Сладкий Ад

Оставшееся время, проведенное на площадке, было посвящено раздаче последних указаний и несколько минут Хэл благодарила звукача. Отдать должное этому умельцу успели даже они, пожав ему руку, потому что звук был и правда прекрасным. Хотя со сцены Мин не слышал его, но то, что звучало в зале было выше всяческих похвал. Из-за сцены подтянулись оставшиеся девушки, похватали пацанов за руки и двинулись на выход. Пока Юнги сжимал в своих кошачьих лапах свою русалку, Лекса, пару раз саданув Намджуна по рукам, что тянулись к ее талии, раздала последние втыки, выписала пару благодарностей, ткнула пальцами в очевидный косяк и скинула монитор из уха. Было видно, что девочки неимоверно устали, что их бы в ванну с пеной, а после на белоснежные подушки и под теплые одеяла и чтобы часиков на двенадцать, не меньше. Но завтра в восемь их снова ждут на месте, обещая к тому моменту домонтировать главный экран и привести зал в соответствие концепции. К черту смотровую, успеют еще. По пути в отель каждая из них отчиталась о том, что нашла и доделала на своей территории. Оказалось, что за сценой творится дикий бедлам и никто ничего не понимает. Даже на корейском. Смонтирована только половина конструкций, такого понятия, как «костюмерная» не существует в принципе, костюмы просто лежат в транспортировочных ящиках. Скорые есть, но что им делать и как, и в каком порядке действовать, не знает никто. Собственный штат гримеров располагает всем необходимым, но распределения никакого нет. И все это было крайне знакомо всем семерым парням, что сталкиваются с подобной безалаберностью всю свою творческую жизнь. Хэл строчила в заметки телефона все, что будет необходимо пофиксить до старта мероприятия, параллельно раздавая задачи на завтра. Парни просто молча наблюдали за происходящим и каждый из них понимал, что та ответственность, что они испытывали, выходя на сцену, и рядом не стоит с той, что девушки сейчас несли на своих хрупких плечах. Оказавшись в холле отеля, сделали заказ ужина в номера, желая поскорее смыть остатки этого дня в душевых. Разбрелись по комнатам и все, что осталось Юнги, это стянуть с верховной кроссовки, размять ей ступни, ответить на благодарную улыбку своей и завалиться на кровать, кутая свою бестию в руках, под очередное тупое шоу с экрана телевизора. Минут через сорок, с осторожным стуком в дверь, появилась еда, что была поглощена со скоростью звука, потому что восполнение запаса энергии требовалось даже Мину. Уже после, придя в более благоговейное расположение духа, повелительница чертей разрешила стянуть с себя остатки одежды и отнести себя в ванну, что так же находилась в санузле ее номера. Не джакузи, но тоже сойдет. Сообразив пену из геля для душа, Юнги опустил несопротивляющееся тело в воду, зажег пару декоративных свечей, что нашел на тумбе под телеком, выключил основное освещение и просто опустился на пол, рядом со своей русалкой. Болтали ни о чем и обо всем. Хэл устало водила мокрыми руками по его волосам, собирая смешные конструкции из пены и высаживая свои творения ему на голову. А он просто любовался полуприкрытыми веками и пухлостью любимых губ. Остальные части тела были пока еще тактически прикрыты пузырьками, что вот-вот норовили полопаться окончательно. Да и вода уже остыла. Пора было перебазироваться на кровать, так что, раздевшись самостоятельно, ухватив поудобнее ладную фигурку, Юнги просто загнал их под струи душа, смывая остатки пены и собственной усталости. Донес почти уснувшую ведьму до матраса, аккуратно уложил, лег рядом, обнял со спины, уткнулся в чуть еще влажные волосы, что даже после банных процедур пахли его любимым ароматом и уснул, на пару со своей кисой. А вот просыпаться от горлового как-то совершенно не планировал, но как же это очешуенно! Будильника он не слышал, вокруг полнейшая тишина, что иногда прерывается тихими стонами его дорвавшейся до любимого лакомства адской гончей. Открывать глаза не хотелось совершенно и Мин просто отдался этим уверенным ласкам с головой, прекрасно осознавая, что возвращать долги ему до конца своей жизни придется. И пока он, под закрытыми веками, наслаждался податливостью своей преисподней, не заметил, как подошел к краю. Кончая, он вдруг понял, что в этот раз глаза ее ему не понадобились, обошлись вообще без зрения, что немного даже успокоило его тревожность. А уже открыв глаза, он был почти затоплен тем светом, что излучала его Хэл. Солнечные лучи, что неспешно проникали сквозь неплотно прикрытые шторы, освещали ее спину, создавая вокруг нее дополнительно сияние, делая ее почти похожей на ангела. Только всем тут уже известно, что это все просто домыслы и удачно сложившиеся обстоятельства, потому что божественного в его верховной нет ничего. Продолжая любоваться своим неземным сокровищем, Мин за руки подтащил ее к себе и впился поцелуем, снова и снова смакуя собственный вкус на ее губах. Это уже какое-то извращение, но им как бы не привыкать, они настолько преисполнены этими неправильными влечениями друг к другу, что уже все остальное кажется не таким, а вот это вот — самым что ни на есть важным и ценным. Прикроватные часы показывали 6:30 утра, значит времени на быстрый душ и плотный завтрак у них достаточно. Было бы, безусловно, лучше вернуть должок сразу, но Юнги уже в курсе: если Хэл сама не перешла в двоеборье, значит у нее настрой на сольное выступление. Препираться бессмысленно. А вот у соседей за стеной, кажется, все на мази, потому что Алекс стонет, Намджун пыхтит, а слышимость здесь такая, будто стены из бумаги. Закончится фестиваль, и Мин увезет представителя Адского сословия в свои апартаменты и там им уже никто не помешает. А пока что, у BTS последняя тренировка перед концертом, а у БиТиСи сутки на все про все. После общего завтрака на веранде отеля, сообща решили, что ребята заедут на площадку после своего прогона и помогут, если на то будет необходимость. Разъезжаясь по местам, семь пар еще долго ворковали возле машин, что были присланы за ними специально. Четверка, состоящая из голубков и замужних девушек обнимались, смеялись и дарили друг другу позитив на день. Остальные пытались насладиться оставшимися перед расставанием секундами в руках друг друга. А Шуга и Хэл просто стояли в обнимку и наблюдали за остальными, радуясь внутри, что все так прекрасно вышло. Весь оставшийся день наши бравые айдолы усиленно дергали конечностями и напрягали голосовые связки, репетируя камбэк. Их выступление самое последнее, еще через четыре дня, но традиции нарушать нельзя и им всегда давали время на то, чтобы собраться с силами, отдохнуть от длительных репетиций и настроиться. Юнги планировал все это время провести на площадке, помогая своей половине. На остальных было откровенно наплевать. Заказав три такси до места проведения фестиваля, пацаны расселись по местам. Юнги поехал с Чимином. — Как у вас с Пумой дела? Все хорошо? — они так и не успели поговорить после приезда девчонок. Юнги видел, что у этих двоих все вроде замечательно, но все они привыкли на людях держать маски, мало ли. — Да, все отлично. Я, признаться, немного смущен и переживаю из-за скорости развития наших отношений, но глядя на вас понимаю, зря переживаю. Вы же буквально одним воздухом дышите, двигаетесь всегда слаженно, постоянно касаетесь друг друга, поцелуи ваши. Помнишь, ты на острове сказал, что теперь вы всегда будете вместе, чтобы вас по-отдельности не воспринимали? Так вот, я уже даже представить себе не могу вас по одиночке. Вы будто лет двадцать вместе. У нас так же будет? — Чимин, все зависит только от вас. Конкретно от нее и тебя. Тогда, когда я говорил все это там, у меня фонтаном били эмоции. Я десять лет до нее был одинок, думал, таким и помру. И вот она, уже сутки как в моих руках, а я уже был готов волочь ее в ЗАГС и скупать недвижимость в окрестностях Сеула, чтобы моя преисподняя дышала чистым воздухом. Чимин немного напрягся, что было видно по выражению лица. — Но? — Никаких «но», бро. Я все еще хочу купить нам дом, с прекрасным садом и беседкой, где моя повелительница чертей будет вязать игрушки для детских домов. И однажды, если повезет и все получится — будет баюкать на руках нашего сына. Оба замолчали и уставились в окна. Каждый задумался о своем. Юнги в этот момент представлял, как будет возвращаться после долгого рабочего дня в студии, уставший и голодный в свой дом, где на всю катушку будет играть музыка, а его бессовестная стерва будет скакать по кухне с лопаткой в руке, готовя ему ужин. Как он поймает ее со спины, испугает этим и будет вымаливать прощения поцелуями. Как однажды все же опустится на одно колено и добавит еще одно кольцо на ее безымянный палец. Только теперь уже то, что выберет для нее сам. Такое же утонченное и соответствующее его персональному Аду. Обязательно с гравировкой, но уже с внутренней стороны, подальше от чужих глаз. «Собственность Мин Юнги». Не татуировка на лбу, но этого будет достаточно. Он помнит, что никаких пышных торжеств по этому поводу они не устроят, что не будет клятв и официальных речей регистратора. Не будет документов и в мире не появится Мин Хэл. Но показать всем, что она принадлежит ему, он обязан. Самому себе снова доказать, что он справился, что нашел из восьми миллиардов ту, что предназначена ему судьбой. Что завоевал ее и уже никогда не отпустит. Подарить ей спокойствие и уверенность в завтрашнем дне, хотя она в этом всем не нуждается, ведь построила себя сама еще до его появления. Заставить расслабиться и не лететь больше вперед, не сносить любую преграду, а жить мирно и спокойно в его компании, не занимаясь больше достижением высот. Подарить себя, свою любовь, руку, сердце, печень и селезенку. Все улыбки в ее честь, каждый вдох и выдох с ее именем. Понимает, что она, скорее всего, не сразу сможет успокоиться и перестать нестись вперед паровоза, и ей будет просто скучно без ее постоянного дикого графика. Но рано или поздно, она привыкнет, сядет дома и будет его домашней кошкой, что все так же урчит, прижавшись к его груди, заглядывает в глаза, ища там ответ на свои чувства, светится после минетов и смешно куксит носик, если что-то идет не по плану. Он не станет ее ограничивать, запрещать что-то, или, упаси господь, контролировать. Он ей доверяет. Только в его силах доказать ей, что в дальнейшей гонке нет никакой необходимости. Теперь он везет, а она правит. От мыслей ребят отвлек голос таксиста, оповестивший о прибытии. Расплатившись, они покинули салон и начали озираться, в поисках остальных пацанов. В скором времени все семеро собрались перед центральным входом на стадион, что уже выглядел иначе, чем вчера. Над входом, во весь экран светилась афиша предстоящего мероприятия. Картинки и фотографии сменяли друг друга, среди старых корейских и неизвестных русских названий, мелькали новые отечественные звезды. Их не было всего полтора года. А индустрия на месте явно не стоит и свято место пусто не бывает. Зазеваешься и на пятки наступят мальчишки посвежее и помоложе. Но! Сменяя одну за другой, картинки мелькали со скоростью еле уловимой для глаза. И на несколько секунд изображение замирает, а на экране остаются их фото и надпись, что мерцает буквами. «Невероятное мировое событие, которого мир ждал больше, чем последнего сезона Игры Престолов. Ярче света солнца и громче извержения всех вулканов планеты Земля. Легендарное возвращение BTS на сцену! 15-е августа 2025 года, в 18:00, на арене стадиона Джамсил!» «Назад дороги нет» молнией промелькнуло в мозгу. Да и не шибко хотелось отступать, тем более что поддержки у него теперь в избытке. Да и у остальных ее тоже предостаточно. Впереди камбэк, еще два года полноценной работы, а дальше… Никто из них не знает, что будет дальше. Вероятнее всего — сольные проекты. Они откровенно устали от айдоловых образов и необходимости постоянного поддержания себя в должном виде. Просто читать рэп со сцены не требует такой адской подготовки, постановки танцев и высоких нот. Однако, если шестеро из них решат продлевать контракты — он пойдет на поводу, предварительно согласовав все со своей бестией. Но все это в достаточно далёком, но уже обозримом будущем. А пока стоит вернуться в «здесь и сейчас», потому что там, за воротами кипит работа, нет ни одной свободной секундочки, и они вполне могут чем-то быть полезными, кроме как молчаливо провожать взглядами своих пассий. Дружно вдохнув полную грудь воздуха, ребята направляются внутрь, не встречая никакого сопротивления от охраны. Видимо все уже предупреждены и знают, кто и зачем приехал.