Ахлуофобия

Декабрь, 2037 От длинной поездки через чёрное зимнее утро у девочки рябило в глазах. За стеклом незаметно проносились огни. Синтетические голоса из радио опять ровно и без запинок расхваливали какой-то товар, позволяя немножко забыться, хотя бы слухом. Обонянием труднее: в воздухе салона собрались ополаскиватель и вчерашние сигареты. — За окном 37,4 градуса, стабильно плюсовая температура. Кофе готов, а встречи запланированы на 10:00. Что-то добавить? — Это ваш новый интеллект — Домосфера 2.0! Мы не просто умные помощники, мы — ваши партнёры. — Дом, который понимает вас. Дом, который заботится. Домосфера 2.0. Ваш дом. Ваши правила. По окнам, как всегда, плыла морось. Холодная и стеклянная, обычно она пахла озоном от очистительных станций. А ведь когда девочка была совсем маленькой, на пару дней в году даже появлялся снег… Она вздохнула. Остался один поворот, а выходить в ледяную черноту хотелось меньше всего. — Да что все стали на этом перекрёстке! — Раздражённый взгляд отца мелькнул в зеркале заднего вида. Хотя он даже не дотронулся до руля, машина сама среагировала на поток. — Папа, — девочка открыла рот, но громкое жужжание телефона в его кармане не дало договорить. — Не сейчас, Кассандра. Ещё один вздох. После этих слов, Кассандра знала, они не будут разговаривать минимум следующие несколько часов. Но приятное в работе отца всё же присутствовало. Когда они приезжали, в гигантском «Пиццаплексе» практически не было людей. Не было очередей или бессмысленных столпотворений в гардеробных и уборных. От этого Кэсси чувствовала, как центр волшебным образом наполнялся энергией вместе с ней, и в толпе детей, глядя на сцену ботов-рок-звёзд, она с гордостью могла сказать «А я видела, как они просыпаются!». Именно поэтому в то утро, выпрыгнув из машины и заметив столько других детей, тоже почему-то устремившихся в лобби, она так комично нахмурилась.

* * *

— Я даже не знаю… А если мой Джош вдруг начнёт капризничать, робот же не поймёт, почему! — Поймёт, они с ними говорят на одном языке. Знаете, по моим наблюдениям, дети их принимают даже лучше живых нянек! — Мне всё же кажется это немного странным… В смысле, как бы сказать- — Послушайте, но мы ведь уже столько всего доверили нашим машинам. Почему бы не дать шанс и... О, кстати! Одна из охранниц с «фирменной», как думала девочка, улыбкой «Корпорации Фазбер» убалтывала молодую маму. В толпе они сосредоточенно разглядывали флаер, и работница отметала неловкие аргументы один за другим, восклицая "Представляете, по нашей статистике-!". Но почти все обрывки разговоров Кэсси пропускала мимо ушей. Веки норовили проморгаться и закрыться. Пожалуй, сейчас у неё особенно сильно рябило в глазах. Кто знал, что за огромным лобби в правом крыле наконец открыли такую огромную игровую зону? Новую зону, ради которой столько родителей не пожалели своего субботнего утра. К широкому потолку тянулся красный шпиль башенки с небольшим балконом. Стены же сплошь украшали звёзды. "Звёздный детский сад"... Вроде бы так оно называлось? Обивка полов и декораций, а также посторонние звуки, возникающие в весёлой музыке сверху, отдавали скорее сказочным островом, чем другой планетой. Если бы только атмосфера была такой же «сказочной»… Вокруг носились, покрикивали и спотыкались уже бодрые дети, возрастом явно помладше Кэсси. Но стоило только это заметить, как отец положил руку ей на плечо, и с коротким «Меня ждут на третьем этаже, поиграй здесь до обеда» скрылся за деревянными воротами. Не то чтобы в такой компании Кассандра чувствовала себя приниженной. Они с отцом оба знали, что когда в "Пиццаплексе" появлялось новое развлечение, его необходимо было "испытать младшему тестировщику". Но именно дети помладше чаще всего мешали этому. Они без конца двигались, перекрикивали само "сердцебиение" центра, не давая к нему прислушаться и не зная, когда замолчать. Впрочем, если так подумать, всем необходима разрядка, для этого развлечения и существуют. Верно? Девочка переминалась с ноги на ногу под огромной горкой. Волнами духота накрывала помещение, а запах новенького поролона и пластика внушал, что здесь всё только вчера собрали по инструкции. Ладони медленно запотели. Кэсси уже думала выпорхнуть за ворота, под случайным предлогом отправиться в атриум и поразглядывать главную сцену, если бы чей-то возглас не перебил гул. — Смотрите, смотрите! Верхний свет потускнел, и ближайшие лампы устремились к балкончику. Вдруг послышался механический скрежет. Кэсси и оглянуться не успела, как дети побросали свои занятия и на всех порах обступили бассейн с шариками, что располагался точно под источником шума. Пара тикающих звуков, и сверху показался робот. Выкатился, как колесо, настолько быстрым движением, что сперва Кэсси не разглядела ни его треугольного корпуса, ни торчащих из головы лучей. Дети затаили дыхание. Сейчас он прыгнет прямо в бассейн! Но робот остановился. На самом краю, раскинув руки, он будто пробудился ото сна и глянул вниз. Растерянность. Вот, что привиделось Кассандре в этой позе. Он словно забыл о зрителях и оглядел самого себя. Бесформенные шаровары блестели в свете ламп яркими красно-жёлтыми полосками. То же касалось и забавного воротника, а изогнутая обувь при движении звенела бубенчиками. Девочка взволнованно перетёрла ладони. — Спускайся к нам, Солнышко! — потребовал сзади чей-то взрослый голоc. И Солнышко очнулся. Опасливо глянув вниз, он метнулся обратно, а уже через минуту в смущенной тишине, что прерывалась только музыкой, все услышали грохотания. И вот наконец-то робот выбрался из прилегающей к бассейну жёлтой горки. — Доброе утро! Какая… ин-те-ресная сегодня публика! — громко (Даже громче, чем нужно) воскликнул он, «вынырнув» из бассейна прямо перед детьми. Весёлый голос и вправду напоминал прямые лучи света. Он рубил слова на куски, растягивал гласные, словно подтрунивая. Слишком живой. На секунду дети затихли. Те, что сидели особенно близко, даже дёрнулись. И только потом голос зазвучал заливисто, мелодично, как положено. — Солнце взошло, а значит у нас с вами полно дел! Детские глаза съедали его в этот момент. Те, кто вздрогнул, всё ещё пытались рассмотреть его по частям, другие уже начинали шептаться и хихикать. Солнце же, показательно всех пересчитав, всплеснул руками. — Давайте знакомиться! Берите себе по стульчику, будем делать круг! — Ура! — Наконец-то! — Подождите меня! Так не честно! Кассандра сдвинула брови. Стоило мальчикам и девочкам разбежаться в поисках стульев, пихая друг друга, как лицо робота вновь приняло это странное выражение. Широкая улыбка и округлые щечки теперь не только выглядели как маска, но и чувствовались похоже. «Это мозговой блок. Смотри на лицо любого робота,— поучал отец, когда девочка тянулась подглядеть, что за схемы он принёс с работы в этот раз. — Исправные реагируют на тебя сразу же. Секунд так… За ноль-пять. Полсекунды. Понятно?» Дальше шло что-то про «десять базовых реакций», которые привиты каждому боту. Но на этом моменте она обычно засыпала. — А ты что тут делаешь? — грандиозно раздалось рядом с ухом. Кассандра аж подпрыгнула. Солнце стоял прямо над ней, подбоченившись. Высокий и длинноногий. Белые глаза ярко сияли, а от «грудной клетки» чувствовалось слабое электрическое тепло. Подкрался так подкрался с таким размером! — Не бойся, присоединяйся! Дети должны быть вместе. Девочка быстро оживилась и протянула к нему руку. Но тот свою никак не подал. Вместо этого расторопно помахал запястьями, бубенчики яростно зазвенели. — Если хочешь! Никакого давления на зрителей нет! Опустившись именно на этот тон, резкий и живой, Солнце показался ей уверенным. С выходом к детям он словно не сразу понял чужой язык или слишком сложную шутку. Как будто ему потребовалось время, чтобы всё осознать и перестроиться под то, что от него сейчас хотели. Кассандра никогда не видела подобного. Но по некой причине именно это вызвало у неё тёплую улыбку. — Я… Да, я иду!

* * *

— А почему у тебя такие смешные штаны? — А у тебя есть мама? — Ты дружишь с настоящим солнцем? — А зачем тебе этот крюк??? Одна из девочек шлёпнула ладошкой по механической спине, заставив робота выпрямиться с резким «М?! Зачем?!», и сама испуганно пискнула в ответ. — Я… Хотела просто… Кэсси видела, как малышка чуть сморщилась, и её глаза тут же наполнились влагой. — Э-эй, ну что ты, не надо пл- Смотри! Он для раскрашивания! — Солнце сдался быстро. Чудом передумав плакать, девочка разместила обе ладони на прежнем месте, и на жёлтой спине появилась пара цветастых отпечатков краски. Шуршала бумага, ровно поскрипывали лезвия ножниц. Они сидели за вырезанием поделок из бумаги уже, наверное, полчаса. Для ровного «прохождения по контуру» требовалась вся выдержка и внимание. И Кассандру бы тоже передёрнуло, если б со всех сторон к ней тянулись неугомонные руки, готовые схватить за что угодно. Она ловила себя на этой мысли ещё на «больших» концертах в «Пиццаплексе». Хорошо хоть там стояла табличка. — Мистер Сан, на что вы смотрите? Пара мальчишек очень старалась попасть в поле зрения робота, прижимая к нему «готовые» аппликации. С них мелкими клочками так и сыпалась бумага всех цветов. — На… звёзды! Они прекрасные, правда? — Сан сразу же крутанулся корпусом к детям и всплеснул руками. Однако, сидя почти по правую руку, Кассандра видела, что разворачивался Солнышко не на лампы в виде звёзд. А на высокий балкон. Бегая, ища что-то взглядом. Точно мама, потерявшая ребёнка в толпе. — Ну-ка, что тут у нас? А-вангардно, — отрывисто скрипнул робот, но затем его будто коротнуло, и голос снова сделался мелодичным. — Какая красота, смотреться будет и-де-ально на нашей доске с рисунками. Чтобы все-все любовались! — Солнце, а посмотри мою! — Солнце, а… А это лучше, чем то, что она сделала? — А вот у меня тут сердечки в звездочке большой! Почти все дети рядом и сзади грохоча повскакивали из-за столиков. Кэсси хмыкнула и уткнулась носом в вырезку. Возможно, ей и самой бы уже хотелось встать и пройтись, но она вряд ли бы сделала Солнышку легче. Он опять взглянул на балкон. — А если я сделаю радугу, ты повесишь её на стену? — Смотри! Мама сказала, у меня талант! — А ты сам умеешь вырезать? А можешь- Выкрики тонули один в другом, царапали и рвали друг друга на части. Возможно, даже и буквально, так как Кэсси услышала резкий звон бубенчика и высокое, граничащее с метанием «Нет-нет! Это часть образа!» Солнца. Однако звоночек всё равно полетел на пол. Тихонько скрипнув стулом, Кассандра встала. Всё-таки решила отлучиться в уборную. Забавно, сейчас это казалось спасением. — Лили! Мы не… Ах… Мы не клеим пальцы! — Перемахнув сразу два столика, Сан склонился к одному из них. — Клей для скрепления деталей! Вот этот возьми, например, чтобы было… «красиво». «А можно и мне с блёстками?», «И мне!» раздалось Кэсси в спину вместе с новой порцией оглушительных криков. Путь через прохладный коридор лежал недолгий и, только выйдя за ворота, девочка заметила, что тут уже столпилось несколько взрослых. От времени до обеда прошло всего-ничего, так что, наверное, некоторые просто не могли оставить самых маленьких детей так надолго. Предпочли наблюдать. — Нет, ну этот на мордочку, конечно, симпатичный, — шептала одна мама другой, поглядывая на площадку. Кэсси сжала дверную ручку. — Но ты смотри. Все на ушах стоят. — Может, не знает, как их успокоить? — Уф… Ну робот роботом, а толку от него ни капли тогда! — Ходить сюда дальше что-ли… — Я бы, честно, подумала. Может, написать им с вопросами? Посоветуюсь сперва с мужем, и послезавтра… Кэсси открыла дверь.

* * *

Время едва перевалило за обеденное. Гулкая музыка стала по-настоящему заряжать энергией, во всём центре закипела привычная жизнь. По крайней мере, такая, какой её знает большинство посетителей. В детсаду стоял перерыв. И, как ожидалось, неукротимый гвалт. Точно как утром все бегали внутри городков, пятнали друг друга и играли в «кто дольше продержится под водой». За воду, конечно, принимали пластиковые шарики. У Кассандры от беготни без обуви изрядно горели щёки и пульсировали пятки. Сейчас она, приложившись животом к поверхности стола и раскачиваясь, рисовала в блокнотике. То и дело её взгляд стрелял в сторону. — Вот, Мистер Сан! Теперь это бубенчик! Солнце сидел рядом с обувными ячейками. На механических коленях устроились две девочки, после чего обхватили с двух сторон его руку. Видимо, завидев, что у воспитателя запропастился звоночек, обе решили во что бы то ни стало проявить свой творческий талант. — Надо же! Звенел бы ещё, как настоящий, — Сан отвечал не сразу, спонтанно, но мягко и мелодично. Нарисованные ленточки, похоже, в самом деле порадовали его. — Ну… Он не будет звенеть, но- Готово. Идеальный момент! Кэсси убрала блокнотик за спину и быстро подкралась к ячейкам, обошла Солнце сзади. Как можно ненавязчивее она намерилась ткнуть его в плечо, но тут же осеклась. — Привет! Что это ты там прячешь? — громко отозвался робот, когда девочка честно встала напротив. Она молча протянула блокнотик, который Сану пришлось подцепить свободной рукой. Девочки, поняв, что внимание переходит от них, тоже уставились на него. Кэсси нервно скрестила пальцы. — Ого-го! Это… Солнышко. Детально выкрашенный робот смотрел на них с листка. Улыбка его была широкой и, возможно, чуть-чуть удивлённой из-за округлых глаз. Но Кэсси честно старалась сделать полоски на его штанах как можно ярче… и ровнее. — Ха! Как думаете, это я? Сан приподнял блокнотик и провёл пальцем по «своим» изогнутым ботиночкам, словно проверяя, не сотрутся ли они. — Да! — хором закричали дети. Пауза. Кэсси была готова поклясться, что видеообъективы Солнца остекленели и чуть не потухли, однако в следующую секунду он вскинул голову, и энергичный голос опять стал сладко-напевным. — А-а знайте что? Хм-м? — Пару секунд они сидели в неведении. — Да это лучше, чем оригинал! Девочки по очереди насупились, а Кассандра не смогла сдержать смешка. Она вплела пальцы в кучерявые хвостики, надеясь, что Сан скажет что-нибудь ещё. — Ему место на Почётной Стене! Да, за эти пару часов они уже прозвали стену для лучших работ «почётной». Откровенно, туда попали почти все рисунки (Из тех, что нормально держались на клее), но Кэсси всё равно счастливо закивала. Последней, хоть какой-то оценкой её работы было отцовское «Вот где у тебя управляющая панель? Сюда даже аккумуляторная батарейка не влезет». Хотя она просто решила, что синий кролик на её рисунке будет укрываться маленьким одеялом, и никакие его внутренности показывать не нужно. — Повесим прямо- — Джош! Пронзительный голосок безжалостно отдался о стены игровой зоны. Ворота были приоткрыты, в проходе стояла худая рослая женщина. Выпрямившись, как цапля, она крепко прижимала к боку сумочку и всё старалась высмотреть своего Джоша. — Взрослый? О-го. Вы меня простите! — Сан сразу вывернулся из детских объятий. Кэсси показалось, что он начал заикаться от резкого возбуждения, хотя делать так роботы точно не могли. — Я на минутку… Одним движением он вынул из ячейки пару детских ботиночек и направился к воротам. Однако, блокнотик так и остался у него, так что Кассандра зашагала вслед за Солнцем. — Надеюсь, Джош сегодня был под присмотром. — Не поднимая глаз, дама со щелчком закрыла миниатюрное зеркальце. — Я… Просила, чтобы его не подпускали к поролоновым материалам, это было в медицинской карте. Что-то в её выражении нарушало холодный вид. Подкрашивая невыразительные губы, она стремилась смотреть куда угодно, лишь бы не на робота. Будто считая несуразным говорить с ним. — Под присмотром? — Поставив ботиночки, Сан вскинул руки. Его лучи радостно завращались вокруг лицевой панели. — Под лучами добра и света, мэм! Никаких казусов, кроме, разве что… — Хм? — Небольшого творческого порыва! — Он попытался «подмигнуть». — Творческого? Я же просила… — Два пальца болезненно легли на её висок. Тут ребёнок показался из большой горки, но подбегать не спешил. — Джош? Почему ты весь в краске?! Рыжеватый мальчишка хихикнул и нырнул обратно в тоннель. На его лице и рукавах действительно виднелись большие пятна сочной фиолетовой краски. — Э-это… Всего-то капельки вдохновения! — … Вам бы следовало проявлять больше «педагогики». А не превращать всё в балаган. Видя, судя по всему, что должной реакции её замечания не вызывают, она слышно пробормотала "Зачем они только сунули сюда... Такое?". — А знаете, что? — Сан перебил, игриво растопыривая пальцы. Точно делал некий трюк с картами. — Светит звёздочка с небес, непонятно, на кой бес! — Вы это называете педагогикой? — Мама сильно поджала плечи. Лёгкая гримаса отвращения рябью пробежалась по её лицу. — Оу, это была шутка!.. — … Джош, подойди сюда. Она окликнула сына и вытащила банку Фаз-шипучки. Кэсси сглотнула, когда юркий мальчишка быстро явился на шипящий звук. — Я бы попросила вас держать подобные шутки при себе и заняться своими прямыми обязанностями. — На секунду стрельнув глазами в робота, она попыталась взять сына за руку. — Пойдём, Джош, машина стоит нагретая. — Нет! — Мальчик внезапно отбежал на пару шагов. Фоновая музыка как будто на секунду стала тише. — Это что ещё за новости? — Женщина ослабила хватку, но только чтобы взяться сильнее, за плечо. — Прекрати, все смотрят. — Но я не хочу! — резко взвизгнул Джош и шлёпнулся на колени. Газировка угодила на пол, а он крепко обхватил яркую Солнечную штанину. Робот замер. — Джошуа! Перестань вести себя как ребенок, тебе уже шесть! — Я хочу здесь! Солнце, скажи ей! Скажи, что я останусь! Механизмы Солнца задвигались совсем чуть-чуть. Опустившись к мальчишке, он мертвенно уставился на него, но никак не решался прикоснуться. Вконец хныканье перешло в плач, и искусственный голос завибрировал. — М… Мэм. Мы… Могли бы… Обсудить это? — Что тут обсуждать? — голос мамы стал жёстче. Она сделала шаг вперёд, пытаясь отцепить своё дитя от робота. — Поднимайся, ты слишком долго тут пробыл. — НЕТ! — Джош завизжал так громко, что Кэсси зажала ухо, а некоторые дети обернулись от своих игр. — Это невозможно… Разве вы не в состоянии как-то на него повлиять? — Ох… З-наете, вопрос… Интересный! — Бот едва мог пошевелиться, а голос ослабел до громкости звоночков на ногах. Хотелось протянуть к нему руку, заверить, что всё в порядке, но вместо этого Кассандра вскочила с колен и через секунду приземлилась рядом с мальчиком. — Знаешь… Знаешь что? — Она ненавязчиво погладила его по спине. — Ты нарисуй свою комнату. А мы завтра повесим её на Почётную Стену! Кэсси поджала губы, но к её облегчению хитрость сработала. Шмыгнув, Джош похлопал покрасневшими глазами и поспешил встать. Выходит, что даже закатывать истерику — занятие довольно утомительное. — Мх… Ма-ам? — Он поспешно втоптался в ботиночки и потянул женщину за пальто. — Идём! Кэсси просияла. Скандал ещё не начался, а уже успел закончиться. Она победно обернулась к роботу, отряхивая ладони. И застыла. Смесь страха и смущения пробиралась через его цветную маску. Изнутри ощущалось не просто тепло, жар. Солнце глядел на неё так, будто она совершила преступление от его имени и теперь вовсю этим хвасталась. — Эм… Я... Просто... Кассандра мучительно сглотнула, не зная, куда деть руки. Но сразу получила в них блокнот из мелко вибрирующих пальцев.

* * *

Всех оставшихся детей они провожали молча. Одного за другим их забирали с нежными «Привет! Как ты? Тебе было весело?», приходилось лишь улыбаться и подавать обувь. С уходом детей в саду впервые за день стало прохладнее, даже верхние жёлтые лампы теперь отдавали отстранённостью. Хоть Кэсси старалась никак не смотреть на робота, не замечать, как часто он обращался взглядом на балкон, было трудно. — Лили! Привет, дорогая, вот и я! Тебе было весело? Мама с радостью подняла дочь на руки. Кэсси внимательно смотрела вслед последней семье, пока не ощутила долгий, нарочито вопрошающий взгляд Солнца. — Так бывает… — пробормотала она, — Их иногда задерживают на третьем этаже. И это правда считалось у них обыденностью. Отцовское «До обеда» скорее значило «Через час после обеда» или «Через час-сорок-минут, потому что у нас совещание». Девочку это никогда не беспокоило, она просто рассчитывала, что побегает по огромному атриуму на час или два больше. Но сейчас, под белыми стеклянными глазами, будто просящими поскорее уйти, ей хотелось, пожалуй, сразу провалиться. — Кассандра. Скрипнули ворота. Сухой голос выбил её из колеи. Кэсси тут же выпрямилась и увидела отца, но в паре с охранницей. Светлые волосы, вечно белая накрахмаленная рубашка и кобура для фонаря. Кассандра знала эту женщину, но никогда не решалась заговорить. От неё постоянно пахло чем-то лекарственным, чем-то, что взрослые называли "от головы". Перебивая друг друга, они нечто обсуждали, и отец мимолётным движением подозвал девочку. Она сразу метнулась к ячейкам и стала возиться с кроссовками. — Эй. Спокойный голос робота возник позади. Кэсси едва не запуталась в ногах прежде чем обернуться. — Ты сегодня была молодцом. — Солнце смотрел прямо на неё сидя напротив. Компактно поджав колени, он уместил на них руки. Слишком по-настоящему. — Надеюсь, придёшь ещё? — Он выжидающе возвёл ладонь. Кассандра опешила. Но ей хватило пары мгновений. Она подбежала к Сану и звонко «дала пять». Совсем быстро, будто этого и не было, но улыбка наросла сама собой. — Кассандра, мы ждать не будем. Пришлось поторопиться. Лишь на выходе, до того как ворота закрылись, она успела слабо помахать Солнышку и даже увидеть ответ. Он улыбался. Взаправду. Сокращённый день в «Пиццаплексе» оправдался хотя бы слабой оживлённостью. Основной поток давно отправился по домам, и вместо пищащей какофонии игровых автоматов за стенами кто-то размеренно катал шары для гольфа. Не хватало только липкого пола от коктейлей… — А, так это твоя здесь была с самого утра? — охранница первой подала голос, когда они выходили из лифта в лобби. — Да. Кассандра у меня «младший тестировщик». — Какая прелесть, — женщина усмехнулась и повела плечом в сторону девочки. — Ну и что скажешь? Было весело? — Вполне, — улыбнулась Кэсси. — Не похоже, чтобы вы проводили тесты с этими ботами прежде, чем открыться, — сухо заметил отец и плотнее застегнул лакированный кейс. — Не говори так, боже. Только "переписать" их в короткий срок чего стоило! А сегодня лишь первый день, доступ ограниченный, и если всё получится... — охранница заговорила ниже и странно потупила взгляд, но, поняв, что на неё обратилось всё внимание, легко выпрямилась. — То "привет" моим заслуженным премиальным вообще-то! Дальше разговор не задался. Взрослые сразу переключились на обсуждение каких-то новостей, а уже через несколько минут они все приближались к главному выходу. — Тогда до вторника. — Отец отсчитал из кармана пару чеков и, передав их охраннице, поманил Кассандру за собой. — Куртки в машине, пойдём быстрым шагом. — Увидимся, Джереми! Девочка уже приготовилась вприпрыжку скакать до внутренней парковки, пока не услышала пару пронзительных женских голосков, оставшихся в лобби. Что ж, видимо, не все так быстро ушли, как она. — Офицер Ванесса, можно с вами поговорить?