On the other side

— Хорошие новости, хулиганы. Ставки возросли…

© Джон Уик 4

— У меня тут вопросик назрел: чем ты занимаешься? Слава прищурилась. На ее лице отражались блики уличного фонаря. На балконе было темно и уютно. Лика даже не заметила как они оказались здесь. Просто решили выйти покурить. Возможно, эта дурацкая привычка сглаживала многие шероховатости. Ты не просто стоял как дурак и не знал что делать, а даже чем-то занимался. Лика думала о том, чтобы бросить эту пагубную напасть, но как показывала практика, приобрести уверенность в себе в некоторых случаях было сложнее, чем пойти по лёгкому пути и заполнить паузы дымом. — Это твоя попытка завязать светскую беседу? — коротко спросила Слава. — Ты необычайно сдержана в разговоре, очень подозрительно…это настораживает, — тут же добавила она. — Правда? — Лика изобразила искреннее удивление. — Знаешь, да. — Так все же?! — Лика намекнула на свой первый вопрос. — С чего такой вопрос? — Просто, пытаюсь понять, почему все шарахаются от твоей фамилии? Ты торгуешь оружием? Слава почти поперхнулась чаем. — Знаешь, я сказала что ты тактична, забудь, я ошиблась. Лика ухмыльнулась, ее взгляд опять был направлен в сторону улицы. — Не томи, давай вскрывай карты. Удовлетвори мое любопытство. Слава усмехнулась и посмотрела в сторону парковки. Лика опять заметила боковым зрением, как на Славином лице заиграли лучи, просвечивающиеся через приоткрытые жалюзи. Ее скулы украшал колейдоскоп фонарей, а тонкие пальцы крепко, но нежно обхватывали кружку с остатками чая. — С моей деятельностью это никак не связано. Лика не понимающе посмотрела на Славу. — Отец. — ответила та. — Мм, и кто же у нас отец? — Я не пойму, это ты так пытаешься перевести начатую нами в ванне тему и сместить вектор на меня? Лика усмехнулась. — Слава, я думаю, что ты ещё не готова обсуждать со мной эту тему. — С чего бы? — Ну ты же про лесбиянок? Слова резанули Славину реальность и она почувствовала как неловкость сковывает ее челюсть. Женщина открыла и тут же прикрыла рот, так и не сказав, что она собиралась. Лика выбила ее из колеи. — Ну вот, видишь. У тебя краска к лицу приливает от одного этого слова, а если ты ещё начнёшь задавать стандартные вопросы типа: как вы это делаете, а кто у вас мужик в отношениях и может это просто у тебя гормоны шалят — то, мне кажется, мы опять поругаемся. Слава молчала, Лика с улыбкой попивала чай. Да, она ее уделала. Тут Слава должна была принять лёгкое поражение. Эта тема ее волновала, но Лика была права, сейчас Слава была просто как школьница. — Не нужно так ехидно улыбаться, а то я себя чувствую маленькой девочкой. — Ладно, проехали, — Лика попыталась последний раз сдержать свой смешок. — Ты не выносима. — Знаю. — Бесишь. — Скажи, кто твой отец? — Зачем? — Ну мне интересно с кем я живу в одной квартире. Теперь Слава лишь усмехнулась сквозь приоткрытые губы. — А если я скажу, что это изменит? Ты же не сможешь сбежать. — Слава пожала плечами. — Можно уже начинать шутить про крестную дочь? И включать шансон? Папа бандит? — Это не девяностые, — ответила Слава. — А, то есть «мэр в законе»? — Откуда в тебе столько яда? — Накопился. — Ликина улыбка была нейтральной, но не злой. Их манера беседы скорее придерживалась лёгкой иронии, чем желания обидеть друг друга. — Так что? Я угадала? — Нет, — отрезала Слава. — Он акционер одной крупной компании. Ну точнее с недавнего времени почти единственный владелец. — Почти единственный владелец? Звучит как план стать единственным и замочить своего конкурента. Лика помоталв головой. — Это взрослая тема, ты все равно не поймёшь. Лика бросила на Славу быстрый взгляд и, затягиваясь начатой сигаретой, сказала: — Знаешь, не суди всех по себе. Люди взрослеют в разном возрасте. Цифра — не показатель. Славино лицо опять растянулось в натянутой улыбке. Она была полностью согласна с Ликой. И возможно от этого ей самой было обидно, ведь отец считал, что она никак не повзрослеет, даже в свои тридцать. — Знаешь, если бы я не знала кто ты и в каким мы отношениях, то я бы подумала, что ты со мной флиртуешь. — А я думаю, что как раз сейчас ты стала это замечать. Потому что ты знаешь, что мне нравятся девушки. — Это был сарказм? — Я правда флиртую. — Шутка защитна. — Не буду говорить о том, что в каждой шутке есть… ну ты помнишь. Слава усмехнулась. Пытаясь скрыть свое подступающее волнение. — Не переживай, сегодня целоваться не будем. Слава резко покраснела. И если бы не полумрак царивший на балконе и прерывающийся лишь полосокой света от уличных огней, то Лика заметила бы это. Молчание затянулось. — Тебе нравится выводить взрослых женщин из себя? — Мы опять вернулись к теме взрослости? Слава не ответила на этот выпад. Лика молча рассматривала лицо Славы. Ей казалось, что чем больше она тянет с ответом, тем волнительнее становится царящая между ними обстановка. — Перестань…на меня…так…пялится! — Славин голос выдала хрипотца. — Здесь темно. Я все равно почти ничего не вижу. — Я чувствую твой взгляд. — Я думала мы флиртуем, — Ликин голос отдался издёвкой и она опять заворачивала их беседу в тупик. Они бродили где-то там в лабиринтах допустимого и правильного, никак не находя выход. — Ты, флиртуешь, — поправила ее Слава, делая ударение на слове «ты». — А ты молчишь и не двигаешься как фонарный столб? Я наверное сама с собой разговариваю? Плюс к к моей шизофрении. — Лика ещё язвительнее улыбнулась. — А я выхожу замуж за твоего отца! Резкое, но короткое предложение, которое шарахнуло Лику под дых. Лика сильнее сжал челюсти. Напоминание об отце прошлось разрядом по телу. И этот разряд не сулил ничего хорошего. Лика лишь надеялась, что она не сорвётся опять на Славу. Ей не хотелось. Сжимая в руке чашку и до белых костяшек второй кулак, Лика прошла к двери в квартиру. — Пойду спать, завтра в школу. Точнее уже сегодня. — Мг, — единственное что смогла выдавить Слава, когда дверь за Ликой захлопнулась. Она видела как Лика изменилась в одну секунду. Как распологающая к себе улыбка резко перешла в аскал. Как игривый взгляд изменился темной бездной. Слава испугалась на секунду, что девушка может ее ударить. Хотя, что она сказала? Но она была благодарна Лике, что та ушла сейчас. Славины ноги сводила дрожь. Она не понимала почему. Если бы Лика сейчас ее поцеловала, то она, возможно бы, даже ответила. Она как будто балансировала на грани. Между здравомыслием и безумием. Причем малейшее движение грозило полнейшим полетом в ту или иную бездну. Одно предложение перевернуло все с ног на голову. Возможно она сделала правильно, но ноющая дикая боль внизу живота говорила о том, что вся эта странная ситуация подействовала на нее настолько неожиданно, что она боялась пошевелиться. Был бы Рома сейчас дома, она бы разбудила его и возможно грубый секс мог бы снять это навождение. Но он был в офисе, а она здесь. Им нельзя было видится с Ликой. Не сейчас. Она была очень благодарна той, что она ушла. Нужно просто лечь спать, сутра будет лучше. Женщина ещё час сидела на балконе, пока рассветное солнце не начало плескаться на стенах лоджии. Лика тоже его видела. Она не спала. Они обе встречали новый день, радуясь тому, что стены разделяют их бешеное и неправильное навождение. *** Два года назад Лика распахнула глаза и увидела перед собой белый замызганный потолок. Хотя распахнула это скорее метафоричный каламбур в этой ситуации. От ссадин и ушибов её лицо припухло, а глаза отекли, так что правильнее будет сказать: разжала с усилием веки. Недовольная жизнью санитарка тюремрой больнички сидела на стуле у окна и лускала семечки. Лика дёрнула рукой и почувствовала, что она прищелкнута наручниками к ручке кровати. Правая же была завернута в плотный гипс. Лика попыталась шевелить ногами и обрадовалась когда у неё получилось. Она была все ещё жива. Она на это надеялась. Потому что если она сдохла и попала в такой своеобразный ад, это было слишком даже для неё. Здесь воняло хлоркой и слежавшимся временем. — О, проснулась, — высокая худощавая женщина отвлеклась от своего кроссворда и встала, — позову врача. Через несколько минут в палату вошёл мужчина. В очках и форме, поверх которой был накинут белый халат. Лика узнала, что у неё перелом лучевой кости на правой руке, трещина в ребре и многочисленные синяки и ссадины на теле. Она обрадовалась тому, что нос был не сломан. Что все ещё могла ходить и раз уж она не отдала Богу душу, то через пару недель сможет полноценно двигаться. Часы там текли как вязкая мазута по асфальту. От скуки Лика не знала куда себя деть. Через какое-то время после врача пришёл штатный сделователь, которому, вообще казалось, нет дело до бабьих склок в детской колонии. Он в стиле пишущей машинке, застрочил Ликины показания, пожелал ей скорейшего выздоровления и ушёл. Она не жаловалась, не сдавала никого. Сказала, что не помнит как попала туда, что было темно, что защищалась. Называть имена она конечно же не хотела. Она не помнила как оказалась в больнице. Видимо, после последнего удара потеряла сознание. Но жизнь шла дальше и нужно было смиряться с этой реальностью. Пару недель на относительно чистых пропитаных отбеливателем простынях, привели Лику в порядок. И сегодня ей пора бы уже было вернуться в свой блок. К своим демонам. Она не знала какая там сейчас обстановка и кто заведует всем. Что с Крещенко, она на тот момент тоже не знала. Она слышала как врачи говорили, что Настя лежит здесь же, в соседнем больничном крыле. Лике перевязали руку и отправили с сопровождением обратно. Ребра и надлом лучевой кости показывали положительную динамику. Проще говоря, как сказал врач: на тебе все заживает как на собаке. Лика в который раз переступила обшарбаный порог «Блока 117». Кровати были застелены. На её же лежало постельное, сложенное в стопку. Как в первый день. Короткий укол дежавю отдался в памяти. Кровать Алины была аккуратно заправлена. На тумбочке так же лежала её зажигалка. Лика улыбнулась. Значит с Алиной все в продке. Лика бросила свою книгу на кровать и присела на ее край. Даже воздух ощущался здесь подругому. — Ватцман, чего расселась? — широкоплечая женщина лет сорока вопросительно взглянула на Лику. — Давай шевелись, на работу, расселась тут. Лика посмотрела на свою забинтовонную руку, которую ей сказали нагружать ещё пока не сильно, и, выдохнув желание поспорить, встала с кровати. Они двинулись в сторону кухни. — С уборкой поможешь, однорукий бандит, — сама посмеявшись свой шутке, женщина поплыла по коридору в сторону кухни. С её массивный фигурой это действительно выглядело как плавание. Возвращаться сюда было уже сродни ностальгии. Лика успела даже привыкнуть. Алина тут же вздрогнула, когда Ватцман зашла на кухню. Их взгляды встретились, и Лика усмехнулась уголками губ. Она её ждала. Она волновалась. Приятное чувство нужности расцвело у Лики на губах. Её улыбка стала шире, а взгляд все так же скользил по Алине. — Что за херня? — Лика почти подскочила к Алине, когда форменная женщина скрылась за дверью столовой, — Каго хера, Алин? Ликина ладонь по хозяйки обхватила подбородок Алины и повернула лицо девушки к себе побитой стороной. У Алины на щеке красовалась огромная ссадина, с глубоким кровоподтеком. Алёна резко отвернулась закрывая лицо волосами. — Не важно, — она повернулась полубоком к Лике, здоровой частью своего лица. — Нет, не не важно, — Лика обошла её и встала напротив, их глаза встретились. — Это, эти твари да? — Угомонись, — Алинина взяла Лику за руку и бросив дежурному воспитателю, что они принесут из подвала лук для поджарки, потянула Лику в сторону лестницы. Потому что многие их сокамерницы итак начали оборачиваться на громкий голос Лики. — Её перевели, все закончилось, просто успокойся, — Алина стояла опираясь о перила ступенек, сложив руки в замок за спиной, — они бесились, что тебя положили в болинчку, а Крещенко перевели, им нужно было выпустить пар. — Пиздец выпустили, — Лика ударила здоровой рукой в деревянную полку и зажмурилась от боли, которая оттадалась по всему телу. — Блядь. Лика встрянхнула рукой и подула на неё. — Тебе не живётся спокойно, если ты кого-то или что-то не бьёшь? — Алина усмехнулась, но с места так и не двинулась. Она хотела подойти к Лике. Но её что-то останавливало. Тот поцелуй. Он был здесь. У этой лестницы. Невольное воспоминание легко коснулась Алиных губ и отразились мягкой улыбкой. Она и раньше о нем вспоминала. Пока Лика лежала на лечении. Она не знала как на это реагировать. Она не могла сказать, что это было просто мимолётно. Хотя может и было. Она вообще ничего не понимала. Это случилось, ей понравилось. Но они все же это никак не обозначили. То что было, было в спешке, в экстренной ситуации. — Я просто не сдаюсь, — Лика повернула голову в сторону своей сокамерницы и под её пристальным взглядом добавила, — Ладно, пытаюсь не сдаваться. Но они не правы, если они так хотели отпиздить меня, за что тебе прилетело? — Катя думает, что у нас с тобой что-то есть, — Алина пристально рассматривала лицо Лики. — А у нас с тобой что-то есть? — Теперь Лика повернулась всем своим корпусом к девушке. — Ну мы спим на соседних кроватях. — Считаешь это достаточным поводом, зарядить тебе по лицу? — Лика усмехнулась. — В случае Кати, она не сильно умна, её выводы очень очевидны, она работала в тот день на кухне и видела как мы выходили вдвоём из подвала. — Алина закончила и сложила руки перед грудью в замок, а её губы тоже озарила улыбка. — Тоесть они думают, что мы спим, но мы же не спим. — Лика подошла ближе к Алине почти вдавливая её в стену у лестницы, а её здоровая рука легла слева от головы девушки, упираясь в отштукатуренную перегородку. — Может… — Хорошо подумай над тем, что ты сейчас скажешь, — Алинин взгляд упирался в лицо Лики. Изучая на нем каждую эмоцию, каждый сантиметр. — Есть варианты? — Лика улыбнулась. Алина не ответила, лишь, продолжала смотреть. — Почему тебе не все равно на меня? — Лика оттолкнулась от стены и засунула руку в карман штанов. — Ты сейчас виртуозно хочешь подтолкнуть меня к признанию, которое не хочешь делать сама? — Алина улыбнулась левой стороной рта. — Ладно, мне понравилось с тобой целоваться. Лика усмехнулась. Своеобразная улыбка с подтекстом расцвела на ее губах — «Да, черт, я знала.» — Скажешь что-то? — после пятиминутной паузы и гляделок спросила Алина. — Хочешь быть вместе? — Лика протянула руку Алине и серьёзно посмотрела ей в глаза. — Это предложение без кольца? — Это предложение без кольца или конца, — пожав плечами повторила за Алиной Лика. Алинин взгляд стал серьёзным. — Ты меня не знаешь. — Ты меня тоже не особо. — Тогда не говори до конца или навсегда. Так делают только идиоты, потому что они не знают, того, что навсегда не бывает. — Алинино лицо покрыла гримаса полуулыбки и полусарказма. — Я… — Лика запнулась, — я хочу чтобы ты была со мной. Так подходит? — Более чем, — Алина обхватила своей рукой руку Лики и, притянув к себе, поцеловала в губы. *** Лика сегодня отказалась ехать после школы на машине со Славой. Она хотела пройтись. Обычно женщина забирала её от школы, создавая видимость заботливой семьи. Да и в школе для детей знатных шишек, было не принято уходить пешком. Лике было в ее обычной манере, просто, насрать на всю эту формальность. Она хотела прогуляться и подышать свежим воздухом. Подумать, вдохнуть жизни в себя что ли. Ей казалось, что та повисшая между ними тишина, после ухода с балкона была чертовски неловкой. И молчать ещё пол часа в машине Лике не хотелось. Тем более это было закрытое пространство. И там она никуда не могла сбежать, как с балкона. Не выпрыгивать же ей находу если что. Припухшая губа уже начинала заживать, а обида на отца смягчилась до той планки, которая никогда не менялась в её мечтах: чтоб его просто не было. Она уже перехотела его убивать сама, пихать под поезд, подсыпать ему яд. Она просто гоняла мысли, где через три мясяца она помашет ему ручкой. Лика свернула во двор и в ту же секунду замерла, как будто ей всадили в шею перо с дитилином из дистанционного инъектора и она как подкошенный медведь вот вот рухнет. У их подъезда стояла Aurus Senat с козырными номерами. Ватцман стояла, не решаясь идти дальше. Это был явно не жилец их дома, который выйграла в лотерею или на него свалилось богатство умершей тёти. Да, в их районе жили не последние люди. Район был пристижный, но не настолько. Какое-то внутренне чувство ей подсказывало, что это связано с ней или будет связано. Вопрос в том, насколько сегодня хорошее настроение у вселенной. Лика стиснула в кармане зимней парки связку от ключей и уверенным шагом направилась к подъезду. Она уже почти дотронулась до сенсора ключом, как её окликнули: — Эй, Ватцман, — раздался грубый мужской голос. Лика повернулась. У машины стоял человек в черном пальто пиджаке и смотрел на неё. Его взгляд был серьезный и сосредоточенный на ней. Каждое ее движение анализировалось. Ну приехали. — Вы мне? — Лика понадеялась на вселенскую ошибку, на просто тупой случай. Что они обознались. Тот один процент все ещё не терял надежды. — Да, ты, — мужчина подошел к Лике, — пойдём, с тобой поговорить хотят. Лика вопросительно посмотрела на мужчину, затем на открытую дверь машины. Ну что, даже сейчас ей не удалось обмануть свою интуицию. Пиздец предназначался для нее. — Ты реально думаешь, что я средь бела дня сяду в тонированную тачку, которая стоит больше чем моя почка? — Лика повернула голову и попыталась посмотреть на того, кто в машине, но стекла были плотно затемнены. Думай, Лика, думай. — Я сейчас заору на весь двор, если вы меня не отпустите! — Она уже шла на крайние меры, была не была. Просто так её не увезут. Это сто процентов опять её папаша ввязался в какую-то чёртову авантюру. Урод, опять это повторяется. — Виталик, успокойся, — почти вставая мужду ними, сказал мужчина лет шестидесяти, который не выдержал и вышел из машины сам. Лика опять замерла. Хотя, в этом случае скорее будет сказать «офигела в кубе». — Лика? — мужчина улыбнулся — Тебя же так зовут? Мужчина казался приветливым и располагающим к себе. Но было видно, что он не простак и не добряк. Он вежлив, до поры до времени. Рядом с ним зарождалось чувство странной покорности. Не слепого повеновения, а уважения. Лика кивнула, слова все ещё не шли из её глотки. — Меня зовут Игорь Станиславович, — он снял перчатку и протянул Лике руку. Она пожала, своей почти окоменевшей от мороза и удивления. — Ты наверное помнишь… — На остановке вы выглядели иначе, — Лика осмотрела мужчину с ног до головы. Он был одет классически стильно. Его костюм стоил не маленьких денег. Даже галстук на его рубашке, который пробивался сквозь чёрное мужское пальто, стоил как все вещи на Лике вместе взятые. — Да, корчился и хватал воздух, — он усмехнулся и закашлялся. — Игорь Станиславович, может в машину? — Виталик, как Лика поняла, водитель или охранник, тут же заботливо обратился к мужчине. — Нет, все хорошо, — мужчина отмахнулся, — носятся со мной как с младенцем. Краткое объяснение последовало, объясняя поведение водителя. — Я приехал сказать спасибо, что позвонила в скорую, — он рассматривал Лику, а она его. Они были как два кайота в овечиьх шкурках, которые присматривались к незнакомцу напротив, при этом поддерживая вежливый тон. Как дуэлянты, которые ещё не решили, выстрелят они или пожмут руки друг другу. — Если это все, то в принципе, не за что, так поступил бы каждый, — Лика пожала плечами. — Я думаю. — Ты слишком веришь в людей, — он усмехнулся, — многие бы просто подумали, что алкаш заснул на остановке и все. Прошли бы мимо. — Вы не похожи на алкаша, — Лика позвонила себе слегка улыбнуться. — Ну и на том спасибо, — мужчина улыбнулся в ответ. — Я хотел сделать тебе небольшой подарок, но я совершенно не знаю, что сейчас интересует молодёжь. — он улыбнулся. — Ну, купите мне конфет, не знаю, — Лика улыбнулась в ответ. Она знала, что с дьяволом лучше не заигрывать и много не просить. Даже в самом прозрачном договоре есть мелкий шрифт. — Так просто? Ты не поняла, проси что хочешь. Не люблю быть в долгу. — И человека убъете? — Лика посмотрела пристально и осторожно. — Я тебя недооценил. — Лицо мужчины приобрело резко серьезность и сосредоточенность, — Кого? — Папашу моего. — Лика усмехнулась. — Ладно, это шутка на самом деле. Мне правда ничего не нужно. — Дочерняя любовь, она всесильна, моя дочь иногда меня тоже не жалует, — он понимающе усмехнулся. — Так что, нужно время, или ответишь сейчас? — Я же сказала… — Не торопись, — мужчина не дал договорить ей. Они молча стояли какое-то время смотря друг на друга. — А вытянуть из колонии человека можете? — Ликин взгляд тоже стал более серьезным и Игорь Станиславович понял, что это уже была не шутка. — А ты не так проста как кажешься, — он усмехнулся. — Вы же сами сказали — подумай. — Да, подловила. Когда я спрашивал у следователя твой возраст и адрес, то рассчитывал на айфон или крутую тачку. Или как вы их сейчас называйте? Но никак не на то, что приеду в бандитский Петербург. — Его голос звучал расслаблено, он не злился, а переводил свои размышления в шутку. — Ладно, забудьте, вы мне ничем не обязаны. Я поступила как должна была, а жизнь расставит все по местам в любом случае, — Лика улыбнулась и уже повернулась к домофоной двери, но мужчина опять её окликнул. — Говори Имя, — он кивнул Виталику и тот достал записную книжку из внутреннего кармана пальто. Старая гвардия не доверяла цифре. Бумажные заметки нельзя было отследить. Теперь Лика заколебалась, но все же назвала имя Алины. Она ничего не теряла. Даже если этот дядька высокопоставленный пиджак, то пороется там и все, не сможет, так не сможет, а сможет, значит она увидит Алину ещё раньше. И не придётся ждать эти долбанные три месяца. — Вот возьми, — Мужчина достал айфон из салона авто и протянул Лике. — Зачем? Я же уже использовала свое желание, — Лика покрутила коробку в руках. У неё был дешовый смартфон, который она редко доставала в школе, чтобы не вызывать ненужные взгляды и комментарии. Тем более в школе им запрещали пользоваться телефонами. Она оставляла его в шкафчике, как и все остальные. Чему была несказанно рада. Звонить ей было тоже некому. Лишь Славе, чтобы договориться, где женщина заберёт её после школы или вдруг она задерживалась, чтобы Лика не мерзла на улице. — Или вы как золотая рыбка, лимит на три желания? — Я же говорю, не рассчитывал, что ты не типичный подросток с типичными хотелаками, — он опять улыбнулся, — будешь на связи, я позвоню, как будут новости. Не скучай. Мужчина развернулся и сел в машину. Виталик бросил суровый взгляд на Лику и обходя машину, сел за руль. Лика уловила этот взгляд, но он не изучал неприязнь или ненависть. Он отложился как профессиональная привычка на лице охранника. Кажется, по умному это называется «профессиональная деформация». — подумала девушка. Машина отъехал от подъезда, а Лика смотря ей вслед сжимала в руках коробку с надписью «айфон 16» и думала о том, что жизнь очень непредсказуемая вещь. Все случайности не случайны, а любое действие несёт за собой последствие. Лика забросила телефон в рюкзак и провела ключом по замку домофона. *** — Послушай, это последний дэдлайн подачи. Если ты сейчас скажешь — нет, то тебя снимут, ты же понимаешь? — мужчина нервничал. Что-то подсказывало Славе, что — это дурацкая идея, но ей нужно снять напряжение. — Я знаю, я пока не уверена, просто после последнего сезона, ты же помнишь, мне нужно время, чтобы найти новую. — Слава почесала переносицу и отключила звонок, она недавно проснулась и все ещё сонно пошатывалась перед кофемашиной, кутаясь в Ромину белую рубашку. Он наконец-то перестал злиться и вернулся, даже раньше, из командировки домой. Эта была по времени самая продолжительная. Но она не задавала вопросов. Она привыкла. Они познакомились полтора года назад. И уже тогда Слава понимала, если мужчину вечно пилить работой, то он выберет работу или другую женщину. Слава сделала глоток горячей и горькой жидкости, которую надеялась сгладить молочным вкусом. — Черт, молоко! — Слава вывернула кофе в раковину и, сполоснув кружку, опять нажала на кофемашине кнопку. Даже молоко скисло от последних событий. Рома и Лика почти не разговаривали, лишь передвигались по дому как незнакомцы, пытаясь не встречаться с друг другом. Слава, наткнувшаяся на огромный блок, когда спросила Рому о его дочери, больше не стремилась заводить эту тему. Лика тоже не спешила рассказывать про отца. Лишь её взгляд менялся, когда женщина упоминала о старшем Ватцмане. Глаза чуть сужались, а лоб жмурился. Она либо переводила тему, либо разворачивалась и уходила к себе. Про разговор на балконе они умело молчали, но Слава чувствовала как закипает. Она видела как Лика сдерживает свои движения и подавляет эмоции. Но она никак не могла понять: боится Лика ее ударить или просто остаться с ней на едине. Слава даже предлагала ей переехать в гостевую, чтобы как-то сгладить эти неловкости и может переключиться на другую волну в их общении, но девушка постоянно отнекивалась, она уперто продолжала спать на диване, с которого почти что свешивались её ноги. — Упертая, — прошептала Слава раздумывая о том, что ей рассказала Лика. Лика была права, неловкость накрывала Славу с бешеной волной. Сейчас она начинала осознанно искать в толпе людей с нетрадиционной ориентацией и, о Боги, она замечала двусмысленные касания, взгляды. Это начинало ее приследовать. Как бы она не хотела, но маятник раскачивался. Она совершенно не понимала, как Лике могут нравиться девушки, как это вообще может быть? Да, она не жила в каменном веке и не обманывалась в попытках доказать всем, что только мужчина и женщина — это здоровые отношения. В школе у неё были одноклассницы, которые странно себя вели, а потом она узнала, что они уехали заграницу и поженились. Она всю школу их высмеивала, как законная королева класса и считала это «правильным». Ведь, так черт побери, принято! Слава опять сделала глоток кофе, который, козался, стал ещё больше горчить. Молока не было. Нужно будет заехать купить по дороге. Обычно этим занималась домработница, которая выполняла в доме функцию уборщицы, кухарки и вообще заведовала всем хозяйством, когда Славе было не до того. Но, видимо, она не рассчитывала, что молоко испортиться так быстро. Слава открыла нижний шкафчик, где стояла мусорка и бросила туда начатый тетропак от молока. Как она вообще может встречаться с другой дувушкой? Слава опять вернулась к своим размышлениям. Она же симпатичная и спортивная, может парня просто не было нормального? Хотя, может это все из-за колонии? Там же такие ужасы показывают. Слава вспомнила кучу сериалов, в которых видела мужловатых представительниц тюремной фауны, которые так и наровили тебя либо трахнуть, либо избить. Она бы не смогла там. Она резко встряхнула головой, провожая непотребные мысли. Слава упорно не хотела понять тот факт, что Лика сама по себе такая. Что её вообще не интересуют отношения. Её интересуют люди. Слава так же не могла понять, бесит ее то, что Лика встречается с девушками или что у Лики по факту уже есть конкретная девушка. Отодвигая от себя даже подозрение на ревность и списывая все на ограниченность колонии, ранюю смерть матери, Слава виртуозно подвела психологический диагноз Лики и начала листать свои контакты в поисках подходящей партии. *** — Лик, проедешься со мной? — Слава приоткрыла дверь в комнату девушки, и резко отвернулась, заметив, что Лика стоит в одних трусах в попытках переодеться. Лика лишь усмехнулась. — Зачем? — Девушка натянула черную футболку и подойдя к двери распахнула её, чтобы Слава засмущалась ещё больше. Спортивные ноги Лики тоже были украшены разными чернильными узорами. На правом бедре была изображена валькирия, а на левом какая-то тонкая надпись, которую Слава не успела прочесть. — Поможешь там кое с чем, — Слава улыбнулась, пытаясь скрыть волнение и растерянность. И она не понимала с чего так волнуется, то ли от того, что Лика стоит перед ней полуголая, то ли потому что замыслила очередную авантюру. — С чем? — Лика сложила руки в замок перед грудью, и оперлась на косяк, сокращая растояние к Славе. Женщина сделала шаг назад. — Ну там с подругой надо встретиться, кое-что забрать, дониести там… Ну в общем одевайся поехали, что ты сидишь целый день дома. Воскресенье же. Слава развернулась и резко пошла в сторону коридора, успокаивая свое дыхание. В спину она услышала очередной смешок Лики. Она знала, что ее аргументы — дурацкий каламбур, который Лика бы точно не проглотила просто так, но любопытство Лики перевесило. Слава для нее была как горящая проводка, она стояла и вспоминала, чем затушить, хотя искры сыпящиеся на пол ей даже нравились. *** Лика, Слава и ее лучшая подруга Зоя сидели в кафе недалеко от их дома. Лика так и не поняла, зачем было ехать на машине, если это было всего в паре кварталов. Они могли с легостью прогуляться. Но Слава вела себя странно, не собрано и постоянно меняла тему. Слава и Зоя обсуждали какие-то новые сумочки, от какого-то там Лорена. Потом ногти. Лика откровенно скучала, листая меню уже в пятый раз пытаясь разобраться в непонятных словах типа фраппе, капкейк от шефа, гляссе. Она не понимала, зачем было всё так усложнять, почему просто не написать кофе? Лика перевернула на следующую страницу и внезапно услышала за спиной мужской приятный голос. — Здравствуйте дамы, а вот и я. — парень лет двадцати в голубых джинсах, белой рубашке и черном пиджаке присел возле Зои и улыбнувшись Лике представился. — Я Евгений, можно просто Женя. — Лика, можно просто Лика — протянула руку девушка, но парень не пожал её, а перевернув легко чмокнул. И кажется даже не заметил ехидный тон той. Лика ощутила странную неприязнь, и сдержанно улыбнулась правой стороной рта. — Вы уже заказали? — Евгений даже не открыл меню, а лишь махнул рукой официанту. Было понятно, что он завсегдатай здесь. Уверенный, красивый, только не хватало геля на волосах и подарочного банта поверх. Лика сразу же поняла, с чем она должна помочь Славе: усыпить ее возникшее желание к сводничеству. — А вы чем занимаетесь, Лика? — спросил Евгений, когда официант ушёл с заказом. — Жду кофе. — Лика откинулась на спинку стула и безразлично посмотрела на Женю. Она сама сидела как парень не стремясь держать спину, закидывать аккуратно ногу на ногу, и вообще не собиралась сегодня устраивать легую жизнь этому товарищу и Славе, которая втянула её в этот пиздец. По Славе было видно, что она напряжена. Да, Лика вела себя по разному, но так по мужлански ещё никогда. Для пущего эффекта ей только не хватало почесать прилюдно между ног и плюнуть шелуху от семечек. — Ну это очевидно, мы все ждём, — он усмехнулся, пытаясь в который раз сгладить грубость двушки, — какие у вас есть хобби? — Спорт, бокс. И вообще можно на ты, мы же не в суде, — бросила Лика ему и достала из кармана айфон, который завибрииовал у неё под курткой и поставила на беззвучный. Тот высокопоставленный пиджак прислал СМС, которое Лика быстро пробежала глазами и подумала, что ответит чуть позже. — О, шестнадцатыйй, я тоже себе вот недавно купил, там очень классная фронталка, — парень все пытался завязать разговор. — Не проверяла еще, — кинула Лика парню, заблокировала телефон и засунула его в карман. — Откуда у тебя айфон? — Слава удивлённо посмотрела на будущую падчерицу. Но не с укором, а скорее просто с лёгким удивлением. — Папик подарил, — Лика усмехнулась, уже продумывая месть, за этого индюка в пиджаке. Зоя поперхнулась своей водой с лимоном. Ведь она сидела на очередной диете и не могла себе позвонить даже кофе, оно плохо влияло на складки под её глазами. Женя вопросительно посмотрел на Славу, которая сделала большой вдох, понимая, что Лика прекрасно поняла зачем они здесь. Она хотела уйти, как вдруг почувствовал Ликину ладонь на своём бедре и тут же вздрогнула. Дикая жаркая волна прокатилась по всему телу. Как будто она зашла с холода в горячую парилку. Как глинтвейн в морозную ночь. Краска залила лицо Славы. Никто не видел, этого. Зоя и Женя о чем-то переговаривались, как поняла Лика, это был брат лучшей подруги Славы. И сегодня тут проходили смотрины. Зоя заботливо подыскиыала своему брату девушку, а Слава пыталась вернуть Лику в нормальное общество. Вдруг Слава почувствовала как дыхание Лики и размеренный шопот ласкает её ухо: — Хотела мне кого-то найти, могла бы предложить себя, — Ликина рука чуть сильнее сжала бедро Славы и женщина громко сглотнула через трубочку свой кофе, сдержав стон, который ударился о молниеносно стиснытые губы изнутри. — Ладно, вы не скучайте, — Лика отпустила бедро Славы и вставая из-за стола добавила. — Мне пора, мужчины в возрасте ждать не любят. Лика провела рукой по Славиным плечам проходя мимо и с торжествующей улыбкой, отправилась на встречу с тем, кто раскашелился на ее шестнадцатый айфон, оставляя позади себя полный хаос и разруху. Слава заварила, пусть теперь разруливает.