(Темные) пути неисповедимы

      Сознание возвращалось постепенно, а руки ужасно болели. Оуян попытался пошевелить пальцами, но даже это оказалось сейчас просто непостижимой задачей. Что вообще?..       От осознания, что последним вспоминанием была встреча с Сюином, Цзычжэнь вздрогнул. Он распахнул глаза и попытался сесть. Но его насильно прижали к кровати.       - Ты едва не умер. Не дергайся.       Оуян перевел взгляд на Юнъи. Тот выглядел скорее уставшим, нежели злым. Цзычжэню не нашлось, что вообще сказать. Он прикусил губу и тихо всхлипнул, отворачиваясь. Теперь - точно конец.       - Тебе повезло, что гниение ран не достигло меридиан, иначе помимо заражения крови схлопотал бы и отравление потоков. Операцию проводил учитель Вэй, так что волноваться тебе не о чем.       Было же. Было! Если отец узнает о таком провале, то точно сделает все, что обещал. Сделает Цзычжэня просто вещью, которая должна будет питать силами адептов клана. А брать силы можно разными способами. Наверняка все те захотят совместить приятное с полезным и удовлетворять себя. Оуяну было страшно. Очень сильно страшно. Не справился. Провалился. Подвел.       - Угомонись или я в тебя иглу вставлю, - тихо говорит Сюин.       Ну как можно сказать столь грубую фразу таким тихим голосом. Игла - не самое страшное, что может произойти с Цзычжэнем. Поэтому он тихо плакал и просто ожидал худшего.       - Я серьезно, - снова пытается Юнъи. - Тебе нужно успокоиться. Тебе только что провели серьезную операцию. И тебе нужно попить.       Оуян все еще плакал и не воспринимал слов, которые ему говорили. Он думал лишь об одном - как только он вернется обратно в клан... Лучше умереть. Просто умереть, чем...       - А он меня просто игнорирует. Ладно. Лишь бы не сказал, что я пристаю к нему.       Цзычжэнь все слышал, просто не мог выбросить из головы мысли об отце. Но когда Сюин упомянул это, Оуян все же выдавил:       - Про-прости...       Юнъи вздохнул:       - Тише. Постарайся как-то взять себя в руки. Учитель сказал, что пока что тебе нельзя никаких отваров. Только вода. Ты был на волоске. Помогаю, но не пристаю, - добавил он и помог Оуяну присесть.       Цзычжэнь снова устыдился самого себя. Тогда у него были мотивы, но не стоит отрицать, что его слова прозвучали очень и очень глупо. Отпив немного, Оуян закашлялся. Горло болело, а голова кружилась.       - Понятно. Твоя реабилитация займет достаточно времени.       С этими слова Сюин снова помог Оуяну лечь. Тот посмотрел с благодарностью, заплакал снова.       - Ну-ну, все не так уж и плохо. Чувствительность вернется, не переживай. Но остальное - утром.       Цзычжэнь хотел бы сказать слова благодарности, но едва ощутимое прикосновение к шее отправило его в сон снова.

***

      Выслушав младшего брата, Хуань сразу же сделал пометку на карте, обведя Балинг Оуян кистью. Это было странно. И даже в какой-то степени неожиданно. Этот орден находился достаточно далеко от Ланьлина, чтобы глава Цзинь мог оказывать на него какое-то влияние.       - Заклинания по крови, - задумчиво произнес Хуань. - Нужно будет написать Хуайсану.       - Глава Не точно сможет определить, - согласился Усянь. - Но юноша едва не умер. И это действительно странно. Учитывая его прежнее поведение, я могу предполагать, что он знал о своем состоянии. Мне пришлось вывести из его крови достаточно поддерживающих отваров. Он их принимал на протяжении трех месяцев, если не больше. То есть - до прихода в Облачные Глубины.       - Следовательно - мы имеем шпиона. Нужно обыскать его комнату. Если не захочет говорить - заставим.       - Сейчас он слаб. Любое вмешательство может навредить. Ранее Сюин изучал обновление крови - это было очень хорошей практикой для него. Пока что я попросил Сюина присмотреть за Цзычжэнем. Лишнего тот юноша точно не сделает. Но ситуация и правда отвратительна.       - А-Ин, вероятнее всего, что Оуян Цзычжэнь следил за а-Лином. Не хочу принижать способности адептов Балинг Оуян, но до Лина им далеко. Наше внимание было слишком рассредоточено, а предъявить адепту было просто нечего. Я считаю это упущением, - заключил Сичэнь. - Однако пока не будет полного объема информации, я не смогу подобрать верный подход. Сведения передавались. Но они, - он задумался. - Не могут быть решающими. Глава Цзян уже ждет племянников. У него есть для них задание. Успешность его выполнения будет иметь определенный вес. В случае чего.       Усянь тихо вздохнул. Сейчас он в который раз убедился в правильности сделанного ранее. Не найти главы Великого ордена лучше Хуаня.       - Будешь что-то говорить Лину?       - Разве что позже. После выяснения обстоятельств. - Сичэнь вздохнул. - Но зная Лина, он скорее сам уже понял, но промолчал. Его отец тоже молчал о многом в свое время.       - Цзысюань был надежным союзником, - произнес Вэй Ин. - Он умел принимать верные решения.       - И его связь с Сюем сыграла не последнюю роль, - напомнил Хуань.       Вспоминая Вэнь Сюя, Усяню становилось немного не по себе. Этот человек нес в себе невероятную силу и угрозу. Но для старшего брата Сюй все же являлся другом.       - Я помню, что именно Цзысюань передал послание главе Даого Бэйтан во время сражения. Это, - Вэй Ин печально улыбнулся. - Тогда казалось странным. Но учитывая, что мог предсказывать Сюй, он наверняка мог видеть и это будущее.       - Он сказал о Ланьлине десятки лет назад, - говорит Хуань и присаживается за стол напротив брата. - В его словах всегда было слишком много истины. Правда, она была столь абсурдна, что даже не верилось в то, что она является правдой. Во всяком случае, его слова можно сопоставить с реальностью.       - Я пытался, - сразу же отвечает Вэй Ин. - И что касается Ланьлин Цзинь, - он отвел взгляд. - Это странно. Начала действительно оттуда. В смысле, Сюэ Ян был оттуда, потом - город И, этот ритуал. И очень многие вещи, на самом деле. Те мертвецы, к примеру. Я просто не понимаю, почему глава Цзинь выбрал такой способ. Он подставляет сам себя.       - Это не доказано, - находится с ответом Хуань. - Пока нет ничего, что может доказать прямую причастность главы Цзинь. Хуайсан писал, что не нашел ничего. Но Хуайсан, - Сичэнь помедлил. - Имеет и другие задачи. Я верю его обещанию. Он найдет доказательства. Просто те должны быть неопровержимы.       Усянь был полностью согласен. Хуаню он сказать не мог, но сам для себя Вэй Ин уже определился с тем, что Гуанъяо наверняка помнит прошлую жизнь. Его действия слишком слаженные. И он точно знает намного больше остальных. И самое обидное - намного больше самого Усяня, который только вспоминает второй отрезок своей прошлой жизни после перерождения в теле Мо Сюаньюя.       - До совета остается немного. Я постараюсь что-то узнать через целителей Цзинь на собрании. Уверен, все внимание будет обращено по больше части к а-Юю. Но реакция именно на него может сказать о многом. Мне неприятно использовать его прошлое, но у нас не так уж и много вариантов.       - Именно, - согласно кивнул Хуань. - Сейчас важнее всего поставить Лина на место главы Цзинь. Как только узнаем больше обстоятельств, связанных с Оуян Цзычжэнем, я составлю план и поделюсь им с Лином и главой Цзян. Идя против своего племянника, глава Цзинь идет против всего Юньмэна. Но я более чем уверен, что он это осознает.       "Если Гуанъяо помнит прошлую жизнь, то помнит и прошлого Цзян Чэна. Если сравнивать того Чэна и этого, - внутренний Усянь начинал негодовать. - Гуанъяо словно собирается давить на самое ценное - на Лина. Если в прошлой жизни Чэн был более вспыльчив, то сейчас он куда более осмысленный. И так просто не сорвется. Если только это не будет связано с его племянником". Очевидно же, что если что и может вывести Ваньиня из равновесия - то это только угроза Жуланю.       - А-Ин, иди отдыхать. У нас остается около недели, - Хуань улыбнулся. - Юань отправится в Пристань Лотоса. Уверен, он будет скучать.       "Это я буду по нему скучать", - мысленно ответил Усянь. В этой жизни Вэй Ин ценил каждую минуту, проведенную с а-Юанем.       - Конечно, - улыбнулся Усянь и поднялся. - Нужно еще проверить состояние Цзычжэня. И Сюаньюй отправится в Пристань с остальными. Это ничего?       Сичэнь даже не удивился вопросу:       - Разумеется. Если а-Юй желает провести время с друзьями, то почему бы и нет. И у тебя будет чуть больше свободного времени.       Вэй Ин даже растерялся. Иногда Хуань... Ладно, это - Хуань. Не стоит даже удивляться.

***

      Встречать утро рядом с Лином всегда было приятно. Но этим утром Юань был особенно рад. Жулань будил его нежными поцелуями и называл мужем. Сычжуй мог бы сказать о том, что все происходит слишком быстро. Но он и сам не хотел медлить. Лин говорил, что соблюдет все формальности. И Юань ему искренне верил.       - А-Лин... М...       Жулань снова поцеловал возлюбленного, потираясь своим возбуждением о его. Почувствовав крепкие объятия, Лин сменил их позиции, сев сверху на чужие бедра и развязывая пояс своего халата.       - Знаешь, а мне нравится идея спать в них, - улыбнулся Лин. - Может, мой отец тоже был предсказателем?       Юань смутился. Боги, ну как можно такое говорить? Жулань ни капли не переживал о таком постыдном даре Юаня и даже своего родителя сюда приплетал.       - А-Лин, не говори так.       - Почему же? - Жулань погладил свой член и потянулся к чужому поясу. - Ты же тоже обратил внимание, что эти халаты идеальны? Словно и правда... Для нас с тобой.       - Я...

      - Что? Ах это, - мужчина в красно-черных одеждах рассмеялся. - Да, я знал. Любимый цвет Юаня - серый. Поэтому я использовал серебряные нити.

      Очередное видение выбило из равновесия. Это снова был... Цзинь Цзысюань? Нет, нет, нет. Этого определенно точно не может быть. Да и откуда ему знать о любимом цвете Юаня? И вообще...       - Все нормально? - Лин погладил чужую щеку. - Ты явно обеспокоен.       Жулань глянул ниже и пробрался пальцами под халат Сычжуя. Тот покраснел от смущения и пробормотал:       - Прости.       - Ничего. Мы это исправим, - Лин распахнул чужой халат и принялся гладить низ живота любимого. - В Пристани Лотоса, - он улыбнулся. - Нужно попросить убрать перегородку между нашими комнатами. Или ты мог бы просто всегда спать у меня. Я хочу... Насладиться оставшимся временем и как можно больше... Быть с тобой, - уже краснея, закончил Лин и немного отстранился, чтобы сесть ниже. - А когда я вернусь в Башню Кои, то сразу же пришлю тебе подарки и письма. Красивые и официальные.       Жулань наклонился ниже и облизал вновь возбужденный член любимого.       Сычжуй простонал и прикрыл глаза. С каждым разом Лин просто... Все лучше и лучше. Юань зарылся пальцами в волосы возлюбленного и...

      - Лин, ты - это ты. Мне не важно, глава ордена или же нет. Я люблю тебя.

      Жулань прижался сильнее:

      - Я очень сильно люблю тебя Юань. Ты достоин лучшего.

      - Но ты и есть самый лучший, а-Лин.

      Видение прервалось, когда Лин взял в рот до основания. Юаню показалось, что он готов кончить в этот самый момент. Особенно, когда Жулань и сам тихонько простонал от собственных действий.       - Лин, нам нужно будет поговорить с дядей Чэном. Я не о комнате, - Юань поправил заколку на чужих волосах и улыбнулся. - Одежды Ланьлин Цзинь тебе очень идут.       Жулань и правда вернул себе официальные одежды своего ордена. Сейчас, когда нужно было покидать территорию Облачных Глубин, можно было снять траурные одежды приглашенного адепта.       С высказыванием Юаня, что что-то не касается комнат, Лин был полностью согласен.       - Вероятно ранее я поторопился, когда попросил благословения у твоих родителей, - слегка смущенно произнес Лин. - Но тебе не обязательно...       Он замолчал, когда почувствовал как пальцы Сычжуя на его плечах напряглись. Жулань повернулся к нему:       - Все хорошо?       Тот вздохнул и потер глаза:       - Извини. Наверное, нам все же стоит поискать что-то о даре предсказания. В последнее время это происходит слишком часто.       Жулань сразу же накрыл одну руку Юаня своей:       - Конечно. Я обязательно спрошу у дяди. И, Юань, для меня это не имеет значения. Я люблю тебя. И твой дар, он... В постели. Точно, - Лин хоть и смущался своих собственных слов, но ободрить Сычжуя ему было куда важнее. - Мы можем использовать его для... Всякого. Вот.       - Лин, - Юань обнял любимого со спины и практически прошептал, уткнувшись лицом в изгиб чужой шеи сзади. - Ну что ты такое говоришь...       Жулань улыбнулся и вздохнул. На самом деле он был готов сказать и сделать что угодно, чтобы его дорогой Юань был счастлив.       Новость о том, что Сюаньюй отправится с ними и пробудет в Пристани Лотоса вплоть до собрания целителей очень обрадовала. Цзинъи сразу же заявил, что а-Юй полетит на мече с ним. А еще - уведомил лучшего друга и брата о кое-чем очень важном, игнорируя умирающего от стыда Мо.       - Мы с а-Юем теперь вместе. Юань, Лин, это было самое красивое признание, которое только можно представить. Я просто готов с ума сойти от счастья, вспоминая это.       Пока а-И во всех красках описывал то, что сделал Мо тем вечером, Сюаньюю хотелось сквозь землю провалиться. Ну вот как так можно? Да еще и при Жулане.       - О, теперь сердце а-И окончательно занято и он будет нас игнорировать. Отлично, - Лин даже в ладоши хлопнул. - Моей радости нет предела. Но если обидишь а-Юя - я не посмотрю на то, что мы с детства дружим, - добавил Жулань.       Цзинъи демонстративно возмутился:       - Ты за кого меня принимаешь? Я вообще-то влюблен в него.       - Только дяде Чэну с порога об этом не говори, - подметил Лин и отвел взгляд.       Цзинъи прикрыл рот рукой и рассмеялся. Говорить о любовной связи с одним дядей Лина другому. И правда... Уморительно.       Заметив, что Сюаньюй готов умереть на месте от услышанного, Юань уверил его:       - Не переживай. Это просто шутки. Ты молодец, что не побоялся. А-И не сводил с тебя взгляда уже достаточно времени.       - Юань, - Цзинъи смотрел с осуждением. - Не тебе мне об этом говорить, - отмахнулся он и взял Сюаньюя за руку. - Если тебе неприятно, то я могу не шутить. И Лину не позволю.       Однако Мо покачал головой и переплел их пальцы:       - Все в порядке. Я... Рад. Спасибо.       Цзинъи очень хотелось обнять Сюаньюя сейчас. Прижаться к нему и почувствовать объятия в ответ. Но он понимал, что сделай он это сейчас - Мо точно сгорит со стыда.       Тем более, что к ним шли еще двое.       Видеть и Лангуан-цзюня, идущего под руку с Ханьгуан-цзюнем, адепты Гусу Лань уже привыкли. Супруги не скрывали своих теплых доверительных отношений, но не позволяли себе лишнего на людях. Они являлись примером идеальной супружеской пары, чьи отношения прошли многое, но стали лишь крепче.       - Маленький а-И уже совсем вырос, - говорит Усянь, заметив, что Цзинъи с Сюаньюем держатся за руки. - Не уведи у меня ученика, - он подмигнул Мо.       Тот сразу же опустил взгляд и крепче сжал чужие пальцы.       - Вэй Ин, - Ванцзи погладил руку мужа.       - Ну что? Я выражаю радость, - ответил на замечание мужа Усянь.       Лань Чжань тихо вздохнул и заговорил по существу:       - Глава Цзян все объяснит, когда вы прибудете в Пристань Лотоса. Мы с Вэй Ином присоединимся к вам позже. Также важно и собрание целителей, - он посмотрел на Мо. - Твои успехи очевидны и заслуживают наивысшей оценки.       - Спасибо, - прошептал Сюаньюй и несильно поклонился.       Ванцзи кивнул и обратился к остальным:       - Сычжуй, на тебе снова обязанности лидера. Задание будет требовать поиска информации. Цзинъи, верю в твои силы и поддержку. Жулань, как будущий глава, ты вызываешь уважение. Пусть эта охота докажет твои успехи.       Все трое поклонились Ханьгуан-цзюню. Сюаньюй последовал за ними с небольшой задержкой.       Усянь тихо рассмеялся и произнес:       - А-Юй, не переживай. Я знаю, что ты готов. Пусть лишние мысли пока не занимают тебя. Ты - адепт Гусу Лань и мой личный ученик, не забывай об этом. Ты - целитель.       Сюаньюй согласно кивнул:       - Е-если потребуется помощь... Я постараюсь...       - Ну вот и отлично, - Вэй Ин отпустил руку мужа и обнял сына. - Юань, я буду очень скучать. Мой лотосик.       Цзинъи и Лин предусмотрительно отошли на два шага назад, подальше от любвеобильного отца Сычжуя. Сам Юань хоть и чувствовал себя неловко, но не мог не обнять родителя в ответ.

***

      - Дядя Чэн!       В Пристани Лотоса не было правил, которые запрещали шуметь. А поскольку Ваньинь лично встретил гостей, Лин не сдерживал своей радости от встречи с дядей. Как и Цзинъи. И когда эти двое набросились на Ваньиня с объятиями, Чэн едва смог удержать равновесие.       - Эй, а ну давайте по одному. Вы уже не маленькие, - смеется Чэн. - А-И, задушишь.       Тот отстранился и хотел что-то сказать. Но Лин, почувствовав отсутствие конкуренции, просто напрыгнул на Ваньиня.       - Я очень-очень соскучился, - говорил Лин, прижимаясь. - Я рад тебя видеть. Очень сильно.       Чэн вздохнул и позволил племяннику какое-то время буквально висеть на себе.       - Я тоже. - Он погладил племянника по голове. - Но, Лин, слезь с меня.       Жулань все же отстранился. Каждый раз, когда он знал, что ближайшие несколько дней сможет беспрепятственно проводить с дядей, его переполняла радость.       - Доброе утро, - улыбнулся Юань, сделав шаг к главе Цзян.       Сычжуй собирался поклониться, но все же решил аккуратно обнять Ваньиня. Тот ответил тем же. А отстранившись...

      - Какое-то время Хэй побудет здесь. Но я уже говорил с главой Тоу. Он - милый ребенок.

      Ваньинь присел перед малышом, который тянул к нему ручки.

      - Па...

      - Не "па" я тебе, - сразу же ответил Чэн.

      Но Хэй просто обнял его.

      Юань слегка растерялся. Ребенок? Что за?..

      - Предлагаете мне выбирать между орденом и родным племянником? Не вам мне говорить что-то. Лин является законным наследником. Законного сына Цзинь Гуаншаня, - Ваньинь был не просто зол. Он был в ярости. - Вы не имеете права говорить о нем как о человеке, который принял неверное решение в данной ситуации. - Чэн поднялся. - Раз уж на то пошло, то уже я готов высказать свои подозрения. В смерти Цзысюаня и Цзинь Гуаншная, и госпожи Цзинь. - Он махнул рукой. - Довольно! Не сыну проститутки учить меня воспитывать ребенка!

      Ого. Глава Цзян явно был вне себя. И что бы не сказал глава Цзинь...

      - Да заткни ты уже свою сучью пасть!

      Да, дядя Чэн определенно вне себя от злости.       Но это будет когда-то потом. Сейчас Ваньинь отпускает Сычжуя и обращается к Сюаньюю:       - Рад личной встрече. Лин очень много рассказывал, - Чэн перехватывает руки Мо, удерживая того от поклона. - Радует, что у Лангуан-цзюня появился ученик. Если захочешь поговорить с целителями Юньмэна или что-то узнать здесь - говори, не стесняйся. Лин писал, что очень надеется на наше с тобой взаимопонимание.       - Дядя, - Жулань смутился.       - Что? Ты говорил, что очень переживаешь о Сюаньюе и попросил меня отнестись к нему...       - Ну пожалуйста, - перебил Лин. - Я просто хотел, чтобы а-Юю было комфортно.       Ваньинь улыбнулся и отпустил чужие руки:       - И для этого нам нужно немного перекусить. Ну и конечно же мы это сделаем во втором восточном саду.       А это означало лишь одно.       - Красотка! Иди сюда, моя хорошая!       Пока Цзинъи обнимал свою собаку, остальные две собачки бросились к своим хозяевам. Фея сразу же принялась облизывать щеку Лина, а Искорка встала на задние лапы, а передние устроила в ладонях хозяина, преданно глядя в глаза.       - Сначала я купил собаку Лину, - пояснил Чэн, глядя на недоумевающего Сюаньюя. - Но остальным так понравилась Фея, что пришлось вернуться к заводчику.       - Н-не простые собаки, - подметил Мо, обратив внимание на их размеры.       - Помесь с оборотнем. Они верные и живут дольше. Присаживайся, - Ваньинь указал на накрытый стол. - Это надолго.       Сюаньюй с благодарностью посмотрел на главу Цзян и присел на предложенное место. Мо обратил внимание на то, что мест было подготовлено на шестерых. А сейчас здесь только пятеро.       - М... Мы ждем кого-то еще?       - Можно и так сказать. Возможно, тебе, как целителю, тоже могло бы быть интересно. Как полезный опыт.       Мо хотел что-то сказать, но счастливый смех Цзинъи привлек его внимание. Он повернулся в ту сторону и улыбнулся сам. А-И валялся на земле, пока его собака облизывала его лицо. Ваньинь сразу же заметил этот взгляд. Несколько лет Лин и Юань также смотрели друг на друга.       - Иди к нему.       - А?       - Иди к а-И, - пояснил Чэн. - Думаю, что он бы очень хотел познакомить тебя с Красоткой.       Хотел бы Мо сказать, что эта кличка странная, но не решился. Он и правда поспешил к Цзинъи.       Ваньинь провел его взглядом и вздохнул. Лин был абсолютно прав, что на малейшую доброту этот Мо ответит в сто крат. И его одежды Гусу Лань это доказывали. Несмотря на стеснение перед Чэном, Сюаньюй все же отвечал и даже задавал вопросы. Но нельзя было не заметить то, насколько он робкий и нерешительный. Но когда Цзинъи обнял Сюаньюя, начиная рассказывать о том, какой "дядя Чэн замечательный, потому что это он подарил им собак", а Мо обнял юношу в ответ, Ваньинь едва не рассмеялся. Прекрасно, что все складывается так... Хорошо.       Аюнь появился практически незаметно. Он держал на руках едва проснувшегося Хэя, который сразу же потянул ручки к Ваньиню. Цзян Чэн взял мальчика, позволяя стянуть со своих волос заколку. Хэю очень нравились всякие украшения, поэтому это был не первый раз, когда малыш воровал заколку главы ордена. Ему всего три, поэтому Ваньинь позволял. В целом, хорошо что Хэй так быстро адаптировался и не вспоминал своих родителей.       - Кира... Па, кира...       - Да, красивая, - ответил Чэн. - Но я тебе не папа.       Хэй потряс заколкой в руке. Аюнь прыснул и не стал ничего говорить.       - Я слышу, как ты там смеешься, - заметил Чэн, покосившись на адепта.       - Мм... Никак нет.       - Аюнь.       Тот рассмеялся, привлекая внимание остальных.       Цзян Чэн с распущенными волосами держал на руках ребенка. От этой картины Лин сразу же вспомнил свое детство. Иногда Жуланю становилось очень грустно от того, что его красивый дядя все еще одинок, но он никогда не стал бы лезть не в свое дело и говорить подобное Чэну.       - Хэй, смотри, сегодня у нас гости.       Мальчик сразу же спрыгнул с колен главы и едва ли не побежал к новым знакомым. В фиолетовых одеждах ордена Цзян, Хэй и правда выглядел как совсем маленький адепт.       - Дяти! Пив!       Первым отошел от небольшого шока Цзинъи. Он присел перед малышом и помахал руками:       - И тебе привет. Меня зовут а-И. А тебя?       - Хэй! И-И! - мальчик подпрыгнул.       Младший Лань рассмеялся:       - Он просто прелесть. А-Лин, у тебя появился братик.       Жулань закатил глаза:       - Да как же. Привет, Хэй, - он наклонился и помахал рукой ребенку. - Меня зовут Лин. Давай дружить.       Жулань протянул малышу палец, за который Хэй стразу же ухватился и подергал:       - Ли-и! Кира, - он протянул Лину заколку.       - Какая красота, - улыбнулся Жулань. - Вернем дяде?       - Неть.       Юань подошел чуть ближе и присел на колени рядом с Цзинъи:       - Хэй, эта красота не твоя. Нужно вернуть.       - Неть, - Хэй даже головой покачал и указал на Юаня. - Кира.       - Красивее заколки? - уточнил Цзинъи.       - Дя, - уверенно кивнул Хэй.       Сычжуй глянул на Цзинъи который расхохотался. Отлично. Юань красивее заколки главы Цзян. Ради этого стоило ехать в Пристань Лотоса.       Сюаньюй подошел вместе с собаками, которые обнюхивали нового знакомого. Он гладил по голове Красотку, которая ластилась к нему.       - Ребенок главы Цзян? - Мо слегка растерялся. - Я не знал...       Смех Цзинъи стал еще громче. Он согнулся пополам и уперся рукой о землю, чтобы не упасть. Лин закатил глаза. А Юань пояснил:       - Это просто ребенок. Глава Цзян очень... Хороший человек.       Хэй потянул Юаня за одежды и протянул ему заколку. Цзинъи не сдержался от шутки снова:       - Лин, а у тебя конкурент. Хорошо, что я не красивый.       И расхохотался снова.       Сюаньюй был готов поспорить, но сдержался. Смех а-И - прекраснее всего на свете.       Заколка все же осталась при Юане. А Хэй переместился обратно на колени к Чэну. Теперь Юань был "кира Ю", как самый красивый из всех по мнению ребенка. А Сюаньюя определили как "Ю-ю".       Ваньинь подвинул вторую тарелку к своей, разрешая ребенку играться со своими волосами, которые пришлось собрать в косу за неимением заколки. Чэн поведал историю мальчика, избегая подробного рассказа о его родителях. Пусть Хэй и не мог говорить полноценными словами, но все хорошо понимал. И уже даже научился правильно кушать ложечкой.       После еды Хэй начал играть с собаками, которые были недалеко от своих хозяев.       - Какое-то время Хэй побудет здесь. Но я уже говорил с главой Тоу. Он - милый ребенок.       Заметив, что ребенку нужно поправить одежды, Чэн отошел в сторону.       Ваньинь присел перед малышом, который уже тянул к нему ручки.       - Па...       - Не "па" я тебе, - сразу же ответил Чэн, поправив верхний халатик мальчика.       Но Хэй просто обнял его.       Юань прикусил нижнюю губу. Каждый раз, когда видение сбывалось ему становилось не по себе. И если сбываются такие вещи, то наверняка сбудутся и другие. Нужно непременно найти что-то, что касается предсказаний и этого дара. Даже понимая, что это такое, Сычжую все равно это все казалось чем-то невероятным.       - Дядя, но почему бы не оставить его здесь? - Лин смотрел на прижавшегося к Чэну малыша. - Несмотря на то, что им не занимались ранее, он очень хорошо освоился.       - Согласен с Лином, - поддержал Цзинъи. - Папа Чэн.       Ваньинь вздохнул:       - Я не его отец. И есть те, кто позаботится о ребенке куда лучше меня. Что?       Лин и Цзинъи смотрели с укоризной, а Юань отвел взгляд в сторону. В мнении о том, что лучше Чэна никто о Хэе не позаботится, все трое были солидарны. Только Сюаньюй воздержался. Ему было все еще стыдно, что он подумал лишнего изначально.       - Это не нам решать, - говорит Сычжуй, все еще глядя в сторону. - Но Хэй уже очень привязан к этому месту. Вероятно, будет не очень хорошо снова...       Он замолчал. Но итак было понятно - ребенок едва обвыкся, а его снова заберут в другое место.       - Позже будет тяжелее, - ответил Чэн. - В любом случае, сегодня вам было бы неплохо прогуляться. Лин, покажи а-Юю Пристань Лотоса. Пока я распоряжусь подготовить ему комнату. Так?       Ваньинь посмотрел на Цзинъи. Однако тот сразу же возразил:       - Зачем? Юань и Лин все равно спят вместе. Если даже а-Юй захочет отдельную комнату - он может занять любую свободную.       Иногда прямолинейность а-И могла убивать. Причем всех и каждого. Чэн посмотрел на смущенного Сюаньюя, который снова не знал, куда себя деть, с пониманием. Все же Цзинъи очень... Необычный ребенок, если так можно сказать. Однако его интуиция еще ни разу его не подвела.       - Хорошо. В таком случае - переодевайтесь и отдыхайте. Вечером я объясню в общих чертах смысл вашего задания, - говорил Ваньинь напоследок.

***

      - Он меня скоро с ума сведет, - заключает Жулань, разваливаясь на своей кровати. - Он точно Не, а не Лань.       Юань присел рядом и устроил руку на ноге возлюбленного, начиная поглаживать:       - Ну, а-И всегда был таким. И он не сказал ничего, что могло бы противоречить правилам ордена. Даже сейчас.       Лин хмыкнул и повернулся на бок, чтобы иметь возможность обнять Юаня:       - Ты правда не против связать со мной жизнь? А-Юань, я все еще не верю, что совсем скоро мы поженимся.       - Лин, ну конечно же я хочу стать твоим мужем, - тихо ответил Сычжуй, поглаживая уже плечо Жуланя. - И я понимаю, что тебе важно заявить о нашем решении.       - Напомню, что ты тоже являешься будущим главой ордена, - Лин сел и устроил голову на чужом плече. - И Глава Лань скажет об этом на совете глав. И тогда, - он поджал губы и отвел взгляд. - Не важно. Давай собираться.       - Лин?       Сычжуй посмотрел с беспокойством. Жулань снова не хотел о чем-то говорить. Но так же... Нельзя это так оставлять.       - А-Лин, - Юань не позволил тому встать с кровати. - Прошу, поговори со мной.       Жулань посмотрел на их руки. Он снова начинает утаивать что-то. Чертова привычка.       - Я просто... Не уверен, насколько правильно говорить подобное, но... Через тебя глава Лань хочет сделать главой меня, - ответил Жулань и все же встал с кровати. - Это важно, потому что доверия к главе Цзинь у него совершенно точно нет. И я знаю, что учитель Вэй, - Лин вздохнул. - Предпочел бы избегать дядю Яо после того, как на собрании всех глав тот заявил о том, что учитель Вэй - темный заклинатель, который может потерять над собой контроль в любой момент.       Сычжуй не знал, что на это ответить. Это все казалось делами давно минувших дней. Юань знал о том, что подобное собрание было. Но он не знал, что там обсуждалось. Однако он смотрел на те события через записи в Гусу Лань. Возможно ли, что в Ланьлин Цзинь хранится другая информация?       - Вероятно, это к лучшему, - отвечает Юань. - Все же законным наследником являешься ты, а не бастард... В смысле, - Сычжуй даже рот рукой прикрыл. Да что это с ним? - Извини.       - Ничего, - спокойно отозвался Лин. - Глава Не говорил то же самое.       Сычжуй поднялся с кровати:       - Я и правда сказал лишнего. Давай...       Очередное видение настигло неожиданно. Юань видел... Себя. Только вот все вокруг было в огне, а в руках была алебарда. Почему снова? Юань никогда в руки не брал такого оружия. Почему видения снова и снова связаны именно с алебардой? Однако в этих видениях Юань и правда хорошо управлялся с этим оружием. И от этого было не по себе. Если у Юаня в руках алебарда, как и у того человека с тем приятным голосом и смехом, то может ли быть?..       - Юань, я волнуюсь.       - А? Извини. Это опять произошло, - Сычжуй покачал головой.       - После прогулки поговорю с дядей. В Пристани тоже можно поспрашивать, - рассуждал Лин. - Найдем способ облегчить это. Спрашивать у предсказателей... Не знаю, насколько это правильно. В основном гадалки по большей части... Эм... Шарлатаны.       Юань вздохнул. Прекрасно - его родители хотя бы не были шарлатанами. А вот Лин решил, что все же зря это сказал.       - Прости. Я не о тебе конкретно, - исправился Жулань и обнял любимого. - Но важно найти человека, который объяснит.       Сычжуй согласно кивнул стараясь не думать о том, что тот человек с алебардой может быть... Нет. Ну нет. Невозможно.

***

      Войдя в комнату, Сюаньюй сразу же взял Цзинъи за руку.       - Н-не хочу, - Мо дрожал, признаваясь в этом. - Не хочу отдельную комнату.       - Тогда располагайся здесь, - ответил Цзинъи, будто это было что-то само собой разумеющееся. - И не переживай так. А-Юй, дядя Чэн - очень хороший. Ну, за Лина или кого-то из-за нас он готов ноги переломать и головы поотрывать. Но как человек он, - а-И задумался. - Добрый. И бескорыстный. И ты ему нравишься. Не волнуйся.       Сюаньюй кивнул и отпустил чужую руку. Он обвел взглядом комнату.       - Твоя?       - Да, - Лань присел на кровать. - Когда мы в детстве гостили у дяди Чэна, он распорядился об этих комнатах. Они соединены, - Цзинъи указал на перегородку справа. - Моя, Юаня, а дальше - Лина. В детстве мы открывали эти внутренние двери и спали в одной кровати. Дядя Чэн читал нам много сказок или рассказывал о водных гулях. Я всегда засыпал еще в середине. Знаешь, - Цзинъи улегся в кровать. - Я понимаю Лина. И Хэя, - он рассмеялся. - Я бы хотел такого отца, как дядя Чэн.       Мо нерешительно опустился на кровать рядом. Он только вчера признался а-И в своих чувствах, а тот их принял. А теперь они и правда... Будут спать на одной кровати? Сюаньюй никогда не делил с кем-то кровать. В смысле - просто спать. А те места, где его...       - А-И, тебе правда не противно? - Мо практически шептал. - Я же... Ну... Грязный и использованный. - Сюаньюй спрятал лицо в ладонях и всхлипнул. - Поверить не могу, что ты так просто согласился коснуться меня и поцеловать.       Цзинъи сразу же сел и обнял Сюаньюя со спины:       - Не говори глупостей. Конечно же я хочу тебя поцеловать. Я просто влюбился в твою улыбку. Она у тебя очень красивая.       - Н-не... Не говори так.       - Буду, - заверил Лань и прижался сильнее. - Я сколько угодно раз скажу, что влюблен в тебя.       После этих слов Сюаньюй действительно расплакался. Просто сидел и плакал от переполняющих его эмоций. А Цзинъи обнимал со спины и был рядом. Больше а-Юю пока что и не нужно было.       А-И отстранился лишь тогда, когда нужно было открыть дверь. Он принял принесенные им одежды и обратился к уже успокоившемуся Мо.       - Тебе понравится в Пристани. Лин очень много знает и обязательно тебе покажет. О, точно, нужно будет проведать Шэнли. Это он тот самый заводчик, у которого дядя Чэн купил наших собак. Ты не против, если мы возьмем их с собой?       Сюаньюй не был против. Больше всего он был удивлен, когда Цзинъи вручил ему фиолетовые одежды. Заметив этот растерянный взгляд, Лань сразу же пояснил:       - Пока мы в Пристани Лотоса мы их носим, чтобы не привлекать лишнего внимания. Да и отчасти дядя Чэн учил нас. Кстати, нужно будет прокатиться на лодке. Я хочу показать тебе несколько красивых мест. И здесь нам не обязательно рано ложиться и вставать. И я очень хочу... Ты умеешь плавать?       Сюаньюй опустил взгляд на одежды, что лежали на его коленях. Плавать он не то, чтобы не умел. Просто те случаи, когда пришлось всплывать, спасая свою жизнь...       - Мне... Пришлось плыть, - тихо ответил Мо.       А потом ему пришлось "благодарить" за то, что ему позволили спасти свою жизнь.       - В том месте неглубоко. И красиво, - Цзинъи обнял чужую руку и прижался, устроив голову на плече. - Я подарю тебе кое-что.       Мо накрыл руку а-И своей. Ради него. Ради Цзинъи Сюаньюй постарается как можно меньше вспоминать то свое отвратительное прошлое.       - А, кстати.       Цзинъи отстранился и снял с себя ленту. Он переместился, чтобы опуститься перед Мо на колени. Гладкий шелк ленты обвился вокруг запястья старшего.       - Мо Сюаньюй, разделишь ли ты со мной жизнь? Я желаю, чтобы наши судьбы были навечно связаны.       От этих слов Сюаньюй просто дар речи потерял. Но отказать было просто невозможно. Мо поспешил снять свою ленту и отдать ее Цзинъи. Мо не хотел лить слезы, но его а-И снова и снова заставлял его плакать от счастья.

***

      Первым делом Лин показал Сюаньюю одну из пристаней. Как только они покинули территорию резиденции, то сразу же оказались на оживленной улице. На данный момент Юньмэн был единственным орденом, который не настаивал на конкретном учении. Это было обусловлено тем, что нынешний Юньмэн Цзян - это объединение совершенно разных орденов и кланов с территорий бывших Хэ, Лэйху и даже Чунцина. Переучить всех и заставить следовать определенным техникам было просто невозможно, поэтому нынешний глава Цзян дал свободу в совершенствовании, что лишь укрепило его влияние. Однако у всех была одна цель и один орден, которому они подчинялись. Несмотря на разность подходов все следовали за одним человеком и поддерживали мир на территории Юньмэна.       А поскольку Юньмэн являлся местностью со множеством озер, истребление именно водных тварей было в приоритете. Кого-то этому нужно было обучить, а кто-то мог и дать совет. Однако проблем с тем, что каждый орден шел по разному пути совершенствования, проблем не возникало. И этим Юньмэн Цзян очень сильно выделялся, если сравнивать с каким-то другим орденом.       Изначально Цзян Чэн преследовал одну цель - сделать Юньмэн по-настоящему свободным местом. И он этого добился. Все люди здесь уважали своего главу и подчинялись ему, однако они не были скованы ни в совершенствовании, ни в ментальном плане. Ваньинь помнил обучение в Юньмэне ранее и те изнуряющие тренировки, которые не дали никакого результата, учитывая падение Великого ордена всего за одну ночь. А ставить себя выше других и самоутверждаться за счет младших и менее опытных Чэн точно не собирался.       - В целом, Юньмэн является объединенным орденом, - закончил Жулань, бросая Фее мячик. - Так что не удивляйся, что помимо адептов в фиолетовых одеждах, здесь также много и других.       История Лина была интересной. Отчасти Сюаньюй что-то знал, но Лин рассказал и то, чего в книгах не прочтешь.       - Спасибо. Ты много знаешь, - говорит Мо присаживаясь перед собакой, которая повернулась к нему и повиляла хвостом, намекая, что хочет поиграть и с этим человеком.       - Не то чтобы, - вздохнул Жулань. - Но дядя Чэн рассказывал очень много поучительных историй.       - А-И и Юань тоже... Ну, называют его так, - заметил Сюаньюй и бросил мячик.       - Да. Это была ошибка дяди с самого начала. Он им позволил. Если у Юаня еще есть понятие субординации, то у а-И оно полностью отсутствует. Но это уже как-то привычно.       Лин посмотрел в сторону, где Цзинъи бегал от двух собак, а Юань смеялся со своего младшего брата. Сюаньюй также взглянул туда. Такой яркий и веселый - Цзинъи как-то даже не подходило быть адептом аскетичного Гусу Лань. Мо допустил мысль о том, что а-И было бы неплохо в Юньмэне.       - Мм... Лин... Можно спросить?       - Конечно.       - А-И... Почему Гусу Лань? В смысле, - Сюаньюй погладил Фею, что вернула ему мячик. - Орден с тысячами правил. Ранее он был в Цинхэ, да?       Жулань глянул на Мо, но все же ответил:       - Спроси у него. Цзинъи хочет быть собой, а не заменой или способом достичь чего-то.       - Что?       - Мама Цзинъи была целительницей из Цинхэ. Ты мог заметить, что у а-И очень хорошие способности в ближнем бою. Глава Не занимался его обучением и передал часть знаний. Но... А-Юй, такие как глава Не ничего не делают просто так. Даже в самой обыденной вещи может быть смысл. Просто, - Жулань вздохнул. - Просто знай. Если у вас с а-И все серьезно, то рано или поздно тебе придется столкнуться и с Не Хуайсаном.       Тема была опасна. Ранее Мо не совсем адекватно отреагировал на главу Не. И Лину было важно понять причины. Хотя бы немного.       - О... Я... Хорошо, - тихо ответил Мо.       Жулань глянул на Цзинъи. У того получалось бить в лоб. Стоит попробовать.       - Ты боишься его? Не Хуайсана, - добавил Лин, глядя уже на Сюаньюя.       Тот вздрогнул. Он прекратил гладить Фею и опустил руку на согнутое колено:       - Это... Не то. Возможно, это не его вина. Но... Теперь у меня есть причина жить.       Ответ был странным. Но развивать тему Лин не стал. У Сюаньюя и без этого заслезились глаза. А выслушивать Цзинъи, который не оставит слезы Сюаньюя без комментария уж никак не хотелось.              - Искорка, лови!       Цзинъи бросил палку и обе собаки бросились за ней. Искорка и Красотка бежали почти наравне, но у первой все же удалось поймать брошенную палку.       - Так и знал.       Юань забрал палку у Искорки и погладил ее. Эта кличка... Сычжуй нахмурился. С этим тоже было связано какое-то видение из детства. Кто-то... Называл дядю Чэна так. Но кто же?..       - Если ты начал гадать - то погадай и мне, - Цзинъи похлопал в ладоши, привлекая внимание собак.       Красотка и Искорка сразу же обратили внимание. Уроки дрессировки от дяди Чэна помогли сделать питомцев очень послушными и преданными. Когда собаки встали перед Цзинъи, тот вытянул руку перед собой в направлении берега и резко опустил ее. Команду "Гулять" собаки знали, поэтому просто бросились резвиться у воды.       Сычжуй вздохнул:       - Вы с Лином слишком просто это приняли.       - А как иначе? - Цзинъи улыбнулся. - Если научиться пользоваться твоим даром, то это пойдет на пользу всего ордена.       - Лин предложил поискать что-то, - ответил Юань. - Но я... А-И, кажется, что я видел, - Сычжуй глянул в сторону Жуланя, который беседовал с Мо. - Цзинь Цзысюаня, - практически прошептал Юань. - Я не могу сказать подобное Лину. Но из-за этого мне кажется, что я схожу с ума.       Цзинъи сначала удивился, но после - нахмурился:       - Он был жив? Ну, я к тому, что... Не как те живые мертвецы?       - Жив, - согласно кивнул Юань. - Совершенно точно жив. И он благословлял наш с Лином брак. - Сычжуй спрятал лицо в ладонях. - Это ужасно. Это ужасно по отношению к Лину. Мне страшно, что могу оказаться связан с Цишань Вэнь, я не могу сказать Лину всей правды. И я, - он сглотнул и с отчаянием посмотрел на младшего брата. - Буквально сегодня видел, как вокруг меня все горело, а в руках у меня была алебарда. И не только это. Кажется, что помимо отца а-Лина я видел еще и своего. Это точно какой-то бред.       - Вэнь Сюй твой отец? - Цзинъи склонил голову немного на бок. - Это было бы...       - Ужасно, - прошептал Юань.       - Невероятно, - все же закончил младший. - Но есть проблема - Вэнь Сюй мертв. Не Минцзюэ лично обезглавил его. Но если ты видел Цзинь Цзысюаня...       - А-И, прошу, - Юань едва не простонал. - Я с ума схожу от всего этого. Даже если Вэнь... Дар откуда?       Цзинъи пожал плечами:       - Кто его знает. Но мне больше интересно - а ты главе Лань говорил?       Сычжуй вздохнул:       - Мне кажется, что он меня игнорирует. А отцы... Я не могу сказать им. Ранее разговоры с господином Чжимином и наставником Цижэнем вызывали у меня недоумение. Но я... Мне просто нужно услышать определенный ответ. Мне надоели подозрения.       Цзинъи посмотрел на старшего с сочувствием. Он приобнял Юаня и устроил голову на его плече:       - Вэнь или не Вэнь, ты - мой старший брат. Но, - Цзинъи улыбнулся. - Если Вэнь Сюй окажется жив, я попрошу его погадать мне.       - Несмешно, - Сычжуй смотрел с укоризной, но уже без намека на отчаяние. - Огненное бедствие, предсказывающее судьбы?       Младший рассмеялся. От смеха у Цзинъи даже слезы на глазах выступили:       - Это... Это было бы потрясающе. Га-гадалка Сюй, - сквозь смех говорил Цзинъи. - В-время погадать, иначе укусит.       Юань и сам непроизвольно улыбнулся с этой шутке. Цзинъи всегда мог поднять настроение. Сразу же стало как-то... Легче.       - Спасибо а-И. Я рад, что ты у меня есть.       Тот буквально повис на брате:       - Нагадай отца и мне.       - У меня было видение, где тебя кто-то кормит. Но не уверен, что это был твой отец. Однако тот человек явно хотел проверить, сколько ты можешь съесть.       - Подходит, - улыбнулся Цзинъи и сделал шаг назад. - Меня покормят. Кстати насчет этого. - Он отпустил Юаня и направился к Лину. - Будущий глава Цзинь, накормите меня пожалуйста.       От Жуланя последовал вполне ожидаемый ответ:       - Прожорливый Лань. Когда же ты уже наешься?

***

      После прогулки по нескольким местам, с которыми было связано детство Лина, Юаня и Цзинъи, Сюаньюй чувствовал себя уже более расслабленно. Он начал задавать вопросы и даже рассмеялся, когда собаки пытались отобрать у Цзинъи его еду. Сладкого собакам нельзя, поэтому те получили мясо, а Цзинъи - карамель. Мо старался не смотреть на то, как а-И облизывает свою сладость.       Прежде, чем вернуться обратно в резиденцию, Лин потащил всех к Шэнли. Судя по доносящимся со стороны дома крикам, внуки Шэнли были тоже здесь.       - А ну тихо! А то сейчас получите у меня! Если утонете и станете гулями, я вас истреблять не буду!       Это был явно Шэнли, а на заднем дворе его дома происходил самый настоящий беспредел. Но когда крики стихли, а смех стал отдаляться, стало понятно, что детей куда-то отправили, дабы насладиться минутами покоя.       - Вот же... Я просто хочу разводить собак, а не вот это вот все... О, да у меня гости.       Шэнли показался на пороге дома и обратил внимание на посетителей, которые не решались вмешиваться в его воспитательный момент.       - Давненько не виделись, - Цзинъи махнул рукой мужчине. - Мне кажется, что Шэнли не меняется, сколько бы лет не прошло.       - А мне все еще кажется, что ты орденом ошибся, - ответил Шэнли и принялся гладить а-И по голове, растрепывая его волосы, собранные в хвост.       Прозвучало двусмысленно, и Лин за это ухватился:       - Я говорил дяде. Но он настаивал.       - Юньмэн не переживет этого. Закройте его в Облачных Глубинах.       Юань улыбнулся и посмотрел на растерявшегося Сюаньюя. Однако отставлять без внимания Сычжуя хозяин дома не собирался.       - Вот с кого нужно пример брать, - вещал Шэнли, указывая на Юаня. - Олицетворение сдержанности и благородства. Не то что эти, - он закатил глаза. - Тьфу.       Сычжуй смутился:       - Я тоже рад вас видеть.       - А это кто? - Шэнли посмотрел на Сюаньюя. - Как его угораздило связаться с вами?       - Его зовут Мо Сюаньюй, - представил нового товарища Юань. - И он...       - Мой дядя.       - Мой будущий муж.       Лин и Цзинъи произнесли это одновременно. Шэнли пару раз удивленно моргнул и расхохотался. Что бы он не говорил, он просто обожал этих детей. С того самого времени, когда те действительно были всего лишь детьми, а не юношами, которых Шэнли окрестил "мелкими недоразумениями". Всех, кроме Юаня, естественно.       На самом деле благодаря Шэнли Лин чувствовал себя самым обычным мальчишкой, а не наследником Великого ордена, Цзинъи мог побыть самым обычным проказником, а Юань как всегда был за старшего. Все трое часто гуляли у Шэнли, когда были совсем маленькими, а когда подросли - навещали старшего.       - А-И женится на дяде Лина. Отлично, - Шэнли снова смеется. - Обычный день в Пристани Лотоса.       Сюаньюю стало не по себе. Ох, ну что же а-И такое говорит? Муж? Ну какой из него муж?       Шэнли продолжал шутить:       - Ты только Сюаньюю об этом скажи. Мне кажется, он не осведомлен.       - Сначала - ухаживания, - с наиграно гордым видом произнес Цзинъи. - Лин и Юань вон сколько бегали друг за другом.       - Юань, - Шэнли даже бровь изогнул. - Ну неужели первый из молодых господ своего поколения не мог найти себе кого получше? Этот? - Шэнли кивнул на Жуланя. - Ты серьезно?       Лин незамедлительно возмутился:       - Ах ты противный старик! И чем я плох? Ты моего дядю видел? - неожиданно, но Лин указал именно на Сюаньюя. - У такого дяди не может быть плохой племянник.       - Сочувствую Сюаньюю и главе Цзян. Головная боль, - Шэнли даже висок помассировал.       Цзинъи сразу же толкнул Лина локтем в бок:       - От тебя голова болит.       Тот закатил глаза:       - Я хотя бы не оставлю весь Юньмэн без еды.       - Эй! Ты представь, насколько эти земли станут богаты, - а-И развел руками. - Богаче Ланьлина.       Цзинь усмехнулся:       - Только не на моих вероятных родственниках.       Смех Шэнли был таким громким, что Мо даже невольно шаг назад сделал.       - Обожаю, когда он так делает. Черт, Лин, - мужчина погладил по голове и его. - Ты только Юаня не обижай. Иначе я на тебя всех своих собак спущу.       Цзинъи сразу же обрадовался:       - Всех? Опять щенки?       Шэнли закатил глаза:       - На месте Юаня я бы уже чокнулся. Сюаньюй, беги.       Но Мо и не подумал бы этого сделать. Он смущенно улыбнулся, а когда Шэнли направился в дом, Сюаньюй поправил своему возлюбленному волосы.       - О, так у главы Цзян для вас есть задание, - Шэнли сидел прямо на траве, позволяя щенкам ползать по нему, пока с остальными мелкими собачками играли гости. - Понятно. Эх, быстро же время летит. Совсем недавно ни были не больше этих щенков, а теперь - вон уже, жениться готовы.       - Ты не будешь приглашен на мою свадьбу, - фыркнул Лин. - Ты считаешь меня головной болью.       - Я говорю истину, - отмахнулся мужчина. - Будь у меня такой племянник или, упаси меня все боги, сын, ты бы получал палками каждый день.       Жулань демонстративно надулся:       - Это кому из нас еще повезло. Противный старик.       Шэнли рассмеялся снова. Но на этот раз его смех был каким-то добродушным.       - Всем нам повезло, - уже спокойнее и без шуток произнес мужчина. - Новое поколение сменяет старое. Будущий глава Цзинь достоин уважения не меньше главы Цзян. А молодые адепты Гусу Лань продолжают следовать правилам и быть примером благородства. Даже если они немного а-И, - все же улыбнулся Шэнли и снял одного щенка, который практически добрался до его головы. - Я помню вас совсем маленькими. Но уже тогда я понимал, что вы вырастите прекрасными юношами. Умение быть наравне с остальными - это ценно. Как для главы Великого ордена так и для простого заклинателя. Это вызывает уважение больше, чем обязательство подчинения.       Цзинъи и Лин переглянулись в недоумении. Сюаньюй также не знал, как на это реагировать. А Юань... Снова видел.

      Тело Шэнли упало на землю, а голова прокатилась и остановилась у ног Ваньиня. Чэн поднял взгляд на человека, который лишил жизни его старого товарища.

      - Ну что ты так смотришь, дорогой, - женщина склонила голову на бок и улыбнулась, обнажив клыки, которые явно выделялись. - Ты будешь следующим. И ты так вкусно пахнешь, - она облизнулась и провела языком по лезвию своего клинка, слизывая с него кровь. - Глава Юньмэн Цзян, Цзян Ваньинь - наследник Юньмэна и Мэйшаня. Тебе страшно. Всем страшно. Но ничего - я позабочусь о твоем теле. И Цзыдяне. Артефакт должен вернуться к хозяину. Ты все равно не умеешь пользоваться им как подобает!

      Она сорвалась с места и бросилась в бой.

      Юань постарался как можно скорее прогнать наваждение. Это еще что? И что за?.. Бред. Та женщина двигалась словно животное. Пусть это было и просто видение... Если учитывать то, как предсказания сбываются, то... Неужели Шэнли ждет именно такая смерть?       Нужно точно поискать что-то о предсказателях. Иначе Юань так с ума сойдет. Видеть счастье - это одно. А вот видеть горе, страх и смерти близких - это уже совсем другое. Почему же будущее так кроваво?

***

      За ужином Чэн пояснил суть дела:       - Вам нужно будет собрать информацию об "Озере скорби", которое находится в пещере у города Онэ. Ориентиром является публичный дом, откуда и пошли данные слухи. Проверьте озеро и очистите его, если обнаружите угрозу.       Цзинъи даже кусочек взятого палочками перца выронил так и не донеся его до рта. Юань покосился на Лина, который сразу же уточнил:       - Публичный дом? Нам нужно идти в бордель?       Ваньинь невольно улыбнулся:       - Вам не нужно идти в бордель. Вам нужно тайно выяснить все сведения.       - У Лина просто кровь Цзинь верх взяла, - быстро произнес Цзинъи и сунул в рот еду.       Жулань подвинул свою тарелку к тарелке Цзинъи:       - Ешь и молчи. Просто ешь и молчи.       Тот сделал вид, что жует очень активно.       Цзян Чэн тихо рассмеялся:       - А-И, не говори подобного почти женатому молодому человеку. Кстати, - он перевел взгляд на Сюаньюя. - Пойдешь с ними?       Мо смутился из-за вопроса, но покачал головой:       - Не думаю, что от меня будет польза. И в том месте... Эм... Я бы...       - А-Юй, тебе не обязательно идти с нами. Дядя Чэн говорил, что ты можешь немного поучиться у местных целителей. Или... О, точно, - Лин посмотрел на Ваньиня. - Позаботиться о Хэе.       - Хорошо, - спокойно согласился Чэн. - И еще. - Он вздохнул и произнес куда более серьезно. - Обратите внимание на бродячих заклинателей. Слухи говорили о темном артефакте в озере. Но я больше склоняюсь к тому, что это как-то связано с бродячими заклинателями на территориях Юньмэна. Недавно я провел зачистку. Будьте внимательны по отношению к этому.       И снова эти бродячие заклинатели. Наученные опытом города И все трое были готовы определить угрозу, поэтому кивнули.       Ваньинь заключил:       - Если все понятно, то...       - Мы идем кататься на лодках.       Перебил Цзинъи закончив с едой.       Лин сразу же поддержал его:       - Дядя Чэн, пошли с нами. Пожалуйста.       И когда все трое посмотрели с таким ожиданием, Ваньинь не смог отказать. Он обратил к Сюаньюю:       - Ну вот и как сказать "нет"?       Мо улыбнулся в ответ и несильно пожал плечами.       Юань был готов подняться из-за стола. Но очередное видение едва ли не упасть заставило.

      Цзян Чэн был в красных одеждах. В его руках был красный фонарь в виде лотоса, а золотые украшения сияли в свете луны. Счастливый взгляд и нежная улыбка говорили превыше всего - Ваньинь был искренне счастлив. Он пустил фонарик по воде рядом с другим. Чэн коснулся своей шеи, на которой можно было разглядеть шрам и, не отрывая взгляда от фонарика, произнес:

      - Отныне и навеки... Я всегда...

      Видение прервалось, когда Лин потянул Юаня за руку. Сычжуй последовал за Жуланем, бросив взгляд на Ваньиня.       Его шея была закрыта. И Юань не мог припомнить, когда мог бы видеть Цзян Чэна без этих закрытых одежд. Неужели... Это не прихоть? И под этими одеждами Цзян Ваньинь скрывает свои шрамы?