладкий сон, где ему кажется, что за окном снегопад, а он с любимым, усевшись возле украшенной ёлочки, наслаждается просмотром рождественских фильмов, попивая вино. Но всему приходит конец, и, открыв глаза, Чимин осознает, что давно находится в тёплой постели, а перед ним лежит Чонгук с оголенным торсом и внимательно наблюдает за тем, как хен постепенно отходит ото сна. — Любимый, ты ведь хочешь увидеть Белое Рождество? — Обыденным тоном спрашивает Чонгук, на что получает немного недоверчивый кивок. — Я могу показать тебе его. Одним взмахом скидывая с себя одеяло, Чон демонстрирует подкаченное, рельефное и полностью оголенное тело, заставляющее Чимина смущённо отвернуться. Руки парня тут же тянутся к гладким бедрам старшего, сжимая их, пока губы сливаются в поцелуе, постепенно переходя на нежную кожу шеи, оставляя после себя чуть покрасневшие следы, которые вскоре распустятся, словно бутоны роз. Плавно раздевая Чимин, Чонгук языком обводит каждое тату на его торсе, заставляя парня под ним мелко дрожать и выгибаться. Руки поднимаются всё выше, проникая сквозь короткие шорты, играясь с краями трусов. Мягко накрывая член, поглаживая сквозь ткань плавными движениями, Чонгук слышит первые, довольно тихое стоны любимого. Расцеловывая грудь Чимина, парень проникает под нижнее белье, начиная поглаживать саму плоть, чувствуя, как она постепенно твердеет в руках. Оставляя лёгкий поцелуй на соске брюнета, Чонгук останавливается, оставляя возбужденный член в покое, слыша недовольное мычание. — Милый, перевернись на живот, — целуя обиженно надутые губы старшего, ласково просит Чон, терпеливо дожидаясь, когда парень устроится поудобнее. Медленно снимая шорты вместе с трусами, Чонгук обнажает взору упругие ягодицы. Не в силах бороться с желанием, парень сжимает половинки в горячих руках, из-за чего Пак непроизвольно дёргается, пряча смущённое лицо за подушками. Потянувшись к тумбочке, Чонгук берет баночку лубриканта, который впоследствии выжимает на длинные пальцы, размазывая его и чуть согревая теплом своей кожи. Парень наклоняется, чтобы пристально следить за процессом и медленно ведёт средним пальцем вдоль промежности, смазывая и одновременно дразня старшего. Обводя колечко ануса, Чонгук начинает слышать так сладко ощущающиеся высокие всхлипы. Плавно вставляя средний палец, Чон сильнее наклоняется и касается разгоряченными губами тату старшего на спине. Расцеловывая каждую луну, пока пальцы продолжают разминать сжатое кольцо мышц, Чонгук наслаждается стонами, которые с каждым разом становятся всё громче и раскованнее. Растеряв смущение, Чимин больше не прячет своё лицо, наоборот впиваясь взглядом в сводящего его с ума парня и прося того о развязном поцелуе, пока движения рук всё продолжают ускоряться. Промычав прямо в губы любимого, Пак медленно начинает терять голову от обострившихся ощущений. Умоляющим взглядом смотря на Чонгука, парень ждёт, когда пальцы заменит что-то более крупное и обжигающе горячее. Разорвав поцелуй, Чон, державшийся из последних сил, наконец срывается с цепи. Устроившись между разведенных ног, парень приставляет предварительно смазанную головку ко входу, обводя анус по кругу и после медленно начиная входить. Чувствуя, как венистая плоть растягивает его сзади, Чимин цепляется руками за простынь, раскрыв губы в немом стоне, и выгибается в спине, желая почувствовать заполненность внутри себя. Сминая в руках ягодицы, Чонгук постепенно ускоряет темп, из-за чего кровать под ними жалобно скрипит, а простынь в руках Чимина сдирается с кровати, комкаясь в вспотевших ладонях. Мечась по постели, парень всячески старается зацепиться за что-нибудь, мучительно выстанывая от сладкой пытки. Возбуждение сосредотачивается внизу живота, из-за чего каждый толчок ощущается острее, чем обычно. Чимин, словно оголенный провод, где каждое движение может повлечь за собой искры. Обезумев, Чонгук срывается на бешеный ритм, обнимая старшего за талию, тем самым сильнее наседая и вдалбливаясь в податливое тело. Напряжение растёт, громкие шлепки тел разносятся по комнате, и крупицы удовольствия, накапливаемые на протяжении какого-то времени, выливаются в один поток экстаза. Запачкав простыни, Чимин обмякает в сильных руках, пока Чонгук медленно выходит из него. Тонкие струи белесой жидкости вытекают из чуть покрасневшего ануса, стекая по гладким бедрам, словно специально дразня Чонгука, желающего второго раунда. Практически вся ночь была бессонной, и на следующий день Чимин смог выбраться из постели только ближе к обеду. Проходя мимо окна, парень краем глаза замечает, как что-то белое быстро пролетает вниз. В недоумении всматриваясь, Пак видит крупные хлопья снега, постепенно образующие сугробы. А ведь получается, что Чонгук сдержал своё обещание...