Чего делать не стоит

За окном кабинета падали сухие листья, а небо так и наровило пролить дождь. Осень в этом году была ранняя, дети не успели насладиться ярким солнцем и теплом. Дом стоял неприметно, будто живя своей жизнью среди других домов, и казалось жизни в нем уже нет. Двор пустовал, словно в такую погоду он отдалялся от Дома и был ему не нужен. Именно в этот день двор услышал скрип ворот. По тропинке шёл высокий мужчина, очень выделяясь на фоне дома. Словно вторгся в чужой и закрытый для него мир. Своей нелепой и лёгкой походкой он рушил весь пейзаж, который строился годами, а может и веками. Видно, это его не беспокоило, и он продолжил свой короткий путь до входа в Дом. Быстрой походкой он направился к кабинету директора. Ему так чётко объяснили маршрут, что можно нарисовать детальную карту. По пути не встретил ни одной души. Может, души и летали, но его взгляду они не показывались. Вот мужчина стучит в дверь кабинета и рушит спокойствие Дома. — Прошу, — Акула сидел за столом в своём неизменном виде. -Александр, — представился мужчина и вошёл в сие помещение, которое многим не по нраву. —Александр, вы очень рано, —директор смотрел на вошедшего, — мои воспитанники этого не любят. —Причины и обстоятельства сложились так. Поэтому проверку проведу сейчас, — мужчина с недоверием глянул на огнетушитель, что так хотел упасть и размазать лицо директора в кровь, и продолжил, — мне плевать на ваших воспитанников. Если вас закроют, то нам, простым людям города, станет легче. —Я вас предупреждал, —Акула встал со своего места, — Лэри, брысь отсюда, — крикнул он, чтобы стоящий за дверью услышал, — Проследуйте за мной, сначала мои любимчики. Фазаны ‐ гордость Дома. Примерные воспитанники и ученики. —Как скажете. Но чем быстрее, тем лучше, — Александр вышел из кабинета и проследовал за директором. Они шли в тишине, Акула волновался за проверяющего, а Александр рассматривал росписи и надписи на стенах и что-то отмечал в документах из папки, что принёс с собой. Чёрная и тонкая папка, казалось бы вот в ней судьба Дома. Шли молча, шли недолго. Перед ними уже первая дверь. Простая, старая, чёрная. Дверь в другой мир, иной для Александра, опасный. —Прошу, — директор постучал и открыл дверь в комнату, пропуская Александра, словно боясь заходить первым. Комната была простой, пару кроватей в ряд, тумбочки на двоих и провокационные плакаты к действиям просвещения. И дети. На них нельзя было долго смотреть, а то от их черно-белого вида становилось плохо. Словно это все экран телевизора. Слишком идеально. Слишком тошно. —Добрый день, дети, — на Александра сразу обратили внимание, причём обратили все, кто находился в комнате, — Я проверяющий из соц.организации защиты детей. Я задам вам всем пару вопросов. По комнате прокатился тихий гул, некоторые переглянулись друг на друга. Взглядами они решили, кто будет отвечать за всех. Ведь у таких прилежных ребят ответы одинаковые. —Расскажите, как вам здесь живётся? — Александр осмотрел ещё раз их, — Все ли вас устраивает? —Кормят хорошо, образование и медицина предоставлены. Да, нас все устраивает, — согласился со всем Джин, староста фазанов. —Вот, у нас все прекрасно. Думаю, не стоит проверять дальше, — пытался отговорить Акула, но серьёзный взгляд инспектора дал ясно понять, что не стоит отговаривать, —Хорошо, дальше у нас тоже очень хорошие дети. Пойдёмте в Третью. Путь был не длинным — пару коридоров и поворотов. Но было на что посмотреть. Стены тонули в рисунках и фразах, а окна были забиты. Сказать, что была какая-то выдержанная концепция в рисунках, ничего не сказать. Если присмотреться, можно разобрать фразы, в которых порой был скрыт смысл. Самые отважные писатели переходили на стык стен и потолка. Они подошли к двери, которая выглядела весьма хорошо, с табличкой "№3". Александр уже потянулся к ручке, чтобы открыть дверь, но директор перехватил его руку и серьёзно посмотрел на него. —Если Стервятник не здесь, то комната закрыта. Но все равно нужно постучать, — будто в подтверждение своих слов, он стукнул пару раз в дверь, — нельзя подрывать доверие. Спустя минуту дверь была открыта кем-то со стороны комнаты. —Какой хуй припёрся? — выглянул из-за двери молодой человек с кровавой причёской а-ля еж, полуголым торсом, который был покрыт засосами, и зелёными очками на лице, —Вам ебала набить? —спустя пару секунд он понял, кто стоит перед ним, но сказанное не вернуть. —Стервятник и его стая здесь? — задал вопрос красный как рак Александр. —Стерв, к тебе гости, — пропуская их, сказал Рыжий, — Я буду с Курильщиком, — уходя за ширму, из-за которой через секунду появился названный Стервятник, вид которого был весьма потрёпанный. —Доброго дня, Директор и? — Стервятник смотрел на инспектора. —Александр, — который раз за день он представился и мечтал уже сбежать. —Александр, — с ухмылкой протянул Стерв, а глаза его хищно сверкали в полутьме, —Что же вам надо в моей скромной обители? —Пару вопросов. Как вам живётся? Что-то плохое происходит? Пока Стервятник думал над ответом, Александр осматривал комнату. Сейчас в комнате не было никого, кроме них, Стервятника, красноволосого парня и предположительно Курильщика. Очень много растений, аккуратно заправленные кровати, ширма, которая скрывала ещё одно помещение. За ней возможно было личное пространство Стервятника. Особенно, если прислушиться, то сейчас за ней раздавались тяжёлое дыхание и стоны. Видимо, в Доме развлекались как могли, что было крайне возмутительно. —Знаете, грех жаловаться на кормящую руку, — лицо Стервятника не выражало никаких эмоций, — Думаю, этого вам хватит, а теперь я откланяюсь и уйду. Директор и Александр замерли и наблюдали, как вожак скрывается за ширмой. Лицо Александра до сих пор было красным. Наверное не стоило им заходить в третью. —Мх, Стеерв, — прирывисто закричал неизвестный голос, Курильщик. —Рыжий, — голос Стервятника прервался звуком поцелуя, явно французский, —Помоги Курильщику замолчать. Теперь на всю комнату раздавались не только стоны, но и звуки шлепков тел в перемешку с обычными шлепками. —Пойдемте быстрее, — не вытерпел инспектор. Как только они вышли из комнаты, то сразу заметили парня, сидящего посередине коридора. Его волосы закрывали шторкой лицо. На нем были растянутый свитер и порваные штаны. Он медленно раскачивался взад-перед. Возможно ему стало плохо. —Эй, юноша, вам помочь? — Александр быстро пошёл к нему и протянул руку. —Да, — прохрипел парень и вцепился мёртвой хваткой в его руку. На Александра уставились белые глаза. Казалось, пришла расплата за вторжение в их тихий мир. И вот он замечает, что из рта юноши торчит мышиный хвост. Александр задергал рукой, а глаза метались в поиске Директора. —Вот ты где. Слепой, — из другой комнаты вышел лысый и безрукий парень, который тоже выглядел ужасно, — мы Курильщика потеряли. Примерно в этот момент в коридоре стали слышны противные звуки. Слепой, что сидел на полу, начал вырыгивать мёртвую мышь прямо на себя. Вместе с мышью вылезали непонятные комки белого цвета. Акула, что стоял до этого поодаль от всего спектакля, всё же попытался отцепить руку Слепого. —Забирайте документы, — кричал Александр, освободив руку, — геи, непонятные каракули и эти, — кинув папку на пол, он бежал не разбирая дороги. Главное убежать. За ним, прихватив папку с пола, ушёл и директор. В коридоре остались лишь двое и мышь. —Хорошо сработано, Слепой, — протянул на распев Сфинкс, — только вот мы и впрямь Курильщика потеряли, а Рыжего и Стервятника не предупреждали об инспекции. —Ничего страшного, они сами все узнали, — вставая с пола, сказал Слепой, — не стоит приходить в наш Дом с плохими намерениями и с хорошими тоже. Вообще не стоит в него приходить чужим.