May your hands always be care about my wounds

      Когда Ким собирается покинуть особняк, его голова полна мыслей. Он думает о Кинне, Венисе, Вегасе и Чее. Он понятия не имеет, почему в его голове появился милый Бэмби. Одна только мысль о смерти вызывает у него тревожную улыбку. Раньше Киму было всё равно, выживет он или нет, но теперь почему-то не всё равно. Он определённо не в восторге от слов Чея, которые услышал в больнице. Не то чтобы он добровольно вступил в мафию. Может, ему удастся убедить Чея, что всё по-другому и что он совершенно нормальный парень? И что у него нет пистолета за поясом?       Он выходит на площадку перед особняком, где замечает Пита с Венисом. Ким останавливается и смотрит на них какое-то время. Похоже, Венис неплохо ходит. Пит следует за мальчиком, стоя над ним, как наседка. В этом есть что-то трогательное, вынужден признать Ким. — Отцовство идёт тебе на пользу, Пит, — говорит он и подходит ближе.       Должно быть, Пит не заметил его раньше, потому что он удивлённо вскидывает голову. — Можно и так сказать. Он милый малыш, — нежно улыбается телохранитель.       Ким тоже улыбается, когда ему что-то приходит в голову. — Как Кхун отреагировал на то, что ты воспитываешь ребёнка Вегаса?       Пит смеётся. — Ну, я и сам был удивлён, но, думаю, он тоже в восторге.       Ребенок неуверенными маленькими шажками пересекает каменную площадку. — Кинн не знает, не так ли? О тебе, здесь? — НЕТ. Кхун Корн приказал Танкхуну держать это в секрете как можно дольше. Но теперь я думаю, что он знает.       Ким ничего не говорит. Он не хочет признавать, что он может быть в этом виноват.       Раздаётся громкий крик, когда Венис падает. Пит тут же подхватывает мальчика и обнимает его. Ким замечает ссадины на нежной детской коже.       У него есть план.

***

— Не было необходимости ехать в больницу. Это небольшие раны. Я мог бы обработать их дома. — говорит Пит, когда они паркуются на подземной парковке больницы. Ким сидит сзади и машет плюшевым ежиком перед заплаканным лицом Вениса.       Теперь самое сложное. — Пит? — Он говорит осторожно. — Можно мне отвести Вениса в больницу одному?       Пит смотрит на него удивлённо и обеспокоенно одновременно. — Зачем?       Ким не знает, как объяснить это Питу, чтобы он не рассмеялся. Поэтому Пит смеётся и позволяет Киму забрать Вениса, но он будет где-то в толпе. Это устраивает Кима. Они договорились, что, когда Венис будет слишком сильно плакать, Пит «волшебным образом» появится в больнице после звонка Кима.       Ким поправляет мальчика на руках и сразу же оглядывается по сторонам. В его плане было слабое место, потому что он не был уверен, что Чей будет на работе, но он был готов рискнуть. Он видит нескольких медсестёр, но не обращает на них внимания и идёт в больницу в поисках Чея.       Наконец он видит его. Он только что закончил разговор со старшей медсестрой. Ким быстро подходит к нему. — Чей! — зовёт он мальчика. Бэмби сразу же откликается на своё имя, но, увидев Кима, тут же перестаёт улыбаться. — О, П’Ким, — тихо говорит он, сжимая планшет. — Ты помнишь моё имя? — Ким замирает на месте. Он не думал, что медбрат вспомнит его.       На щеках младшего мальчика появляется румянец. — Ну, ты запоминающийся… — смущённо говорит он. — Я запоминающийся? — Да, — Чей говорит так, будто ему нужно объяснить самую очевидную вещь на свете. — Ты красивый, — говорит он и тут же закрывает рот, а румянец на его щеках становится ещё ярче.       Ким улыбается. — Я рад, что ты так думаешь, но помощь нужна не мне, а ему. — Он кивает на маленького мальчика у себя на руках. — Это мой племянник. Я присматриваю за ним, но он случайно упал на парковке и сильно ушибся, — говорит Ким и гладит мальчика по спине. Взгляд Чея смягчается. Ким видит на его лице секундное замешательство. — Хорошо, — наконец говорит он и указывает на коридор. — Иди прямо, потом налево. Там есть вход в детскую зону. Я буду там через минуту, только заберу документы.       Ким идёт туда, куда указал Чей. На стенах нарисованы мультяшные персонажи, и царит дружелюбная атмосфера. Венис с любопытством рассматривает их.       Через несколько мгновений приходит медбрат. Он ведёт их в маленькую комнату и готовит дезинфицирующие средства и повязки. Венис нервничает, но Чей достаёт из корзины плюшевого мишку и отдаёт его Киму, чтобы отвлечь малыша. — Посади его сюда, — он похлопывает рукой по высокому столу, на котором расстелено мягкое одеяло. Ким сажает мальчика и протягивает ему плюшевого мишку. Чей начинает осторожно промывать и перевязывать раны у него на коленях. — Прости, что отнимаю у тебя время, но мне некуда было с ним пойти, — говорит Ким, чтобы нарушить молчание, которое он находит невыносимым.       Чей не смотрит на него. Он сосредотачивается на ребёнке, и Ким слышит лишь тихий вздох. — Это небольшие царапины. Их можно было бы почистить дома.       Ким громко вздыхает. — Он сын моего двоюродного брата. Он бы меня замучил, если бы с ним что-то случилось, — говорит Ким нейтральным тоном. Увидев, что младший мальчик вздрогнул, он понимает, что сказал. — Тот, кто привёл тебя сюда в прошлый раз? Это ужасно. Я могу смириться с тем, что у тебя на самом деле не было выбора. — говорит Чей и слегка улыбается. — Да, Вегас может быть пугающим, — Ким тоже улыбается. — Вегас — это…? О, это не он. Я был уверен, что это тот, с чёрными волосами, — говорит Чей немного растерянно. — Он был страшнее.       Ким нервно сглатывает. — Это Пит. Они с Вегасом вместе. Венис — их сын.       Ким задаётся вопросом, не стоит ли ему больше бояться Пита, если с Венисом что-нибудь случится. Чей наклеивает разноцветные пластыри на колени мальчика и быстро заканчивает обрабатывать царапины на его руках. — Ладно, вот и всё. Во время купания можно промывать раны с мылом. Через несколько дней от них не останется и следа, — говорит он и улыбается ребёнку.       У Чея очень милая улыбка. Ким не может отвести от него глаз. Он берёт Вениса на руки и смотрит на младшего мальчика. — В прошлый раз я не хотел тебя напугать. Я не хотел, чтобы у тебя были неприятности. — Ладно, я понимаю, — тихо говорит Чей, снимая перчатки и выбрасывая их. — Может, я приглашу тебя на тортик и кофе? — спрашивает Ким, и Чей очаровательно краснеет.       Он видит нерешительность на его лице и надеется, что тот согласится. Однако тот с грустной улыбкой отказывается.       Ким появляется в больнице три дня спустя.       В течение этих трёх дней он наконец-то нормально высыпается после недавних событий и анализирует то, что рассказал ему Вегас. По какой-то банальной причине он не пускает Бига в свою квартиру. У Кима есть серьёзные подозрения, что Биг работает на Кинна. В конце концов, он его преданный телохранитель.       Ким получает от Бига ещё один кейс. Ещё один заказ. На этот раз он осторожен. Он берёт с собой Пита, и они вместе проводят разведку. На этот раз заказ тоже был ловушкой. Им удалось попасть в неё довольно контролируемым образом.       Заброшенный склад взрывается. Ким должен был оказаться погребённым под обломками.       Когда он приходит в гости к Кхуну и Кинну и видит его, его лицо белеет как полотно. Он тут же извиняется и уходит, объясняя, что ему нужно встретиться с отцом. Ким подозревает, что брат не хочет с ним разговаривать.       Однако в плане есть несколько серьёзных недостатков, и Ким не знает, действительно ли Кинн такой идиот и не видит никаких лазеек, но он решает сыграть в эту игру. Потому что он чувствует, что победит.       Поэтому он появляется в больнице только через три дня. В толстовке, которую мальчик подарил ему в первый раз. Он не встречает Чея. Разочарованный, он уходит из больницы и возвращается через 15 минут с толстовкой и коробкой с элегантным и красивым тортом.       С улыбкой он просит медсестёр передать Чею угощение и толстовку, когда он вернётся на работу. В коробке с десертом была записка с письмом и его личным номером, но он не получил сообщение.       Ещё один визит в больницу не доставляет удовольствия. Ким мог бы легко позаботиться о себе сам. Но он предпочитает, чтобы это делал Чей. Его руки такие нежные и мягкие. Ким чувствует себя прекрасно, когда ощущает на своей коже тёплые руки. Он скрывает серьёзные раны, которые лечил новый врач младшей семьи. Ким с горькой улыбкой думает о том, какое безумное выражение было бы на лице Кинна, если бы он узнал, что теперь Ким гораздо чаще посещает особняк Вегаса.       У Кима осталось лишь несколько незначительных ранений, которые он объяснил несчастным случаем. Конечно, это был несчастный случай. Он управлял машиной во время погони. Его преследовали люди из одной банды. К сожалению, получить от них информацию не удалось.       Так что он снова в больнице. Страшный доктор даже не паникует, когда видит его, он просто осуждающе качает головой и оставляет его с Чеем, чтобы тот обработал раны.       Мальчик осторожно берёт его за руку и обрабатывает синяки над запястьем. — Ты, должно быть, ведешь чрезвычайно опасный образ жизни, — Внезапно говорит Чей. — Или тебе очень не повезло.       Ким улыбается. — Да… что-то вроде того. Опасность и невезение одновременно.       Чей поднимает взгляд от его фиолетовой, покрытой синяками руки. — Прости, я не хотел быть назойливым. — Его голос спокоен.       Он по-прежнему сдержан в общении с Кимом, но не убегает и не вздрагивает при виде него, что радует Кима. — Просто всегда грустно, когда видишь, как кто-то страдает. — Мой брат хочет меня убить, — внезапно говорит Ким. Бутылка с дезинфицирующим средством, которую Чей держал в руке, выпадает. — Мой старший рат охотится за мной, моими двоюродными братьями и маленьким сыном одного из них. — Венисом? — голос Чея едва слышен. Ким чувствует тепло в сердце; по какой-то причине он вспомнил имя Кима — теперь Вениса.       Он просто кивает и тихо шипит, пока Чей продолжает обрабатывать раны. Его руки дрожат. — Это ужасно, — он говорит тихо, так тихо, что Ким едва его слышит.       Он отворачивается к окну, погрузившись в свои мысли. Он ничего не говорит, только мычит в знак согласия. Он не хочет признавать этого, но то, что делает Кинн, ранит его в самое сердце. — Это нормально… ну, ты знаешь… там, где ты работаешь?       Ким встречается взглядом с мальчиком. Они смотрят друг другу в глаза, пока на щеках юноши не появляется румянец, и он быстро опускает взгляд, смутившись. — Иногда… но не так часто, как ты думаешь. Чаще встречаются детоубийство или конфликты между членами семьи, — безразлично говорит Ким.       Чей тянется за бинтами и марлей. — Ты говоришь об этом так, будто… будто это нормально?       Ким горько улыбается. — Потому что так и есть. Я родился и вырос в семье мафии.       Чей больше ничего не говорит и на мгновение сосредотачивается на работе. Через несколько минут его руки перевязаны. Медбрат убирает дезинфицирующие средства в шкаф, а Ким осторожно надевает толстовку. Он неохотно выходит из кабинета. — Спасибо за толстовку. И угощение, — говорит Чей, стоя у двери. Он не смотрит на Кима, только на свои ключи, когда закрывает дверь. — Было очень вкусно.       Сказав эти слова, он быстро убегает.       Ким видит его раскрасневшиеся щеки.

***

— Ты, должно быть, сумасшедший! — кричит Вегас, пытаясь отдышаться после того, как подавился соком.       Пит сидит рядом с Вегасом, держа Вениса на коленях, и ошеломлённо смотрит на Кима. Макао сидит неподалёку и ест хлопья с видом человека, который только что посмотрел лучший фильм в своей жизни: — Конечно, как и все в этой семье. Лучше уже сейчас записать на приём к психотерапевту Вениса. Мы не знаем, какие там будут очереди через несколько лет.       Ким фыркает.       Он появился в резиденции первым делом утром, убедившись, что Чей сегодня в больнице. У него был план, но Вегас не хотел сотрудничать. — Эй, я не сумасшедший. Я соответствую стандартам. Я просто прошу тебя помочь мне с одной вещью. Это ведь не сложная просьба, правда?       Вегас кладёт вафлю на тарелку. — Ты приходишь ко мне, мешаешь завтракать и хочешь, чтобы я тебя зарезал. Это нормально — спрашивать такое за завтраком?       При других обстоятельствах выражение шока на лице его кузена позабавило бы его, но сейчас у него другие приоритеты. — Да, — говорит Ким, и Макао давится от смеха. — Пит, забери его, у меня начинает болеть голова. И я вот-вот зарежу себя.       Пит ободряюще кладёт руку на колено Вегас и сжимает его. Телохранитель усаживает Вениса на колени Вегаса и поворачивается лицом к Киму. — В последнее время ты какой-то отстранённый, — замечает Вегас. Ким проклинает его проницательность. — Ты крутишься вокруг этой больницы, бегаешь туда каждый раз, когда получаешь лёгкую рану… в чём дело?       Ким сжимает челюсти. — Ни в чём. Мне нужно кое-что сделать в больнице.       Он смотрит на Пита и взглядом умоляет его ничего не говорить. Пит лишь улыбается. — Ким, — настаивает Вегас. — Скажи мне, в чём дело.       Ким сдаётся. — В больнице есть кое-кто, кто мне нравится.       Макао выглядит так, будто собирается пойти приготовить попкорн. Он хочет что-то сказать, но Пит останавливает его одним взглядом. — И вот откуда все эти поездки в больницу? — Вегас удивлен.       Ким хочет, чтобы земля просто поглотила его. Вегас будет смеяться над ним всю оставшуюся жизнь. — Ты не можешь позвать его на свидание как нормальный человек? — Хиа, есть ли в нашей семье хоть кто-нибудь нормальный? — усмехается Макао. — Ты прав, вся надежда на Вениса. Для Кима уже слишком поздно. — Вегас! — Ким фыркает. — Ким! — пародирует его Вегас. — Пригласи его куда-нибудь, свидания в больнице — это ужасно. Я кое-что об этом знаю, — он возвращается к завтраку, как ни в чём не бывало.       Венис что-то бормочет себе под нос, сидя у него на коленях. — Я пытался, но он знает, чем я занимаюсь. К тому же Кинн и… — Ким. Просто пригласи. Ты не раз с ним разговаривал. Если бы он действительно тебя боялся, то не перевязал бы, а просто убежал бы, увидев тебя.

***

      Ким ставит всё на одну карту. Вегас не хотел его калечить, поэтому он решает рискнуть. Он едет в больницу без медицинской причины. В то же время он тестирует новую машину. Он доволен покупкой.       Ким заходит на подземную парковку и видит, как Чей стоит под лифтом и разговаривает с кем-то на красном мотоцикле. На человеке шлем, и он не видит, кто это. Судя по тому, как Чей его обнимает, это, вероятно, кто-то близкий.       Ким надеется, что это член семьи, а не парень. Он крепче сжимает руль и наблюдает за ними. Выражение лица младшего мальчика беспокоит его. Он напряжён. И печаль на его лице видна даже сквозь тонированные стёкла.       Когда мотоциклист крепко обнимает мальчика и уезжает, Ким выходит из машины. Где-то на заднем плане он слышит звук мотоцикла. Он идёт прямо к медбрату, который смотрит, как уезжает мотоцикл. — Чей! — зовёт его Ким.       Мальчик замечает его и сразу же улыбается. Ким тоже улыбается. Он ускоряется и останавливается перед ним. Чей сразу же внимательно осматривает его. — Где ты поранился на этот раз? — Где-то. Но это не то, почему я пришел. — О, а почему тогда? — Чей наклоняет голову. — Я имею в виду, не почему ты не ранен, а… — Знаешь, ты мне нравишься. Я хотел пригласить тебя на тортик и кофе.       На лице медбрата сначала появляется шок, затем улыбка. В этот момент Ким слышит рёв двигателя. У него сразу же возникает нехорошее предчувствие. Он смотрит в сторону въезда на парковку и видит чёрный мотоцикл и мужчину в чёрном шлеме. Ким, словно в замедленной съёмке, видит, как мужчина достаёт пистолет и стреляет в него, но промахивается. Пуля пролетает в метре от него.       Первое, о чём думает Ким, — оттолкнуть Чея. Он отталкивает его и смело идёт к убийце, доставая пистолет из-за пояса. Однако, прежде чем он успевает выстрелить, мужчина заводит мотоцикл и уезжает.       Ким чертыхается и бежит обратно к ошеломленному мальчику. — Что…       Ким внимательно смотрит на него; кажется, у Чея нет никаких ран. Недолго думая, он крепко обнимает его и обхватывает ладонями его лицо. — Иди внутрь. Ни о чём не беспокойся, это касается меня. Я обо всём позабочусь. — Ким быстро целует его в губы и бежит обратно к машине, оставляя ошеломлённого медбрата парковке.

***

      Ким приходит в ярость, когда отправляется в небоскрёб, нарушая почти все правила. Он прекрасно знает, что стрелял Биг. И это было по приказу Кинна. Он подъезжает к небоскрёбу с визгом шин и полностью игнорирует охрану. Он замирает на месте, когда замечает у входа красный мотоцикл. Тот самый, который он недавно видел на парковке больницы. Он хмурится, но обещает себе разобраться с этим позже.       Никто не останавливает его, когда он идёт в апартаменты Кинна. Он врывается внутрь и видит своего брата с молодым человеком. Ким смотрит на него и не может вымолвить ни слова. Парень похож на Чея.       Ким знает, что у него есть старший брат. Конечно, он кое-что о нём узнал, но никогда бы не догадался, что Порш и Чей — братья. И тот самый Порш, который работает на Кинна. Мир насмехается над ним. — Убирайся. Оставь меня наедине с братом. — рычит Ким.       Порш обеспокоенно смотрит на Кинна, но уходит. Как только дверь за ним закрывается, Ким, словно хищник, подбегает к брату, сидящему за столом, и хватает его за рубашку. Он приближает его разъярённое лицо и видит в его глазах страх. — Я знаю, что ты делаешь. Я знаю, чего ты хочешь. — Ким плюёт ему в лицо. Глаза Кинна расширяются от шока. — Ким… — Заткнись, — рычит он. — Вегас знает. Мы знаем, что ты хочешь сделать. Он сказал мне. Это он отвёз меня в больницу, когда твой байкер меня подстрелил.       Ким крепче сжимает кулаки. Он слышит треск рвущейся ткани. — Мне надоела твоя игра. Либо ты прекратишь её, либо наш отец узнает.       Ким отпускает рубашку брата и отходит от него на несколько шагов. На лице Кинна ничего не написано. Он уже собирается уйти, но оборачивается с диким удовлетворением в глазах. Кинн смотрит на него с пустым выражением лица. — Нам лучше забыть об этом. Иначе Порш узнает, что ты целился в меня, когда его брат был рядом со мной.       Он не ждёт реакции Кинна и просто уходит.       Он не пойдёт к отцу. Он будет ждать реакции Кинна. Если бы дело было только в нём, он мог бы поиграть с Кинном в догонялки и выслеживать друг друга. Но когда Чей оказался на линии огня, он увидел красный свет.       Он не допустит, чтобы с ним что-то случилось. Гнев медленно покидает его, пока он идёт к выходу. Он останавливается, когда получает сообщение с неизвестного номера. — Привет, Пи, это Чей. Вчера мой брат сказал мне, что его парень — член мафии. Было бы забавно, если бы я послушал его и не связался с тобой, так что, если предложение про тортик и кофе в силе, я буду рад пойти с тобой на свидание.       Ким, честно, до конца жизни утверждал, что в тот моменты он не визжал от радости и что у Арма просто были галлюцинации.