Уста твои глаголят истину

Крутится, вертится врач-терапевт

В чьей-то медкарте он ищет дефект

Крутится, вертится, хочет понять

Как бы точнее решенье принять

      Не теряя ни минуты, я взобралась на крышу здания — отталкивалась чакрой от вертикальных поверхностей — и уже оттуда взглянула на вечернюю Коноху. Сачи держался за мою голову, сильно зацепившись за торчащую шевелюры — явно вырвал пару волосин — и порой испуганно фыркал. Поправив бандану, я прыгнула вперёд, на фонарный столб. Зацепилась руками и крутанулась в воздухе, чуть не уронив своего питомца, — его приходилось держать на голове чакрой — приземлилась на соседнюю крышу.       Эластичный бинт на левой кисти размотался, выбиваясь из общей намотки.       Поправил.       Щитки на коленах устало скрипнули, оповещая о своей старости. Давно я их не меняла.       Оттолкнувшись, я пролетела дальше, к воздушному мосту в торговом центре — он соединял аранжереи на крышах обоих зданий и создавал безопасный переход над центральной дорогой. Здесь, скользящим движением, я перелетела через мост и затормозила сандалиями по больничной крыше.       В тапок забился камень.       — Да чтоб тебя!       Рука засветилась лечебной чакрой, потому что камешек оцарапал кожу на стопе. Больно.       Боже, какой кайф иметь неплохой контроль чакры, особенно после стольких усердных тренировок и занятий. Ни с чем не сравнимое чувство!       Оттолкнувшись, я пролетела над жилым зданием и опустилась на крышу академии. Черепица не выдержала, отцепившись от цепкой вязки архитектурного ухищрения, со звоном упала на землю.       Следом приземлилась и я.       Сегодня обещали показать как выглядит вообще чакра в принципе, естественно под моими уговорами, никак иначе эти чурбаны не научат ребят ничему хорошему, и поэтому торопиться к первому занятию того стоило.       Я махнула рукой Саске, которого уже успели со всех сторон облепить девчонки — ей богу, назойливости им не занимать. Мухи б обзавидовались.       — Тоша, может, скажешь кто тебе нравится, чтобы эти дамы больше не занимали моё место? — нарочито громче сказала я, скрестив руки под грудью.       Сачи фыркнул.       — Если не будут приставать, то я расскажу. — ответил Учиха, злостно скосившись на какую-то блондинку, уже чуть ли не лежавшую на нём.       Малышня растеклась по своим местам, давая мне возможность опуститься на стул и усадить Сачи.       Кролик уже не боялся, и спокойно сидел то на парте, то у меня на коленях, то забирался на голову.       — Ты ещё не избавился от идеи выпускаться досрочно? — я взглянула на товарища из-под волос и многострадально вздохнула.       Лишаться стольких денег…       Нет! Я уже давно смирилась.       Кто сказал, что деньжат у меня не будет? Будут!       — Нет, не отказался, после окончания этого курса я подам документы на досрочный выпуск.       Он всё также при своём мнении.       — Тогда я тоже подам. Я никому не доверю жизнь и сохранность моего Саске. — я улыбнулась.       — Но… Узумаки, у тебя плохие оценки, навряд ли ты выпустишься досрочно. — вставила своё Сакура.       Девчушка обеспокоено смотрела на Тошу и перебирала пальцами.       — Знаете… — она поджала губы, явно обдумывая свои следующие слова. — для команды генинов нужны трое человек…       — Если ты переживаешь, что мы не найдём третьего, то не переживай, всё будет «чики-пуки». — я подмигнула и откинулась на спинку скамьи. — Или ты хочешь с нами?       — Нет!… То есть… Я не доверю тебе жизнь Саске! — девочка попыталась достать меня из за Саске, но я достаточно быстро вернулась в исходное положение лёжа.       Интересная ситуация выйдет с нами тремя: я — медик, Сакура — умная и одновременно безбожно тупая, а Саске просто Саске. Этот чурбан тебе и чакру прекрасно контролирует, и гендзюцу владеет, и техники использует, и смазливым личиком обладает.       А главное — ни одного сенсора.       Команде конец!       Может, поговорить с Харуно об этом, если хочет своему дорогому жизнь спасать, то ей надо что-то делать со своим боевым ступором. Да и контроль чакры у неё вроде бы неплохой, надо будет перетереть с ней на этот счёт.       — Тогда если всё пройдёт хорошо, у нас будет какая-то перекачанная команда. Нам нужен сенсор, без него мы как слепые. — я равнодушно дёрнула плечами и отвела взгляд.       Сразу после моих слов вошёл учитель и каким-то парнем из Хьюга.       Я вас понял!       Отборочный тур останься или уйди начинается!       Даже немного неловко становится от моей ситуации.       Парниша подходил к каждому ученику, смотрел на них своими белыми глазищами, делал запись в блокнот и шёл дальше. Итак весь урок.       А мы сидели тихо, боясь за свою жизнь. Мало ли что ему взбредёт в эту небольшую черепную коробку.       На мне он задержался, что-то рассматривая и всё же сделал пометку.       Долго процедура не длилась, и Хьюга вернулся к своему месту рядом с учителем.       — Вас проверял господин Хьюга для дальнейшего распределения по классам. Некоторые из вас поступят в класс «А», некоторые — «В». Не огорчайтесь, мы подбираем класс по развитию вашего очага чакры, то есть по возможностям, которые он может вам обеспечить! — завёл шарманку Ирука и оставшееся время утешал малышей.       Скукота.       Я упёрлась лбом о стол, пытаясь отвлечься от изъедающей меня изнутри невероятной апатии, возникающей всякий раз, заметь я хоть край академической аудитории.       Моё шило в заднице уже во всю ревели, что сидеть неудобно и просилось пойти прочь из этого ада, но я мученически лежала на парте.       Всего лишь три часа.       Тебе нужно потерпеть всего три грёбаных часа в окружении малолеток.       Бывало и хуже, поэтому терпи.       Я раскрыла тетрадь, которую до сих пор хранила и боялась потратить лишний лист, и нарисовала карандашом пару кандзи.       «Печать иллюзии».       Она используется в психотерапии, когда у человека случается ПТСР или шизофрения. Лично я не видела как её используют на людях, но мне она будет полезна в боях.       Всего три иероглифа и твой противник видит звёзды и единорогов.       Удобно? Полезно.       Саске мог бы и не париться по поводу иллюзий — его допотопный шаринган видел их насквозь, а простота использования додзюцу делала его проблемным противником.       Насчёт Сакуры не знаю, она мало говорила о себе, в основном лезла к Учихе с предложением жениться на ней. В пять лет.       В общем, девочка толковая, быстро соображает, много знает, да и в принципе, начитанная особа. По моим ощущениям.       Меня в счёт не берём! Мне возраст позволяет быть умным ребёнком и не позориться перед Саске.       Тьфу-тьфу.       Опять один Учиха на уме.       Так скоро и фанатиком можно стать.       Или я уже?       — Наруто, ты что делаешь? — учитель окликнул меня.       Я обнюхивалась, мало ли провоняла вся запахом Тоши.       — Ничего!       — Ага, как же! Он как собака сам себя нюхал, вы видели!? — закричал кто-то особо умный.       Минус к моей самооценке.       В самое сердце!       — Тебя о комментариях никто не спрашивал! — огрызнулась я в ответ и накрыла голову капюшоном.       Молчите.       Я снова опозорилась.       Смерть моему самомнению…!

***

      Подсечка, прыжок, отклонение влево: я успешно уходила от всех атак оппонента и старалась не отвлекаться. Блок у самого носа, перехватить руку в кисти и заломать её назад. Когда я стала настолько хороша в ближнем бою? Всего-навсего год прошёл как я начала заниматься с братьями Учиха, а уже соперничала с младшим за право называться шампиньоном.       Саске резко дёрнул руку на себя, заставляя меня накрениться вперёд. Пришлось тут же отпустить его и уйти прочь: его кулак пролетел перед глазами. Я скользнула влево, уходя от подсечки и с разворота ударила по предплечью, которое он успел выставить блоком.       Присев, я посильнее оттолкнулась от песка, чтобы оказаться в воздухе. Учиха прищурился от солнечных лучей, явно не ожидающий, что я пойду на такие ухищрения ради победы.       От удара стопой он уклонился простым приседом, тут же перехватив меня в полёте.       Поражение.       Я оказалась на лопатках.       — Девять восемь в мою пользу, — констатировал Тоша, помогая мне подняться. — Отдохнём или мне выиграть ещё раз для красивого числа?       И у кого же он научился так отчаянно язвить?       Я тут не при чём! За словами надо следить, плохие не должны видеть свет.       — Да к чёрту, сегодня выходной, пошли до резиденции. — я отряхнулась.       Это точно не я его научила выражаться!       — Вот дерьмо, штаны порвались.       — Плакса, только не надо рыдать на моём плече, весь испачкаешься.       Ну явно же не я!       — Пошли уже, Тоша-кун, не забывай, что у нас ещё один раунд, и я обязательно уложу тебя на лопатки!       — Да-да, боюсь боюсь!       Я его не учила! Никогда такого не было.       Мы шагали по центральной улице — она самая широкая и продолжительная из всех — здесь царил всегда какой-то хаос: носились посыльные, бродили полицейские, пьяницы вываливались из баров, дети играли в грязи. Романтика.       Пару раз остановившись у ларька с безделушками, я отметила в записной книжке какой хочу себе приобрести в дальнейшем будущем.       — Узумаки, Саске-кун! — на встречу к нам шла Сакура со своей подругой.       Девочки разоделись совсем не так, как ходили в академию: Сакура в милом простеньком сарафане из хлопка и тёплой розовой кофте, а её подруга нарядилась… несколько откровенно.       — Может, скажем ей? — шепнула я товарищу, заметив, что тот тоже смотрит на полуобнажённое тело одноклассницы.       Мини юбка едва держалась на бёдрах, почти что открывая миру спрятанное за ней, а топ, до этого всегда служивший нижним бельём, едва скрывал груди девочки. Шестилетней девочки.       Саске многострадально вздохнул и перевёл взгляд на Сакуру.       — Ты красивая. — только и сказал он, тут же пойдя вперёд.       Чёрт, а с остальным народом что он делать будет? Она ж не прекратит так одеваться, пока её «возлюбленный» не скажет об его отвратности.       Малолетки…       — Ино, если заболеешь циститом, то я лечить тебя не буду! — крикнула я напоследок, убегая за товарищем.       Он остановился за ближайшим углом.       — Твою мать, Саске, что это только что было? — я присела рядом.       — Я неправильно сказал? Что мне надо было сказать? Она ведь и правда красивая? Ты тоже так считаешь? — мальчишка схватил себя за волосы.       — Всё правильно, только это было очень неожиданно, понимаешь? Мы то думали, что тебе уже кто-то нравится. — я похлопала его по спине.       — Она, мне нравится она.       — Серьёзно?       — Да, только никому! Я тебя ночью задушу если скажешь.       — Я могила.       Вот у меня и появился компромат на маленького миленького Саске Учиха. Ты у меня ещё долго плясать под дудку будешь!       — Успокоился? — его дыхание стало размереннее, и я помогла ему подняться.       — Мы собирались до монумента, пошли уже.       Господи, его так легко смутить!       Я поправила Сачи на голове и побежала за товарищем.       — Давай устроим соревнования?       — Какие?       — Кто быстрее выучит техники для выпуска из академии.       — Я уже умею создавать клона.       — Ай, ты снова ударил по моей самооценки! Прекрати, ты же знаешь, что сердце у меня не резиновое.       — Тебе бы подтянуть оценки, раз хочешь выпуститься вместе со мной досрочно.       — Да выпустят меня! Что взъелся то из-за этих каракулей? Сачи тобой недоволен!       — Боюсь боюсь!       — Ну держись, шаринганистое чудовище! Я тебе сейчас уши на нас намотаю!

***

      Хирузен в этом году снова участвовал в приёмной комиссии академии. Он рассматривал кандидатуры ребят на выпуск и несколько «влиял» на решение комиссии.       — Наруто Узумаки будет тоже досрочно выпускаться? — спросила заместитель директора, пролистывая стопку личных дел. — Они же только закончили подготовительный курс, не слишком ли рано?       — Узумаки уже три года числится в больнице, ему присвоили «С» ранг в качестве исключения. Мальчишка очень умён для своих лет, умеет мыслить логически и прекрасно держит себя в руках. — ответил директор.       — Что насчёт Саске?       — Это же Учиха, там каждый второй гений, чему удивляться, если мальчишка уже владеет техниками «С» и «В» ранга.       — Но им всего по шесть лет!       — Какаши было пять…       — Сейчас не война!       — Тише, — Хирузен рассматривал лист с досье ребёнка, имя которого совершенно не ожидал увидеть. — У нас небольшая проблема.       «Харуно Сакура, шесть лет»       — Это разве не дочь Кизаши? Он подал в отставку после нападения Кьюби, и с тех пор ни слуху ни духу.       — А она справится? — женщина скептически покосилась на лист.       — Чакры маловато, — прокомментировал директор, сверяясь с другой статистикой. — Но если сдаст, то в команду с Наруто самый лучший вариант.       — Не будет ли опасно оставлять ребят без сенсора?       — Это будет проблемой.

***

      Руки сами собой смяли бумагу. Этот чёртов клан Учиха снова выпускает очередного гения. Хиаши недовольно взглянул на дочь, которая, хоть и стояла увереннее, чем годом ранее, но не вселяла в него уверенности.       Чёртовы Учиха.       — Неджи, ты должен досрочно выпуститься из академии. Мы не можем уступить. — глава шумно выдохнул, приводя мысли в порядок.       — Отец, я тоже хочу сдать экзамены раньше положенного срока. — девочка слегка поклонилась.       Брат и сестра состязались в ближнем бою, и малышка по всем параметрам уступала старшему. Она ловко скользила в увороте от атак, но ни разу в ответ не могла напасть.       У Неджи и руки длиннее и бьякуган он использует дольше.       Хината просто кроха по сравнению с ним.       Хиаши поднялся с места и пошёл прочь: мысли путались из-за этого проклятого клана, и думать в таком состоянии было нецелесообразно. На гэнкан ещё не попадал снег, и мужчина мог пройтись босиком по дереву.       Чёртовы Учиха.       Как они посмели обойти столь благородный клан Хьюга?       В душе разгоралась ярость.       Вместо привычной дороги глава надел гэта и спустился на гальку, которой посыпали небольшое тренировочное поле.       Выплеснуть пар.       Он тоже отправит своих детей на экзамен, и хокаге точно не отвертится простым «они ещё малы».       Ну нет, Учиха так просто не обойдут его в любом случае.

***

      Получилось. Всего за неделю тренировок у меня вышел идеальный клон! Как хорошо иметь наставника в виде Саске, который всё расскажет и покажет, а тебе останется только повторить и запомнить.       Превращение оказалось лёгким заданием, с которым я справилась буквально за день, и уже во всю баловалась с техникой как хотела и где хотела.       Учиха ещё прогнал со мной программу последних курсов — до неё я не добралась, да и знать нужно было только историю деревни и несколько задач с подвохом.       Всё остальное — туфта. Раз прочитал и запомнил. А досконально географию спрашивать не будут, так что мой топографический кретинизм отдохнёт ещё пару дней до того, как я снова решу, что картами пора бы уже попользоваться.       Старшаки с академии рассказывали, что в прошлом году выпускникам попалась ещё техника замены, и многие на ней посыпались.       Поэтому в библиотеку мы нагрянули в тот же день с требованиями выдать нам лучший учебник с техникой замещения.       Вот с ней то мы и пыхтели почти сто лет, пытаясь понять каким образом полено превращается в копию тебя, если это не техника превращения на другом объекте.       В конечном итоге разобраться мы разобрались, а вот на отработку оставалось не больше недели, и навряд ли конкретно я успела бы полностью научиться её использовать в любом состоянии.       Остаётся надеяться на удачу.       На мою удачу, оставшуюся где-то в переулках Питера вместе с моим телом.       Вот она настоящая причина почему я сейчас не сплю, хотя часы уже устали показывать два часа ночи, и вся моя комната превратилась в кладбище полен.       Мне просто надо попасть в команду с Саске, иначе зачем я так стараюсь сейчас?       Мне просто не хочется отпускать его одного.       И плевать на деньги, заработаю ещё!       Если с ним что-то случится…       Это будет моя вина.       Потому что он спас мне жизнь.