Сладкий Ад

Усадив вместилище аромата мандаринов на собственные коленки, втягивая снова и снова этот запах в себя, Юнги не решался задавать вопросы, хотя снова очень сильно подмывало. Они же только что поговорили! Однако, терзаться там было чем: «помолвка», как это будет? Просто соберут всех и объявят? Надо стол накрывать отдельный? Они будут освещать это в прессе? Пиарщикам Хайба уже звонить? Он, так-то, на весь мир признался ей в любви и, если вдаваться в подробности, эта новость прогремела громче, чем сраный самокат. Арми разделились на два лагеря, как он и предполагал: те, что от всего сердца за него порадовались, пожелали им счастья на долгие века, и те, что посчитали это предательством. Было же понятно, что рано или поздно семь половозрелых мужиков решат остепениться. Да, они не дождались окончания контрактов, он не дождался. Но если ты встречаешь человека, что дополняет тебя лучше отражения в зеркале – грех тормозить, уведут же. Сам Мин не видел, но иногда слышал перешептывания девчонок, по поводу волны сообщений в директ к Преисподней с предъявами и просьбами «пояснить за самодеятельность». Все посчитали, что она просто охмурила его и крутит, пытаясь выудить из айдола все бабки. По факту оплата счета за дом — это приличная сумма, но камон! Юнги самому там жить. Его, к слову, никто ни о чем не спрашивал. Хотя он уже прилично лет назад просто закрыл директ. И радовался этому как ребенок еще летом 24го. В любом случае, определенные проблемы его выходка создала и сейчас нужно было как-то это все разрулить, при этом не выбешивая адское руководство. — Котенок, а ты будешь вслух вопросы задавать? – вот как? Как ей это удается? У него сигнал какой-то над башкой загорается? Или он принимает позу Роденовского мыслителя и выдает себя с потрохами? — Буду, просто ты такая уставшая, что я тебя беспокоить не хочу. — Если это ждет до завтра – ок. Но ворочать языком мне не сложно, — она замурчала, потому что Юнги перенес руку с талии в волосы и легонько почесывал затылок бестии. — Ну давай поговорим. Скажи, как ты переживаешь весь тот негатив, что в сети от поклонниц наших в тебя летит? Вижу, что ты не шибко расстроена, но все же. — Было бы что переживать. Малолетних сикельдявок, что истекают ядом в сообщениях, потому что считали, что ты уже их муж? Сердобольных старушек, что интересуются, правильно ли я тебя кормлю и сколько поклонов в день отвешиваю? Фанбоев, проклинающих меня, потому что я увела тебя у Чимина? Завидующих успешным людям ничтожеств – целая планета, и, если париться из-за каждого из них – жизни не хватит. Я уже давно, еще до встречи с тобой проработала один скилл. Называется «отпусти». Перед тобой проблема: ты можешь ее решить? Действуй! Не можешь? Хули переживать? Отпускай и это больше не твоя проблема. Вот и здесь, я не могу отвечать каждому, кто уверен, что больше тебе подходит. Ты сам решил, что я тебе нужна, сам купил это кольцо, сам привез меня домой, познакомил с братом и заплатил за половину дома. Ты не стал бы этого делать, будь это чисто моей инициативой. Ты сам стоял на той сцене и читал все эти признания. Благодарна ли я тебе за это? Безусловно. Хотела бы я что-то изменить? Нет. Значит это просто последствие, что немного огорчает, но не более. Пока нет активных угроз или появлений на нашем пути предъяв воочию – это всего лишь фон в сети, что купируется переводом телефона в авиарежим. Так просто, что аж бесит. Вот кто из вас не запаривался по какому-то пустяковому случаю и не раздувал слона из мухи за несколько минут рефлексии? Этим грешит каждый человек на планете, а если вы этого по каким-то причинам не делаете – знайте, вы то самое меньшинство, что либо уже преисполнилось и вы прямо сейчас ходите по трупам, не обращая внимания, либо ваш эмоциональный диапазон – как у зубочистки. За стабильность Загробной Юнги не переживал, ее решимостью и параллельно с этим – пофигизмом можно латать дыру в Титанике. Получается, что она просто как тумблером выключает переживания по какому-то одному поводу, продолжая бить и добиваться по совершенно другому. Вот бы научиться. — Кис, а как этот скилл качать? Это звучит как панацея от всех вообще душевных терзаний. Если это реально можно развить, я готов. Меня так волнует ваше трудоустройство, что я буквально чуть блондином не стал, не прикладывая к этому даже малейших физический усилий. Моей ревностью можно запитать целый стадион. Мои жалкие переживания по поводу того, что ты уйдешь… Можно я не буду продолжать? – гончая завозилась на коленках, принимая более-менее прямую позу и заглядывая в глаза. — Скотский ты кот, ну вот нормально же сидели, че началось-то? – она развернулась, перекидывая ногу, чтобы лицом к лицу, обхватив руками за шею, — Давай по порядку: первое, я никуда не уйду. Мы с тобой договаривались, что в момент, когда кто-то почувствует, что эмоции стынут – забьет тревогу. Ты слышал вой сирены? Какие-то лампочки моргали тебе SOS азбукой Морзе? Нет! Значит отставить панику. Второе, ревность твоя просто феноменальная, я порой даже боюсь, какой из продолговатых предметов станет ее следующим идейным вдохновителем? С другой стороны, она максимально точно и в красках показывает, как сильно ты меня любишь. И вот я тебе правда тресну, если ты думаешь, что я люблю тебя хоть на толику меньше. Ну и вишенка на тортике: трудоустройство. Я не представляю, какое уважение вы все испытываете к боссу, что так перед ним лебезите. Понимаю, менталитет, почет к старшим и уважение. Но дядь, на дворе 21й век, 25й год, мать его! Сегодня по всей планете во главе угла стоит собственное удовлетворение. Здоровый и бодрый эгоизм, что в правильной пропорции со стремлением и упорством – приводят к главной цели в жизни. Какой бы эта цель ни была. Достаточно просто в каждом действии и шаге видеть плюсы для самого себя. И если ты решил, что стать монахом и служить людям звучит для тебя как вызов – действуй! Это тоже вполне себе цель, к которой стоит идти. Но решить это ты должен сам, а не по мнению горячо любимого в твоей стране – общества. Что касается ШиХека, я на все проценты в мире уверена, что, когда он сам себе придумал эту сказочку про женский коллектив, что скачет сайгаками по сцене и стройными женскими голосами мурлычет в микрофоны, так аплодировал, что руки отбил. Эта идея фикс, мания, помешательство. Которое максимально легко и беззаботно разбивается о самое простое «нет». Какие бы аргументы он ни привел, он услышит «нет». Сколько бы ни пресмыкался и не ползал на коленях, ответ будет один – «нет». Шантаж, уговоры, клятвы и угрозы, просто «нет» и все. И вот потом в ход пойдет сокровенное «да катитесь вы». И по факту у него реально не будет больше выбора, как послать нас семерых по известному маршруту. И тут в игру вступаете вы. Хотя вам и делать там ничего не нужно будет. Ты стоял на сцене, трансляция с которой велась по всему миру и говорил, что любишь меня, в глаза мне смотрел, слезы мои утирал и для тех, кто в танке – держал меня за руку. Что общественность сделает с Бан ШиХеком, если девушка его лучшего рэпера уйдет работать в JYP? Простыми венками к офису он не отделается. Арми это уже миллиард человек, половина из которых на нашей стороне. Ему даже собственными трусами не отмахаться. Вы с Намджуном пытались по-свойски, то есть по-хорошему, с ним же надо его же монетой. Фактами. Так что прекращай наводить суету из-за проблемы, что ею не является, а если и станет, то уже не твоей. Даже если ему хватит мозгов послать нас, мы уйдем к конкурентам, и все равно останемся в стране. А это означает, что ревновать меня ты можешь продолжать без зазрения совести, я все равно никуда от тебя не денусь. Шах и мат, айдол. Мин даже не моргал, боясь пропустить хотя бы слово этой лекции. А сделав после глубокий вдох полными легкими, выдыхал наружу уже настолько спокойнее и увереннее, что сам себе диву давался. Конспирология, заговоры, революции… Идите-ка все нахер. У него есть Преисподняя, что трехминутным монологом возведет в культ новое течение, покорит им же Эверест и сорвет самый огромный джекпот во вселенной. Идеальный бульдозер, что не видит перед собой вообще никаких стен, заборов, канав и людей. Танк. Его личный филиал Ада на Земле. — Я напишу про тебя песню, и она будет покруче, чем команданте Че Гевара. Если ты когда-то задумаешь править каким-то государством, тебе же потребуется король-консорт, например? Я просто хочу стоять рядом. Патроны подавать там, я не знаю. Я даже с опахалом в руках пиздато могу выглядеть. Просто не бросай. — Бросить тебя, как бросить себя. Я после буду уже не я. И никакими подвигами дальше даже не пахнет. — Ок. Вернемся к прокачке скиллов. Есть же простой способ? — Есть. Но в нем полно нюансов. — Вещай, моя Жанна Д’Арк, я весь превратился в слух, — Хэл улыбнулась, а после аккуратно поцеловала Юнги в лоб. — Любая реакция и эмоция человека – это химия. Происходящий в мозгу взрыв гормонов, что приводит к определенным поведенческим паттернам. Условно, любой бдыщ ведет за собой биорегуляцию. Самая сильная человеческая эмоция — это страх. Через него можно научиться всему, но это не гуманно. Потому пиздить собачку, чтобы она не писалась под себя – идиотизм. Следующая эмоция по степени силы – это негатив. Раздражение, что выворачивает наизнанку и заставляет делать опрометчивые поступки. И вот здесь твоя ревность нам играет на руку, потому что по факту является частью твоего негатива. И у меня будет для тебя задание: в следующий раз, когда Отелло поднимет голову, не гаси его сразу, а попробуй понять, какие процессы он запускает. Тебе физически нужно почувствовать, как и где начинается эта реакция. У меня было так: я молодой и зеленый старший специалист, что как спичка реагирует на любое «баба яга против». Я кидалась трубками, орала матом, угрожала и много чего еще. Благо, что хватало ума в драки не лезть. И мой карьерный рост немного замедлился, что меня саму повергало в некоторый диссонанс. Я пришла к своим боссам и спросила «че не так?» Мне сказали, что я психованная и таких руководителей им не надо. Тогда я и решилась на этот эксперимент. Очередной скандал с просрочкой дедлайна, и я просто чувствую внутри этот таймер обратного отсчета. И я не знаю, как у меня это получилось, но я на молекулярном уровне почувствовала, как нечто собирается у меня в голове, концентрируется в макушке, а потом начинает спуск по позвоночнику вниз. Когда сгусток миновал шейный отдел, дороги назад уже не было. Я взорвалась в очередной раз, обматерила коллегу и пожелала ему, чтобы на его прекрасном лбу вырос хуй. Дальше — проще, с каждым следующим разом, я старалась притормозить полет этого комка эмоций, останавливая его все выше и выше. Когда мне удалось зажать его в макушке, выхлопа не произошло. Дальнейшее – дело техники, довести процессы до автоматизма и спустя пару месяцев я становлюсь спокойной и почти пуленепробиваемой. Я не даю этой массе даже сформироваться. Вуаля, еще пара недель, и я подписываю приказ о моем новом назначении. Победа, не правда ли? — Понимаю, что звучит это легче, чем делалось на самом деле, но кажется, что это муторно, но выполнимо. — Все так. Теперь к нюансам. Оказалось, что практически все эмоции, что происходят в организме, делают это до омерзения одинаково. И отдав власть бесконтрольному купированию, я стала не просто бронебойной, а тотально безэмоциональной. Я блокировала не только негатив, но и позитив. Сама себе в этом отчета не отдавала, потому что похуй, буквально! И знаешь, неплохо так себе жила, благо с танцами на тот момент мы уже покончили и мне не нужно было выдавать бурю на сцене. Все шло своим чередом, пока однажды я не встретила теперь уже бывшего, что решил, что хватит ему по жизни эмоциональных качелей и пора ему связать свою жизнь с камушком. То есть со мной. Его хватило на два года. А потом, как сейчас помню, он решил во что бы то ни стало добиться от меня каких-то эмоций. Устал он, блять. Чего только не делал, как только не пытался. И посуду бил, и вещи мои портил, ругался, истерил. Потом сменил тактику. В ход пошли подарки, забота, любовь и страсть. А я все еще черствое бревно. Я видела все, что он делает и какие цели преследует. Понимала мозгами каждую попытку. Мне просто было до фонаря. Пока однажды он не подарил мне кольцо. Зная о моем отношении к браку. Решил, что либо это меня растрогает, либо он умывает руки и сваливает. Меня это не растрогало. Я против этого в принципе. И вот тут случилась поворотная часть истории. Я увидела на его лице такое разочарование, такую обиду, что мне стало страшно. Впервые так сильно, что ни один блок не справился. Я просто поняла, что он собирается и прямо сейчас уйдет. И страшно стало не потерять стабильность в отношениях или остаться одной. Стало страшно, что он с собой что-то сделает. И плотину прорвало. Я наверно выплеснула тогда все, что успела скопить за несколько лет. Я ревела дня три. Слезы просто текли по щекам, и я вообще никак не могла это остановить. Он-то ушел, и слава богам, ничего с собой не сделал. А я, придя в себя и стряхнув пыль с шишковидной железы, начала потихоньку возвращаться к нормальной жизни. К чему все это нас подводит? — Ничего нельзя делать бесконтрольно. Автоматизм хорошо, но голова на плечах должна оставаться. — Браво, мой юный падаван. Прокачаешь контроль и все. Ты – джедай. Когда получится, куплю тебе световой меч.