x -> ∞

Июнь 2056 г.

ㅤ       – Желаете кофе? – произнесла Мария вслух, изображая образцово обходительные интонации Эрин, и тут же, бросив встревоженный взгляд на дверь, покачала головой. Что за ребячество.       Она перевела взгляд на часы. Близится полночь. Самое время для кофе. Не для того, чтобы взбодриться, это не имело смысла, учитывая бессонницу последних месяцев, скорее по сложившейся за годы работы допоздна привычке. За семь лет практически постоянного присутствия в её жизни Эрин Найт научилась читать её неозвученные намерения, и это было не только весьма удобно, но и весьма опасно.       Ещё при первых попытках начать политическую деятельность много лет назад, Мария твёрдо осознавала, что люди делятся на две категории: те, кто предадут при первой возможности и те, кто предадут, когда им предложат достаточную цену. Какая цена будет достаточна для Эрин Найт? Когда и кем эта цена будет ей предложена? Президентке не по статусу было обладать наивностью, позволяющей ожидать, что с победой на выборах все опасности будут позади, но сейчас Мария ощущала свою позицию даже более уязвимой, чем прежде. Раньше ненависть была направлена ей в лицо, теперь же она расстилалась под ногами вежливыми приветствиями, дипломатическими подарками и комплиментами её грамотным решениям. Одновременно, следуя образу лидерки, заслуживающей доверие своего народа, она должна была отвечать ему взаимностью. Поэтому Мария не настаивала всерьёз на том, чтобы Ана ходила с охраной. Поэтому отказалась от кортежей сопровождения и личных вертолётов, в качестве защиты оставив бронированный автомобиль и сокращённую до минимума службу охраны президентки с Эрин Найт как прежде, в качестве руководительницы, а также её личной телохранительницы, водительницы и незаменимой исполнительницы других ценных функций. И, кажется, все, включая её сестру, считали, что она добилась абсолютного, максимально возможного успеха, не задумываясь о том, что победу важно не только завоевать, а удержать, и здесь, на этом этапе, ведётся настоящая борьба, только, в отличие от предыдущих уровней, скрытая из виду. Если она хочет выиграть и эту схватку, недостаточно просто осторожности, нужно знать, прогнозировать, предвосхищать. И быть готовой к предательству. Но пока Эрин сохраняет привычную вежливую обходительность: не заявляет, что не получала распоряжений зайти, а принимает ответственность на себя, более того, предугадывает её желание побеседовать лично.       "Почти месяц прошёл", – перечитала Мария и своё сообщение и снова покачала головой. Выглядит, будто она считала дни. Она не считала, конечно, но каждый день без Эрин давался куда сложнее. С человеком, умеющим понимать буквально с одного взгляда, работать гораздо удобнее. А Эрин обеспечивала ей не только комфорт, но и защиту. Быть может, цена её предательства окажется слишком высокой для тех, кто будет готов платить. Быть может, пока, она ещё в безопасности. ㅤ       Сегодняшний день состоял из событий в разной степени беспокоящих, начиная с рассмотрения доклада департамента экономики с ожидаемой отрицательной динамикой за полугодие куда выше предсказуемой, продолжая первыми телефонными переговорами с новой главой Эланты Лидией Верден, по итогу которых Мария поняла, что найти решение, удовлетворительное для обеих сторон, будет сложнее, чем она планировала, и завершая новостью о грядущей свадьбе сестры и том, что она держала свои отношения в тайне от неё целый год. К этой новости Мария не знала, как отнестись, пока не поговорит с Эрин, поэтому предложение кофе выглядело как весьма приятным завершением сложного дня, так и крайне своевременным. Разумеется, в рабочем кабинете президентки страны была кофемашина. Разумеется, она не требовала бытового обслуживания от других женщин, работающих с ней, но Эрин предлагала сварить ей кофе добровольно. Не только сегодня, а почти каждый день прежде. И, как надеялась Мария, каждый день, когда вернётся на своё место.       Мария ещё раз посмотрела на часы и уже не отрывала взгляда от циферблата. Через два оборота длинной стрелки в дверь постучали.       – Добрый вечер, госпожа Кортес, – легко поклонилась Эрин.       Мария рассматривала визитёрку так, словно не видела несколько лет, а не недель. Эрин выглядела как всегда сосредоточенной, внимательной и внушающей успокоение одним своим присутствием и взглядом светло-серых глаз под чуть нахмуренными бровями. Разве что вместо привычного костюма на ней были джинсы, рубашка и лёгкая куртка, в подобной одежде Мария видела её лишь дважды, семь лет назад. Несколько раз за последние годы она предлагала Эрин отказаться от костюмов, перейдя на свободную форму одежды и, подтверждая, что это не распоряжение, а лишь предложение, получала вежливый отказ. К лучшему, пожалуй. Тогда как костюм словно сдерживал, приглушал её, повседневная одежда лишь подчёркивала исходящую от неё энергию опасности для любой угрозы, готовой встать на пути.       Поймав её взгляд, Эрин произнесла:       – Прошу прощения за мой неформальный вид, госпожа Кортес. Я приготовлю кофе в течение пяти минут.       – Не спешите, Эрин, сядьте, – остановила её Мария, всё ещё не отрывая взгляда.       Эрин кивнула и заняла место за столом.       – Ана рассказала мне, что встречается с Эмили Волф и собирается на ней жениться. Вам об этом известно?       – Да, госпожа Кортес, – снова кивнула Эрин.       – Как давно?       – Ана сообщила мне о планах на свадьбу во вторник.       – Хорошо, – задумчиво проговорила Мария.       Она ровным счётом ничего не знала об Эмили Волф. Не помнила даже, как она выглядит, хотя была знакома с ней лично. Довольно многие мероприятия за последние несколько лет, на которых Мария уговаривала, убеждала, требовала присутствовать сестру, Ана посещала в компании Эмили Волф, и тем не менее Марии требовалась помощь, чтобы мысленно представить себе Эмили как человека, как женщину, обладающую личностными особенностями и чертами характера. Как будущую жену её сестры.       – Я знаю, что вы не вправе рассказывать о том, что видели, пока наблюдали за моей сестрой, но вы можете рассказать мне об Эмили Волф. Какая она?       Эрин ненадолго задумалась.       – Честность, обострённое чувство справедливости, приверженность ценностям гуманизма и пацифизма, высокий эмоциональный интеллект, желание помогать и быть полезной. Малая схожесть с сестрой.       – Судя по вашей характеристике, она святая, – недоверчиво проговорила Мария, особенно обрадовавшись последней реплике, хотя и понимая, что сказана она специально для неё.       Эрин на секунду перевела взгляд на часы, смахнула пальцем то ли сообщение то ли вызов, и вернулась к разговору.       – Эмили Волф – хороший человек.       – Я боялась, что Ана женится на Алекс Волф, – помолчав, признала Мария.       Это и было причиной, по которой она элементарно не видела, не замечала Эмили Волф как отдельного человека, воспринимая в ней лишь фамилию. Её сестра однажды сбежала из её дома, их общего дома, ради одного только желания расследовать вымышленную смерть или почтить память Алекс Волф. Что ещё Мария могла подумать? Что те же чувства, которые заставили Ану покинуть безопасный дом и отправиться зимней ночью через лес в поисках некой незадачливой полицейской, якобы спасшей ей жизнь, проследуют за ней через года, зачем иначе ей продолжать жить на одной территории как не из желания быть рядом. Что ж, она верно поняла мотивы, но ошиблась с именем женщины, которую выбрала Ана.       Выходит, она была несправедлива к Алекс, все эти годы воспринимая её как угрозу своей семье, обвиняя, не в лицо, конечно, но мысленно, в причинении вреда Ане, пусть ненамеренном. А сестрёнка просто оказалась умнее, выбрав, по словам Эрин, честную, справедливую и добрую партнёрку. Сколько они уже живут вместе? Четыре с половиной года. Довольно долго. Возможно, у одних романтические процессы происходят быстрее, у других медленнее, а у иных, – вовсе замирают, замораживаются. Возможно, кому-то, вне зависимости от политического или иного статуса, это просто недоступно.       – Алекс Волф не из тех, кто женится, госпожа Кортес, – сказала Эрин, отвечая, как она это умела, одновременно на её реплику, озвученную вслух и неозвученные мысли.       – Как вы? – задумчиво спросила Мария, всё ещё размышляя о женщинах с разными чертами характера, взглядами и потребностями и о том, что слишком отдалилась от сестры, точнее, так и не сблизилась с ней достаточно, а услышав собственный вопрос, замерла.       Трёхчасовой сон и наполненный напряжёнными событиями день берёт своё. Столь грубое нарушение границ с её стороны ничем более не объяснить. Она подняла руку, желая исправить ситуацию.       – Простите, Эрин. Я перешла границы. Ваша частная жизнь меня не касается. Вам не нужно отвечать.       Эрин не изменила спокойного выражения лица, лишь вежливо кивнула.       – И я готова выпить кофе, который вы мне предлагали.       Несколько минут спустя Эрин поставила на стол кружку с горячим кофе и Мария, глубоко вдохнув, улыбнулась.       – Только вы умеете добавлять лавандовый сироп в идеальной пропорции. Это ваш фирменный секрет?       – Секрет в засушенной лаванде, которая обжаривается вместе с кофейными зёрнами, никакого сиропа. Я могу составить для вас рецепт и точный список ингредиентов.       И лишиться возможности получать неповторимый кофе? Мария покачала головой и сделала маленький глоток, на пару секунд прикрыв глаза. Взяв паузу на ещё несколько глотков медленно остывающего кофе, она вернулась к стоящим перед ней как президенткой и как сестрой задачам.       – Вам придётся взять на себя обеспечение безопасности на свадьбе, как только Ана сообщит, когда и как хочет её провести. И согласовать это с моим графиком предвыборного турне.       – Разумеется, госпожа Кортес, я всем займусь.       Мария снова помолчала.       – Это всё, что вы готовы мне сообщить? Я знаю, что в сейфе моей приёмной лежит запечатанный конверт для вас с грифом "секретно". Лежал, ведь вы, вероятно, забрали его днём.       – Я хотела бы убедиться в достоверности информации, чтобы не распространять ложные сведения.       – И всё же. Поделитесь со мной тем, что узнали. Я подтверждаю, что согласна получить непроверенные данные.       Эрин снова на мгновение взглянула на часы.       – Вы перестанете это делать, чёрт возьми? – вспылила Мария. – Я жду ответа на вопрос.       – Прошу прощения, госпожа Кортес, – кивнула Эрин, убрав руку со стола.       – Там что-то срочное?       – Нет. Организационные вопросы с командой.       – Тогда я вас слушаю.       – Согласно предварительной информации, полученной из контртеррористического управления, нападение на вашу сестру было спланировано, и за его организацией, вероятно, стоит некая структура, а не один человек. Пока не ясен её состав и конкретные намерения, но имеются основания полагать, что на этот раз основной целью их будете являться лично вы и ваша семья, госпожа Кортес. Подчеркну ещё раз, что это неподтверждённые данные.       – Спасибо за информацию, – кивнула Мария. – Я не буду отменять свои планы, как и рушить мечты сестры. Если она хочет свадьбу, будет свадьба. И такой, как она захочет. Итак, – с сожалением сделав последний глоток и отставив чашку, Мария устало улыбнулась, – где-то между государственными делами мне нужно решить вопрос, что подарить сестре на свадьбу, надеюсь, времени на это будет достаточно. ㅤ       Проводив Эрин, Мария попыталась вернуться к докладу департамента экономики, пока не осознала, что сегодня больше не в состоянии понять ни предложения из официального текста, словно умышленно сложенного так, чтобы вызывать сомнения в собственном интеллекте и уровне образования. Очень хотелось бы обвинить кофе в бессоннице. Кофе, – и главу службы охраны, снова пытающуюся её устрашить некой опасностью. Мария пережила пару покушений перед своими первыми выборами, куда больше – перед вторыми, и относилась к предупреждениям серьёзно, поэтому упрекнуть Эрин в своей бессоннице не могла даже мысленно. Да и не спала она уже много месяцев. Отрывочные сновидения, пару-тройку часов, что удаётся выторговать у безжалостных ночей. Мысли о сестре. О стране. О себе. О своих целях, планах. Обязанностях. Об Эрин Найт. В контексте безопасности. О будущем. О войне, которую она хочет остановить. О другой войне, которая продолжается при её молчаливом многолетнем соучастии и будет продолжаться дальше, пока не закончится единственно возможным финалом. Может быть, поэтому она и не в силах уснуть.       Мысли о сестре сегодня беспокоили её меньше. По словам Эрин, Эмили станет для неё надёжной партнёркой. Ана всегда была слабее. Слишком доверчивой, слишком надеющейся на некое чудо, способное спасти её и весь мир. Не ставшая ни циничной, ни безразличной, ни жестокой. Ей не помешает опора, такая, какой для неё не смогла стать сестра. Какой никогда не стала бы для неё Алекс Волф. Это к лучшему. И ей действительно стоит подумать о свадебном подарке. Ана ведь сказала, что выбирает дом. Более того, собирается организовать в нём что-то вроде шелтера. Без учёта её статуса и положения, сестра ведь может подарить сестре на свадьбу дом? Тот, который Ана выберет сама. Это было бы простым решением.       Мысли о стране были сложнее. Мария осознавала, что невозможно быстро установить мир там, где мужчины разжигали войны и годами поддерживали это пламя. Как женщине, ей хотелось надеяться, что однажды эти очаги получится потушить во всех частях света, но, как президентка, она думала, в первую очередь о своей стране и её границах. В частности, границе с Элантой, протяжённой по всей длине Кассии, от моря на севере до моря на юге. Ближе к югу проход через границу был почти свободен, так как пограничных контролей ни с одной из сторон давно не хватало, но на северной части границы, на спорных территориях, вооружённые конфликты, переходящие в полномасштабные боевые действия, происходили слишком часто. Эрин Найт участвовала в одной из таких военных операций прежде чем покинула состав вооружённых сил Кассии. Мария никогда не спрашивала о её прошлом как не имеющем отношения к работе, но видела документы в составе пакета, присланного ей много лет назад: отчёты, тактические планы, оперативные хроники. Подобного не должно повториться, ни при её власти, ни в дальнейшем.       Мария обещала своим избирательницам и избирателям мир и безопасное будущее, но в том, что касалось территории другой страны, ей нужна была поддержка лидерки этого государства. Лидия Верден стала первой избранной президенткой Эланты неделю назад. Мария поздравила её с победой на выборах, возлагая надежду на крепкое сотрудничество, но пока разговор о спорной территории ни к чему не привёл. И, как вдруг поняла Мария, и не мог привести. Она вела диалог с Лидией с позиции силы, с позиции более опытной лидерки, и, готовясь к переговорам, учитывала только интересы своей страны. Конечно, Лидия делала то же самое. И, будучи президенткой, вряд ли она сейчас спит.       Мария потянулась к телефонному аппарату и нашла в истории вызовов номер офиса Лидии. Всего два гудка, и президентка ответила: бодрая и сосредоточенная, словно сейчас разгар рабочего дня.       – Доброй ночи, госпожа Верден, я прошу прощения, что беспокою вас в поздний час.       – Я всё равно не сплю, госпожа Кортес, – ответила Лидия. – Вам, наверное, известно, как это бывает, когда ты становишься лидеркой целой страны.       – Через пару лет будет легче, – улыбнулась Мария.       – Но вы тоже не спите, не так ли? – судя по тону, Лидия тоже улыбнулась.       – Я давно не сплю. По разным причинам, не только связанным с работой. И я позвонила вам, чтобы извиниться, что отняла сегодня ваше время.       – Вы его не отняли, – возразила Лидия. – Да, мне жаль, что наш сегодняшний диалог оказался неконструктивным. Но я хотела бы вернуться к нему, рассмотрев другие варианты. Хочу сказать, что мой отказ не был окончательным.       – Не сомневайтесь, что я бы не отступила, – ответила Мария, снова улыбнувшись.       – Как только вы предложите что-то более приемлемое для блага жителей моей страны, я готова вернуться к переговорам.       – Но вы согласны с общей концепцией? С тем, что нашим странам больше незачем воевать?       – Разумеется. Но пока вы предлагаете не мир, а признать вашу победу.       Достойная лидерка. старающаяся, как и она, заботиться о своём народе.       – Однажды я предложу то, что вас удовлетворит, – произнесла Мария и поморщилась. Да что с ней сегодня?       – То, что в наибольшей степени удовлетворит жительниц обеих наших стран, – уточнила Лидия, к счастью, не услышав двусмысленности в её реплике. – Я буду ждать вашего предложения. И, если вы захотите, буду рада провести переговоры лично.       Мария слегка прищурилась.       – Не могу пообещать личную встречу в ближайшее время. Обстановка несколько нестабильная. Но я благодарна вам за открытость к диалогу.       – Взаимно. Спокойной ночи, госпожа Кортес.       – Спокойной ночи, госпожа Верден, – пожелала Мария, действительно желая ей крепкого и спокойного сна, на который не могла рассчитывать сама.       Потому что были и другие мысли, ещё хуже и опаснее. Позволять себе обдумывать их значило признавать своё соучастие. И она признавала, ибо лидерка не боится брать на себя ответственность, но мир менялся, и нести эту ответственность становилось всё тяжелее. Полтора года назад Мария организовала первую перепись населения страны в новом формате, а точнее, упразднила существующие ограничения на указание в анкете только биологического пола в качестве выбора из двух чётко определённых вариантов. Мария внимательно следила за промежуточными результатами и подведёнными итогами, согласно которым разнообразие гендерного состава страны возросло многократно. 4,8% совершеннолетнего населения предпочли не вписывать себя в строго отведённые рамки. Одна двадцатая часть страны. Среди них были женщины, которые не хотели называть себя женщинами и мужчины, не считающие себя мужчинами, и это беспокоило Марию сильнее, чем вероятность экономических и демографических кризисов. Знать, что они тоже умрут. Умрут, не совершив преступлений, чаще всего совершаемых представителями мужского пола, ведущие иной образ жизни, возможно, ведущие свою борьбу за то же, чего хочет она. За свободу женщин.       А другие мужчины хотят её смерти. Хотят мести. Мария ожидала последствий, оттого произошедшее с Аной и новости Эрин не застали её врасплох. Новой экономике нужны были деньги. Прежде, возглавляя Национальное собрание Кассии, она делала для женщин то, на что могла повлиять в сфере законодательства, но многие решения были доступны только президентке. Кассия всегда была президентской республикой, такой она и останется до окончания действия её полномочий. Но сокращение субсидирования главного генетического центра Кассии и перераспределение поддержки в пользу Союза продолжения жизни не осталось незамеченным. Со стороны мужчин это выглядит как обман оттого, что таковым и является. Много лет Мария обманывала женщин, обещая поддержку мужчинам, а теперь обманула и их, урезав финансирование исследований и разработки вакцины. Для мужчин, голосовавших за неё, это предательство, не меньше. Но главное предательство было совершено ей ещё раньше, за три года до победы в выборах, тогда, когда она узнала о вирусе и приняла решение молчать. Тогда, когда она знала точно: исчезновение с лица земли мужчин – это, безусловно, сокращение войн, на которых гибнут миллионы, и насилия. Сокращение численности мужчин – это путь к свободе для женщин, и как ни жесток был этот выбор, деятельность Марии всегда была направлена именно на женщин и их благополучие. И поддаться сейчас страху – значит предать поверивших ей. Женщин, выбравших её за обещание безопасного будущего. Быть лидеркой – значит обязательно предавать одну или другую сторону? Вероятно, нет. Но для себя она выбрала такой путь. Возможно, за этот путь она заслуживает смерти, но этот приговор выносить не группке преступников, не способных ни на что, кроме разрушений и убийств.       Мария снова подумала об Эрин Найт, женщине, которая сопровождает её на пути этого выбора, с самого начала. Возможно, не стоит опасаться того, что Эрин предаст её, когда получит достойную цену. Стоит лишь признаться в своих сомнениях касательно генетической войны, в которой она принимает молчаливое участие, занимает позицию невмешательства, и лучшая защитница станет палачессой. Её смех, громкий, фальшивый, натянутый, разрушил тишину ночного офиса. Это будет красивым финалом карьеры. Вероятно, это даже наступит раньше, чем она будет ожидать. Возможно, Мария уже доигрывает свою роль президентки, после которой станет бесполезна. Возможно, да и до чего не додумаешься бессонной ночью, что угрозы теракта, о которой нехотя сообщила Эрин под давлением, вовсе не существует, это лишь повод заставить её бояться и не отпускать от себя охрану. Нет, она не поддастся паранойе, лишь будет наблюдать внимательнее. И до выборов Эрин слишком нужна ей, чтобы задумываться сейчас о её лояльности.       "Эрин, оставайтесь с Аной до конца следующей недели, а после назначьте к ней кого-то другого и возвращайтесь. Мне нужна будет ваша помощь", – набрала Мария.       Хотелось добавить ещё что-то. Отдать распоряжение вроде "Сообщите, когда именно вы собираетесь меня предать" или задать вопрос типа "Вы пришли ко мне семь лет назад, зная, что убьёте меня?". Вместо этого она добавила: "Спасибо за кофе".