La Marine

      Он не смог прийти.       [Извращенец]: Привет, не могу отпроситься с работы       [Извращенец]: Я всё исправлю.       Стоит отдать должное, Хэ Тянь отправил сообщения рано утром в среду, чтобы Мо не злился. Или не грустил… Но он и так определённо не злился и не грустил. Хотя всё равно было паршиво. Мо спрятал телефон в передний карман фартука. — Ты в порядке, мой прекрасный кабачок? — Кэролин вытирала стаканы за стойкой бара, где он спрятался, чтобы проверить свой телефон. — Ага. Ага, — Рыжик встал и потянулся. Он начал расставлять стаканы по полкам. Он не мог сердиться на Хэ Тяня за то, что тот должен работать. Он же прекрасно понимал, как тяжело выкроить время и встретиться с кем-то, когда приходится пахать, как конь. К тому же, он его пригласил совершенно неожиданно. Ну, хотя бы смогли повидаться перед отъездом…       И то, что работа у Хэ Тяня была намного опаснее, чем у Мо, абсолютно не успокаивало. А вдруг что-то случится? Как он об этом вообще узнает? — Ты уверен? — от количества скептицизма в её голосе он даже отвлёкся от собственных мыслей. — Что? Да. А что?       Она шлёпнула тряпкой по стойке. — Потому что ты шатаешься по этому грёбаному бару и распугиваешь деньги! — Мо съёжился от её крика. Оглядев сидячие места, он увидел, что там было необычно тихо даже для четверга. Но это же была не его вина, правда? Это что, так заметно? Он так всех напугал, что они покинули помещение? Девушка похлопала его по плечу, но его уверенность это никак не укрепило. — Хэ Тянь? — она произнесла это так тихо, что он вообще едва расслышал.       Мо чуть не уронил всю стойку. — Говори потише! — О боже! Вы трахаетесь, и ты мне не сказал?!       Мо изумлённо уставился на неё: — Что? -он утащил эту сумасшедшую обратно в укрытие. — Мы просто друзья. Вот и всё, и не говори хуйню. — Просто друзья? — Кэролин бросила на него странный взгляд. — Ты меня за дуру держишь? — Что? Нет… это… Трудно объяснить. — Он хорошо к тебе относится? Я могу его убить, — она внезапно посмотрела на него очень серьёзно.       Мо закатил глаза: — Он буквально из мафии. Ты не можешь его убить. — Вот ты маловерный, — Кэролин игриво ткнула его в грудь. — Значит, он хорошо к тебе относится.       Мо безуспешно пытался сдержать румянец. — Я думал, он тебе нравится. Почему ты вдруг задаёшь такие вопросы?       Девушка поджала под себя ноги и села. Если её и волновало, что её брюки практически протирают пол бара, она этого не показала. К счастью для неё, Мо хранил всё в идеальной чистоте. — Он мне и правда нравится, но вы с ним смотритесь лучше. Я с этим смирилась. — Это странно. — Так что случилось с твоим мальчиком-зайчиком? Чего ты такой мрачный? — Ничего, — Мо ненавидел себя за то, что по его выражению лица можно было прочитать абсолютно всё. Девушка ждала ответ. — Допустим, мы собирались куда-нибудь сходить… но ему пришлось уехать по работе. Поэтому я чувствую себя странно. — Странно? — Да. — Ох, всё хорошо, мне не придётся никого убивать. Это нормально, Апельсинка.       Боже, как он умудряется заводить таких сумасшедших друзей? Мо сел с ней за барную стойку. — Я тебя и не спрашивал.       Она пожала плечами: — Да, но ты ни хрена не смыслишь в отношениях. — Ради всего, блять, святого… — НЕ ВЫРАЖАЙСЯ! — Блять! — хором воскликнули оба. Скайлар. — Возвращайтесь к работе!       Мо с Кэролин съёжились, когда рядом послышались тяжёлые шаги и отдалились в сторону задней кухонной лестницы. Кэролин пристально посмотрела на Рыжика. — Мы ещё поговорим об этом.       Мо встал, схватил свои вещи и бросился на кухню, крикнув через плечо: — Ещё чего!

***

      Он чувствовал себя хорошо. Впервые за последние несколько дней он не дулся и не переживал из-за сообщений Хэ Тяня. Что бы между ними ни происходило, это было приятным отвлечением. Но на самом деле происходило много чего. Мо должен был оставаться сосредоточенным и довести дело до конца. Он бы никогда не сказал это Кэролин, но после их разговора он почувствовал себя лучше. В голове немного прояснилось.       Сойдя с поезда, Мо направился домой. Было поздно, но на этот раз он не жаловался. Кэролин налила им по паре коктейлей после закрытия и спряталась с ним за барной стойкой. Он незаметно сунул ей в фартук несколько купюр, хотя они из-за этого всё равно поругались.       Гуаньшань молча покачал головой, удивляясь самому себе. По всем признакам, его должна была заинтересовать Кэролин. Она была практически более адекватной женской версией Хэ Тяня. Загадочная, но на самом деле полная дура. Властная, но не та, кто могла бы причинить ему боль. Блять, у них даже черты лица были похожи. Да большинство мужчин были бы счастливы с ней просто познакомиться.       Впрочем, это не имело значения, он знал, что дальше дружбы у них ничего не зайдёт. Сидеть вместе сегодня вечером было весело, но далеко не так, как рядом с Хэ Тянем.       Он был другим.       Мо вспомнил, как стоял на краю, казалось, целого мира. Лифт скрывал их от всего этого дерьма. Хэ Тянь сделал ту ночь, тот момент всем для него. То, что произошло потом, абсолютно ничего не испортило. Хэ Тянь увидел его. Разглядел то, что не замечало большинство людей. Мо понял это, только когда остался один. Он не знал, как Хэ Тянь это сделал… как заставил почувствовать себя особенным. Гуаньшань посмеялся над собой. Я в полном дерьме. — Что смешного, Рыжик?       Каждый волосок на теле встал дыбом, по рукам побежали мурашки. У его двери стояли Крыса и три придурка. Боже, в последнее время он был таким невнимательным. Биты, которые они держали в руках, явно «увеличивали» его шансы. Парень прокашлялся и выпрямился. — Шутку вспомнил, босс. Чем могу помочь? — он почувствовал, как кто-то подошёл к нему сзади, закрывая путь к отступлению. — Шэ Ли хочет тебя видеть. Прямо сейчас.       Инстинкт Мо кричал ему срочно убираться отсюда к чёртовой матери. Он почувствовал знакомый прилив адреналина. — Его деньги наверху, наличные, -каким-то чудом… по имени Хэ Тянь, он смог накопить нужную сумму в срок, назначенный Шэ Ли. Гуаньшань попытался осторожно приблизиться к двери. — Я серьёзно, можете просто взять их и уйти. Пересчитайте, а потом уходите.       Хриплый голос позади него только подтвердил, что он окружён. — Думаешь, я так просто позволю тебе скрыться в твоём собственном грёбаном доме? — Тогда можете пойти со мной и забрать! — это, казалось, ослабило бдительность двух громил справа.       Крыса буквально истекал слюной: — Не утруждайся, Рыжик. Босс просил тебя. О деньгах он ничего не говорил. — Ты… ты же понимаешь, что он имел в виду чёртовы деньги! — сейчас он был зол на этого ублюдка больше, чем на Шэ Ли. Какая же он заноза в заднице. — Ты, блять, пойдешь с нами, Ры… — прежде чем Крыса успел договорить, Мо бросился на меньшего из двоих справа от него. Он врезался плечом в бок мужчины, опрокидывая его на землю. Как только открылся путь к побегу, Мо со всех ног помчался по заднему двору.       В этом направлении переулок был длиннее, чем казался. Если он повернёт в конце и продолжит вилять с улицы на улицу, он оторвётся от них раньше, чем они… Бам!       Треск!       Мо упал на спину и ударился головой о тротуар. Как только он повернулся, чья-то рука промелькнула перед глазами и схватила его за горло.       Уёбки.       Либо он от шока не понимал, сколько времени прошло, либо не успел далеко убежать, потому что Крыса снова оказался у него перед носом. — Ты, маленький хитрый ублюдок! — он приподнял Гуаньшаня за воротник рубашки, чтобы плюнуть ему в лицо. — Я тебя уничтожу. — Просто отведи меня к Шэ Ли, — он старался не обращать внимания на то, насколько жалко это прозвучало. — Не волнуйся, Гуаньшань. Я здесь, — его взгляд метнулся к улице, на которую он свернул. Беловолосый парень — в сопровождении ещё двух, выбравшихся из шикарного автомобиля — направился прямо к ним. — Скажи им, чтобы отъебались!       Шэ Ли, стоявший над ним, рассмеялся. — Прости, красавчик, но не он один устанавливает правила.       Похоже, это было новостью для Крысы, который в явном замешательстве переводил взгляд с мужчины, державшего Рыжика за ворот, на Мо и на Шэ Ли. С уровня Мо высокий африканец, который так легко сбил его с ног, выглядел как титан, развлекающийся с игрушкой. Кто это, блять?       Мужчина резко кивнул одному из членов новой банды.       Он пристально посмотрел на Шэ Ли, который усмехнулся в ответ: — Извини, Мо. Больше никаких побегов, — Гуаньшань не знал, почему до сих пор ждал от него помощи, ведь их дружба давным-давно умерла. В глазах Ли промелькнуло что-то недоброе. Обычный жёлтый цвет почему-то казался чёрным и пустым.       Мо отвёл взгляд, наконец заметив человека, шагнувшего вперёд. Небрежно и с хорошо отработанным замахом этот человек ударил Мо алюминиевой битой прямо в колено. Раздался треск, и уже через секунду все чувства затмила невыносимая боль.       Мо слышал свой крик словно за много миль отсюда. Он изо всех сил старался оставаться в сознании. — ШЭ ЛИ! — он стиснул зубы. — Ты даже не представляешь, как опасно для меня здесь находиться, Гуаньшань, — он говорил так, словно они стояли на крыше. Ему было плевать. — Я должен был тебя увидеть, — он медленно подошёл к Мо, который растянулся на земле и дрожал. — Я же просил тебя не вмешиваться. Я же говорил тебе… — ДА ПОШЁЛ ТЫ! — Рыжик снова вскрикнул, колено обжигало при малейшем движении. Чей-то кулак сильно ударил его по губам. Между губами и деснами скопилась неприятная лужица крови. Всё произошло так быстро. Он выплюнул кровь и кусок зуба на пару ботинок рядом со своим лицом. — Забери — кха — свои деньги, — он попытался отдышаться. — Уёбок, — ещё один быстрый удар выбил что-то рядом с его глазом. Кровь и слёзы затуманили зрение, а в переносице появилась острая боль. Рука, державшая его за рубашку, отпустила его, ударив и без того разбитой головой о землю.       Лысый мужчина перевёл взгляд на Шэ Ли. — Следи за своими манерами, — Мо громко вскрикнул, когда чей-то ботинок врезался ему в рёбра. Он едва мог собраться. Когда кто-то приподнял его голову за волосы, он пришёл в себя. Губы Шэ Ли коснулись его уха и тихо прошептали: — Угадай, что?       Мо сосредоточился на дыхании, несмотря на то, что кровь приливала к горлу.       Язык Шэ Ли облизал изгиб его уха. — Дело было не в деньгах, — не успел Мо сообразить, как Ли отстранился, и удар в висок отправил его в блаженное забвение.