Между шпаргалками и признаниями

      Последняя пара была настоящей пыткой для двух друзей. Преподаватель, как обычно, затянул лекцию, а материал, казалось, становился всё более запутанным и бесполезным с каждой минутой. Ло изо всех сил пытался сосредоточиться, но его глаза всё чаще закрывались, а голова в конце-концов начала погружаться в бессознательное состояние. Профессор говорил о каких-то сложных теоретических концепциях, вся аудитория старалась не уснуть, прислушиваясь к бормотанию. Удержаться на плаву вышло не у всех... Ричард, сидящий рядом, то и дело взглядом искал уголок, в котором можно было скрыть своё недовольство тем, что происходило.       Скучные термины и абстрактные примеры высасывали из них и без того исчерпанные запасы энергии. Когда лекция, наконец, подошла к концу, Лололошка почувствовал, как ноги не слушаются, а голова полна туманных мыслей. — Слушай, я... я не могу больше, — выдохнул Труман, когда они, как в замедленном действии, поднимались со своих мест, пытаясь не споткнуться и не упасть в самый последний момент. Его голос был вялым, как у человека, который только что пережил бой с дремотой и катастрофической скукой. — Угу... — ответил Лололошка, чьё лицо было обезображено усталостью. — Надо пройтись, пока наши задницы не стали квадратными.       Они вышли из аудитории, едва передвигая ноги, словно вылезли из собственных тел и теперь ходили, как пустые оболочки, не понимая, где заканчиваются они и начинается воздух. Ло ощущал, как вся его энергия ушла вместе с последним аккордом лекции. Все попытки собрать себя в кучку растворялись под тяжестью бессмысленных абстракций, будто студентов пытались запихать в коробку, но она уже вся разорвана и трескается. Как бы он ни старался, в голове не укладывались ни формулы, ни слова профессора - только бесконечные глупые вопросы.       Хотя они и выглядели как «заморыши», Лололошка не терял всеобщего оптимизма. После сцены в холле, в которой он, казалось, только что пережил откровение, его охватило небывалое облегчение: как если бы невидимый тяжёлый груз, всё это время давивший ему на плечи, вдруг испарился. То, каким Лололошка увидел своего наставник - с каким трепетом и лаской тот обходился со своей сестрой заставило сделать вывод, что Джон - это не просто надменная маска, а человек, за которой скрывается нечто гораздо более глубокое, человечное и, возможно, даже... уязвимое. — Пойдём в «Спящий Енот»? — предложил Ричард, как только они оказались в коридоре. Голос его был настолько утробным, что казалось, он сам едва осознаёт, что только что произнес. Ло даже удивился, что Ричард ещё не превратился в свою собственную тень. — Идём... — прошептал Дейвисон, давя лыбу и откидывая голову назад. — В следующий раз на лекциях я буду сидеть в углу и жевать свои тетради, вместо того чтобы переживать этот кошмар... — Согласен... Как ты можешь улыбаться после пыток в аудитории, Ло? — Боюсь, если я не буду улыбаться, мне станет страшно с самого себя.

***

      Дождь продолжал без усталости лить, капли безошибочно стучали по зонту, создавая почти гипнотический ритм, который сливался с атмосферой вечернего Хэнфорта. Мокрый асфальт отражал тусклый свет уличных фонарей, а запах свежего дождя переплетался с тяжёлым воздухом, пропитанным городской суетой и лёгкой меланхолией. Вечер был хмурым, но в этом было своё очарование - как страница из книги, которую хотелось бы оставить открытой, погружая взгляд в её текст, пока не закончится этот момент.       Рост парней заметно различался. Хоть Лололошка и был младше Ричарда всего на год, в детстве это всегда становилось поводом для забавных подшучиваний со стороны Трумана. Ричи, будучи старше и заметно выше, с лёгкостью напоминал Ло о его «низкорослости», не упуская шанса на шутки. Он любил смеяться, говоря: «Не бойся, Ло, карликов тоже любят!» или с сарказмом комментировал, когда тот, прыгая, едва мог дотянуться до верхних полок в шкафах. Каждое такое поддразнивание, несмотря на весёлую нотку, неизменно сопровождалось тем тёплым ощущением братской привязанности, которое они с Ло оба хорошо знали. "— Ты как гномик!" — смеялся Ричард, когда они были детьми, наслаждаясь моментом, когда его слова возвращали ему уверенность. Он часто оглядывался на младшего с высоты своего роста, не без удовольствия замечая, как тот пытался ответить, но обычно безуспешно. Лололошка, конечно, обижался, но, несмотря на это, всегда пытался найти остроумный ответ. В конечном счёте, всё заканчивалось тем, что Ричард оказывался в углу, наказанный за свои подначки. Но с годами всё изменилось.       Теперь, когда Ло значительно опередил Ричарда по росту, он вспоминал о детских колкостях с забавой. Юноша сам часто усмехался, вороша в закромах памяти те детские шутки и поддразнивания. Ирония была в том, что теперь Ричард оказался тем, кто больше не вынужден наклонять голову, чтобы попасть под зонт Ло. Ситуация кардинально переменилась, и в этом было что-то одновременно забавное и символичное, как напоминание о том, как сильно меняются роли с течением времени. — Ты ведь таким мелким был, когда мы были детьми! — с лёгким смехом произнёс Ричард, когда Лололошка неожиданно чуть не стукнулся головой о зонт. — Ты мне не дашь забыть это, да, Ричи? — Ещё бы! Ты же знаешь, как все любят этот ролик с тобой и лазаньей. Публика в полном восторге! Некоторые даже спрашивали, кто этот красивый парнишка в фартуке.       Лололошка удивлённо приподнял брови, не в силах сдержать улыбку. Он, конечно, не ожидал, что кому-то может быть интересно его появление в таком контексте, особенно когда речь шла о видео, сделанном Ричардом. — Ну, ты в фартуке выглядел внушительно, — продолжил Ричард с хитрым прищуром, наблюдая за его реакцией. — Все подумали, что ты - настоящий кулинарный гуру. Тебе не нравится такое внимание? Ты, кажется, не особо привык к подобным вещам.       Кривая гримаса промелькнула на лице Ло, и, несмотря на попытку сдержать смятение, в глазах всё равно читалось лёгкое недоверие. Ситуация, очевидно, вызывала у него дискомфорт - ему не нравилось быть в центре внимания, особенно в таком контексте, когда его изображение попадало в объектив чужого взгляда. Даже если внешне он и пытался скрыть свою неловкость, внутреннее напряжение всё равно просачивалось сквозь каждую нервную деталь его поведения. — Это всё очень странно, честно говоря. Я даже не думал, что получится так...       Они продолжали шагать, почти не замечая мокрого дождя, который всё сильнее усиливался, обрушивая свои струи с неба, как будто решив, что они точно не уйдут сухими. Мимо них проезжали машины, и их неяркие огоньки смешались с отблесками дождя. Ло уже чувствовал себя чуть живее, просто находясь в компании Ричарда и разговоров о чём-то незначительном.       Кафе «Спящий Енот» было комфортным местом, притягивающим студентов и преподавателей не только своим меню, но и атмосферой. Оно находилось буквально в нескольких минутах ходьбы от университета, что делало его идеальным местом для отдыха после пар. Внутри царил тёплый, почти домашний уют: мягкое освещение, приглушённый свет от ламп и свечей на столах, стены, украшенные местными художниками и абстрактными картинами с енотами, создавали ощущение, что ты попал в тихий уголок, где время замедляется.       В кафе всегда было шумно, особенно в вечернее время, когда студенты приходили сюда в поисках расслабления и хорошего кофе. Густой аромат напитков, печенек и домашних десертов разносился по всему помещению, создавая непринуждённую душевную обстановку, в которой можно было развлечься и просто наслаждаться временем с друзьями или в одиночестве с книгой.       Столики были маленькие, скромно обставленные деревянными стульями, а в углу стоял кожаный диван для тех, кто хотел устроиться поудобнее. За барной стойкой стоял бариста, который уже успел стать знакомым лицом для постоянных клиентов - студенты часто заказывали любимые напитки, и бариста с улыбкой быстро их готовил. Ло и Ричард вошли внутрь, и сразу почувствовали, как влажный, холодный воздух улицы растворился в тепле. Несколько студентов сидели за столиками, тихо разговаривая, кто-то сверял конспекты, а кто-то сидел в одиночестве, поглощая чашку горячего напитка, словно пытаясь унять свою усталость. Приятный фон музыки и незначительный шум бесед создавали ту самую атмосферу, в которой было легко расслабиться и забыться.       Как только Ло и Ричард вошли в кафе, запах выпечки приятно охватил их. Ло был слишком взбудоражен и казалось, что простой аромат свежего кофе способствовал его бодрствованию. Пока Лололошка завороженно смотрел на вывески у бариста и пытался выбрать им что-нибудь из напитков и перекуса, Ричард осматривался в надежде найти столик, который был бы чист и приятен для их посиделок.       Заприметив один из таких он было уже хотел окликнуть друга, но его взор отвлёк яркий, будто специальный опознавательный знак на белом тле, оранжевый галстук. Физиономия Ричи сжалась в сухофрукт, выражая недовольство и отвращение от увиденного Джона с Сашей, мирно сидевших сзади единственного свободного столика. В момент его колкого взора пустой стол заняли. Кажется, сверлящий взгляд Ричарда был настолько пронизывающим, что парень его заметил. На секунду Харрис замер, выражение на его лице сменилось с насмешливого на искренне удивлённое. Он слегка поднял брови - глаза стали чуть уже, как будто он пытался осмыслить, как Ричард оказался в этом месте.       Тем временем Ричи, не обращая внимания на напряжённую атмосферу между ним и Джоном, подошёл к их столу. Для него это было особое событие - хоть они виделись с куратором на предпоследней паре, он не мог упустить шанс поговорить с ней в более непринуждённой обстановке, в которой она была не преподавателем, а просто человеком. В взгляде на неё лицо Зелёнки выразило искреннюю признательность и уважение. — Мисс Саша! — звонко проронил Ричард, наклоняя голову. — Для меня большая честь увидеть Вас вне рабочее время, а вот так, в прекрасном настроении. — Ричард, — ответила девушка с мягким смехом, — приятно видеть тебя в таком уютном месте после тяжёлых пар! Вне работы зови меня просто по имени - Саша. Осточертел этот официоз...       Ричард с удовлетворением кивнул, его глаза наполнились уважением и вниманием, когда он слушал её слова. Парень не мог не оценить, как Саша, несмотря на свою роль куратора, сохраняет в себе ту лёгкость и обаяние, которые не всегда легко заметить в её официальной роли. На занятиях она всегда выглядела строгой и сдержанной, словно закрепившись в образе непреклонного наставника, но здесь, в уютной атмосфере кафе, она предстала перед ним намного более живой, расслабленной и естественной. Этот контраст, несомненно, придавал ей ещё больше привлекательности в глазах Трумана, делая её совсем не такой, какой он привык её видеть в учебных стенах. — На самом деле я здесь не один. Лололошка затерялся где-то в очереди за напитками. — О, значит и Дейвисон вместе с тобой? Я бы удивилась, если бы увидела его без тебя. Мест, как я погляжу совсем уж нет. Садитесь с нами!       Джон не возражал - лишь лукаво усмехался, его взгляд скользил по толпе, с хитрым прищуром и почти невидимым интересом ища своего единственного ученика. Он ощущал, как его собственные эмоции, ранее подавленные, начали вырываться наружу - парень нервно постукивал ботинком по полу, словно пытаясь выместить беспокойство, которое тревожило его разум. Этот привычный ритм был его способом справляться с чем-то, что его раздражало, и в то же время показывал, как неудобно ему в этой ситуации.       Его лицо слегка изменилось, взгляд стал напряжённым, словно буря на горизонте, несмотря на все усилия сохранять надменность. В движениях была заметна нервозность, прерывистая и нелепая, как будто каждая деталь требовала немалых усилий, чтобы оставаться неизменным. Он знал: чем больше он слушал рассказы Ричарда о Лололошке, тем сложнее было не терять контроль. Харрис не мог избавиться от нарастающего любопытства, вспоминая тот момент в холле, когда его глаза встретились с этими двумя. Их связь оставалась для него загадкой, и он не мог отделаться от ощущения, что что-то в этой близости было неясно, неуловимо. Хоть он и пытался разобрать у себя в голове, что стояло за этой странной близостью - ответ оставался туманным. Труман был как рыба-прилипала, и всё, что он знал о Лололошке, сводилось к тем немногим моментам, когда тот был вне компании Ричарда - факультативы.       Нервное постукивание ботинком становилось всё более отчётливым, словно оно воплощало сам хаос мыслей, что неутомимо кружили в его голове. Джон ощущал, как что-то внутри него трещит по швам - нечто, что касается Ло. Но это чувство было смутным, запутанным. Он не мог понять, почему ему так некомфортно, когда Ричард и Ло оказывались так близки друг к другу. Снаружи всё выглядело естественно - просто два друга, но каждый момент их молчаливых обменов взглядами или лёгкими, почти невидимыми прикосновениями вызывал у Джона странное, беспокойное чувство, которое невозможно было игнорировать. Возможно, этому способствовало то, что он наблюдал за ними не первый день, и этот привычный, но всё более тревожный ритм, казалось, становился всё заметнее.       Пока «гений мыслей» катился в пучину собственных раздумий Ричард переживал собственную волну эмоций. Он не мог не заметить, как мягко куратор улыбалась Джону, как с ним её разговор казался более личным. Для Трумана, который воспринимал Сашу как нечто большее, было трудно не чувствовать некоторую горечь, когда она так легко взаимодействовала с напыщенным студентом. — Вот твой кофе, Ричи. — сказал Ло с улыбкой, хотя внутри он не смог подавить собственное удивление от компании, которая сложилась на этот вечер. — Привет.. всем? — добавил он радушно, подсаживаясь к другу за стол. Его голос был тёплым, но сквозь него всё равно проглядывала нотка беспокойства. Ричард, который, очевидно, ещё не полностью успокоился от своей внутренней борьбы, коротко кивнул и взял чашку. — Здравствуй, Лололошка. — мягко обратилась к нему девушка. — Как прошёл день? — Последняя пара вымотала нас с Ричардом до невозможности. Я не ожидал встретить вас здесь! — Да.. Считайте, что я вывела своего братишку в люди. Он не так давно вернулся в Хэнфорт из заграницы, так что... — Подождите... Что?! — выдохнул Ричи, теряя дар речи. — Вы... брат и сестра? Серьёзно?!       Все присутствующие молча наблюдали, как Ричард, не скрывая удивления, пытался осмыслить только что полученную новость. В его взгляде читалась растерянность, будто реальность вокруг вдруг потеряла свою устойчивость и превратилась в странный, нелепый комикс. Саша, заметив его реакцию, едва сдержала улыбку, видя, как он, скрежеща зубами, пытается выстроить в голове логическую картину. Она наклонила голову в сторону Джона, чье лицо, как всегда, оставалось непроницаемым, но в глазах мелькнула искра интереса.       Несмотря на его неизменную физиономию, одна бровь приподнялась в знак немого вопроса, и он с явным любопытством смотрел на Трумана. Тот продолжал таращиться на них - взгляд скачками метался от одного лица к другому, словно не в силах найти точку опоры в этом неожиданном повороте событий. — Так подумать - вы похожи... внешне. Но как этот самовлюблённый придурок может быть братом такой чудесной дамы, как Вы, Мисс Саша? — Ричард явно перегибал с описаниями, что вызвало у Ло тихий смешок. — Придурок - это тот, кто находится при дураках. — довольно процедил Харрис. — В твоей компании не может быть иначе, Ричард. — Мы с Джоном очень разные по характерам, поэтому люди часто удивляются, когда узнают, что мы родственники, — произнесла девушка, едва сдерживая смех, наблюдая за ошеломленным взглядом студента.       Внутри у Ло всё бурлило, и он едва сдерживался, чтобы не сорваться с каким-то ехидным комментарием. Куратор, заметив, как студент с трудом сдерживает смех, не смогла не поддаться его заразительному настроению. Она подалась вперёд, её глаза наполнились тёплым светом, а на губах появилась лёгкая, едва уловимая улыбка, в которой не было тени осуждения - только дружелюбие и озорной огонёк. — Вижу, что тебе уже значительно лучше, чем на моих занятиях, — сказала она с лёгким смехом. — Если я правильно помню ты пытался унять жар своего лица, прижимаясь к студёной парте. Интересный способ, Лололошка.       По коже пронёсся холодок, будто весь ветер снаружи кафе решил обвеять юношу. Услышав слова куратора, он замер на мгновение, а затем почувствовал, как румянец снова подступает к лицу. Он понял, что куратор заметила его попытки справиться с неожиданной волной смущения, и теперь, очевидно, не упустила шанса его поддеть. В этом они с Джоном были очень похожи. Более всего студента смущало то, как всё это время Харрис с довольной физиономией смотрел на него, практически ничего не говоря и не вставляя свои остроумные комментарии. — У меня так довольно часто! — Ло быстро начал оправдываться, но слова как будто застряли в горле. — Парты в вашей аудитории правда прохладные, как раз для таких случаев.       Саша только качнула головой, всё ещё улыбаясь. — Ну что ж, Ло, я рада, что ты всё-таки нашёл способ справляться с жаром. Даже если для этого пришлось применить нетрадиционные методы, — сказала она, подмигнув. — Главное, чтобы ты не использовали мой стол для этой цели.       Лололошка чувствовал себя так, словно оказался на сцене под яркими прожекторами, хотя на самом деле сидел всего лишь за маленьким столиком в уютном кафе, окружённый знакомыми. Его красные щёки вдруг стали предметом нескончаемых обсуждений, как если бы это было самым важным событием дня. Каждый взгляд, каждый комментарий казались ему резкими ударами по его и без того непрочному самолюбию. С каждой секундой ему становилось всё труднее оставаться спокойным. — Слушай, Ло... Я даже не знал, что у тебя есть такой натуральный румянец, — с игривой усмешкой протянул Джон, скрестив руки на груди. Его голос был глубоким и спокойным, но в нём явно звучал тонкий оттенок насмешки, который в момент заставил Ло почувствовать себя ещё более неуютно. — Интересно, это от жары или... от чего-то другого? Если бы я знал, что студенческая жизнь так влияет на цвет лица, может, и сам бы пару приёмов с партой освоил, — продолжал Харрис, поднимая чашку с кофе и слегка наклоняя голову, как бы размышляя всерьёз. — Джон, хватит, — тихо вмешалась Саша. — Не издевайся над ним. — Да я не издеваюсь, просто... пытаюсь понять секрет. Вдруг пригодится, — невинно ответил парень, но в его глазах мелькнул тот самый огонёк, который говорил: он прекрасно знал, как двусмысленно пошутить.       Ло не выдержал и вскочил с места. В глазах зажигалась дерзость. Он бросил быстрый взгляд на Джона и, не скрывая сарказма, произнёс: — Ты, наверное, прав, Джон. Секрет в том, чтобы иметь такие же идеальные гены, как у меня. Не переживай, тебе до этого уровня ещё расти и расти...       Его слова прозвучали с лёгким надрывом, и Ло, казалось, на мгновение почувствовал, как его колкость превращается в защитную реакцию. — Но если тебе так хочется попробовать, могу дать пару уроков. Правда, боюсь, что даже с моей помощью ты всё равно останешься просто... — он сделал драматическую паузу, нахмурив брови и оценивающе оглядев Харриса с ног до головы, — скучным парнем в дорогом пиджаке.       Ричард не смог сдержаться и прыснул в кулак, едва удержав смех. Саша удивлённо подняла глаза, но промолчала, наслаждаясь моментом, словно всё происходящее было ей знакомо и немного забавным.       Откинувшись на спинку стула и сложив руки на груди, Джон медленно прищурился. В его взгляде вспыхнул тот самый хитрый огонёк, который всегда предвещал неприятности для тех, кто его злил или интриговал. Уголки губ слегка изогнулись в довольной усмешке, как будто всё происходящее только разжигало интерес и настраивало на новую игру. — Неплохо, Ло, — наконец проговорил он с лёгким смешком. Его тон был расслабленным, словно он играл в шахматы и Ло только что сделал интересный ход. — Очень даже неплохо. Ты умеешь удивлять, — добавил Джон, его голос прозвучал мягко, почти одобрительно, но взгляд говорил совершенно другое. — Думаю у нас будет достаточно времени на факультативных занятиях, чтобы ты продемонстрировал мне как нужно справляться с жаром на парте.       Лололошка слегка усмехнулся, с видимым удовольствием бросив короткий взгляд на Харриса, который всё ещё изучал его. — Обязательно, наставничек. — Вы оба такие дети, — сказала Саша с улыбкой, поднося чашку к губам. — К слову, пора собираться домой. Ричард, Ло... Вам стоит поторопиться, если вы не хотите опоздать на последний автобус до кампуса.       Мгновенно встретившись глазами, Ло и Ричард одновременно охнули, заметив время на часах. Их рты открылись в немом удивлении, и оба парня, как по сигналу, вскочили с мест, будто только сейчас осознали, насколько всё это затянулось. В воздухе зависло лёгкое напряжение, а их взгляды мелькали от часов к друг другу, пытаясь понять, как так быстро пролетел момент. — Опаздываем! — воскликнул Ричард, резко схватив свою куртку и вскочив с места. — Спасибо за компанию, Саша. Было приятно Вас видеть, — коротко, но искренне сказал Лололошка, его взгляд на мгновение задержался на наставнике, но он не дал себе времени вникнуть в его реакцию.              Ричард, уже нетерпеливый, вытолкал его со стола, поспешив добавить, уже на ходу: — Спасибо за вечер, Саша! Вы, как всегда, шикарны!       Саша успела только рассмеяться и помахать им рукой, но двое друзей уже стремительно направлялись к выходу. Джон остался сидеть, скрестив руки, прищурив глаза. Его взгляд был спокойным, но в нём угадывалась лёгкая насмешка, когда он проводил их взглядом, ощущая, как лёгкое напряжение остаётся в воздухе после их поспешного ухода.       Харрис остался за столом, молча наблюдая, как Ло и Ричард торопливо покидают кафе. Взгляд его тёмных глаз был пристальным, почти аналитическим, но за этой внешней невозмутимостью скрывалась целая буря эмоций. Он продолжал расслабленно лежать на спинке стула, сцепив руки в замок перед собой и устремил взгляд на дверь за которой только что исчез Ло. Харрис чувствовал странное сочетание гнева и интереса. Лололошка не был похож на других: в нём было что-то дерзкое, упрямое, что Джон никак не мог игнорировать. "Как он вообще умудряется быть мягким и твердолобым одновременно?" — подумал Джон, чувствуя лёгкое раздражение.       Каждая их перепалка, каждая колкость, от которой Ло отбивался вместо того, чтобы уступить, подогревала его интерес.       Когда Ло кивнул ему на прощание, в этом жесте было что-то вызывающее, но в то же время Харрис уловил мелькнувшее смущение в глазах парня. Этот контраст - между уверенностью и уязвимостью - цеплял его сильнее, чем он был готов признать. Джон тихо выдохнул, убирая раздражение из голоса, когда Саша посмотрела на него с мягкой улыбкой. — Забавный парень, не находишь? — невинно заметила она, делая очередной глоток своего кофе. — Забавный? — повторил юноша, его губы дрогнули в едва заметной усмешке. — Он скорее упрямый, как... — он замолчал, подыскивая слово. — Как ты? — поддразнила Саша, изящно подняв бровь.       Шатен только усмехнулся, не подтверждая и не отрицая. В его голове уже крутились мысли о том, как он снова встретится с Ло. Ему хотелось разобраться: почему этот парень так легко выводил его из равновесия? И почему каждый раз, когда он пытался показать своё превосходство, он ловил себя на том, что хочет узнать о нём больше? В глубине души Джон чувствовал: это не просто забава. Это становилось чем-то личным.