Каштанчик

— Ты знаешь, что выглядишь чертовски сексуально? Феликс шепчет на ухо, пуская по коже лёгкие мурашки, и сразу прикусывает мочку, захватывая губами серёжку. Руками ведёт по чужому телу, пробираясь под сценический костюм, и гладит по влажной от пота коже, продолжая тихо мурчать. — Как человек может выглядеть настолько шикарно с любой причёской? — тихий стон срывается с чужих губ, заставляя усмехнуться. — Безумие… — Ты заставляешь меня краснеть, малыш… Хёнджин смотрит в чужие глаза, ловя лукавую улыбку. Он прижимает младшего ближе к себе, заставляя обвить ногами торс, и спешно целует, сразу сплетая языки. Обнимает за обнажённую талию, пока Ли, уже по привычке, хочет зарыть пальцы в чужие длинные волосы, глуша в поцелуе обречённый стон. — Теперь даже ухватиться не за что… — Я могу найти другое применение твоим рукам, Боки. Хван тихо смеётся, когда младший корчит недовольное лицо, а после перехватывает его маленькие ладони, поочерёдно целуя тыльные стороны. Феликс счастливо улыбается, смотрит мягко, но с явным желанием, и его веснушки, сегодня не сильно замазанные тональником, становятся особенно хорошо видны. В гримёрке пусто, немного прохладно и сумрачно. На диванах разбросаны чьи-то вещи, гаджеты и гарнитура. Свет падает только от подсветки одного из зеркал, которое парни включили, чтобы видеть хотя бы лица друг друга. За дверью, в коридоре, слышатся чьи-то шаги, негромкие голоса, смех, но Хван смотрит только на любимое лицо напротив, мягко поглаживая по щеке и вновь целуя. — Мне теперь как-то неловко даже… — шепчет Феликс, когда Хёнджин покрывает поцелуями его шею. — Ты выглядишь как старшеклассник… — Это комплимент? — хрипло смеётся старший, прикусывая кожу возле ключицы. — Если да, то тебе стоит ещё поучиться их делать. Ли только фыркает на это, сразу же срываясь на тихий стон, когда чужие ладони оглаживают грудь, задевая соски. Хёнджин спускается поцелуями по телу парня, прикусывая один сосок и играясь длинными пальцами с другим, оставляет красный след возле рёбер, обводит языком каждый кубик пресса, останавливаясь у края штанов. — Хэй… — Ёнбок зовёт совсем тихо, и старший отрывается от расстёгивания молнии, возвращаясь к его лицу. — Всё в порядке, малыш? — Хван трётся своим носом о чужой, после чмокая в самый кончик. — Хочешь остановиться? Младший лишь качает головой, затягивая в новый поцелуй. Крепко обнимает руками за шею, чувствуя губами чужую улыбку, и пару раз проводит по волосам, не сдерживая мягкий смешок. — Я очень тобой горжусь, ты знаешь? — Хван нежно целует чужую полуулыбку. — Ты сделал то, что хотел. Как и всегда, в общем-то. — Эй, не я один резко изменился, — хмыкает старший, накручивая на палец чужие волосы. — Я давно хотел снова увидеть тебя брюнетом. Это сексуально. — Заводит, да? — смеётся Ли, вновь кусая за мочку уха и спускаясь поцелуями по шее парня. — Безумно… Старший тихо стонет, чувствуя чужие губы на шее, а руки – на теле. Проворные пальцы пересчитывают рёбра, щекочут живот и сжимают ягодицы, пока на шее и ключицах остаётся всё больше маленьких красных пятнышек. Хёнджин на ощупь расстёгивает молнию на чужих штанах, ловко пробираясь под бельё и доставая влажный от смазки член младшего. Дорожка поцелуев начинается от губ, постепенно стекая ниже по телу и оставляя за собой влажный след из слюны и засосов, пока язык не касается головки под чужой протяжный стон. Старший вылизывает каждую венку, одной рукой придерживая член у основания, а второй сильно сжимая чужое бедро, когда младший начинает двигаться навстречу. — Хён… — Ли стонет тихо, прикусывая губу, чтобы точно не услышали. — М? — Хван отрывается от своего занятия, смещая поцелуи на торс, пару раз сильно прикусывая кожу и срывая с чужих губ стоны. — Мы так давно не занимались сексом вне дома… Просто дай мне насладиться тобой. — У нас не так много времени… — Феликс гладит парня по голове, наслаждаясь тем, как кожи касаются чужие волосы, — мемберы будут ждать… — Знаю… — Хёнджин кусает кожу возле соска, чувствуя, как выгибается тело под ним, — но ничего не могу поделать. Младший стонет чуть громче, когда лёгкая боль от укуса отдаётся в районе ключицы. По красному следу тут же проходится чужой язык, будто извиняясь за боль, и лёгкие поцелуи быстрой дорожкой доходят до губ. Ли улыбается, отвечает с той же страстью и нежностью, лаская чужое влажное тело под рваные вздохи. — Чёрт… — тихо выдыхает старший, когда чужие пальцы касаются бугорка в штанах, — Боки… — Ты потрясающе выглядишь, хён, — мурлычет Ли, прикусывая шею парня и продолжая водить ладонью по возбуждению. — То, каким ты был на сцене… Это безумно горячо. — Я заметил. Ведь ты затащил меня сюда, не дав даже воды глотнуть, — тихо смеётся Хван, водя по чужому члену ладонью. — Так сильно возбудился, малыш? — Такое вполне естественно, если твой парень – Хван Хёнджин, — стонет младший, утыкаясь носом в чужое плечо и хрипло смеясь. — Не буду отрицать. Мне самому, знаешь ли, грех жаловаться. Хван ускоряет движения под тихие стоны и просьбы, почти мольбы. Чужая ладонь продолжает водить круги вокруг бугорка, поглаживать, явно дразня, поэтому старший выцеловывает чужую шею, кусая за ухо. Ёнбок стонет громче, двигает бёдрами, елозя на столе, и, кажется, роняя несколько тюбиков с помадой, а Хёнджин лишь усмехается ему в шею, терзая нежную кожу. — Хён… — младший шепчет на ухо, мягко целуя возле мочки, — пожалуйста… — Вау, тебя так заводят короткие волосы… — тихо смеётся старший, ускоряя движения руки и цепляя зубами серёжку. — Подстригся бы раньше, если б знал. — Это возбуждает, только если это ты… — отзывается Ли, с громким стоном кончая в чужую ладонь. Хван смеётся громче, гладит парня по спине, помогая ему прийти в себя, шепчет что-то бессвязное и нежное, пока младший не притягивает его ближе, крепко целуя. Цепляется за короткие волосы, насколько это возможно, сжимая их в ладонях, и скрещивает ноги за чужой спиной, прижимаясь сильнее. Хёнджин целует в ответ, мягко гладит по голове и спине, зарывая пальцы в тёмные волосы, и тихо стонет, когда маленькая ладонь возвращается на прежнее место, поглаживая. Член почти болезненно трётся об одежду, и парень понимает, что ему нужно совсем немного. — Боки… — Ли тихо смеётся, целуя в щеку, — не издевайся… — Как скажешь, каштанчик… Хёнджин даже не успевает что-то сообразить или задать вопрос, как чужая рука ускоряется, подталкивая к оргазму. Тело содрогается, мелкая дрожь прошибает конечности, и парень также кончает с громким стоном, быстро заглушённым поцелуем. — Люблю тебя... — совсем тихо говорит Хван, выдыхая в самые губы. — Взаимно, каштанчик. Хёнджин устало улыбается, получая мягкий поцелуй в щёку, и замолкает на пару минут, расслабляясь в чужих руках и приходя в себя. — Хэй, всё хорошо? — Ли, как всегда, волнуется, мягко поглаживая по голове и целуя у виска. — Разве с тобой может быть иначе? Они молчат ещё немного, вслушиваясь в тишину комнаты и дыхание друг друга. Хван тихо сопит в плечо младшего, прикрыв глаза, и медленно гладит его по спине. Феликс иногда невесомо касается губами чужого виска и гладит по волосам, рассматривая серёжки в чужом ухе. — Скажи это ещё раз, — вдруг подаёт голос старший, не отлипая от чужого плеча. — Что? — Как ты назвал меня… — мычит в шею Хван, касаясь кожи губами. — Пожалуйста… — Каштанчик, — с усмешкой отзывается Феликс, потираясь носом о висок парня, — мой каштанчик...