Burn and Fire

Хёнджин остановился в небольшом отеле на окраине города. Комната была простой: кровать с жёстким матрасом, деревянный стол и единственное окно, из которого открывался вид на улицы города. Здесь было душно, даже несмотря на магический барьер, который Хёнджин использовал, чтобы уменьшить влияние жары. Но физический дискомфорт не волновал его — в голове не умолкал поток мыслей о Феликсе. Он сидел на краю кровати, скрестив руки на коленях, и смотрел в пол. В его мыслях крутились образы: Феликс, его веснушки, тёплая улыбка, глаза, полные огня и доброты. Где он? Почему он исчез? Что могло с ним случиться? Хёнджин прокручивал в голове возможные варианты, начиная от того, что Феликс мог быть занят учёбой, до самых худших сценариев, где он мог оказаться в беде или пострадать. Его рука инстинктивно потянулась к браслету на запястье — простому украшению, которое он носил с детства. Хёнджин не понимал, почему этот момент так волнует его, но он знал одно: ему нужно найти Феликса. Когда за окном стемнело, город погрузился в тишину. Хёнджин лёг на кровать, закрыв глаза, но сон не приходил. В голове был только Феликс. Хёнджин вспомнил их вечера под дубом, как Феликс смеялся, как они играли с Джеффом, как его слова давали чувство свободы, которой Хёнджин никогда не знал. Он вздохнул, перевернувшись на бок, и посмотрел в окно. Ночь в Огненном королевстве была тёмной, но с лёгким красноватым отблеском от костров и огней. Завтра он продолжит поиски, и не важно, сколько это займёт времени. Хёнджин знал, что не сможет вернуться, пока не найдёт Феликса. На следующее утро Хёнджин проснулся с ясной мыслью: ему нужно попробовать что-то новое. Вспоминая уроки с отцом, он вдруг припомнил заклинание, которое использовали мастера магии в экстремальных условиях. Это заклинание не просто защищало от внешнего воздействия, но и синхронизировало энергию мага с окружающей средой, позволяя ему чувствовать себя частью пространства, а не чужаком. Хёнджин сел на кровати и сосредоточился. Он вытянул руки вперёд, закрыв глаза, и начал нашёптывать слова, которые учили его ещё в детстве. Заклинание требовало предельной концентрации и силы воли, но он был готов к этому. Сначала он почувствовал лёгкое тепло, окутывающее его тело, а затем оно стало перерастать в нечто большее. Энергия, похожая на лёгкий ветер, начала танцевать вокруг него, обволакивая его словно невидимая мантия. Когда Хёнджин открыл глаза, он почувствовал, что жара больше не обжигает его кожу. Он ощущал лёгкость и уверенность, словно воздух вокруг больше не пытался вытолкнуть его из этого места. Теперь он мог передвигаться быстрее и незаметнее, а главное, сохранять силы. «Идеально», — подумал он, чувствуя, как магия переплетается с его сущностью. Собравшись, он накинул плащ, чтобы выглядеть как обычный путешественник, и вышел из отеля. Ему предстояло продолжить поиски, но теперь у него было небольшое преимущество. Хёнджин чувствовал, что с этим заклинанием он сможет преодолеть любые трудности. Он отправился к центральной площади города, надеясь найти хотя бы одну подсказку о Феликсе. Его цель была ясна, и он не собирался сдаваться.

***

На центральной площади Хёнджин ходил от одного человека к другому, задавая один и тот же вопрос: знает ли кто-нибудь Ли Феликса? Большинство лишь качали головами, не понимая, о ком речь, но один человек, стоявший у стенда с лекарственными зельями, остановился и внимательно посмотрел на него. — Ли Феликс? — переспросил мужчина. — Вы говорите о принце? — Принце? — Хёнджин замер, не веря своим ушам. Мужчина, представившийся как Бан Чан, частный медик короля и королевы Огненного королевства, кивнул. — Да, принце Ли Феликс. Сейчас он находится в госпитале дворца. Он перенёс серьёзное магическое истощение из-за неконтролируемой магии. — Бан Чан сделал паузу, взглянув на лицо Хёнджина, полное растерянности. — Ты, похоже, не из нашего королевства. Кто ты ему? Хёнджин не сразу нашёлся с ответом. В голове всё смешалось. Феликс — принц? И он в больнице? Всё, что Хёнджин знал о Феликсе, внезапно перевернулось. Но он быстро взял себя в руки. — Я... просто друг, — коротко сказал он, опустив глаза, чтобы скрыть волнение. Бан Чан внимательно посмотрел на него, но не стал задавать лишних вопросов. — Если ты хочешь увидеть его, тебе придётся получить разрешение. Простым посетителям доступ в госпиталь закрыт. Хёнджин кивнул, но внутри он уже решился: ему нужно попасть к Феликсу, несмотря ни на что. Он не мог оставить друга в таком состоянии, даже если это означало риск. — Сильно ли он болен? — спросил Хёнджин, стараясь удержать дрожь в голосе. Бан Чан вздохнул, взглянув на юношу с лёгким сожалением. — У него ожоги по всему торсу, но они первой степени. Феликс сильно переусердствовал с магией, поэтому оказался в таком состоянии. К счастью, это не смертельно, и через пару недель он сможет покинуть госпиталь. Хёнджин почувствовал облегчение, но оно смешивалось с тревогой. Он представил, как Феликс лежит на больничной койке, страдая от боли. Его сердце сжалось. — Вы уверены, что с ним всё будет в порядке? — Хёнджин пристально посмотрел на Чана, его синие глаза были полны беспокойства. Чан слегка улыбнулся, как бы успокаивая: — Да, я лично за ним слежу. Он сильный парень, принц справится. Но ему нужно время и покой, чтобы полностью восстановиться. Хёнджин кивнул, но мысли о том, что Феликс страдает в одиночестве, не отпускали его. Он понимал, что должен увидеть его, хотя бы чтобы убедиться, что с ним всё в порядке. — А можно ли передать ему записку? — тихо спросил Хёнджин, его голос дрожал от смеси волнения и надежды. Бан Чан, который внимательно смотрел на юношу, вдруг улыбнулся. В его глазах читалась доброта, словно он понимал, что это важно для Хёнджина. — Конечно, можешь написать. Я передам, — сказал он, доставая из кармана небольшую записную книжку и карандаш. Хёнджин благодарно кивнул и тут же сел за ближайшую скамейку. Он долго смотрел на пустую страницу, подбирая слова. Рука дрожала, но он, наконец, начал писать: "Феликс, Я узнал, что ты здесь, и волнуюсь за тебя. Надеюсь, ты скоро поправишься. Если тебе что-то нужно или ты хочешь поговорить, знай, что я всегда рядом. Пожалуйста, не теряй свой дух. Твой друг, Хёнджин." Он аккуратно свернул записку и передал её Чану. — Спасибо, — с искренностью сказал Хёнджин. Бан Чан принял записку, глядя на юношу с лёгкой улыбкой. — Не переживай, я обязательно передам её ему. Ты хороший друг. Хёнджин смотрел вслед медику, пока тот не скрылся в толпе. Теперь ему оставалось только ждать.

***

После того как Бан Чан ушёл с запиской, Хёнджин остался стоять посреди площади, словно весь мир вокруг потерял краски. Его мысли путались, чувства переполняли, но он не знал, как выразить их словами. Он чувствовал облегчение от того, что узнал о состоянии Феликса и что ему не угрожает смертельная опасность. Но вместе с этим нарастала тревога — две недели без встречи с ним казались вечностью. Что если Феликс всё ещё страдает? Что если ему больно, а он, Хёнджин, ничем не может помочь? «Почему я так волнуюсь? Почему мне так важно, чтобы он был счастлив?» — эти вопросы крутились в его голове, но ответы казались одновременно очевидными и пугающими. Он вспомнил, как Феликс смеялся, как его глаза сияли, когда он говорил с Джеффом, и как мягким голосом пытался утешить Хёнджина. Эти образы были настолько яркими, что сердце защемило. «Я скучаю по нему», — наконец признал он про себя. Его душа была наполнена смесью волнения, страха и тихой надежды. Впервые в жизни он чувствовал, что кто-то настолько важен для него, что готов ради этого человека преодолеть любую опасность. Хёнджин вздохнул, подняв голову к небу, которое в этом королевстве было ярким и жарким, не таким, как его родное. «Я дождусь тебя, Феликс», — пообещал он себе.

***

Хёнджин сидел на скамейке до самого вечера, не сводя взгляда с величественного силуэта замка Огненного королевства. Лёгкий ветерок не приносил прохлады в этой жаркой земле, но Хёнджин едва замечал это. Его мысли были полностью поглощены одной фигурой — Феликсом. «Феликс... принц», — снова и снова повторял он про себя, не веря до конца. Этот факт поражал его, как гром среди ясного неба. Феликс никогда не говорил об этом, никогда не намекал. Он был просто Феликсом — парнем с веснушками, яркими глазами и мягким смехом. Тем, с кем Хёнджин чувствовал себя живым. Теперь, зная правду, Хёнджин ощущал, как между ними словно выросла невидимая стена. Он был сыном магов, но не из королевской крови. А Феликс... Феликс был частью чего-то великого, недосягаемого. И всё же... он скучал. Скучал по их разговорам под дубом, по тому, как Феликс искренне смеялся над его шутками. По тому, как они играли с Джеффом, или как Феликс тихо поддерживал его, положив руку на плечо. Хёнджин впервые в жизни позволил себе признать то, что он так долго отрицал: он влюбился. И эта любовь пугала его своей глубиной. «Почему ты не сказал, что ты принц?» — думал он, глядя на темнеющий силуэт замка. Его сердце разрывалось от тоски. Он скучал так сильно, что казалось, что этот огонь в груди способен выжечь его изнутри. «Феликс...» — только это имя звучало в его мыслях, пока на небе не появились первые звёзды.

***

Хёнджин брёл по улице, едва замечая окружающее. Жаркий воздух, свет фонарей и шум города казались приглушёнными, словно всё вокруг происходило в другой реальности. Его сердце было пустым, но в то же время переполненным единственной мыслью — о Феликсе. Каждый его шаг был словно отголоском чего-то потерянного. Он думал о том, что, вероятно, родители уже начали искать его. Их беспокойство, их гнев — всё это должно было его волновать, но в этот момент он просто не мог думать о них. «Феликс... Почему ты не сказал ничего? Почему ты ушёл без объяснений?» — эти вопросы звучали эхом в его голове. Образ Феликса, его веснушки, яркие глаза, добрый голос — всё это стало частью Хёнджина. Эти воспоминания пронизывали его сознание, не давая покоя. Он видел Феликса во всём: в отблеске огней на окнах, в мягком дуновении ветра, в каждом тёплом луче света. Когда Хёнджин наконец добрался до гостиницы, он чувствовал себя истощённым. Его ноги дрожали, голова была тяжёлой от множества мыслей. Закрыв за собой дверь, он прислонился к стене и глубоко вздохнул. «Я не могу забыть тебя... Я даже не хочу», — подумал он, проводя рукой по волосам. Лёжа на кровати, он смотрел в потолок, гадая, что ему делать дальше. Ему хотелось всё бросить, ворваться в замок и увидеть Феликса, но он знал, что это невозможно. Феликс стал частью его сердца, частью его жизни. И даже если он сейчас далеко, Хёнджин был готов ждать столько, сколько потребуется. Лежа на кровати, Хёнджин чувствовал, как его мысли становятся всё более запутанными. Феликс... Что же такого особенного было в этом парне? Почему именно он смог проникнуть за те стены, которые Хёнджин выстраивал годами? Он задумался: был ли это Феликс, который делает его другим, более открытым, живым? Или же это он сам меняется, чтобы соответствовать Феликсу, чтобы быть рядом с ним? «Что это за магия, Феликс?» — мысленно спросил он, глядя в потолок,ведь никогда не видел такой магии. Хёнджин никогда раньше не чувствовал ничего подобного. С другими он был холодным, отстранённым, держал дистанцию. А с Феликсом... С ним всё было иначе. С ним Хёнджин мог смеяться, быть уязвимым, даже позволять себе мечтать. «Или дело не во мне?» — подумал он. Возможно, это Феликс был таким особенным. Его искренность, его доброта, его способность быть собой, несмотря на все трудности, притягивали Хёнджина. Возможно, дело было в том, что Феликс позволял ему быть свободным. Хёнджин сжал кулак, чувствуя, как его сердце наполняется теплом. «Ты особенный, Феликс... Но ты делаешь и меня другим. Ты даёшь мне быть собой», — наконец понял он. Эти мысли были пугающими, но в то же время удивительно утешающими. Феликс стал для него чем-то больше, чем другом, больше, чем просто человеком. Он был тем, кто открыл дверь в мир, где Хёнджин мог чувствовать и жить по-настоящему.

***

Бан Чан вошёл в палату, его шаги почти не нарушали тишины. Принц Феликс лежал на большом, мягком ложе, его лицо всё ещё было слегка бледным, но признаки боли начали отступать благодаря лечению. В комнате царил покой, стены, украшенные тёплыми тонами, и мягкие кресла вокруг, создавали атмосферу уюта. Несмотря на все удобства, Феликс не чувствовал себя здесь дома. Он скучал. Скучал по своему обычному миру, где мог быть свободным,в лесу. Бан Чан подошёл к кровати и, как всегда, поклонился, наклонив голову в знак уважения. Его взгляд был спокойным, опытным. Он был частным медиком, который уже давно присматривал за здоровьем принца, и знал, как важно в такие моменты поддерживать не только физическое состояние пациента, но и его душевное равновесие. — Ваше Высочество, — начал он тихо, — как вы себя чувствуете сегодня? Феликс слегка приподнял голову с подушки и встретил взгляд врача. Его глаза, несмотря на усталость, были полны благодарности. — Я чувствую себя лучше, Бан Чан, — ответил он, слабо улыбаясь. — Боль ушла, и я уже могу немного двигаться. Бан Чан молча кивнул и аккуратно положил руку на лоб Феликса, проверяя его температуру. Затем он отступил и внимательно оглядел принца. — Рад это слышать, Ваше Высочество, — сказал он, — но я рекомендую ещё несколько дней постельного режима. Ваши ожоги на ногах и руках, хоть и не сильные, всё равно требуют времени для полного заживления. Феликс вздохнул, понимая, что, возможно, ещё придётся некоторое время оставаться в этом замкнутом мире. Он привык к свободе, к жизни, где ему не нужно было скрывать свои чувства и желания. Но сейчас, в этой палате, он чувствовал себя скованно, как в клетке. И всё же... он не мог не замечать, что хотя бы здесь он чувствует себя немного в безопасности. — Я понял, — ответил Феликс, его голос был тихим, но твёрдым. — Я буду следовать вашим рекомендациям. Бан Чан снова кивнул, но его лицо стало немного мягче. Он заметил, что принц выглядит несколько подавленным, но решил не обращать на это внимания. Он привык к таким состояниям у Феликса, ведь тот был не просто принцем — он был человеком, а значит, не всегда мог справляться с тяжёлыми обстоятельствами. С этим в руках Бан Чан протянул Феликсу маленькую свёрнутую записку. — Вот, Ваше Высочество, — сказал он, — записка от одного из ваших... знакомых. Я был поручен передать её вам. Феликс, слегка удивлённый, принял записку. Он открыл её, его пальцы слегка дрожали, когда он расправил края бумаги. Внутри было несколько строк, написанных аккуратным, почти идеальным почерком. "Феликс, Я узнал, что ты здесь, и волнуюсь за тебя. Надеюсь, ты скоро поправишься. Если тебе что-то нужно или ты хочешь поговорить, знай, что я всегда рядом. Пожалуйста, не теряй свой дух. Твой друг, Хёнджин." Феликс затаил дыхание. Он читал эти строки несколько раз, пытаясь осмыслить их, но его сердце уже забилось быстрее. Он не мог поверить, что Хёнджин... Хёнджин нашёл его. Он думал, что тот не придёт, что их встреча в лесу была на время. Но теперь, когда он читал эти слова, в его душе расцвела надежда. Внезапно его глаза наполнились слезами, и он быстро вытер их, чтобы не показывать слабость перед врачом. Но сердце, которое давно было заковано в цепи обязанностей и роли принца, теперь почувствовало свободу. Он не мог объяснить, почему эти слова так сильно тронули его, но они заставили его вспомнить тот вечер в лесу, когда он был просто собой. Когда он мог быть рядом с тем, кто принимал его таким, какой он есть. Бан Чан, заметив перемены в выражении лица Феликса, спокойно сказал: — Это всё, Ваше Высочество. Если вы хотите отдохнуть, я могу оставить вас на некоторое время. Феликс кивнул, всё ещё не в силах оторвать глаз от записки. Он хотел что-то сказать, но не знал, как выразить свои чувства. — Да, оставьте меня на некоторое время, — тихо произнёс он. — Спасибо вам, Бан Чан. Бан Чан, не задавая лишних вопросов, тихо покинул палату, оставив принца в одиночестве. Когда дверь закрылась, Феликс остался с мыслями о Хёнджине. Он не знал, что будет дальше, но одно было очевидно — эти несколько строк изменили его жизнь.