Божественный Кумихо

– Завтра можешь не ждать меня в универе, у меня дела, – Минхо одарил его фальшивой улыбкой, присаживаясь на корточки, словно поддразнивая его своим превосходством. – И ты не подскажешь, как мне освободиться от этой милой компании верёвок? – спросил Хан, стараясь спрятать гнев за маской сарказма. – Это теперь твоя головная боль. Пока! – Минхо исчез, оставив лишь ощущение пустоты и горечи. Как всегда. Он появлялся и исчезал, словно призрак, оставляя после себя лишь хаос и неразбериху. Но Хан больше не намерен играть по его правилам. – Сейчас дернусь и разнесу всё к чертям собачьим, да? Ха-ха, – пронеслось в голове Хана. И, собрав всю свою волю в кулак, он сделал резкое движение. Верёвки не выдержали напряжения и лопнули, как перегнившие нитки. На лице Джисона появилась слабая улыбка: он становится сильнее, и Минхо пожалеет, что недооценил его. Утро начиналось, как обычно, но Хан уже не воспринимал рутину как что-то незыблемое. Он ощущал перемены, происходившие внутри него, и с готовностью принимал их. В университете его ждали те же знакомые лица, привычные занятия, но теперь это не вызывало уныния. Учебный день пролетел незаметно, и Хан направлялся домой, когда телефон неожиданно подал сигнал. – Эй, Хан, не хочешь сегодня вечером пойти выпить с нами? – пришло сообщение, в котором звучала искренняя радость. Ответ вырвался из Хана мгновенно, словно освобождение: – Да, давай в 7 у парка? – он понимал, что это лишь первый шаг к новым открытиям. – Согласен, жду! – тут же пришло подтверждение. Хан ускорил шаг, ощущая прилив энергии. Сегодняшний вечер сулил что-то большее, чем просто дружескую посиделку. Дома он наскоро перекусил, не обращая внимания на вкус еды, и, отбросив остатки небрежно на тарелку, тут же принялся готовиться к встрече. Время поджимало, и каждая минута была на счету. –Привет! – раздался неожиданный голос за спиной. Хан подскочил как ошпаренный, инстинктивно выставив руку вперед в грубом подобии удара. Рефлекс, отточенный годами. Но его противник, конечно же, ждал этого. –Откуда ты, черт возьми, взялся? Через окно, как всегда? – проворчал Хан, закатывая глаза. Он уже догадывался, кто это. –Нет, на этот раз проявил немного уважения к твоим стенам и воспользовался дверью, – ответил Минхо,иронично поклонившись. –Откуда у тебя ключи, паразит? –О, это долгая история, – Минхо театрально вздохнул. – Если коротко: пока ты спал, я тихонечко воспользовался твоей беспечностью. Дубликат готов, ха-ха! В своих мыслях Джисон всласть обложил Минхо всеми известными и еще не изобретенными ругательствами. Зачем он вообще появился? –Куда это ты такой нарядный собрался? С Феликсом на свидание, что ли? –На встречу с Феликсом. И да, не твое собачье дело. –Ой, а можно с вами? Я тоже хочу, – слащаво протянул Минхо. Джисон закатил глаза. –Ты? Ха-ха. Ты же наш препода… –Я заставлю его забыть о себе, – огрызнулся Минхо. – Я ас в исчезновении чье-то памяти. Хан, копаясь в шкафу, фыркнул: –Не утруждайся, пожалуйста. Лучше останься дома и развей мои подозрения, что ты страдаешь старческим маразмом. –Как знаешь, – безмятежно ответил Минхо, что заставило Хана насторожиться. Что он задумал? –Можешь почитать что-нибудь для развития, или, знаешь, судоку поразгадывать, – ехидно посоветовал Джисон, торопливо надевая кофту. – Чтобы мозги хоть немного зашевелились, пока меня нет. 18:40 С почти болезненным спокойствием Хан направился к парку. Вечер был странно тихим, в душе – пусто. Ни привычной боли, ни терзающего голода – ни единой трещинки в этой кажущейся идеальной глади. Но что-то тревожно шевелилось под ней, словно потревоженный зверь. Он двигался медленно, словно во сне, и заметил, что взгляды прохожих словно приклеились к нему. Мгновенная мысль – всё в порядке – обожгла его сознание, как холодная искра. И тут же рассыпалась в прах. Подойдя к месту встречи, он увидел, что Феликс и Хенджин уже ждут его, их силуэты выделялись на фоне заката. – Эй, Хани! Быстрее, пока я не съел Джини! – крикнул Ликс, с трудом сдерживая смех. Джисон улыбнулся, но в голове промелькнула мысль, что, возможно, им стоит поспешить. Что-то не давало ему покоя, но он прогнал эти мысли и, стараясь не отставать, пошёл следом за друзьями, слушая их оживленные разговоры. У барной стойки Хенджин отошёл, чтобы ответить на звонок. Его нервозность, промелькнувшая на секунду, не ускользнула от взгляда Хана. Он видел, как Хен сжимает телефон, как дергаются его скулы, и по коже пробежали мурашки. Ему казалось, что назревает что-то нехорошее. – Пойдёмте. Я закончил, – голос Хена звучал глухо и напряженно, когда он вернулся к ним. Заходя внутрь, Джисон чувствовал, как вечер сгущается тенью. Ликс сиял, словно пробившийся сквозь тучи луча, но Хенджин стоял в стороне, его взгляд - воронье перо, чертящее по радужной легкости. Время уносило смех, но оставило после себя привкус горечи, словно яд в меду. – Хан, пойдём покурим, – резко бросил Хенджин, и в этот раз в голосе не было ничего дружелюбного. Хан почувствовал, как что-то надломилось внутри. С Хенджином он всегда старался держаться на расстоянии, а теперь… Теперь он понимал, что бежать некуда. – Да… Пойдём, – тихо согласился Хан, смирившись с неизбежным. Чёрный выход встретил их затхлым запахом и мрачной тишиной. Хан не успел даже вдохнуть, как мощная рука Хенджина захлопнулась у него на лице, прерывая любой звук. В тот же миг к горлу прижался холодный металл – острие ножа, обещающее скорую и мучительную смерть. – Я знаю, что ты как-то связан с Минхо, – слова повисли в воздухе, словно давящий груз, затрудняя дыхание, перекрывая кислород. – Забудь о нём, иначе… – Хан вырвался, спасая себя от захвата, и отшатнулся назад, борясь с приступом паники. Джисон резко провел рукой, как будто чертя невидимую линию. В воздухе вспыхнула еле заметная искорка, и между ними, словно тонкая нить паутины, появилась черта – серебряная, зыбкая граница, разделяющая добро и зло, особенность кумих, о которой он даже не подозревал. – Чёрт возьми, откуда ты всё знаешь? Кто тебе проговорился? – гнев затопил его, как наводнение. Его глаза, отражающие тьму, снова стали лисьими. – Хах… Спроси у Минхо, он наверняка все расскажет… – слова Хенджина были прерваны мощным ударом, который отправил его в полет. – Твой удар… Хаха… Ты еще слишком слаб. Такой наивный, раз думаешь, что сможешь просто так избавиться от меня… – Хенджин, поднимаясь, усмехнулся, его взгляд был полон презрения. В этот момент раздался звук, словно капля крови, упавшая в чистейшую воду, - мягкий, звенящий звук, словно лопнувшая струна. – Надеюсь, я не слишком вам помешал? – произнес человек, возникший из густой тени. Хоть он и стоял спиной, Хан узнал этот голос – голос Минхо, звучавший насмешливо и опасно. – Я заберу этого балбеса с собой, а ты возвращайся к Феликсу, – тон Минхо не терпел возражений. Прежде чем Джисон успел хоть что-то предпринять, Минхо, снова исчез, оставив его одного. Скрытая радость от спасения затмила любые другие чувства. Новые тревоги, липкие, как паутина, оплели его сознание. Остаток вечера прошел, как в тумане. Феликс, казалось, полностью забыл о существовании Хенджина, утонув в оживленных разговорах. Джисон же, чувствовал себя так, словно находился в самом центре надвигающейся бури. В десять вечера молодые люди разошлись по домам. Джисон, ступив на порог своего дома, знал: что только часть этой бури поглатила его. Прошёл месяц. Месяц прошел в тишине, в которой, казалось, растворился и Минхо. Хан с облегчением выдохнул, но тьма бара продолжала клубиться в его мыслях. Это время он посвятил себе, тренируя контроль над своей внутренней силой, пытаясь укротить лисью ярость. Утро раскрасило мир яркими красками. Летнее солнце, словно верный друг, согревало кожу, даря ощущение свободы. Хан, погрузившись в любимые мелодии, отправился на прогулку, стремясь отвлечься от тяжелых мыслей. Жизнь становилась лучше: деньги хоть и не лились рекой, но позволяли не голодать, а готовые блюда экономили время и силы. В магазине его взгляд зацепился за ярко упакованный набор – недорогой, но привлекательный. Присев на корточки, он услышал звук, пронзивший тишину, звук, который заставлял его кровь стыть в жилах – плеск капли, упавшей в воду. – Хахаха, давно не виделись, Хан, – прозвучал голос, заставивший его сердце пропустить удар. Аромат дорогого парфюма, некогда такой желанный. – Минхо? Давно не виделись. Ты что-то хотел? Или просто решил появиться из ниоткуда, чтобы испортить мне настрой? – в голосе Хана звучало раздражение. – Эм, просто так? Мне действительно нужна причина, чтобы увидеться с тобой? – голос Минхо был неуверенным, а взгляд – растерянным. Хан удивлённо вскинул бровь. Что-то было не так. – Хочешь чего-нибудь перекусить? За мой счёт. Но сначала мы должны кое-что обсудить. Есть вещи, которые нельзя откладывать. **** – Эй, Чан, какого чёрта я должен за ними следить?! – взревел Хенджин в трубку, его голос был полон ядовитой злобы. Он проклинал себя за то, что связался с этим делом, за эту унизительную роль. – Я всего лишь раз тебя попросил, в чём проблема? – ледяной тон Чана не предвещал ничего хорошего. – Да я уже с ума схожу! Мечтаю попасть домой и забыть обо всём этом дерьме, а не ползать в кустах за этими голубями. – Как только всё будет сделано, ты свободен, – Чан отрезал, не выражая ни капли сочувствия. – При следующей встрече я лично тебя придушу, – прошипел Хенджин, с силой швырнув телефон на сиденье машины. В ярости выскочив из салона, он снова устремился за своей добычей. Чан, разумеется, мог и сам выполнить эту работу, но наблюдать за чужими страданиями всегда доставляло ему извращенное удовольствие. Хенджин пробрался к дому Хана, но, стиснув зубы, остановился. Заходить внутрь – верная смерть. Минхо почует его раньше, чем он успеет сказать и слова. **** На обратном пути Джисон, словно одержимый, попытался вытянуть из Минхо хоть какую-то информацию о Хенджине. – Хенджин… – Минхо нахмурился, словно вспоминая что-то неприятное. – Если не ошибаюсь, его изгнали из высших богов, отлучили от божественного света лет двести назад. С тех пор он скитается между мирами, неприкаянный дух, не принадлежащий ни живым, ни мертвым. Он как тень, как отголосок былого величия. Не стоит о нём думать. Ответ Минхо прозвучал как приговор. Джисон узнал лишь малую доль правды. Хотя,даже столь малая информация заставила сиять Хана от счастья,ведь он стал чуть ближе к разгадке. Зайдя в квартиру, Хан тут же взялся за готовку, наполняя пространство ароматом, который сводил с ума. – Держи, осторожнее, горячее, – Хан нежно протянул приборы, сам, сияя от счастья, сел напротив. – Спасибо, и тебе приятного аппетита, – ответил Минхо, его глаза светились. Во время еды старший не отрывал взгляда от Хана, будто завороженный его красотой, сравнивая его с прекрасным юношей, сошедшим с полотен древних мастеров. – Что за пристальный взгляд? – Хан поднял глаза, поймав этот восхищенный взгляд. – На тебя. Ты просто невероятно красив, – шепнул Минхо, его голос был достаточно низким и восхищенным. Хан надеялся смутить его, но эффект оказался противоположным. Щеки Хана вспыхнули, словно нежный рассвет. – Что случилось? – Хо улыбнулся, его глаза искрились. – Просто… острый кусочек попался, – Хан попытался скрыть смущение, но выдавал себя румянцем. – Правда? – Хо медленно протянул руку, будто боясь нарушить эту хрупкую атмосферу, и бережно коснулся губ Хана. – У тебя губы… красные от перца, – прошептал он, его дыхание коснулось щеки Хана. Внутри Хана бушевала буря чувств, смешивая трепет с блаженством. Дистанция между ними стремительно сокращалась. Сердца обоих забились в унисон, как музыкальный такт. – Давай я просто вытру их, – Минхо шептал, его голос звучал как музыка, а слова обжигали. Хан почувствовал жар, разливающийся по всему телу. Он покраснел еще сильнее. Джисон не мог вымолвить ни слова, лишь послушно кивнул, не в силах оторвать взгляд. Хо осторожно вытер губы Джисона салфеткой, и они продолжили завтракать, погруженные в этот волшебный момент.