La Marine

      У него чертовски милая задница. Конечно, Цзянь И не мог видеть задницу Чжэн Си прямо сейчас, но он и так знал, что там было. Чжань Чжэн Си сидел и занимался в углу квартиры, которую они считали офисом. Взгляд Цзянь И вернулся к строчкам перед ним. Если бы только у него была хоть капля той сосредоточенности, которую Си проявлял во время учёбы.       «А девица крепким сном       Спит на холмике сыром».       Цзянь И перевернулся на диване и лёг на живот. — Чжань Сиси, мне скучно. Пойдём, поделаем что-нибудь.       Парень не поднял головы. — Нет, я занимаюсь. — Да ты всё время занимаешься, — Цзянь И фыркнул: — Глупые законы, кому они нужны. Ты и так всё знаешь, поиграй со мной. — Разве тебе не нужно отрабатывать реплики? — Уф, твоё трудолюбие вообще не веселит, — его взгляд вернулся к страницам.       «Не решилась лечь рядком»…       Сосредоточься. сосредоточься…       «С этим чёрствым дураком». — Как ты думаешь, Момо и Хэ Тянь свободны?       Раздался вздох, но рука Си по-прежнему не переставала яростно писать заметки. — Не думаю, что стоит у них спрашивать. Они, скорее всего, работают.       Фу. Цзянь И живёт в окружении трудоголиков. Постоянная работа доводить только до узких дырок. До стресса и узких дырок. — Как думаешь, они потрахаются?       Тихие царапающие звуки прекратились. Си отложил ручку и оторвал взгляд от экрана компьютера. — Ты чего вдруг об этом заговорил?       Да! Цзянь И сел и прижал к себе подушку, словно собирался рассказать какой-то секрет на девичнике. — Когда мы пошли ужинать, клянусь, они всё время странно смотрели друг на друга. — Это не совсем веское доказательство.       Цзянь И закатил глаза. — Хэ Тянь либо полностью игнорирует людей, либо смотрит на них, как чертовски голодный тигр. Ты просто не видел эту тяжёлую кошачью энергию.       Казалось, это больше убедило его партнёра. — Ну, это правда, — он повернулся лицом к Цзянь И. — Однако, если они и займутся сексом, то только потому, что ОНИ этого хотят. А не потому, что ты что-то не так сделал. — Ах! Да я бы никогда, Сиси. — Мгм, конечно. И я не думаю, что ты должен так проговаривать «ах». — Эй, эй, ты занимайся своей юриспруденцией, а я сосредоточусь на игре.       Си одарил его одной из своих самых трогательных улыбок и усмехнулся. — Хорошо.       Бз-з-з       У обоих одновременно завибрировали телефоны. У Си — на столе, а у Цзянь И — на диване. — Похоже, ты с ними всё-таки скоро увидишься. Хэ Тянь пригласил нас куда-то в субботу.       Цзянь И не стал доставать телефон, чтобы почитать. — Куда-то? Я такое люблю! А куда именно?       Си продолжил читать. — Это, конечно, сюрприз, но надеть чёрное? 12 часов ночи. Господи, почему так поздно? Я ненавижу, когда он так делает. — Фу, говоришь как старик! — он откинулся на спинку дивана. — Тебе нужно хоть немного пожить, а не торчать всё время здесь или в аудитории, — его немного взбесило, что Сиси уже вернулся к конспектам. — Хорошо, ты прав, — Да-а-а. — Но я не шучу. Не лезь в их отношения, — Не-е-ет. — Умоляю, Мо — самый большой ханжа из всех, кого я знаю. Я бы не смог, даже если бы попытался. — И не пытайся.       Цзянь И снова посмотрел на свои строки, но его внимание занимали озорные мысли.       «Я тебе в глаза, хлыщу,       Самый крепкий сок впущу,       Так что ты потом вовек       Не сомкнешь влюблённых век.       Просыпайся, я помчался;       Оберон меня заждался».