Заметки на полях

      Уже несколько дней к ряду тело Вэй У Сяня просто чудовищно болело. Даже кожа реагировала на прикосновения так, словно испытывала сильнейший ожог, от чего он, совершенно не понимая, что вообще происходит, был готов лезть на стену. Лань Ванцзи же, его, с недавнего времени, обожаемый супруг, терзался еще сильнее него, переживая от того, что совершенно не может ему помочь. Не смогли помочь и целители. После проверки они лишь развели руками и сказали, что его тело растет, и что это нормально. Но о каком росте вообще может идти речь, если это тело уже шесть лет как переступило порог двадцатилетия? Давно уже не подросток. Какой еще скачок роста?       Однако делать было нечего, приходилось терпеть. Из беспокойства о нем, своем зяте, даже Лань Сичэнь временно вышел из уединения, чтобы позволить своему брату позаботиться о своем муже. Да даже Лань Цижэнь и тот как-то обеспокоенно поглядывал на него. А уж утята и того еще чаще прежнего заглядывали к ним в Цзинши, постоянно принося какие-нибудь мази, желая помочь. Честно, Вэй У Сянь всем им был искренне благодарен, однако боль от этого меньше не стала.       Не облегчали задачу и внутренние терзания. Это для всех вокруг него уже тринадцать лет прошло, и они успели остыть и успокоиться, но для него все это прошло совсем недавно. Он помнил осаду и все остальное так, словно это было вчера, и от этого становилось только хуже. И если раньше он мог отвлечься на физическую боль, делая небольшие надрезы на руках и ногах, то теперь, когда все его тело болело и горело так, словно его в лаву окунули, продолжать и дальше не имело никакого смысла, потому что боль и без того присутствовала. Постоянно.       Но однажды утром все начало проясняться.       Проснувшись как обычно, поздно утром, Вэй У Сянь с болезненным шипением сел в кровати и огляделся, тут же замечая сидевшего у стола супруга, читающего какие-то свитки.       - Лань Чжань, можешь, пожалуйста, принести мне воды? – Попросил он хриплым голосом.       Лань Ванцзи вздрогнул и оглянулся. Поднявшись, он взял чайник с водой и поспешил подойти к супругу, передавая чайник в его руки.       Когда Вэй У Сянь напился и с облегчением улыбнулся, передавая чайник обратно и смотря на мужа с благодарностью, тот, почему-то, замер, смотря на него с удивлением в глазах. Помахав перед его лицом рукой, Вэй У сянь спросил.       - Лань Чжань, ты меня пугаешь. Что-то случилось?       - Вэй Ин, - теперь голос был хриплым уже у Лань Ванцзи. – Твои глаза…       - М? Что не так с моими глазами?       - Они… изменились. Форма стала… прежней. Какой была у тебя когда-то. И цвет… он стал светлее, как прежде…       - О… ооо, - многозначительно протянул он, начиная понимать, что с ним происходит.       - Вэй Ин?       Вэй У Сянь ярко улыбнулся мужу, тут же болезненно зашипев из-за растяжения кожи.       - Все в порядке, Лань Чжань. Все хорошо.       Кивнув, Лань Ванцзи кинул на него еще один странно тоскливый взгляд и ушел обратно за стол, чтобы продолжить чтение.       Как он и подумал, в последующие дни все повторилось. Его рост стал выше, формы тела изменились, став крепче и гибче, чем было тело Мо Сюаньюя, волосы длиннее и гуще, а голос ниже и грубее, и однажды он проснулся с ощущением какой-то завершенности.       Поднявшись с кровати, Вэй У Сянь распахнул мантию у себя на груди, увидев на ней старый шрам от клейма Вэнь, а ниже… ниже, впервые за долгое время, за годы, на самом деле, он чувствовал как разгорается пламя. Его ядро, наконец, не просто сияло в дантяне, оно горело как и когда-то прежде. И пусть он не знал, как такое возможно, но был искренне этому благодарен, ведь теперь он точно сможет прожить рядом с лань Ванцзи долгие годы, не боясь постареть и уйти раньше него, вновь оставив скорбеть.       Нежно улыбнувшись, он поспешил надеть на себя недавно подаренные ему мужем черно-красные шёлковые одеяния, в честь увеличившегося роста, и стянув пряди за затылке алой лентой, поспешил выбежать из Цзинши. Ему не терпелось увидеть, как же отреагируют на изменения другие. Он очень старался все это время не выходить на улицу, а потому никто его, после начала трансформации, еще не видел.       И первыми, кого он встретил у себя на пути, были их с Лань Чжанем обожаемые утята, которые увидев его, натурально замерли.       - … Сычжуй, ты тоже это видишь?       Вэй У Сянь, помахал им рукой, ярко улыбаясь и поспешил подойти.       - А-Юань, Цзыньи, я наконец вас нашел! Вы не видели Лань Чжаня?       Лань Сычжуй отмер первым.       - Ба… Баба?       - Да, моя маленькая редиска, -Вэй У Сянь тепло улыбнулся и распахнул объятия, принимая ринувшегося к нему юношу, и нежно прижимая его к себе. – Ну-ну, что ты, все ведь хорошо.       - Я так переживал, что с тобой может что-то случиться…       - А оно и случилось. Просто хорошее, - произнес Вэй У Сянь в макушку сына, нежно поглаживая его по спине.       - Старший Вэй, это правда вы? – Нерешительно произнес Цзыньи.       - А кто еще это может быть? Конечно я.       - Просто вы такой… красивый. Вэй У Сянь на это замечание расхохотался, привлекая к себе внимание всех, кто проходил мимо него.       - Конечно красивый. Я, к твоему сведению, занимал четвертое место среди молодых господ своего поколения.       А потом он услышал голос, зовущего его Лань Ванцзи и обернулся. На лице его мужа было такое тоскливо-любящее выражение, что Вэй У Сянь, выпустив из объятий сына, тут же ринулся к нему, обвивая руками крепкую шею. Теперь они были почти одного роста.       Смотря в любимые глаза, он прошептал:       - Ну что, гэгэ, готов провести со мной вечность?