Сладкий Ад

И снова утро, теперь уже в объятьях любимой. Наконец-то удалось поймать бестию с утра и довести до «Юнги, блять, да!» без помощи члена. Лапки его волшебные наблатыкались гениально играть на этом инструменте. Хотя она его флейту с первого аккорда освоила и выдает на ней шедевры не хуже его самых знаменитых песен. Но, попытавшись сравнять счет, он отмахнулся от предложенного «алаверды», и отправился чистить зубы. Стояк немного мешал, но быстренько успокоился и вернул кровь на ее законное место. Выходя из ванной, вытирая морду лица полотенцем, Мин прислушался к разговору и немного напрягся. Демонесса его говорила тихо по телефону, но чересчур взволнованно. — Да, я поняла вас аджума. Большое спасибо за звонок. И в полицию тоже. Мы скоро приедем и я во всем разберусь. С меня большой пирог с рыбой и ваш любимый макколли. Положив трубку, Хэл заметно выдохнула и опустилась обратно на кровать. Ее, очевидно, не держали собственные ноги, и руки тряслись. Юнги не нравится. — Милая, все в порядке? Точнее не так, че случилось? — Мастерскую вскрыли. «Блять, Пума!» — это все, что смогло оформиться в голове. — Система? — Молчит, хакнули. — Это бабка та позвонила? — Да, еще и в полицию, те среагировали молниеносно и поймали всех. Тачка вроде как на месте, только у меня нахрен вскрыты ворота. Сколько времени пройдет до того, как у меня вынесут весь инструмент, даже предполагать боюсь. — Собирайся, поехали. Они покидали вещи в сумки, а Преисподняя даже умыться не успела. Бросив пару предложений Хосоку, что очень удачно ошивался возле собственного авто, погрузились в машину и выехали за территорию. Мин сидел за рулем и молился всем богам, чтобы они успели. Что они будут делать в воскресенье, во второй половине дня, когда ни один мастер и магазин уже не работают, даже не представлял. Но быть на месте — это контролировать ситуацию. Что-нибудь придумают. Паркуясь через рекордные два часа сорок минут возле здания, оба выдохнули. Вскрывали не консервным ножом, и, в теории, металл можно просто загнуть на место. Ну и заночевать там, чтобы наверняка. Беглый осмотр помещения выявил, что лезли определенно за машиной, потому что все лежит на месте, в хищнике просто открыта дверь и все время, что грабители провели на территории – они вскрывали усиленные ворота и ломали систему видеонаблюдения. После просмотра последней удалось даже поймать несколько кадров лиц, входящих внутрь. Сделать блок хранения информации внутри, без доступа снаружи – это гениально, за что Юнги еще раз восхвалил Верховную. Та отправилась на его машине в магазин и к аджуме, пока Юнги несколько раз обошел свою будущую тачку и, убедившись, что все реально на месте и к ней относились уважительно, сел за руль. Изнутри машина была абсолютно черной, под стать владельцу и его бестии. Все, что успела выкрасить в розовый Хэл — это голубые части значка BMW на руле. Концептуальненько. Проходясь ладонями по гладкости кожи рулевого колеса, Юнги уже представлял себе, какими будут взгляды в его сторону на дороге, когда заметил, что внутрь через отверстие, оставленное неудачными грабителями, пролезает детская голова. Решил не торопиться и не пугать ребенка, а посмотреть, что будет. Если это очередной воришка, его он точно поймает. Малец же, оказавшись внутри, начал озираться, сиротливо прижимая к животу ручки. На вид пацану лет пять-семь. Чумазый весь, одежда не первой свежести и явно с чужого плеча. На ногах сандалии, очевидно повидавшие всякое дерьмо. Типичный оборванец с вокзала, что выпрашивают деньги для оплаты проживания и питания. — Извините, здесь есть кто-то? А вот это уже интересно. Не для воровства он тут, что моментально добавило парню несколько очков крутости в личном списке Юнги. — Да, малой. Чего хотел? – пришлось вылезать из-за руля. — Вау, это ваша? — Да, теперь моя, — на лицо сама собой натянулась улыбка. Вот она, первая независимая реакция на плоды трудов его Верховной. — Крутая, а цвет просто космос. — Спасибо. Ты чего хотел-то? — Скажите, а я правильно понимаю, что вас сегодня пытались обокрасть? — Все верно. Ты что-то видел? — Ага. Видел-то я практически все. Если нужен свидетель, я готов. Правда не уверен, что мои показания примут к сведению. Я все еще не совершеннолетний. — Ну у нас есть запись с камеры, где засветились их лица, так что спасибо, малой. Но если что, где тебя искать? — Это не все еще. Я знаю, где стоит их тачка. Они ее в паре кварталов отсюда бросили. Хотите покажу? Полицаям не рискнул, взяли бы как соучастника. А я тут живу недалеко. — А вот за такие сведения точно спасибо. Покажешь обязательно. А пока скажи, голодный? – даже стоя в нескольких метрах от ребенка, Юнги слышал, как урчит его живот. — Если честно, да. Меня только вчера утром завтраком побаловали. У родичей снова попойка. Им не до меня. Я потому и слонялся по улицам, чтобы под руку горячую не попасть. — Тебя как звать? — Сынмин. Пак Сынмин. А вы Мин Юнги? — Да, малец. Иди сюда, посмотрим, чем тебя можно накормить. Юнги инспектировал холодильник на предмет скорого перекуса, пока Сынмин сидел на стуле, болтая ножками. В этот момент вернулась Преисподняя. Не задавала вообще никаких вопросов, оттолкнула Мина попой и принялась на скорую руку готовить омлет. Кроме яиц и бекона у них реально ничего не было. — Рассказывайте, — замешивая содержимое в миске попросила Хэл. Лицо каменное, ни одной эмоции. — Киндер видел грабителей, готов свидетельствовать, а еще — знает, где стоит их машина. — Полезная инфа. Им не отвертеться, они с поличным взяты. Но без аппаратуры. Пальчики на ней и следы взлома конкретно моей мастерской – стопроцентная гарантия, что прилетит им по полной. Тебя как звать, мой супергерой? – Хэл с улыбкой уже повернулась к малышу, что все это время с нескрываемым обожанием на нее смотрел. — Железный человек. — Так, Тони, слушай сюда. Свидетелем мы тебя делать не будем, затаскают по слушаньям, а оно тебе надо? Тебе учиться нужно. — Сынмин, вообще-то. И я не учусь. У родителей нет денег, а из социальной школы меня поперли, как узнали кто мои предки и чем зарабатывают. — С этим мы потом разберемся. Пока что, задача номер один – тебя накормить и умыть. Юнги, покажи малому, где душ, пожалуйста. Минут пятнадцать у вас есть. Мин забрал парнишку, взял за руку и повел на второй этаж. Всю дорогу пацан оглядывался и тихо восклицал. Ему нравилось здесь буквально все, и что вместо перил на лестнице Хэл примострячила два глушителя, и что светильники на потолке оформлены как колеса, с шинами. Ручки дверные были сделаны из поршней. Все в интерьере вызывало у пацана дикий восторг. Когда же юнец срисовал их с бестией кровать, откровенно присвистнул и с таким уважением посмотрел на Юнги, что ему даже немного неловко стало. — Дядя, а это ваша женщина? У нее два кольца, а у вас ни одного. Вы не женаты еще, да? — Все так, Сынмин. Ты поразительно наблюдательный для своих лет. Кстати, а сколько тебе? — Восемь через неделю. И с моим образом жизни мне просто приходится. Если не смотреть по сторонам, угодишь в передрягу, хочешь ты того, или нет. — Да ты взрослый уже! Давай тогда сам, справишься в душе? — А то. Мыться самостоятельно я начал в четыре. Кстати, аджума напротив научила меня читать и считать. Невероятная женщина, только старая уже. Я ей помогаю иногда в саду. Яблоки там собрать или листву. Она мне платит даже. — Мы тоже заплатим, не переживай. — Нет, что вы, я не из-за денег пришел. Просто это место долго было серым, а с появлением вашей женщины так преобразилось. Я люблю залипать на мерцание ее вывески. Красивая. И вывеска, и женщина. — Спорить бесполезно, они и правда красивые. Женщина мне нравится больше, но это потому, что моя. — Берегите ее. Отобьют. — Не отобьют. Держи полотенце. И надо тебе придумать, что одеть. На пока мою футболку. Она не первой свежести, но явно чище твоей. Мальчик поклонился и принялся снимать с себя обувь. Решив не смущать малого, Юнги вышел за дверь и закрыл ее. Столько мыслей в башке вертится, а собрать все в кучу не выходит. Им нужно в полицию, написать заявление, все дела. Но до этого надо разобраться с воротами. Если будут уезжать – они должны быть закрыты. И систему вернуть в рабочее состояние. Бабка-цербер — это, конечно, заебись, но кадры с грызлами грабителей — это улики, против которых не попрешь. Еще нужно отзвониться ребятам, места себе, небось, не находят там, волнуются. И вообще, было бы славно пожрать. Они со вчерашнего вечера, так-то, тоже без еды. Сидя на кровати, обмозговывая план на ближайшее время, Мин не заметил, как перед ним встал паренек, в его футболке, что была ему как платье. Когда же блуждающий взгляд сфокусировался на нем, немного оторопел. — Мне бы веревочку, я бы смог ее повыше закатать, чтобы по полу не елозила. — Ты бы ему еще штаны свои напялил. Ну честное слово, вы чем думали, юноша? – Хэл, что поднялась проверить, как у них дела, прошла к шкафу и вытащила оттуда свою футболку. Явно меньшего размера, хотя они с Юнги одного роста. Выдав пареньку новую одежду, взрослые думали, что он вернется в душевую, чтобы переодеться. Когда малой скинул с себя футболку, на свет божий явились ребра, впалый живот, несколько синяков по всему телу и даже пара ожогов. Явно от сигарет. Юнги внутренне содрогнулся, выдав испуг только глазами. За те несколько секунд, что мальчик переодевался, они успели обменяться с гончей взглядами, отмечая внутри, что так быть не должно. — Вот так намного лучше, хотя все равно еще великовато. Погнали, обед стынет. Колу будешь? – Адова повелительница забрала в свои пальцы ладошку пацана, чему тот был откровенно рад. Лыбился во все свои зубы, коих явно было меньше, чем должно быть. — Буду. Я все буду, тетя. — Зови меня Хэл. А его Юнги, — она остановилась у лестницы и присела, чтобы смотреть парню в глаза, не заставляя его задирать голову. — Его я знаю, он крутой мэн. А вы? Вы очень красивая. Как с картинок у папы в журнале, — Загробная стрельнула в Мина глазами, выказывая этим все, что думает о безответственности некоторых мужиков. И при чем тут сам Шуга было не ясно совершенно, но раз уж нужно было куда-то пальнуть, пусть будет он. — Я чуть менее крутая и спасибо за комплимент. Пошли, а то у тебя уже живот к спине прилип, — а рэпер просто поплелся следом. Внутренне испытывая какой-то дискомфорт, хотя не был виноват совершенно. Когда мальчишку и себя накормили, сытыми отвалились на спинки стульев, Верховная продолжила разговор: — Аджума передала визитку из полиции, завтра меня ждут в 11 утра. На тебе мастерская и, судя по всему, этот молодой человек. Как справитесь с воротами, езжайте в магазин и купите ему одежды, надпись «I’m your girl» его, безусловно, украшает, но не красит. — Как скажешь. До вторника я совершенно свободен. — Погодите, вы не выгоните меня? – мальчик переводил свои не по-корейски круглые глаза с нее на него и в шоке приоткрыл ротик. — По твоим словам, идти тебе особо некуда. Если ты сам желаешь нас покинуть, то мы не держим, ни в коем случае. Но, если ты собираешься ночевать где-то не дома, то лучше оставайся тут. Ворота дядя Юнги сейчас сделает и перестанет так завывать ветер. Могу постелить тебе на диване наверху. Ну как тебе предложение? – бестия немного наклонилась и очаровательно улыбнулась Сынмину. Тот, еле сдерживая слезы в глазах отчаянно закивал. А Мин осознал, что идти ему воевать с воротами, так как завывало и правда злостно. Снова набежали тучи, того гляди им еще зальет всю мастерскую.