Сладкий Ад

Судьба когда-нибудь давала вам выбор, который вы заведомо не хотели бы делать только потому, что все предложенные варианты – зло и выбрать меньшее не получается? Все настолько самое-пресамое зло, что пусть бы не случалось и не появлялось в его жизни в принципе! Бан чертов блядский гений ШиХек, чтоб его приподняло и бережно на землю опустило, подготовил для девочек, барабанная дробь, контракты айдолов. Вот пусть идут в JYP, поделом будет. Ведь ему много раз сказали, что нет у них тяги к славе и все, что хотели от жизни знаменитости – они уже получили. Уговоры Кима не подействовали совершенно, а он озвучил Юнги аргументы, которыми пытался отговорить руководителя. Там были очень весомые фразы и предложения. Но босс как скала, уперся и никем их больше в собственной компании не видел. Идиот. — Кто еще в курсе? Чем дольше мы будем хранить это в тайне, тем больше нам обломится потом по задницам. А если Хэл узнает это не от меня, тогда я точно могу заживо хорониться, — Юнги курил уже шестую сигарету, рискуя выплюнуть потом собственные легкие на асфальт. Они решили не шушукаться под носом у Алекс и вышли, якобы, как раз перекурить на пролет лестничной клетки. — Никто, я как узнал, сразу тебе отписался. Бля, Шуга, это как будто бы прям мой личный провал, и я готов нести ответственность, лишь бы вас и ваши отношения не посекло. Как думаешь, нас нахуй сразу пошлют или дадут хоть пару слов вставить? — Не делай ты поспешных выводов. У меня есть туз в рукаве, и это она. Так, как умеет вести переговоры эта девушка – никто не умеет. Даже я ей сдался за сутки. Чего говорить о сонбениме, который иногда, как вафелька, мягенький весь. Не дрейфь, дальнейшее я беру на себя. — Я надеюсь, что не подставил тебя. Я правда пытался сделать как лучше, а получилось, сука, как всегда. Алекс еще заметила мое нервное состояние, хвостом ходит, в глаза заглядывает, будто она змея ядовитая, цапнула меня и ждет, что я на ее глазах сдохну и меня можно будет сожрать. — Иди успокаивай ее, не знаю. Попробуй до алмазного неба ее довести, чтобы и думать забыла, что чего-то там ей показалось. С Хэл работает безотказно. — Это как? Опять твои новомодные веяния в сексе? Мы качели купили, ток руки не доходят повесить. — Это не новое, всего лишь множественный оргазм. Долби, пока не увидишь, что она где-то не здесь, не сдавайся раньше времени. И я тебя заклинаю, вызови мужа на час, с твоими навыками вы с этими качелями вместе и наебнетесь, аккурат пополам переломав свои миленькие шейки. — Ладно, убедил. Пойду вылизывать прощения. — Отличный план, я погнал, — пожав руку лидеру, Юнги не стал ждать лифт и скатился по лестнице, а глотнув свежего уже осеннего Сеульского воздуха, не думая долго – набрал верховную. Она сразу ответила, значит уже освободилась. — Котенок? — Мау. Хьюстон, у нас проблема. — Я в десяти минутах от дома. — Я в получасе. Мы домой? Не в мастерскую? — Я хочу прихватить утром кое-что из одежды и документов. Так зашло шелковое белье? — Мне заходишь только ты, не важно, где и в какое время. Жди меня, не засыпай, я лечу. — Все настолько серьезно? — Еще серьезней. Не парься, придумаем что-нибудь. Люблю. — И я люблю. Ждем тебя с ужином. Я заказала доставку из ресторана, прости. Я без сил. — Вообще не парит, откуда еда. Твоя вкуснее в сто раз, но мне сейчас не до этого. Повесив трубку, Юнги скользнул за руль своей старушки, тут же заводя ее. Из-под капота гулко ответил мощнейший бмвшный двигатель, что с трудом тогда удалось в нее впихнуть. Весь маскарад был в свое время безупречно подготовлен и до этого тщательно спланирован. Не привлекать лишнего внимания вычурной тачкой, при этом он должен быть уверен в ней, как в собственных зубах, например. Она нашпигована изнутри, как торт на день рождения. Но снаружи оставалась неприметной черной каракатицей, что спокойно бороздила столичные дороги и никогда еще не ломалась за пять лет эксплуатации. Понятное дело, что осмотр он проходил постоянно и ему вечно что-то меняли и выставляли потом за это конский счет. Но все это меркнет по сравнению с тем, что никто снаружи даже думать не смеет в его сторону на трассе. Выкручивая руль на парковке собственного ЖК, паркуя машину возле внедорожника его повелительницы чертей, Юнги мысленно пытался придумать, с чего начать этот разговор. В лоб: «Дорогая, прости, мы пытались, но босс Бан поел говна.» Обходные маневры: «А оффер от JYP еще у тебя, ты успела им ответить? Потому что видимо – придется.» Режим инкогнито: «А тебе никаких писем не падало сегодня? А ты почему такая красивая? Тебе кто разрешал? Точно не было корреспонденции?» Ему гарантированно пизда. Открывая дверь в собственные апартаменты, Юнги молился всем богам, чтобы Адская гончая была в настроении и не шибко убитая. Закрыв за собой и скинув кроссовки, ему на глаза попалась Преисподняя, что шлепала босыми ногами, явно из душа, вытирая полотенцем мокрые волосы. — Привет, — муркнула его зазноба и притянув его за шею, впилась в губы, — еду еще не привезли, но вот-вот. Сгоняешь пока ополоснуться? Я на стол накрою как раз. — Сгоняю, с радостью. Разговор отложим на время ужина? — Кто же решает серьезные дела на голодный желудок? Дядь, двойка вам в ведомость за основы ведения переговоров, — и с виду серьезная повелительница чертей глазами хохотала так, что было почти физически слышно. — Пошел в угол, думать над своим поведением, — и еще раз чмокнув средоточие греха и разврата, отправился в ванную комнату, раздеваясь буквально на ходу. Уже спустя пятнадцать минут, ополоснув конечности и бойца, напялив пижамные штаны и не найдя верх, пошел на поиски еды. Пахло, как всегда, выше всяческих похвал. Она даже если заказывает что-то, это все равно вкусно. Ему же вечно то недосолят, то спалят, то вообще не привезут. И верх от пижамы тут же нашелся, в нем красовалась его будущая жена, выкладывая на тарелки сочные стейки. На гарнир шли запеченные овощи и панчаны. К мясу подали бутылку Мальбека, что уже покоилась в декантере. Как же западло было обламывать весь этот кайф своими новостями. Но затизерил он уже на славу, придется выкладывать. Уселись по обе стороны от стола, друг на против друга. — Предлагаю тост, за нас и наши будущие свершения! – верховная подняла свой бокал и чокнулась с ним. Пригубив напиток и отрезав первый кусок, что незамедлительно отправился в рот, Юнги почти застонал. Она так старается для него, вечно на сто двадцать процентов, а он с командой даже элементарные вещи сделать не может. А от этого, между прочим, зависит, останутся ли они в стране, или нет! — Милая, это очень вкусно, но я репну по швам, если мы вот прямо сейчас не обсудим один вопрос, что меня дико расстраивает. — Выкладывай, я еще по телефону в голосе столько тревоги услышала, что испугалась, чуть с дороги не улетела. — Ты серьезно? Прости бога ради, я не хотел. Больше не буду. — Бла-бла-бла, давай, что там? По существу. — ШиХек готов взять вас на работу, — глаза напротив моментально расширились, она даже жевать перестала, — айдолами. Хочет сделать из вас новый проект. Мы пытались уговорить, рассказывали про ваш путь, про то, что это уже перестало быть вам интересным, все аргументы привели, но он уперся. — Говно вопрос, я так понимаю, скоро мне должны упасть эти самые контракты? Назначь встречу, я с ним поговорю, — и как ни в чем небывало, продолжила ужинать. — Кис, вы станете айдолами? Как мы? — Еще чего. Делать мне больше нечего, как гробить здоровье тренировками и рвать голос на сцене. Я-то может еще и пою, но не у всех девок есть этот талант, а собственноручно подводить их под хэйтерский монастырь я не могу. — Вот на это ему будет наплевать. Посмотри на Хосока, тот в принципе петь не умел, когда в компанию пришел. И где он сейчас? — Это все прекрасно, но мне вот сорок лет через полгода. Пока это взлетит, я покроюсь морщинами и радикулит станет мне лучшим другом. Кот, не парься совершенно, я сумею его переубедить, иначе грош мне цена, как специалисту. Отлегло. Ну как… Стало чуточку спокойнее, потому что а) на него не вызверились, б) новость воспринялась так спокойно, будто он про новый стиральный порошок, что купил, ей рассказал, в) они не станут новым проектом Хайба, что б там себе их начальник ни придумал. И в очередной раз, похлопав себе ментально, Юнги сам для себя отметил, что снова все правильно сделал. Словами через рот. Это станет чуть ли не мантрой, потому что каждый раз, когда он принимается решать проблемы именно этим способом – выходит даже лучше, чем он планировал изначально. Они продолжили поглощать ужин, сдабривая мясо прекрасным вином, легкими разговорами и тонной смеха от его преисподней. Он юморил, как не в себя, пытаясь скрасить и без того прекрасный вечер в компании любимой. Ему воздушно-капельным передавалась вся уверенность, что источалась сейчас адским руководством, а он впитывал, не желая седеть раньше времени. Им осталось собрать вещи, потому что завтра вечером все четырнадцать человек отправляются загород, купать телеса в теплых чашах, гулять по лесам, дышать свежим воздухом и преисполняться единением душ. Джин, вероятно, потащит его рыбачить. Интересно, а как к этому процессу относится его преисподняя? Они уже перебазировались на ковер возле дивана, раскидав вокруг бокалы, телефоны и кажется даже моток ниток, или Юнги показалось? — Милая, а ты рыбак? — Ага, такой, что глумиться надо мной ты не перестанешь до конца наших дней. Даже в следующей жизни припомнишь. У меня отец рыбак, брат рыбак, а я клешнерукая, что удочку удержать не может. Последний раз я поймала саму себя за штаны, причем между ног и спереди. Так сказать, решила наживку покрупнее взять и кроме собственной вагины ничего не придумала. Хорошо, что цепанула только ткань, не поранив саму себя. С тех пор ничего длиннее ножа для хлеба в руки не беру. Внутри Мин ржал как конь, снаружи просто мило улыбаясь. Ладно, приставать с этим к ней он больше не будет, может просто на лодочке покатает, или катамаране. Совершенно точно, прогулки по воде — это круто, всегда с кучей эмоций и позитивным настроем. А целоваться, лежа в лодке, это вообще за гранью добра и зла. Решено. Очень скоро преисподняя начала клевать носом и Юнги просто отправил ее спать. Сам же накапал себе остатки вина из бутылки, схватил сигареты и отправился созерцать засыпающий город с вершины собственного плетенного балконного трона. Под ногами шелестели листвой деревья в их ЖК, что уже начали кое-где обретать немного желтоватый оттенок. Чуть дальше гудело шоссе с пока еще кучей проносящихся мимо автомобилей. Чуть слева шумела река, что нагоняла немного прохлады, и как же ее не хватало ночью в Токио! Затянувшись в последний раз, Мин потушил сигарету, когда его плеч коснулись крошечные руки, а загривок получил поцелуй от блядский адских губ: — Не могу уснуть без тебя, наваждение какое-то. — Садись, согрею тебя. Хочу еще немного посидеть.